Материал: Международные стандарты в зарубежной практики регулирования журналистики

Всеобщая декларация прав человека в статье 12 гласит, что «никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств». Практически в тех же терминах описывает это право Международный пакт о гражданских и политических правах (статья 17), Американская конвенция о правах человека (статья 11). В то же время об этом праве не сказано в Африканской хартии прав человека и народов.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод содержит статью 8 «Право на уважение частной и семейной жизни», в которой устанавливает:

«1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

Статья 8 подразумевает защиту личной жизни человека в первую очередь от вмешательства органов государственной власти («публичных властей»). Но её нормы направлены и на защиту от посягательств на это право со стороны частных лиц и организаций, включая журналистов и средства массовой информации. Парламентская Ассамблея Совета Европы в Декларации о средствах массовой информации и правах человека (1970) указала на несколько существующих здесь проблем:

•Особенности защиты личной жизни общественных деятелей.

•Расширение использования современных технических устройств (тайных микрофонов и т.п.).

•Создание различных банков компьютерных данных.

Особенности защиты личной жизни общественных деятелей от вмешательства СМИ

Что же имела в виду ПАСЕ, когда указала в Декларации

о средствах массовой информации и правах человека на необходимость уважать личную жизнь общественных деятелей? Декларация говорит, что тезис «там, где начинается общественная жизнь, личная жизнь заканчивается» не является адекватным для охвата проблематики освещения в СМИ личной жизни публичных фигур. То обстоятельство, что какое-либо лицо фигурирует в новостях, не лишает его права на уважение своей личной жизни. Это право общественных деятелей должно защищаться, за исключением случаев, когда сама личная жизнь в состоянии оказывать воздействие на их общественную деятельность и на общественно значимые события.

В конце 1990-х гг. на волне всеобщего гнева в отношении поведения папарацци во время автокатастрофы, повлекшей гибель принцессы Дианы, Совет Европы организовал очередное исследование необходимого уровня защиты личной жизни публичных фигур от вмешательства СМИ. Результатом изучения проблемы стала Резолюция № 1165 о праве на неприкосновенность частной жизни, которая была принята Парламентской Ассамблеей Совета Европы (ПАСЕ) в 1998 г. Её положения следуют Резолюции № 428 в раскрытии содержания этого права, гарантированного статьёй 8 Европейской конвенции по правам человека. В новой резолюции подтверждается, что наряду с правом «вести свою жизнь по собственному усмотрению при минимальном постороннем вмешательстве в неё», его элементом (с учётом новых коммуникационных технологий) является право на контроль лица за собранными о нём сведениями персонального характера.

С большой критикой ПАСЕ отнеслась к «однобокому толкованию» гарантированной статьёй 10 Европейской конвенции по правам человека свободы выражения мнения как права аудитории средств массовой информации знать всё о публичных фигурах, включая сведения, полученные в результате вторжения в их личную жизнь. Подлинной причиной такого вторжения Резолюция № 1165 на-

зывает то, что «для определённой части некоторых СМИ»

подробности личной жизни стали предметом чрезвычайно выгодной купли-продажи. Их жертвами в основном становятся публичные фигуры, поскольку подробности именно их жизни повышают тиражи изданий и рейтинги передач. (Под публичными фигурами эта резолюция понимает не только тех лиц, которые занимают государственные должности, но и всех, кто играет определённую роль в политике, экономике, искусстве, социальной сфере, спорте или в любой иной области общественной жизни).

С другой стороны, ПАСЕ признала, что определённые факты из личной жизни публичных и, в частности, политических деятелей могут представлять интерес для граждан, которые являются избирателями и имеют право быть информированными о такого рода фактах.

Таким образом, необходимо найти способ уравновесить два фундаментальных права, которые гарантируются Европейской конвенцией по правам человека: на защиту частной жизни и на свободу выражения мнения. Эти права не носят абсолютного характера, не находятся в подчинении одно у другого, оба они равноценны.

В связи с этим Парламентская Ассамблея призвала государства – участники Совета Европы к тому, чтобы принимаемые или принятые в них законы об обеспечении права на неприкосновенность личной жизни соответствовали важным принципам, к которым отнесено:

•право потерпевшего требовать, посредством гражданского иска, компенсации вреда, нанесённого в результате посягательства на тайну его личной жизни;

•соразмерность такой компенсации сумме, обычно выплачиваемой в случае иска о защите чести и достоинства;

•право пострадавших на опровержение ошибочных сведений;

•введение штрафных санкций в отношении медиакомпаний, которые постоянно практикуют вторжение в личную жизнь граждан;

•введение запрета преследовать, фотографировать и вести аудио-, видеосъёмку людей, если это препятствует их покою;

•право пострадавшего подавать гражданский иск в суд против папарацци, если они вторглись в его владения либо использовали специальную увеличительную аппаратуру для съёмки, которую иначе невозможно было бы осуществить без вторжения в личные владения;

•право лица, узнавшего о возможном распространении сведений или изображений о его частной жизни, по ускоренной упрощённой процедуре обратиться в суд с иском о защите тайны личной жизни с целью запрета или отсрочки публикации;

•содействие тому, чтобы средства массовой информации разработали в этом отношении свои этические правила

иучредили орган, куда граждане могли бы обращаться с жалобами на вторжение в их личную жизнь.

В непростых ситуациях с решением вопроса о границах охраны тайны личной жизни политических деятелей и других публичных фигур принято ссылаться также на Декларацию о свободе политической дискуссии в СМИ. В этой Декларации, принятой 12 февраля 2004 г. Комитетом министров Совета Европы, сказано, что личная и семейная жизнь политических деятелей и государственных должностных лиц должна быть защищена от освещения в СМИ. Однако информацию об их жизни допускается распространять в тех случаях, когда имеется общественная обеспокоенность в отношении того, как они исполняли или исполняют свои обязанности. Но и здесь следует избегать нанесения ненужного вреда третьим лицам.

Ещё раньше Верховный суд США постановил, что принципы дела Салливана (см. гл. IV) распространяются и на случаи репутации общественных фигур в сфере личной жизни, на «всё, что может затрагивать способность должностного лица правильно выполнять свои обязанности» (дело «Монитор – Пэтриот против Роя», 1971). Раскрытие информации личного характера допустимо, прежде всего, если речь идёт о бесчестности, мошенничестве или дурных мотивах в поведении таких деятелей. Это правило, постановил суд, распространяется и на кандидатов на выборные должности, которые должны находиться в равных условиях с критикуемыми ими политиками.

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 290 и зарубежная практика регулирования журналистики

Получение согласия на раскрытие сведений о личной жизни

Практика, возникшая в США после дела «Роберсон против Рочестер Фолдинг Бокс Ко.», со всей очевидностью запрещает использовать образ лица в целях рекламы и торговли без его разрешения. Однако как поступать в случае необходимости использовать изображение или иные сведения о личной жизни человека в целях распространения новостей? Не будет ли необходимость получения такого согласия формой если не цензуры, то предварительного ограничения свободы массовой информации (которая считается неприемлемой в демократических странах)?

Право и практика в большинстве демократических государств на этот счёт вполне однозначна: такой необходимости нет. Нормы законов о защите персональных данных в европейских странах делают исключения из правила получения согласия на сбор, хранение и распространение этих данных для случаев профессиональной работы журналистов (например, в Великобритании, Бельгии, Голландии, Италии, Франции). Это связано с тем, что процедуры и ограничения таких законов влекут за собой вмешательство в вопросы свободы печати и редакционной независимости. Требования к редакциям СМИ и издателям показать и (или) согласовать публикуемые сведения до их выхода в свет незаконны в Австралии, Голландии, Ирландии, Канаде, США, Швеции, ЮАР и других странах. В то же время законодательство Албании, Белоруссии, Польши, Литвы, Киргизии и Узбекистана требует от журналиста получать согласие в случае публикации сведений о личной жизни.

В то же время суды в Европе проявляют бóльшую, чем, например, в США, лояльность по отношению к требованиям запретить публикацию сведений о частной жизни конкретному лицу или изданию. Это происходит, когда истцу становится известно о подготовке или возможности такой публикации.

Особую нетерпимость по отношению к распространению сведений о личной жизни проявляет английское правосудие. В деле «Кэмпбелл против Эм-джи-эн лимитед» (2004)