Материал: Локус контроля
Многочисленные исследования указывают на связь экстернального локуса контроля с психопатологией. Экстернальность коррелирует с тревожностью. Ряд авторов сообщают о связи экстернальности с психическими заболеваниями, часто с шизофренией, с депрессией. Среди госпитализированных пациентов экстернальность корелирует с тяжестью симптоматики. Экстернальность оказалась связанной с суицидными тенденциями, измеряемыми при помощи специальных шкал.
В ряде работ особенности локуса контроля связываются с реакциями на психотерапию. Так, интерналы предпочитают недирективные методы психотерапии, тогда как экстерналы субъективно остаются более удовлетворенными директивными, поведенчискими методами (например, систематической десенсибилизацией).
Все это дает основание полагать, что выделение личностной характеристики, описывающей то, в какой степени человек ощущает себя активным субъектом собственной деятельности, а в какой - пассивным объектом действия других людей и внешних обстоятельств, обосновано существующими эмпирическими исследованиями и может способствовать дальнейшему изучению широкого круга проблем общей и в особенности прикладной психологии личности. На наш взгляд, эта характеристика полностью отвечает и теоретическим представлениям, сложившимся в отечественной психологии, в которой исследованию и формированию сознательной, активной деятельности личности всегда придавалось первостепенное значение» [4, с. 3-5].
«Экстернальность - интернальность проявляется прежде всего в атрибуции социальной ответственности. Атрибуция ответственности за успех и неудачу различна у экстерналов и интерналов. Экстерналы склонны приписывать ответственность внешним факторам, вплоть до полного фатализма. В неуспехе винят лишь ситуацию: трудность задачи, недостаток времени для ее решения, помехи и т.д. У экстерналов часто занижен или завышен уровень притязаний в зависимости от внешней оценки, на которую они ориентированы. Они активизируются после неуспеха и становятся менее деятельны после успеха. Кроме того, экстерналы недостаточно верят в себя, в достижимость поставленных целей, намечая цели, не адекватные своим возможностям, но вместе с тем довольствуются близкими и незначительными успехами, ближними целями.
Интеранлы, наоборот, берут всю ответственность на себя, часто даже «перегибая палку», видя причину неуспеха только в своих недостатках. Обладают средним уровнем притязаний, который у них не зависит от самооценки. Интерналы повышают активность после успеха и снижают после неудачи, которая их фрустрирует. Они стремятся к решению трудных проблем. Успех в этом случае вызывает у них положительные самооценочные эмоции, которые обладают мотивирующей функцией» [36, с.141].
«Личность с экстернальным локусом контроля полагает, что ее успехи и неудачи регулируются внешними факторами, такими как судьба, удача, счастливый случай, влиятельные люди и непредсказуемые силы окружения. Личность с интервальным локусом контроля верит в то, что удачи и неудачи определяются ее собственными действиями и способностями.
Экстерналам присуще конформное и зависимое поведение. Интерналы в отличие от экстерналов, не склонны к подчинению и подавлению других, и сопротивляются, когда ими манипулируют и пытаются лишить степеней свободы. Экстерналы не могут существовать без общения, легче работают под наблюдением и контролем. Интерналы лучше функционируют в одиночестве и при наличии необходимых степеней свободы.
У экстерналов чаще возникают психологические и психосоматические проблемы, чем у интерналов. Им свойственны тревожность и депрессивность, они более склонны к фрустрациям и стрессам, развитию неврозов. Установлена связь высокой интернальности с положительной самооценкой, с большей согласованностью образов реального и идеального "Я". Интерналы обнаруживают более активную, чем у экстерналов, позицию по отношению к своему психическому и физическому здоровью.
Экстерналы и интерналы различаются также и по способам интерпретации социальных ситуаций, в частности, по способам получения информации и по механизмам их каузального объяснения. Интерналы предпочитают большую осведомленность в проблеме и ситуации, большую ответственность, чем экстерналы, в отличие от экстерналов избегают ситуационных и окрашенных эмоциями объяснений поведения» [39, с. 94].
«Результаты исследования К.Муздыбаева показывают, что существует положительная корреляция между интернальностью и определением смысла жизни: чем больше субъект верит, что все в его жизни зависит от собственных усилий и способносте, тем чаще он находит в жизни смысл и видит ее цели. Экстерналов же отличает повышенная тревожность, обеспокоенность, меньшая терпимость к другим и повышенная агрессивность, конформность, меньшая популярность. Однако всесторонних исследований о связи локуса контроля (уровня субъективного контроля) с делинквентностью в реальном поведении у нас в стране и за рубежом еще немного» [7, с.34].
Машков В.Н. в своей статье раскрывает следующие качетсва работников с интернальным - экстернальным типами локуса контроля: «Характерными чертами интерналов являются эмоциональная стабильность, моральная нормативность, доверчивость, богатое воображение, сердечность, утонченность, общительность и большая сила воли. Работники, которым присуща такая локализация контроля, более ответственны, последовательны при достижении цели, склонны к самоанализу, общительны, независимы. Они более продуктивны в ситуациях принятия решения и ситуациях, связанных с риском, проявляют большую готовность отсрочить сиюминутное удовольствие ради достижения отдаленного, но более ценного блага. Интерналы в большей степени, чем экстерналы, убеждены, что усердная работа вероятнее всего способствует достижению высокой продуктивности, а высокая продуктивность, в свою очередь, - получению высокого «вознаграждения». Их общая удовлетворенность трудом значительно выше, чем у экстерналов.
Склонность к внешней локализации контроля у экстерналов связана с такими личностными чертами, как безответственность, неуверенность в своих способностях, стремление вновь и вновь откладывать осуществление своих намерений. В целом им больше свойственны подозрительность, тревожность, депрессивность, агрессивность, конформизм, догматизм, авторитарность, беспринципность, цинизм, склонность к обману. Стиль руководства экстерналов более директивен и чаще основывается на негативных санкциях» [26].
«Безусловно, не существует чисто интернальной или экстернальной ориентации субъекта, так как в каждом человеке присутствуют элементы каждой из них. Можно говорить лишь о различных их сочетаниях, которые определяют направленность общего «поля» локуса контроля, представляющего многомерное, неоднозначное мотивационно-смысловое образование, характеризующее вектор социальной направленности личности и соответствующее высшему уровню личностной структуры» [36, с. 142].
«Локус контроля - это не диагноз, это величина хоть и относительно стабильная, но способная менять в течение жизни. Что влияет на формирование внутреннего локуса контроля? Помимо экономики и правовой защищенности, свою роль играет обстановка в семье. Если родители последовательны в плане дисциплины, явно выражают свою любовь к ребенку и стараются привить ему привычку отвечать за себя - у ребенка, скорее всего, будет внутренний локус контроля. А у детей авторитарных, строгих и непоследовательных родителей (от которых не знаешь, чего ждать - награды или наказания) - внешний. Приобрести внутренний локус контроля получается у тех, кто попадает на ответственную работу со сразу заметными результатами труда. И, наконец, последний (и самый надежный способ) начать отвечать за свою жизнь - это просто начать отвечать за свою жизнь» [15].
«Локус контроля - важнейшая интегральная характеристика самосознания <#"870370.files/image002.gif">
Таблица 1. Клинические проявления тревоги
«Вопрос о причинах тревожности открыт; в настоящее время преобладает т. зр., согласно которой Т., имея природную основу (свойства н. с.), складывается прижизненно, в результате действия социальных и личностных факторов. В дошкольном и младшем школьном возрастах главной причиной бывают нарушения детско-родительских отношений. В более взрослом возрасте Т. может порождаться внутренними конфликтами, преимущественно самооценочного характера» [6, с.553].
В настоящее время не существует единой точки зрения на причины, лежащие в основе формирования тревожности. Согласно работам представителей динамического подхода и отечественных психологов, истоки тревожности, как устойчивого свойства личности, лежат в детстве индивида. Решающим периодом, по мнению Л.И. Божович, А.В. Захарова, М. И. Лисиной А.М. Прихожана, является дошкольный возраст. Поступление ребенка в школу становится причиной повышения его ответственности, изменения социального статуса, представлений о себе, что, по мнению А.М. Прихожана, в ряде случаев приводит к повышению уровня тревожности.
Как отечественные, так и зарубежные исследователи отмечают, что важно учитывать как конкретные особенности тревогоформирующих ситуаций, так и всю картину различных внешних и внутренних составляющих тревожности, которые непосредственно влияют на поведенческие проявления и психофизиологические реакции.
Особенности проявления тревожности у детей.
Одной из характерных особенностей детей старшего дошкольного возраста является «интенсивное развитие абстрактного мышления, способность к обощениям, классификациям, осознание категории времени и пространства, поиск ответов на вопросы: «Откуда все взялось?», «Зачем люди живут?». В этом возрасте формируется опыт межличностных отношений, основанный на умении ребенка принимать и играть роли, предвидеть и планировать действия другого, понимать его чувства и намерения. Отношения с людьми становятся более гибкими, разносторонними и в то же время целенаправленными. Формируется система ценностей (ценностные ориентации), чувство дома, родства, понимание значения семьи для продолжения рода. <…> В целом же для летей старшего дошкольного возраста характерны общительность и потребность в дружбе. Заметно преобладание в группе детского сада общения со сверстниками того же пола, принятие в среде которых имеет существенное значение для самоутверждения и адекватной самооценки. <…> В 5-летнем возрасте характерны преходящие навязчивые повторения «неприличных» слов, в 6-летнем - детей одолевают тревога и сомнения в отношении своего будущего: «А вдруг я не буду красивой?», «А вдруг меня никто не возьмет замуж?», в 7-летнем - наблюдается мнительность: «А мы не опоздаем?», «А мы поедем?», «А ты купишь?» Возрастные проявления навязчивсти, тревоги и мнительности сами проходят у детей, если родители жизнерадостны, спокойны, уверены в себе, а также если они учитывают индивидуальные особенности своего ребенка» [12, с. 62-64].
Эмоции играют важную роль в жизни детей: помогают воспринимать действительность и реагировать на нее. Проявляясь в поведении, они информируют взрослого о том, что ребенку нравится, сердит или огорчает его. Особенно это актуально в младенчестве, когда вербальное общение не доступно. По мере того, как ребенок растет, его эмоциональный мир становится богаче и разнообразнее. От базовых (страха, радости и др.) он переходит к более сложной гамме чувств: радуется и сердится, восторгается и удивляется, ревнует и грустит. Меняется и внешнее проявление эмоций. Это уже не младенец, который плачет и от страха, и от голода.
«Общеизвестной истиной является то, что тревога представляет собой универсальное переживание, крайне необходимое для выживания, и дети не являются исключением, хотя можно ожидать, что их тревога отличается от тревог взрослых, отражая незрелость центральной нервной системы, неопытность и более ограниченную, более защищенную социальную экологию.
<…> Представляется разумным выделить четыре различных вида детской тревожности, а именно: примитивную реактивность, тревожность разлуки, страх чужих и боязнь определенных событий или объектов. Хотя, по мнению Werry и Aman (1980), можно утверждать, что эти четыре типа тревожности появляются в хронологической последовательности, но сомнительно, чтобы какой-либо из них полностью исчез в процессе взросления…. [2, с. 33].
«Хотя наше знание о тревожности у младенцев и детей дошкольного возраста далеко не полное, обзор Rutter (1976) наводит на мысль, что до 2-3-летнего возраста преобладают тревожность из-за внезапной сенсорной стимуляции и следующей за ней тревога из-за чужого и из-за разлуки. Затем боязнь темноты и животных становится явной до 5 лет, иногда на год или два ее заменяют воображаемые страхи - страхи нереального (привидения, чудовища); далее, примерно с 7 лет, преобладают взрослые виды страхов - страх смерти, болезни и социальная тревожность. Miller et al. (1974) описывает развитие страхов нереального немного по-другому, датируя их появление несколько раньше, но в других отношениях между этими обзорами различие невелико, видимо, из-за того, что в обоих использованы в основном одинаковые источники, относящиеся к дошкольному периоду.
В 1972 году Miller et al. провели категоризацию страхов 7-12-летних детей с помощью факторного анализа, сведя их к четырем базовым категориям: страх физического повреждения и разлучения; страх естественных природных явлений, животных и др.; социальная тревожность; смешанная группа.
<…> В исследованиях Miller (1974) и Rutter (1976) подчеркивается, что страхи и тревоги являются естественным состоянием у детей от 2 до 6 лет и в среднем их бывает три, тогда как почти у 50% детей в возрасте от 6 до 12 лет бывает семь различных страхов и тревог. Однако, как показали исследования Miller и его сотрудников, родители не обращают на эти страхи внимания, считая их нормальными, за исключением тех ситуаций, когда они имеют социальные основания.
<…> В клинических исследованиях, как указывают некоторые авторы (Rutter, 1976; Quay, 1979), несмотря на проблему «смешанных» нарушений, «чистая» тревожность, рассматриваемая как черта-расстройство, признается допустимой. Эта предрасположенность к тревоге обусловлена личностными особенностями (Spilberger, 1972; Eysenk, 1985; Gray, 1979; Cloninger. 1988).
Однако единодушного мнения по этой проблеме нет. Одни считают, что тревожность как черта имеет достаточно благоприятный прогноз (Robins, 1979), особенно до 10-летнего возраста. В других исследованиях отмечается связь между тревогой и чертами тревожной личности, но остается непонятным, носят ли эти черты преморбидный характер или отражают влияние хронической тревоги на личность ребенка (Nestadt et al., 1992). Все это указывает на недостаточную разработанность данной проблемы» [2, с.33-34].
Можно согласиться с выводом А.М. Прихожан о том, что тревожность в детском возрасте является устойчивым личностным образованием, сохраняющимся на протяжении достаточно длительного периода времени; имеет собственную побудительную силу и устойчивые формы реализации в поведении с преобладанием в последних компенсаторных и защитных проявлений; как и любое сложное психологическое образование - характеризуется сложным строением, включающим когнитивный, эмоциональный и операциональный аспекты при доминировании эмоционального; является производной широкого круга семейных нарушений.
«Тревожность у детей может проявляться по-разному: в дошкольном и подростковом периоде часто встречается тревожно-агрессивный тип поведения. Он проявляется как в виде прямой, так и в завуалированной агрессии (в рисунках, рассказах).
Тревожно-зависимый тип поведения характеризуется повышенным вниманием к эмоциональному состоянию другого человека (чрезмерным послушанием, повышенной заботливостью, вплоть до самоотречения)» [39, с.96]. Далее дана таблица 2 тревожных состояний у детей с точки зрения психосоматических проявлений по С.В. Ходареву.
Таблица 2. Психосоматические «маски» тревожных состояний у детей
«В дошкольном возрасте ребенок усваивает язык чувств - принятые в обществе формы выражения тончайших оттенков переживаний при помощи взглядов, улыбок, жестов, поз, движений, интонаций голоса и т.д.
С другой стороны, ребенок овладевает умением сдерживать бурные и резкие выражения чувств. Пятилетний ребенок в отличие от двухлетнего уже может не показывать страх или слезы. Он научается не только в значительной степени управлять выражением своих чувств, облекать их в культурно принятую форму, но и осознанно пользоваться ими, информируя окружающих о своих переживаниях, воздействуя на них» [33, с.103].
«Факторный анализ позволил выявить два обобщающих фактора, охватывающих весь спектр поведенческих проблем у детей. <…> K.Horney (1945) с позицией клинического подхода выделяла два типа детей: тех, кто «идут против мира», и тех, кто «уходит от мира». Первый тип попадает в разряд «кондуктивных проблем», второй - «личностных проблем». Впоследствии L.Ackerson (1966) назвал их интернальными и экстернальными типами: интернальные нарушения отражают поведенческие проблемы «гиперконтроля», а экстернальные - поведенческие проблемы «недостаточного контроля» [1, с. 125].
Но дошкольники все еще остаются непосредственными и импульсивными. Эмоции, которые они испытывают, легко прочитываются на лице, в позе, жесте, во всем поведении. Для практического психолога поведение ребенка, выражение им чувств - важный показатель в понимании внутреннего мира маленького человека, свидетельствующий о его психическом состоянии, благополучии, возможных перспективах развития. Информацию о степени эмоционального благополучия ребенка дает психологу эмоциональный фон. Эмоциональный фон может быть положительным или отрицательным.