Материал: Лекции ИМЮН

схоластическую юриспруденцию в отсутствии исторического взгляда на римское право. Однако, может быть, именно это и позволило ей досконально исследовать его собственные конструкции и, выведя их на уровень логических абстракций, явить то правовое мышление, которое потом будет восприниматься и воспроизводиться европейскими юристами, несмотря на различные социально-исторические условия, как «дух римского права». В этом процессе, судя по всему, и зарождается как догма права, в ее современном понимании.

(Тесля А.А.) Основные принципы этой деятельности, в основе которой лежали те же основания, что и у схоластики, оставались неизменными на протяжении всей истории континентального правоведения. «Деятельность континентального юриста нескольких последних столетий по стилю весьма схожа с деятельностью средневекового философа и богослова – и тот, и другой опираются на некий исходный текст, вопрос об истинности или разумности которого пребывает за пределами поля обсуждения, а целью выступает открыть смысл (или новый слой оного), который, как презюмируется, пребывает в нем исходно. В процессе осуществления этой деятельности возможна масса находок и открытий, но они таковыми не признаются – не создается ничего нового (исходящего от самого исследователя), а только открывается старое». (Тесля А.А. О парадигмах юриспруденции. (http://civil-

law.narod.ru/wissled/teslya/paradig.html) См. также: Эко У. Средние века уже начались // Иностранная литература. 1994. № 4. С. 264–265.)

(Михайлов А.М.) Начиная со школы глоссаторов диалектика (или древняя логика – vetus logica) позволяла соотносить понятия и строить родовидовые определения, служила разрешению противоречий между сентенциями римских юристов и являлась необходимым средством для организованного изложения материала29. Именно «диалектический» метод отличал школу глоссаторов от школ классического римского правоведения и раннесредневековых направлений исследования византийских текстов. Для цели толкования текстов у глоссаторов право, действительно, рассматривалось как логическая система30. Важно отметить, что формальная логика, внедренная в юридическое мышление благодаря поздним стоикам и ставшая ведущим способом познания истины в средневековых университетах, исключила из предмета осмысления основания суждений, сделав акцент лишь на правильности операций вывода31. Как справедливо указывает Г.Дж. Берман: «Аристотель отрицал аподиктический характер диалектического рассуждения. Оно не могло достигнуть достоверности, потому что недостоверны были исходные посылки… Стоики же рассматривали диалектическое мышление не как метод постижения первопринципов, а как метод анализа аргументов и определения понятий с помощью расчленения и синтеза родов и видов»32. Поэтому западноевропейские юристы XII в., следуя логике стоиков, отождествили аподиктическое и диалектическое рассуждение и стали применять диалектику не с целью исследования первоначал, а уже для демонстрации истины и справедливости. Принятие определенных суждений в качестве принципов пало на благодатную почву в схоластической культуре, для которой религиозные постулаты являлись аксиомами, а истинность авторитетных текстов не ставилась под сомнение. Таким образом, средневековое мышление не просто усвоило достижения античной философии и логики, но и «переосмыслило их на основе христианского мироощущения, в результате чего средневековые формы познания стали двуосмыслены и этически нагружены»33. Совершенно не случайно схоластический метод, основанный на операциях формальной логики, был привнесен в средневековую юриспруденцию богословами и философами34.

29См.: Полдников Д.Ю. Договорные теории глоссаторов. М., 2008. С. 65.

30Юмашев Ю.М., Филимонов К.В. Указ. соч. С. 10.

31См.: Берман Г.Дж. Указ. соч. С. 137; Тарасов Н.Н. Указ. соч. С. 105–106.

32Берман Г.Дж. Указ. соч. С. 143, 137.

33Розин В.М. Указ. соч. С. 205.

34Покровский И.А. 1) Естественно-правовые течения в истории гражданского права. С. 19; 2) История римского права. С. 259.

26

Не зная, как и вся средневековая культура, общего определения понятия, глоссаторы различали его содержание и объем, но использовали для исследования византийского правового материала лишь последний. Соотношение между понятиями устанавливалось через их соотнесение с пятью предикатами: род (genus), вид (species), различие (differentia), свойство (proprium), случайные признаки (accidentia)35. Объем понятия характеризовался глоссаторами через предикаты рода и вида, соотносимые как целое и часть. Глоссаторы, в отличие от юристов предшествовавших эпох, учитывали, что вид может быть представлен как отдельным предметом, так и множеством однородных предметов. Понимание этого давало возможность выстраивать многоуровневые понятийные пирамиды, позволявшие более детально анализировать объем понятий и делать выводы, отсутствовавшие в Своде Юстиниана36. Содержание родов и видов сопоставлялось при помощи предиката «различие» (differentia), при этом учитывались лишь существенные признаки. Предикат «свойство» (proprium) при делении рода на виды играл роль видового различия (differentia specifica), пересекаясь с предикатом «различие», а «акциденция» (accidentia) мыслилась как отделимое от предмета, без ущерба для его родовидовой принадлежности37. При делении понятий особое внимание глоссаторы уделяли правилам полноты деления и исключения пересекающихся по объему членов деления. Для соответствия этим правилам глоссаторы использовали два новых способа: во-первых, деление с использованием сочинительного союза «и», во-вторых, понятийную пирамиду (многоступенчатое деление).

Суть понятийной пирамиды состояла в том, что члены предыдущего деления подчиняются члену последующего деления, а видообразующие отличия сочетаются38. Посредством диалектического приема деления понятия на виды (divisio, distinctio) глоссаторы выстраивали многоступенчатую систему дифференцированных определений – общих и специальных определений (distinctiones et subdistinctiones), находящихся друг с другом в родовидовых отношениях. Такая «пирамида понятий» позволяла упорядочить самые разнообразные понятия Дигест, а «визуализация» пирамиды наглядно представляла огромный и непростой материал Свода на ветвистом древе понятий, указывала на связь члена деления с той или иной правовой нормой, формировала убеждение, что «другие нормы также имеют определенное место в общей системе права и автоматически распространяла их действие с родового понятия на его виды и подвиды»39. Форма представления родовидовых отношений понятий в виде «дерева рождения права и законов» ( bo o g l g m) выражала характерное для средневековья представление о высшей степени действительности и ценности родового понятия по отношению к видовому, о их генеалогическом отношении: род предшествует виду, вид – подвиду, и т.д.40

Помимо этого, диалектический метод, направленный на синтез противоречивых суждений, позволил средневековым юристам, вслед за диалектиком Абеляром и канонистом Грацианом, формировать «схоластические оппозиции» – антитезы (строгий закон против отступления от нормы в исключительных случаях; абсолютная норма против относительной, правосудие против милосердия, божественное право против человеческого, и др.), которые выступали своего рода «коллизионными конструкциями», логически примирявшими противоречивые сентенции древнеримских юристов41.

Понятия формируются постглоссаторами на основании диалектического метода Абеляра, поиска более общих оснований, способных логически примирять противоречащие суждения в авторитетных источниках. В основании – догматическое восприятие источников и логика Аристотеля.

35Полдников Д.Ю. Указ. соч. С. 66.

36Там же. С. 66–67.

37Там же. С. 67.

38Там же. С. 69.

39Там же. С. 70.

40См.: Хейзинга Й. Осень средневековья. М., 1995. С. 203.

41См.: Берман Г.Дж. Указ. соч. С. 145; Царьков И.И. Указ. соч. С. 51; Исаев И.А. Указ. соч. С. 288.

27

Юридическая догматизация – догматизация некоторых форм мышления.

Догматизация форм мышления определила основную черту континентальной юридической традиции. Право как социокультурный институт может быть схематично представлено следующим образом: идея – норма – отношения. Догматизируется часть нормы – отношения. Догматизация норм приводит к стабилизации общественных отношений;

рационализация ведет к возникновению истории (???). Греческая цивилизация не является историчной. Европейская цивилизация исторична. Именно поэтому у европейской цивилизации появляется огромный потенциал развития (возникновение права) (здесь

история – устремленность в будущее, в основе которой ожидание второго пришествия, а представление о циклическом развитии общества – отсутствие истории). Всегда должен быть баланс между

развитием и стабильностью (И.А. Покровский, С.С. Алексеев). Европейская цивилизация нашла этот баланс в праве. Стабильность на основе норм позволяет развиваться. Однако юридической науки пока еще нет.

Михайлов. Догматизация – способ присвоения, привязки к определенной сфере и трансляции знания без критического осмысления, проблематизации его оснований. Догматическое знание не объясняет что-либо, а закладывает фундамент профессиональной картины мира, выступая истинной, самоочевидной и неизменной его основой. Образно, догматизация – перевод некоторого содержания в «символ веры», в канон мышления (Иеринг в «Духе…» о римском праве – оно стало каноном нашего юридического мышления). Догматизируется обычно некоторое содержание, основания которого сознание не способно обосновать, но это содержание воспринимается как предельно авторитетное, полное и точное. Постепенно, в процессе присвоения сознанием такого содержания, оно начинает восприниматься как естественное, самоочевидное, уже и не нуждающееся в обосновании, становится фундаментом, на котором выстраивается более конкретное «знание». Догматизация может протекать как естественный процесс, обусловленный культурноисторическими обстоятельствами, либо она может искусственно, целевым образом задаваться на основе определенной доктрины. В традиции континентальной юридической догматики догматизация осуществлялась за счет историко-культурных обстоятельств первого европейского ренессанса, мифологизации римского права как части античной культуры, а также за счет восприятия законов и процедур формальной логики как канона мышления вообще. Догму всегда следует рационализировать. Возможно, один из способов рационализации – идеологизация. В процессе рационализации догмы могут использоваться как философские, так и идеологические средства.

Михайлов. Есть основания полагать, что именно школа комментаторов направленностью своей интеллектуальной деятельности на формирование логически связанной системы юридических абстракций, выведение из правового текста юридических универсалий формирует необходимую основу для понятийного мышления в континентальном правоведении. Схоластика приучала многие поколения юристов выделять в сложном конгломерате юридических конструкций римлян наиболее существенные моменты для формирования определений «несущих» терминов и конструкций. За счет господства формально-логических операций «корпус права» переводился в план профессионального мышления, для схоластического сознания право существовало, прежде всего, как идея, и только во вторую очередь как основание профессиональных практик. В отличие от практически ориентированного римского правоведения, оперировавшего юридическими терминами, средневековая университетская традиция была гораздо более восприимчива к рефлексии оснований, целей и средств профессиональной деятельности, что выступает необходимым условием формирования юридических понятий. Именно школа комментаторов в наибольшей степени приблизилась к понятийному мышлению, чему способствовала абсолютизация диалектики стоиков, позволявшая не замыкаться к законной и системной экзегезе словесных формулировок, но подниматься над текстуальным содержанием в понятийный план.

О диалектике стоиков и ее применении средневековыми юристами см.: Берман Г. Дж. Западная традиция права… С. 142–144, примеры: С. 146–151. Также см.: Аннерс Э. История европейского права. М., 1996; Царьков И.И. Развитие правопонимания в европейской традиции права. СПб., 2006.

28

7.Практические смыслы юридической догмы.

Впрофессиональной истории правоведения догма имеет колоссальное значение – как для организации юридической практики, так и для формирования особого типа юридического мышления

истановления профессиональной юридической культуры в целом.

Выдающийся российский романист и теоретик права С.А. Муромцев указывал, что «под догмой разумели и разумеют систематическое изложение начал (принципов) действующего права какой-либо страны и какого-либо времени. /…/ Догма представляет в надлежащей стройности тот правовой порядок, который юрист-практик должен осуществлять в своей деятельности. /…/ Догма права в строгом смысле есть исследование какого-либо действующего права в интересах применения его на практике»42. Таким образом, цель деятельности юриста-догматика, в конечном итоге, связана с обеспечением доступности действующего права для юридической практики. Догматическая юриспруденция призвана привести в систему действующее положительное право и изложить ее в такой форме, какая способна организовать юридическую практику.

По мнению С.С. Алексеева, под догмой права «имеется в виду не что иное, как

специфический предмет юридических знаний, особый сектор социальной действительности - юридические нормы, законы, прецеденты, правовые обычаи, обособленные в соответствии с потребностями юридической практики в качестве основы решения юридических дел». При этом слово «догма», считает автор, призвано отразить отношение к позитивному праву как

непререкаемому основанию поведения людей, действий государства и выносимых им решений.

В этих качествах непререкаемости, определенности, конструктивной точности источников, содержания и действия позитивного права и заложены основания практического значения догмы права.

Юридическая догматика как метод, по мнению С.С. Алексеева, представляет собой деятельность по аналитическому («атомистическому») исследованию действующих правовых норм и источников права. Юрист-догматик исследует «факты правовой жизни»: тексты законов и иных нормативных документов, судебных решений. Из них исследователь аналитическим путем формирует научные обобщения в форме юридических понятий и категорий. Юридическая догматика связана с выявлением содержащихся в источниках права юридических норм, уяснением их значения, выявлением общих, родовых и видовых особенностей норм, характеристикой юридических фактов и порождаемых ими последствий, выявлением юридических конструкций и принципов, выработкой и закреплением юридической терминологии. Результатом интеллектуальной деятельности в догматическом исследовании выступают юридические определения, сравнительные характеристики и классификации.

Практический смысл юридической догмы заключается в том, что она организует текущую юридическую практику, позволяет системе положительного права воспроизводиться и устойчиво развиваться. В этом смысле догматическими можно назвать и прикладные, главным образом «технические», разработки действующего (позитивного) права. Сюда можно отнести все разработки, касающиеся построения и оформления

юридических текстов, систематизации законодательства, юридического документооборота, организационных схем и процедур профессиональной юридической практики и т.п.

Основой инструмент в прикладных догматических исследованиях права – логически выверенные термины, юридические конструкции, которые позволяют организовать и систематизировать материал позитивного права.

Без догмы права в континентальной юридической традиции принципиально невозможно

рациональное построение, структурирование системы права, обоснованное применение права. В

континентальной правовой системе именно структуры юридической догмы формируют системность позитивного права, поскольку через догму задается внутренняя структура, принципы связи элементов системы права, и поэтому их можно рассматривать как глубинный «слой» позитивного права, постижение которого возможно лишь через органичное объединение легальных и доктринальных элементов. Именно догматическая юриспруденция на континенте через описание, обобщение, классификацию и систематизацию правовых установлений сформировала логически стройное «здание» положительного права

Именно догма права служит первичной основой для центральных видов юридической практики – правотворческой и правоприменительной. Именно догматическая юриспруденция – как в Древнем Риме, так и на европейском континенте сформировала особый язык позитивного права, отличающийся от бытового точностью своей терминологии, аналитически осмысленными связями, позволяющими формировать определенные логико-языковые феномены – юридические конструкции. Иными словами догма права – есть то интеллектуальное содержание (комплексы юридических конструкций), которое присваивается профессиональным сознанием юристов и в дальнейшем качественно отличает его от правосознания обыденного. Догма права позволяет говорить об особой «логике» права (С.С. Алексеев), под которой понимается устойчивая взаимосвязь юридических конструкций, выражающаяся в доктринальном языке юристов через термины «система права», «правовой институт».

Через догматическую юриспруденцию формируется и правовая доктрина, которая послужит интеллектуальным основанием всей традиции университетской юриспруденции, сформирует общеевропейское образцовое право (jus commune) как основание профессиональной идентичности юристов и станет необходимой предпосылкой для процессов кодификации в континентальной Европе XIX столетия.

При обсуждении практических смыслов юридической догматики практику следует понимать не только в сугубо профессиональном значении как юридическую практику, основанную на идее права и правовых ценностях, но и в социальном значении как любой вид деятельности, способный целесообразно преобразовать социальные отношения, общественное устройство.

Помимо этого, к практическим смыслам догматической юриспруденции следует отнести стабилизирующую функцию не только в отношении позитивного права, но и общества в целом. «Кристаллизуя» социально-правовой опыт в юридических конструкциях (Ф.В. Тарановский), юридическая догматика выступает значимой гарантией против дестабилизации и разрушения общества, позволяет основным социальным институтам воспроизводиться на устойчивом (относительно точном, обеспеченном и культурном) юридическом основании. Догма права способна спасти общество от социальных потрясений, если она существует как реальный правопорядок. В обществе должна существовать идея права: догма права через точные юридические конструкции позволяет эффективно транслировать ценностные основания позитивного права от одного поколения юристов другому, делает возможной реализацию таких ценностей через институты реализации, применения права. Юридическая догма реализуется в эффективном юридическом образовании, законотворчестве, правоприменении.

30