Помимо очевидных удобств (не болит голова о том, где взять деньги), такая схема хороша также с точки зрения международных финансовых институтов, которые оценивают уровень «свободы» медиасистемы по формальным признакам. В докладе Всемирного банка (2001 г.), в частности, использован именно этот критерий, что вызвало немало ироничных замечаний участников обсуждения этой главы доклада, сделанного в Вашингтоне в апреле. Ведь в этом случае латиноамериканская модель олигархического контроля за медиасистемой исчезает за изящным прикрытием частной «семейной собственности».
Между тем любому, кто следил за развитием российских масс-медиа в 1990-х годах, понятно, что реальные технологии контроля за СМИ совсем иные. Канал РТР, например, когда-то был самым свободным и «демократическим», но в определенный момент ведущих заменили на дикторов и редакторов, и проблема контроля была решена. Произошло это после столкновения государственных СМИ с властью по поводу первой войны в Чечне, когда «медовый месяц» масс-медиа и власти подошел к концу.
3. Три удара
Но довольно о девяностых. Вопрос, на который надлежит здесь ответить, можно сформулировать следующим образом: как закон и порядок новой, путинской эпохи устанавливались в российской медиа-системе?
Первой ласточкой перемен стало вынесение на конкурс частот вещания ТВЦ и ОРТ. Предупреждения были сделаны во время выборов (по принципу «всем сестрам по серьгам» и «равноудаленности»), а конкурсы на ОРТ (24 мая 2000 г.) и ТВЦ (6 июля 2000 г.) прошли без особых сюрпризов: телеканалы сохранили частоты. Тем не менее, эти жесты министра Лесина не остались незамеченными. Всем телевизионщикам стало ясно, что любой канал может оказаться в такой же ситуации, а поводом для предупреждения послужить некое нарушение законодательства. Причем отмена этого предупреждения судом (как это произошло в случае с ТВЦ) значения не имеет; конкурс все равно состоится, а на нем все может сложиться по-разному. Голосование по ТВЦ было хорошим примером: победа досталась Лужкову с перевесом всего в один голос, и голос этот принадлежал лично Лесину.
Вторым этапом трансформации медиаполитической системы стало лишение Бориса Березовского способности влиять на содержание передач первого канала. Как и прежде, помимо интересов президентской администрации канал служит бронежилетом государственной политики. Сегодня по этой эстетике очевидно: 1-й канал – это, конечно, государственное, не частное и не общественное телевидение.
Ситуация с НТВ — завершающий этап трансформации, после которого политическое поле должно было еще в большей степени перейти под контроль администрации. Захват НТВ действительно стал событием эпохальным. Гусинский был последним игроком на медийном поле, который мог создавать политические кризисы по своему желанию. Его место стремится занять Березовский, для которого открылась, наконец, желанная ниша демократической медиа оппозиции.
Новое «политическое время». В этой ситуации, разумеется, коммерческие СМИ (в первую очередь газеты и журналы, приносящие прибыль издателям и не зависящие от политизированных медиаинвесторов) оказываются в выигрыше и могут набрать некоторые очки за счет относительной неподконтрольности власти. Они могут и будут преподносить сюрпризы Кремлю и создавать информационные кризисы, если новая администрация не научится реагировать на медийную «повестку дня» более оперативно, чем в случае с «Курском». В принципе такое разделение по «осторожности» между газетами и телевидением встречается довольно часто, например в Великобритании. А вот смогут ли российские издания воспользоваться всеми прелестями свободы печати это отдельный вопрос.
И, тем не менее, в долгосрочном плане гораздо более существенными представляются две другие темы. Первая: если политическая система превратится в выхолощенный механизм, замкнутый на некой последовательности ритуалов, то на какой площадке общество восстановит коммуникацию? Или, по-другому, где вне политики проявится политическое? Вторая тема: что нового вносит в ситуацию развитие Интернета?
Начнем со второй темы. Здесь важно отметить обозначившийся уже структурный конфликт между масс-медиа и коммуникацией в Интернете. Речь идет не о «некоторых различиях» (как в антитезе «газеты — телевидение»), а о самом настоящем противостоянии. Сетью пользуется меньше людей, чем телевизором, но зато Интернет-коммуникация построена на живых людях, а не на образах и медиафантомах. Репрезентация масс-медиа находится в оппозиции к коммуникации с помощью Интернета. При этом, разумеется, понятие «интернет» используется широко и включает в себя не только интернет-СМИ, но прежде всего — электронную почту, специализированные страницы и веб-комьюнити. Сеть представляет собой самиздат в режиме реального времени, который уже на световые годы ушел вперед от ритуального содержания как электронных, так и печатных СМИ. В Сети другая повестка дня, темы, другая жизнь.
Прежде чем начать разговор об информационных жанрах, рассмотрим вкратце весь диапазон газетных жанров, в который они входят на правах одной из жанровых групп. Жанры журналистики различаются:
по характеру предмета изображения, познания (непосредственные факты и события — в заметке, корреспонденции, отраженные — в интервью, рецензии);
по конкретным рабочим функциям (информационной, объясняющей, оценивающей, побуждающей);
по масштабу охвата действительности, обобщений и выводов;
по характеру выразительно-изобразительных средств (литературного языка, стиля, образности).
Определяется жанр не по какому-нибудь одному из этих признаков, а по всей их совокупности. Некоторые жанры обладают общими чертами. В связи с этим их обычно подразделяют на три большие группы: информационные, аналитические и художественно-публицистические жанры.
Информационные жанры — заметка, репортаж, отчет, интервью — отличаются оперативностью, наличием в материалах событийного повода, рассмотрением отдельного факта, явления.
Аналитические жанры — корреспонденция, комментарий, статья, рецензия, обзор печати, письмо, обозрение — имеют более широкие временные границы, в них содержится изучение и анализ системы фактов, ситуаций, обобщения и выводы. Сегодня исследователи журналистики расширяют диапазон аналитических жанров, вводя в их число беседу, журналистское расследование, эксперимент, версию, консультацию, социологическое резюме, аналитический пресс-релиз, рейтинг.
Художественно-публицистические жанры — очерк, фельетон, памфлет — сочетают в себе понятийные и образно-выразительные средства, обладают большой эмоциональной силой, раскрывают типическое через индивидуальное.
Основные функции средств массовой коммуникации — информации, образования, создания общественного мнения и воспитания — находят свое отражение в конкретных жанровых формах. Так, функция информации ярко проявляется в жанрах заметки, репортажа, отчета, функция образования — в жанрах интервью, обзора печати, обозрения, функция создания общественного мнения — в жанрах корреспонденции, комментария, статьи, рецензии, фельетона, функция воспитания — в очерке. На тот или иной жанр указывает преобладающая — функциональная часть текста то ли информационная, то ли объясняющая, то ли оценивающая, то ли побуждающая. Однако это нельзя понимать слишком упрощенно. Наряду с основной функциональной частью в журналистском тексте содержатся такие части, которые указывают на другие функции. Ведь нельзя создавать общественное мнение вокруг какого-то явления, в достаточной мере не информируя читателя. Также невозможно его воспитывать без того, чтобы не информировать, образовывать. Крупные жанры, такие как очерк, несут в себе все функции СМК с преобладающей воспитательной.
Использование тех или иных жанров определяется в первую очередь общественно-историческими условиями жизни. Например, в довоенной советской журналистике был очень распространен жанр очерка. По свидетельству известного в то время журналиста Семена Нариньяни в «Комсомольской правде» 30-х годов очерк был жанром номер один. «Иногда в одном номере печаталось по два-три очерка сразу. На второй странице очерк производственный, на третьей — морально-этический, на последней — спортивный или научный». То есть в газетах того времени преобладали материалы, несущие образовательную, воспитательную функции. Постигая грамоту, народные массы молодой советской республики тянулись к знаниям, и газеты старались выполнять стоящие перед ними задачи — обучать и воспитывать людей на ярких примерах новой жизни.
Сегодня мы наблюдаем иную картину: крупные жанры на полосах ежедневных газет появляются не очень часто, они перекочевали в еженедельники, журналы. На первое же место вышли информационные жанры. Ускоренный темп жизни, информационный бум диктуют изданиям и соответствующие формы подачи материалов. Многие газеты, учитывая читательские интересы, ориентируют журналистов на небольшие по объему — 100-120 строк — материалы не только информационных, но и аналитических жанров с многочисленными фактами, лаконичной аргументацией, без лишних слов.
Это не значит, конечно, что в ней нет концентрации собственности на органы информации, крупных холдингов и т.д. Но по отношению ко всему объему содержания и коммуникации в Сети их информационная продукция значит не так много, как, например, центральное телевидение для российской системы масс-медиа. И если эта «инаковость» не находится еще в состоянии острого конфликта с современной российской медиасистемой, то прежде всего потому, что она ее чаще всего игнорирует. Масс-медиа по большей части выключены из реальности Сети, представляют собой меньше пяти процентов ее содержания, равно как и все политические сайты, вместе взятые. Исходя из этого, можно предположить, что если конфликт и будет происходить, то не в политической, а в иной плоскости — в сфере культуры и составляющих ее содержание метафор и символов. Если политическая площадка останется закрытой, энергия общественной жизни просто уйдет в другое русло.
Политическое, скорее всего, вновь возникнет в культуре, которая как сфера свободы делает контроль над собой невозможным в принципе, а потому снова становится важнейшей коммуникационной сферой, где общество будет больше узнавать о себе, чем собственно в политике. Конечно, речь идет в первую очередь о массовой культуре, но даже в ней китча меньше, чем в политике, где вновь доминирует патриархально-националистический мачизм. Это еще можно терпеть в политическом спектакле с ведущей ролью «сверхчеловека», политического супергероя, каким и был Борис Ельцин — персонаж популярных сериалов Бунтарь, Царь и Царъ-2. Но сегодня политический спектакль более не является интересным в том смысле, что современным городским людям становится все сложнее инвестировать в него время и ожидания, проецировать в него свои эмоции. В открытой политической системе времен Ельцина делать это было проще и веселее, потому что постоянно сохранялся элемент непредсказуемости. Она, правда, осталась, но больше таковой не ощущается, как будто ее нет. В этом собственно, основной прием новой драмы, весь ее смысл. Хотя и не «зрелищно», но доходчиво и понятно. Вы видели, какие сейчас очереди в кино? Интересуются. Ходят, смотрят, говорят. Героями новой эпохи могут, как когда-то, снова стать актеры, потому что политики ими больше быть не могут или не хотят.
Наряду с традиционными жанровыми формами сегодня на страницах газет и журналов появляются новые, например, научно-популярные эссе, социально-политические диалоги, социальные портреты современников, социально-экономические очерки, проблемные социальные критические репортажи, аналитические интервью и т.д.
В международной журналистике многие жанры требуют специального исполнения. Газетные материалы должны обладать определенной направленностью — тщательным учетом всех специфических черт, свойственных аудитории той или иной страны или группы стран, для которых предназначается публикация, а также черт, свойственных местным газетам. Известный журналист С. Беглов, исследуя жанры газетной публицистики, выделял несколько ступеней такой направленности:
• универсальная ступень приближения — журналист должен написать текст так, чтобы он не содержал ничего «зашифрованного» местным, обиходным языком или специфической терминологией (например, понятные для нас слова «ударник», «колхоз» и т.д. требуют разъяснения для зарубежной аудитории);
внешнеполитическая направленность — учет специфики международного положения страны, на которую направлен материал, характер отношений со страной автора, сближение или расхождение их интересов;
страноведческая ступень приближения — учет определенных исторических политических, религиозно-бытовых, этнических особенностей страны, на которую направлен текст, сюда же относится учет ее уровня развития, специализации в промышленности, сельском хозяйстве. Все это позволит избежать тех тем, которые не вызывают интереса в данной стране;
коммуникационно-аудиторная ступень приближения — учет специфики канала средств массовой информации, типа издания, аудитории, на которую направлен текст. Это должно сказываться в первую очередь на форме подачи материала.
Журналисту следует учитывать также, что его сообщение либо дополняет, раскрывает в особом свете то, что уже известно из местных средств информации, либо впервые ставит аудиторию перед явлением, фактом, уяснение которых требует от нее дополнительных усилий. Автор должен облегчить эту работу путем популяризации, иллюстрации известными примерами и т.д. Главная задача журналиста — точная интерпретация события, обеспечение необходимой познавательно-аналитической нагрузки сообщения.
Зарубежный читатель пользуется выработанной местными СМИ шкалой социальных оценок, способами ориентации в событиях окружающей действительности. И здесь задача состоит в том, чтобы использовать привычные для читателя формы подачи материалов. Для этого важно знать, какие жанры преимущественно использует в своей работе местная пресса. В американском еженедельнике «Тайм», например, материалы подаются, главным образом в одном жанре — «ньюс стори» (рассказ о новостях). Эту роль выполняет комментированный репортаж. До появления «Тайма» в американской печати было строгое деление на комментарий, официальное мнение редакции по поводу определенных событий и репортаж — информационный материал, в котором репортер отвечал на вопросы: кто, что, где, когда, как?
Комментированный репортаж — это комбинация двух жанров с ответом на вопрос «почему?» (так называемая объясняющая журналистика). Он строится на трех элементах: 1) информация, 2) интерпретация, 3) мнение. Как правило, имеет интригующее начало. От передовых статей и комментариев журнал отказался, все свои мнения и суждения редакция включает в комментированный репортаж.
Жанровую структуру информационного еженедельника «Ньюсуик» также составляет комментированный репортаж, который дополняется заметками, интервью, зарисовками, небольшими корреспонденциями.
Комментаторский характер материалов журналистика начала приобретать с усилением конкуренции с радио и телевидением. Не в состоянии угнаться за их оперативностью в подаче новостей, крупные газеты и журналы стараются привлечь читателя объяснением новостей.
Существуют определенные различия также в жанровой палитре массовых и качественных изданий. Первые стремятся строить материалы так, чтобы в них преобладали эмоциональные средства воздействия. При этом обычно отсутствуют логические выводы, аргументы, анализ. В качественных же газетах и журналах, наоборот, материалы апеллируют к разуму читателя, в них больше аргументированных обобщений, выводов.
Информационные жанры. Этим жанрам отводится наибольшая часть газетной площади и времени в эфире. Именно эти жанры несут аудитории все последние новости. В некоторых газетах их обозначают одним общим термином «новости», часто вкладывая в это понятие не просто сообщение о чем-то новом, а о сенсационном факте.
Сенсация — самый ходовой товар в массовой прессе. Издателю он повышает тиражи газет, приносит прибыли. Усилия репортеров этих изданий направлены на то, чтобы каждый номер обеспечить необычной, захватывающей новостью. И на страницы газет, в эфир, на телеэкран сплошным потоком идут материалы о катастрофах и убийствах, пожарах и наводнениях. А если вдруг ничего не случилось, сенсации приходится выдумывать, используя слухи и т.д.
Новости в такой печати — главный жанр. Они занимают больше половины площади газет (не считая рекламы). Светская, скандальная хроника, политические, экономические, спортивные сообщения заполняют многочисленные полосы, смешивая социально важные факты со случайными. Обилие новостей приводит к тому, что многие читатели ограничиваются просмотром одних заголовков или в лучшем случае чтением первых абзацев, набранных крупным шрифтом. В заголовок или начало материала выносятся наиболее выгодные, часто второстепенные детали. Читатель же, приученный к тому, что изложение информационных материалов строится по принципу «перевернутой пирамиды» (главное сообщается вначале, а затем все менее и менее существенные подробности, чтобы легко было сокращать материал с конца при макетировании и верстке), воспринимает их как самое важное в сообщении.
В качественной печати отношение к новостям более серьезное. Хотя и здесь не отказываются от публикации сенсационных сообщений. Но деловая, политическая печать старается соблюдать принцип объективности, беспристрастности, нейтральности в подаче новостей. Однако на деле этот принцип трудно соблюдать уже по той причине, что новости на полосу отбирают субъекты журналистики — люди, имеющие свои пристрастия, интересы, просто субъективный, личный взгляд на общественные явления.
Стоит процитировать внутренний документ, подготовленный в информационном агентстве «Постфактум», под названием «Методологические вопросы деятельности информационных агентств в современной России», который приводит И.М. Дзялошинский в книге «Российские СМИ в избирательной кампании: уроки эффективности» (М., 1996): «В принципе, но-востевые информационные агентства должны быть идеологически и политически беспристрастными в своей профессиональной деятельности. Только при этом условии обеспечивается объективность и правдивость их продуктов: ленты новостей, тематических подборок, обзоров и т.д. Однако на практике так не бывает нигде и никогда». По мнению автора записки, все информационные агентства выполняют политическую функцию и «весь вопрос в том, как это делается: достаточно искусно или топорно, не порывая целиком с правдой или же отдавая предпочтение лжи, искажению действительности». Говоря о выборах в Государственную Думу, автор подчеркивает, что общероссийские информационные агентства, конечно же, не останутся в ней (политической кампании) всего лишь пассивными регистраторами событий, они наверняка будут «арендоваться» какими-то партиями, коалициями. Уклониться от этого невозможно.
Жанр материала журналист выбирает в зависимости от его содержания, от того насколько важны, злободневны и интересны найденные, отобранные факты.
Заметка. Это самый распространенный информационный жанр. Он сообщает о важном факте, событии общественной жизни. Основные его черты — сжатость изложения, высокая оперативность. Отвечает читателям на вопросы: что где, когда? Не дает анализа событий, т.е. не отвечает на вопрос: почему? В заметке должна содержаться новость, отраженная в конкретном факте общественной жизни — новый факт. Причем не просто факт, а факт, имеющий общественное значение. Для этого необходим продуманный отбор фактов журналистом, чтобы исключить случайное, мелкое, выделить самое существенное, значительное.
Виды заметок. Новость может быть сообщена коротко, в общих чертах или детализирована в зависимости от значения сообщаемого факта. Наиболее короткое — хроникальное сообщение: одна или несколько фраз, не имеющих заголовка. Публикуются такие сообщения обычно в подборках, например: