Заявления Р. Т. Эрдогана встретили широкий резонанс в обществе. НРП обрушилась на ПСР с резкой критикой, обвиняя правящую партию в исламизации. Более умеренные политики и общественные деятели, соглашаясь с тем, что некоторые положения действующей Конституции 1982 года устарели и не отвечают ни реалиям современной Турции, ни ее стремлению вступить в ЕС, не соглашались с идеей полной замены Основного закона. В качестве довода они приводили Конституцию США, в которую вот уже на протяжении 200 лет вносятся изменения, но не переписывают полностью.
Беспокойство кемалистов было не случайным. Существенное расширение принципа лаицизма в проекте Конституции по существу выводило религию из-под жестких ограничений, установленных еще К. Ататюрком. Формально лаицизм оставался одним из ключевых столпов политической системы. Лидеры ПСР неоднократно высказывались в поддержку данного принципа как такового, а Р. Т. Эрдоган не переставал повторять, что «Турция - демократическое, лаицистское, социально-правовое государство. Все в Турции являются сторонниками демократии, лаицизма». Фактически же ПСР подменяла понятие лаицизма, и в новой трактовке он представал как «нейтральность государства перед различными религиозными верованиями и философскими учениями».
Стараясь придать процессу изменения Конституции демократическое измерение, в лидеры ПСР обещали представить на всенародное обсуждение проект Конституции, который разработает упомянутая выше комиссия. К обсуждению планировалось подключить широкий спектр неправительственных организаций, политические партии, деятелей науки, искусства и культуры, бизнесменов и чиновников.
Однако общество оказалось не готово к принятию новой Конституции. Против этого выступили научные круги в лице ректоров ведущих университетов страны. В частности, председатель Совета по высшему образованию Эрдоган Тезич отмечал о необходимости сохранения лаицизма, так как «лаицизм - это то, что отличает Турцию от исламских стран».
Против принятия конституции выступили оппозиционные политические партии, Конфедерация профсоюзов работодателей Турции, а председатель Союз турецких сельскохозяйственников (СТХ) Байрактар предложил создать для разработки Основного закона Согласительную комиссию, в которую бы вошли представители разных политических групп.
В свою очередь армия, неоднократно выражавшая свое недовольство, с избранием А. Гюля на пост президента еще больше сдала свои позиции в политике. Являясь по Конституции верховным главнокомандующим, А. Гюль мог уволить любого генерала. Бездействие армии, несмотря на все ее жесткие заявления, подрывало ее имидж, поэтому Я. Бюйюканыт пытался разрешить проблемы в двустороннем порядке. Примечательно, что 26 сентября 2007 года Я. Бюйюканыт встретился с председателем ВНСТ Коксалом Топтаном, членом ПСР и, по мнению журналистов, обсуждал с ним проект конституции.
Не остался в стороне и Кассационный суд. 29 сентября 2007 года он выступил с заявлением, в котором говорилось о неприемлемости подмены принципа лаицизма, внесения изменений в первые четыре статьи Конституции, а также в другие статьи, если вследствие таких поправок фундаментальны основы Турецкой Республики, заложенные еще К. Ататюрком, будут подорваны.
Иными словами, ПСР прощупала почву и убедилась в невозможности принятия новой Конституции в ближайшей перспективе. Лидеры правящей партии постарались успокоить общественность. Акцентируя внимание на необходимости развивать демократию в стране, Р. Т. Эрдоган дал понять, что процесс принятия новой Конституции долгий, требующий детального обдумывания и национального согласия.
Однако если с заменой Основного закона страны ПСР решило не спешить, то упускать шанс внести поправки в действующую Конституцию 1982 года исламисты не собирались. 21 октября 2007 года долен был состояться референдум по закону № 5678. Данный закон состоял всего из 7 статей и предусматривал изменение некоторых статей Конституции: о выборах президента и о порядке голосования в ВНСТ.
За принятие поправок проголосовало почти 69% населения страны. При этом «против» проголосовало преимущественно население, проживающие на Западном побережье Турции вокруг Измира и во Фракии. Эти районы Турции традиционно являлись оплотом кемалистов, что постоянно проявляется во время выборов и референдумов. (См. приложение 4).
По результатам референдума в силу вступили следующие изменения:
· В 77 статью Конституции вносится поправка, по которой парламентские выборы проводятся через каждые четыре года, а не 5 лет, как прежде.
· В 79 статью Конституции вносится поправка, по которой президент избирается всенародным голосованием.
· В 1 пункт статьи 96 Конституции вносилась поправка о том, что при голосовании по всем вопросам, включая выборы президента, нужно присутствие не менее 1/3 депутатов (184 вместо 367).
· В 101 статью Конституции вносится поправка, по которой президент Турции выбирается всенародным голосованием среди граждан Турции, достигших 40 лет, имеющих высшее образование и являющихся депутатами ВНСТ или же обладающих поддержкой депутатов парламента. Один человек может быть избран на должность президента не более двух раз. Для выдвижения на пост президента необходимы 20 подписей депутатов ВНСТ. Новый президент должен выйти из политической партии и вернуть депутатский мандат.
· В статью 102 Конституции вносится поправка, по которой президентом становится кандидат, набравший абсолютное большинство голосов на всенародном голосовании. Если во время первого тура выборов, кандидат не получит абсолютного большинства голосов, на второе воскресенье после первого тура выборов назначается второй тур. Во втором туре участвуют два кандидата, набравшие в первом туре большее число голосов. Побеждает же кандидат, набравший во втором туре необходимое большинство голосов. В случае, если 1 из кандидатов погибнет или будет снят с выборов, то кандидатура второго претендента на пост президента выносится на референдум.
Таким образом, на референдуме был принят законопроект, разработанный ПСР еще к маю 2007 года. Закон №5678 облегчал процедуру избрания президента и приводил турецкую систему исполнительной и законодательной власти к западному формату, что было немаловажно в связи со стремлением Турции вступить в ЕС. При этом действующий президент Турции А. Гюль продолжал исполнять свои обязанности в соответствии со старым законодательством. Однако принятие закона № 5678 могло быть в будущем использовано для переизбрания Гюля на второй срок.
Оппозиционные партии негативно восприняли победу
ПСР на референдуме 2007 года, но как-то исправить ситуацию явно были не
способны.
.2 Вакфы, религиозное образование и вопрос
о ношении тюрбана
В 2008 году Закон о вакфах № 5737 был принят парламентом, и подписан президентом А. Гюлем. Закон снимал такие положения вакуфного законодательства, как контроль государства за расходованием финансовых средств вакфов, которые обязательно должно были находиться в государственных банках, необходимость получения одобрений от официальных органов власти для претворения в жизнь тех или иных проектов. Вакфы получали возможность вести деятельность за рубежом. Тем самым вакфы могли существенно увеличивать свои активы, привлекая помощь из-за рубежа. При этом среди вакфов были и религиозные организации, которым реформа правительства в определенном смысле развязывала руки. Недаром, по мнению ряда специалистов, стремление ПСР превратить вакфы в один из столпов гражданского общества таит в себе опасность усиления позиций фундаменталистов, которые через данные институты могут получить доступ к политической сцене.
Уже после победы в парламентских выборах Р. Т. Эрдоган заявлял, что для правительства первостепенной задачей является устранение всех препятствий, стоящих перед девушками, которые носят головные уборы и желают поступить в ВУЗы. В декабре 2007 года в отставку ушел кемалист председатель Высшего комитета по образованию Э. Тезич. На его место был назначен сторонник ПСР Ю.З. Озджан, который поддерживал реформу образования и выступал против запрета на ношение религиозных платков в учебных заведениях, считая, что это ущемляет права верующих.
Ситуацию обострял и тот факт, что политики ПСР не только высказывались в поддержку ношения головных уборов, но и демонстративно появлялись на официальных приемах с женами, чьи головы были покрыты платками. В условиях, когда высшее руководство страны, премьер-министр и президент Турции, министры и депутаты парламента поступали подобным образом, полемика вокруг платков получила новое развитие. Примечательно выступление Р. Т. Эрдогана в январе 2008 года на форуме «Диалог цивилизаций» в Испании, где премьер-министр отметил, что ношение тюрбана в общественных местах не является правонарушением, так как каждый имеет право на свободу мысли и вероисповедания.
Правительство начало готовить законопроект, разрешающий студентам и государственным служащим носить головные уборы. К процессу подключились исламские СМИ. В декабре 2007 года в газете «Заман» была опубликована целая статья, в которой давались советы, где и когда можно носить головные уборы. Дело шло к принятию специального закона о платках.
Несмотря на предупреждение прокурора Кассационного суда Абдуррахмана Ялчинкая, сделанное в январе 2008 года, в феврале 2008 года в ВНСТ состоялось несколько чтений такого закона. Заручившись поддержкой ПНД, ПСР получило необходимое количество голосов для того, чтобы разработанный законопроект прошел первое и второе чтение, набрав соответственно 401 и 411 голосов в свою поддержку. Комментируя голосование в меджлисе, Р. Т. Эрдоган отметил, что ПСР является гарантом для всех граждан Турции, покрывающих голову или нет.
Действия ПСР вызвали широкий резонанс среди
кемалистов и генералитета. НРП вывела около 25 людей на митинг в Анкаре с
лозунгами в поддержку светскости. Но в целом турецкий народ не вышел на улицы.
Много было и тех, кто приветствовал долгожданное снятие запрета на ношение
головного убора, в том числе и в образовательных учреждениях. Более того, сам
текст закона был составлен так, что с юридической точки зрения он не
противоречил Конституции страны.
.3 Пик политического кризиса: дело
«Эргенекон» и попытка роспуска ПСР
ПСР в конце 2007 - начале 2008 годов пошла на серьезный риск, запустив реформы, не только меняющие внутриполитическую систему, но и подрывающие принципы светскости. Раньше подобные политические шаги приводили к закрытиям политических партий. В отличие от своих предшественниц ПСР сделала ставку на долгосрочную трансформацию, сочетающую в себе одновременно шаги по ослаблению армии, как политического института, и постепенное изменение законодательной базы. Однако одними институциональными мерами невозможно было ограничить влияние армии. Так как, несмотря на все нововведения, военные пользовались в стране огромным доверием, колеблющимся, по оценкам специалистов в пределах 90%. Несмотря на то, что ПСР действовала осторожно, не выходя за рамки правового поля, трезво оценивала политическую обстановку в стране и умело использовала бурное развитие экономики и фактор ЕС, сохранялась большая вероятность того, что армия, возглавляемая непримиримыми кемалистами, выступит против гражданского правительства. Богатая на военные перевороты история Турции демонстрировала, что военные вмешивались в политику всякий раз, когда гражданские власти переступали определенный порог, после которого светскому государству начинала угрожать опасность. Понимая, что такую возможность нельзя исключать, чувствуя, что партия вот-вот перейдет эту черту, ПСР, в условиях роста напряжения в отношениях с армией, подготовило превентивный удар. С подачи исламистов открывается первое уголовное дело за все время существования Турецкой Республики против якобы готовящих военный переворот офицеров.
Дело «Эргенекон» началось летом 2007 года, когда в доме у отставного турецкого офицера нашли 28 ручных гранат. По мнению следствия, эти боеприпасы принадлежали тайной организации под названием «Эргенекон», состоявшей из высших армейских офицеров и знаменитых политических деятелей. При этом сам термин «Эргенекон» глубоко символичен. В турецкой мифологии под этим названием понимается прародина всех тюркских народов, где после кровопролитных сражений на заре цивилизации нашла пристанище небольшая группа уцелевших тюрок. Они и заложили основу нации, а потом через несколько веков вышли из спасительной долины и расселились по миру.
За год расследования обнаружилось, что именно организация «Эргенекон» совершила все самые громкие, но не раскрытые преступления в Турции за последнее десятилетие. Так, на нее была возложена ответственность за убийство армянского журналиста Гранта Динка в январе 2007 года. Следствие также объявило, что боевики «Эргенекона» планировали убийство нобелевского лауреата по литературе Орхана Памука, премьера Реджепа Тайипа Эрдогана, бывшего главы Генштаба Яшара Бюйюканыта, главы разведки Полицейского департамента Рамазана Акюрека, журналиста Фехми Кёрю. Затем оказалось, что организация планировала антиправительственный заговор под кодовым названием «план по борьбе с реакцией» и готовила кадров на замену высших должностных лиц страны.
Фактически, за время следствия по делу «Эргенекон» было арестовано более ста человек, среди которых бывший ректор Стамбульского университета Кемаль Алемдароглу, председатель Рабочей Партии Турции Догу Перинчек, главный редактор газеты Джумхуриет Ильхан Сельчук, главный редактор журнала Айдынлык Серхан Боллук, отставной генерал Вели Кючюк, отставной генерал Шенер Эруйгур, возглавляющий влиятельную общественную организацию «Общество мысли Ататюрка» и другие известные общественные деятели. (Полный список арестованных по делу «Эргенекон» см. в приложении 5).
На фоне арестов по делу «Эргенекон» 14 марта 2008 года Генпрокуратура возбудила против правящей партией ПСР судебное разбирательство. Причиной стало принятие в феврале 2008 года парламентом Турции закона об отмене запрета на ношение в турецких вузах мусульманского платка - хиджаба. Генеральная прокуратура обвинила ПСР в отступлении от принципов Кемаля Ататюрка, генеральный прокурор Кассационного суда А. Ялчинкая направил в Конституционный суд обращение с материалами дела и требованием распустить партию. Кроме этого, в требование А. Ялчинкая вошли уже традиционные для турецкой политической жизни положения о пятилетнем запрете на политическую деятельность для 71 члена ПСР, включая Р. Т. Эрдогана и А. Гюля.
Реакция турецкой общественности на возбуждение дела против правящей партии была отрицательной. Популистская политика ПСР и успехи экономического развития страны сыграли в этом не маловажную роль. Около 16,5 млн. человек, отдавших свои голоса за ПСР на выборах 2007 года, вряд ли поддержали бы роспуск правящей партии, который грозил очередным периодом нестабильности и чередой кризисов, ведь по существу в Турции отсутствовала политическая сила, которая могла бы стать альтернативой исламистам. Бизнес круги в лице Союза промышленников и предпринимателей Турции также поспешили выразить свою обеспокоенность действиями судебных органов.
После трех дней заседаний 30 июня 2008 года Конституционный суд вынес окончательное решение по данному вопросу и отклонил иск Генпрокуратуры, хотя и признал, что ПСР нарушает зафиксированные в конституции заветы Ататюрка и наложил на нее большой штраф. Согласно турецким законам, для удовлетворения иска необходимо было 7 голосов. 6 судей проголосовали «за», один судья, являющийся сторонником исламистов, Х. Кылыч проголосовал «против», а 4 проголосовали за вынесение предупреждения партии в виде сокращения наполовину выделяемых партии средств из государственного бюджета. Помимо этого суд отменил Закон о платках, признав его антиконституционным.
За развернувшейся интригой следил весь мир. После того, как суд отклонил иск, Р. Т. Эрдогана поздравили лидеры ЕС, США, Ирана, Ирака, Грузии и других стран. В самой ПСР до самого последнего момента преобладали пессимистические настроения (внутри партии обсуждались варианты самороспуска, чтобы создать затем преемницу ПСР, и прорабатывались запасные варианты). Решение суда в ПСР было встречено с эйфорией.