Материал: Лукан. Фарсалия

270 В пролитой вами кrови? Сочтет беглецами вас Uезарь,

Вмиг показавшими тыл в бою у Филипп эмафиЙских.

Что же, ступайте смелей! И, коль Uезарь судья, вы достойны

Жизни: ведь вас ни война, ни осада к тому не склонила. Сброд недостойных рабов! Потеряв своего господина,

275 Вы перейдете теперь к наследнш<у. Но почему же Большего вам не снискать, чем х:изнь и прощенье? Умчите

В море Помпея жену, несчастную дочерь Метелла!

С нею - и двух сыновей! Превзойдите в дарах Птолсмея! Голову также мою ненавистному бросьте тиранну, -

280 Уену хорошую даст: пусть узнают войска по оплате, Что не напрасно они под мои стекались знамена!

Ну, убивайте скорей и награду себе обеспе'Iьте!

К бегству способен и трус!». Сказал - и сейчас же обратно

К берегу вновь корабли из открытого моря вернулись:

285 Так покидает рой пчел уже истощенные ульи,

Соты свои позабыв, не сплетает он тучею крыльев,­ Каждая порознь летит и, ленясь, не хочет сосать уж Горький тимьян; но только в кимвал фригийский ударить,-. Бегство забудут они, оглушенные, труд начинают

290 На цветоносных полях и жаждут разлитого меда: И на гиблейской траве пастух беззаботный ликует,

Что сохранил шалаша богатство. Так голос Катона

В душах бойцов пробудил готовность к войне справедлиной.

Тотчас решил он занять заботой военного дела, 29, Тех людеii боевых, что не знают покоя.

Прежде всего утомил он солдат на песках побережья:

Длилась упорно борьба под стенами близкой Карены,

Не отворившей ворот; но не знал он отмщенья и гнева,­

И наказанье одно побежденным - победа Катона. 300 После решил он итти во владенья ливийские Юбы,

Смежные с мавров землей; н') природа путь преграждала

Сиртами: их победить надеялась дерзкая доблесть.

В дни, когда миру дала обличье природа впервые,

Сирты забыла она в кол-ебаньи меж сушей и морем

340 Часто бессильны они победить песчаные горы,­

И на поверхности вод, вдали от какой-либо суши, Неуязвима для волн, вырастает насыпь сухая.

Скован несчастный пловец, - хоть корабль и недвижен на суше, Брега не видно кругом. Так часть их уловлена морем;

345 Большая часть кораблей, покорна руке и кормилу,

Бегством спаслась, ибо их моряки все выходы знали

Иневредимо пришли к стоячим водам Тритою'!.. Берег тот мил, говорят, и богу, который все море

Гулкою раковиной оглашает, наполненной ветром. 350 Да и Палладе он мил; из главы родителя выйдя,

Ливию прежде всех стран посетила она (и по зною

Видно, что та к небесам всех ближе): спокойные воды Лик отразили ее, - стопы опустила на берег И от возлюбленных волн тогда назвалась Тритонидой.

355 Там недалеко течет и Летона поток молчаливый,

Как говорят, забвенье неся подземному миру; Там же некогда цвел, неусыпно хранимый драконом,

Сад Гесперид, что теперь разграблен и беден листвою.

О, как завистлив тот, кто века лишает их славы,

360 К правде поэтов зоветl Была золотой эта чаша,

Ветви там в желтых плодах под сокровищем дивным сгибались,

Девичий хор там звучал, - хранитель рощи блестящей, Змей, осужденный глаза не смыкать в бессонниuе вечной, Там дерева обвивал, отягченные желтым металлом.

365 Клад сей с деревьев сорвал, от бремени их избавляя,

Древле Алкид и, ветви тогда оставив без ноши,

Их золотые плоды тиранну в Аргос отнес он.

Флот, далеко от тех мест отброшенный ВОЛllами Сиртов,

Сил не имел переплыть Гарамантский залив и остался

370 Вместе с Помпеем-вождем близ лучшего Ливии края.

Доблестный духом Катон, не терпя неВОЛЬНf)ГО плена,

Войско дерзнул повести по стране племен незнак()мых,

Веря в оружье свое, - обuйти по берегу Сирты.

Так и зима подсказала тогда, закрыв ему море,

:17& И ожиданье дождей подбодряло боявшихся зноя; Чтоб не томил их путь ни жарою. ии холодом лютым,

Эту смягчали пору и зtfма, и Ливии небо.

Спутникам так ОН сказал в преддверьи бесплодной пустыни: «Други походов моих, что избрали одно лишь спасенье-

1180 С непокоренной душой умереть! Собирайте все СилЫ­

Подвиг великий свершить и вынести тяжкие муки. Ныне в пески мы идем, в сожженные области мира,

Где пламенеет Титан, где редки источников струи,

Где в иссушенных полях кишат смертоносные гады:

WТруден наш путь любви к закону и родине павшей!

Пусть в бездорожье пойдет, пусть в ливийские двииется дебри Тот, кто в горячих мольбах ие мечтает куда-нибудь выйти, Тот, КТО готов ЛИШЬ итти; никого не хочу обмануть я

И увлекать за собою войска, свой страх прикрывая:

8110 Будь же мне спутником тот, кого возбуждает опасность, Тот, кто считает со ",ной, ЧТО для римлян лучшее дело­ Злейшие беды сносить; если ж воин поруки В спасеньи Хочет и тянется он душою к радостям жизни,- Пусть себе ищет вождя для лучшей дороги! Я первый

396 В эти пески углублюсь, я первый поставлю в ИlfХ ногу: Пусть небеса меня зноем палят, пусть полная ядом Жалит змея; lIа судьбине моей испытайте опасность, Что угрожает и вам; да возжаждет тот, кто увидит

Пьющим меня; пусть томится жарой, коль в дубраве ищу я

400 Тени; пускай упадет, меня на коне увидавши

Перед пехотой, - ИЛh вдруг различие в чем-то заметив Между вождем и бойцом. И песок, И жажда, и змеи­ Радость для сильных душой: в испытаньях терпенье ликует! Тем добродете.ль ми",ей, чем дороже тебе она стоит.

485 Ливия может одна бесчисленным множеством бедствий

Бегство мужей оправдать». Так робкие души зажег он

Доб.ле~тью, в них пробудив охоту к суровым лишеньям,

И в безвозвратный путь чрез рубеж пустыни пустился; Славное имя спеша запереть в ничтожной гробнице,

14 Марк АввеВ Лукаи