Материал: Международные стандарты в зарубежной практики регулирования журналистики

Глава IV • Диффамация и особый статус СМИ 151

Вделе «Эрдогду против Турции» (15 июня 2000 г.) Европейский суд по правам человека пришёл к выводу, что публикации, в которых критикуется государственная идеология (например, территориальная целостность), допустимы по статье 10 ЕКПЧ при условии, что они не призывают

кненависти или насилию. Общество имеет право получать альтернативную информацию об этих ценностях, пусть даже это и создаёт неудобства органам власти.

Представить себе границу, отделяющую факты от мнений, можно, рассмотрев прецедентные дела Верховного суда США. Здесь следует начать с решения по делу Элмера Герца («Герц против Роберта Уэлча», 1974). Автор проекта решения судья Льюис Пауэлл пришёл к выводу, что не существует такого понятия, как «ложная идея». Сколь бы нелепым ни казалось мнение, суд не должен его исправлять. Оно может быть оспорено лишь на основе конкуренции с другими мнениями. Здесь подчёркивается, что демократическому обществу необходим «рынок идей», на котором должна существовать конкуренция, и эту конкуренцию ограничивать нельзя. С тех пор эта сентенция стала канонической и используется во всех последующих судебных разбирательствах, когда речь идёт о разграничении фактов и мнений. При этом американские суды не могут игнорировать того, что выражение мнения зачастую скрывает утверждение о факте. По возможности мнение должно быть основано на достоверных фактах, а не на слухах или фантастических умозаключениях журналиста.

Вделе «Милкович против компании “Лорэн-джорнэл”»

(1990) спор возник после утверждения спортивного комментатора газеты о том, что тренер школьной команды по борьбе Милкович солгал в суде о своей роли во время потасовки на соревнованиях и тем самым подал дурной пример молодёжи. Журналист был очевидцем и самой потасовки, после которой спортивная ассоциация временно дисквалифицировала команду, и судебного заседания, на котором тренер утверждал, что не провоцировал драки. После пятнадцатилетнего (!) разбирательства в судебных инстанциях Верховный суд США отменил решение апелляционного суда штата Огайо, признавшего, что журналист

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 152 и зарубежная практика регулирования журналистики

высказывал своё мнение, что защищено конституцией. В определении Верховного суда сказано, что утверждение «по моему мнению, Джон Джонс – лжец» предполагает знание говорящим фактов, позволивших ему прийти к такому умозаключению. Даже если говорящий приводит факты, на основании которых он высказал своё мнение, но эти факты – неверные или неполные, либо ошибочна их оценка говорящим, то его утверждение может представлять собой сообщение о факте, а не выражение мнения. Маскировка фактов под мнение не должна освобождать от ответственности. Заявление «по моему мнению, Джонс – лжец» может нанести такой же урон репутации, как и заявление «Джонс – лжец».

Основные для американского правосудия отличия факта от мнения были определены в решении Верховного суда США по делу «Эванс и Новак против Ольмана» (1984). Журналисты-комментаторы Эванс и Новак обвинили профессора Ольмана, незадолго до этого получившего должность руководителя кафедры политологии в Массачусетском университете, в том, что он марксист и собирается использовать университет для пропаганды идей революции, а также в том, что он является неквалифицированным и неграмотным специалистом. После таких обвинений Ольман подал иск к журналистам и выиграл его.

В соответствии с получившей название «тест Ольмана» процедурой в суде должен быть получен ясный ответ на вопросы, каждый из которых служит критерием для отделения мнения от факта. Первый из этих вопросов касается стиля: использован ли в журналистском материале точный язык или для него характерны туманные выражения и напыщенный слог? Если статья состоит из точных выражений, которые говорят о конкретных вещах, то её можно характеризовать как содержащую факты. Если же автор изъясняется напыщенным языком или прибегает к туманным выражениям, то, скорее всего, в статье подаётся субъективное мнение.

Второй критерий разграничения факта и мнения – это проверяемость. Если в отношении факта можно убедиться, соответствует он истине или нет, ложен или верен, то

Глава IV • Диффамация и особый статус СМИ 153

в чистом виде мнение можно охарактеризовать только по принципу «справедливое или несправедливое». Если речь идёт о выяснении справедливости мнений, то не дело суда решать данный вопрос. Полную конституционную защиту имеет выражение мнения по общественно важным вопросам, если только оно не основано на фактах, недостоверность которых доказуема.

Третий критерий – это критерий контекста; как правило, это выяснение того, в какой части издания помещён журналистский материал. Если он вышел на странице новостей, то, скорее всего, в нём должны быть изложены факты, а если в разделе комментариев, например на полосе, где публикуют мнения синдицированных обозревателей, книжное обозрение, ресторанную критику и т.п., то читатель наверняка воспримет такой материал как выражение мнения, а не факта.

Четвёртый критерий также имеет отношение к языку. Защите подлежат риторические гиперболизированные высказывания о гражданах, в фактический характер которых поверить невозможно. Суд должен поставить вопрос: понимает ли читатель, что в материале использованы такие художественно-изобразительные средства речи, как метафоры, гиперболы и другие, присущие именно выражению мнения, а не факта? В частности, если в статье сказано, что г-н N изнасиловал девушку, то речь, видимо, идёт о факте, если же написано, что он изнасиловал родную страну, то, естественно, это – гипербола, ни о каком факте здесь речь не идёт, и такой журналистский материал должен квалифицироваться как выражение мнения. Или вспомним случай, который был относительно верно показан в известном фильме «Народ против Ларри Флинта». В нём рассказывается об иске, поданном в суд в связи с утверждением американского порнографического журнала «Хастлер», что руководитель общественной организации «Моральное большинство» впервые в жизни занимался сексом в туалете во дворе собственного дома, причём со своей матерью и в состоянии алкогольного опьянения. По целому ряду признаков суд выяснил, что это гипербола, использованная в целях сатиры и не имеющая никакого отношения к

реальным фактам. Решением Верховного суда США по делу

«Журнал “Хастлер” против Фалвелла» (1988) иск был отклонён.

Особое отношение американские суды проявляют к высказываниям как фактов, так и мнений в адрес политиков, если дело касается защиты свободы политической дискуссии (см. ниже – дело Салливана).

В судебных разбирательствах, связанных с изложением фактов в прессе, главным элементом, который решает судьбу иска к журналистам и СМИ, является правдивость этих фактов. Причём правдивость не должна быть абсолютной, главное, чтобы по существу факт был изложен верно. Примером, характеризующим ситуацию в американском праве в этом контексте, является случай, когда одна из местных газет изложила выступление на слушаниях в конгрессе США. В этой речи прозвучала фраза, в которой оратор обвинил «политических заговорщиков-сионистов»

вразработке плана захвата власти во всём мире с целью передать её в руки мирового правительства. В статье же было написано, что он «выступил с нападками на евреев». Этот политик подал иск против газеты, но суд его отклонил

всвязи с тем, что по существу газета изложила факт правдиво.

Достоверность карикатур

Вконтексте свободы выражения мнения и идей важное место занимает Декларация о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятая 12 февраля 2004 г. на заседании Комитета министров Совета Европы. В ней сказано: «Юмор и сатира, охраняемые статьёй 10 Конвенции, допускают высокую степень преувеличения, даже провокации, при том условии, что общество не вводится в заблуждение относительно фактической стороны дела».

ВАнглии прецедентным в области карикатур и коллажей можно считать дело «Чарльстон против Ньюсгруп ньюспейперз», рассмотренное палатой лордов в 1995 г. Дело

Глава IV • Диффамация и особый статус СМИ 155

касалось двух актёров, сыгравших в популярной австралийской мыльной опере «Соседи». Они подали в суд на корпорацию Р. Мэрдока, издающую лондонскую газету «Ньюс оф зе уорлд». В одном из её номеров под заголовком «Ишь ты, что Гарольд задумал сделать с нашей Мэдж» был размещён коллаж, на котором головы актёров были приставлены к порнографическому изображению полуобнажённых тел, а ниже – заметка о компьютерных порноиграх. И хотя к тексту самой статьи претензий не было, истцы полагали, что читатели этого бульварного издания всё равно ничем, кроме заголовков и картинок, не интересуются. Следовательно, утверждали актёры, этот коллаж нанёс значительный ущерб их чести и достоинству. Суд отклонил иск, постановив, что рассматривать коллаж отдельно от сопровождаемого им текста неправомерно. Любой материал СМИ должен анализироваться полностью, а не по частям, в целом же, по мнению судей, в нём не было оскорбительного или клеветнического характера. Кстати, этот вывод в английском прецедентном праве касается теперь также и любых иных частей одного и того же материала издания (но не разных материалов одного и того же выпуска): если диффамационное утверждение одной части статьи в достаточной степени опровергнуто в другой её части, то иск не удовлетворяется.

Не следует думать, что любая карикатура свободна от преследования. Важным для понимания пределов юмора является постановление Европейского суда по правам человека по делу «Леруа против Франции» (2 октября 2008 г.).

Фабула этого дела заключается в следующем. Французский политический еженедельник «Экаитца», выходящий в приграничном с Испанией городке Байонна, опубликовал 13 сентября 2001 г. карикатуру французского художника Дени Леруа. Рисунок изображал террористическое нападение на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке с подписью, пародирующей рекламный слоган компании «Сони»: «Мы все об этом мечтали… Хамас сделал это!» Несмотря на многочисленные извинения и гневные комментарии, которые журнал опубликовал в следующем выпуске, по заявлению регионального губернатора в отношении карикатури-