Дополнения
37. КАБАЦКАЯ |
СВОРА |
|
|
||
Кабак презренный, вы, кабацкая |
|
свора |
|||
У пятого столба от «Близнецов |
в шапке», |
||||
Мужчинами считаете себя |
только? |
|
|||
Иль девушки родятся вам одним |
в |
радость? |
|||
Вам пить и веселиться, мы ж ослов |
стадо? |
||||
Расселась сотия дурней или две |
|
сотни, |
|||
И думаете нагло, с вами нет |
сладу? |
|
|||
Не растянуть мне разве дураков |
|
двести? |
|||
Ошиблись. Будет жечь над кабаком |
надпись, |
||||
Из яда скорпионов и моей злости. |
|
||||
Подружка милая из рук моих |
скрылась, |
||||
Любимой так другой уж не бывать |
в мире. |
||||
Великие я вел из-за нее |
битвы. |
|
|
|
|
Теперь средь вас она, она лежит |
|
с вами, |
|||
Вы все с ней тешитесь (постыдная |
правда!), |
||||
Вы, шелопаи, гниль, озорники, |
ферты. |
||||
Эй, слышишь, волосатый, коповод |
шайки, |
||||
Ты, кроличье отродье, кельтибер |
|
мерзкий, |
|||
Эгнатий! Чем гордишься? — бородой |
клином? |
||||
Оскалом челюстей, что ты мочой |
|
моешь? |
|||
60. ОТЧАЯНЬЕ |
|
|
|
|
|
Как! Иль страшилище ливийских |
скал, львица, |
||||
Иль Сциллы лающей поганое |
брюхо |
||||
Тебя родило с каменным и злым |
|
сердцем? |
|||
В тоске последней, смертной я тебе |
крикну., |
||||
И рассмеялась ты, жестокая |
слишком! |
||||
№
Катулл в переводах русских писателей
11. ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА
Фурий ласковый и Аврелий верный! Вы — друзья Катулл у, хотя бы к Инду Я ушел, где море бросает волны
На берег гулкий.
Иль в страну гиркан и арабов пышных, К сакам и парфянам, стрелкам из лука, Иль туда, где Нил семиустыи мутью
Хляби пятнает.
Перейду ли Альп ледяные кручи, Где поставил знак знаменитый Цезарь,
Галльский Рейн увижу, иль дальних бриттов Страшное море.
Все, что рок пошлет, пережить со мною Вы готовы. Что ж, передайте милой На прощанье слов от меня немного,
Злых и последних.
Со своими пусть кобелями дружитI По три сотни их обнимает сразу, Никого душой не любя, но печень
Каждому руша.
Только о моей пусть любви забудет! По ее вине иссушилось сердце,
Как степной цветок, проходящим плугом Тронутый на смерть.
63. АТТИС
По морям промчался Аттис на летучем, легком челне,
Поспешил проворным бегом в ту ли глушь фригийских лесов,
13:
Дополнения
В те ли дебри рощ дремучих, ко святым богини местам. Подстрекаем буйной страстью, накатившей яростью пьян,
Убелил он острым камнем молодое тело свое.
И себя почуяв легким, ощутив безмужнюю плоть, Окропляя теплой кровью кременистый выжженный луг, Он взмахнул в руке девичьей томнозвучный, гулкий
тимпан. Это — твой тимпан, Кивева, твой святой, о матерь, тимпан!
В кожу бычью впились пальцы. Под ладонью бубен запел.
Завопив, к друзьям послушным исступленный голос воззвал:
«В горы, галлы! В лес Кивевы! В дебри рощ спешите толпой!
В горы, галлы! Диндимены-госпожи покорная тварь! Рой изгнанников, за мною понеслись вы к чуждым краям, По следам моим промчавшись, повинуясь речи моей.
Не страшил |
вас вал соленый, не |
смутила |
зыбкая |
|
|
|
хлябь. |
Презирая дар Венеры, убелили вы свою плоть. |
|||
Веселитесь, |
быстро мчитесь, пусть |
взыграет |
сердце |
|
|
в |
груди. |
Порадейте в честь богини! Поспешите, галлы, за мной! В лес фригийский! В дом Кивевы! Ко святым
фригийским местам! Там рокочет гулко бубен, там кимвалы звонко звенят. Там менад, плющом увитых, хороводы топчут траву. Восклицают там меыады, в исступленной пляске
кружась! Там безумствует богини вдохновенно-буйная рать!
т
Катулл в переводах русских писателей
Нам туда помчаться надо! Нас туда желанья зовут!» Дева телом, бледный Аттис так вопил, сзывая друзей. Отвечал мгновенным воплем одержимый, бешеный
сонм. Зазвенела медь кимвалов. Загудел протяжно тимпан. По хребтам зеленой Иды полетел, спеша, хоровод.
Ударяет в бубен Аттис, задыхаясь, хрипло кричит. Обезумев, мчится Аттис, через дебри яростный вождь. Так, упряжки избегая, мчится телка, скинув ярмо. За вождем, за буйной девой, в исступленьи галлы
летят.
Ик святилищу Кивевы добежал измученный рой.
Иуснул в изнеможеньи, не вкусив Цереры даров. Долгий сон тяжелой дремой утомленным веки смежил. Под покровом тихой лени угасает ярости пыл.
Но когда на утро солнца воссиял сверкающий глаз, Сквозь эфир, над морем страшным, над пустынным
ужасом гор, II прогнал ночные тени огненоспых коней полет, Тут покинул, в даль умчавшись, быстролетный Аттиса
сон, В мощном лоне Пасифея приняла крылатого вновь. Исчезает в сердце ярость, легковепный входит покой. Все, что сделал, все, что было, вспоминает Аттис
дро/ Попимает ясным взором, чем оп стал, куда залетел. С потрясенным сердцем снова он идет на берег
морской. Видит волн разбег широкий. Покатились слезы из глаз. И свою родную землю он призвал с рыданьем в груди. «Мать моя, страна родная, о моя родпая страпа!
Я, бедняк, тебя покинул, словно раб и жалкий беглец. На погибельную Иду, ослепленный, я убежал.
13:
Дополнения
Здесь хребты сияют снегом. Здесь гнездятся звери во льдах.
В их чудовищные норы я забрел в потайной щели. Где же ты, страна родная? Как найду далекий мой
край?
По тебе душа изныла, по тебе тоскуют глаза.
В этот миг короткий ярость ослабела в сердце моем. Или мне в лесах скитаться, от друзей и дома вдали?
От тебя вдали, отчизна, вдалеке |
от милых |
родных? |
Не увижу я гимнасий, площадей |
и шумных |
палестр. |
Я, несчастный, их покинул. Буду снова, снова рыдать! О, как был я горд и счастлив, о, как много я пережил! Вот я дева, был мужчиной, был подростком, юношей был.
Был палестры лучшим цветом, первым был па поле борьбы.
От гостей гудели двери, от шагов білл теплым порог. Благовонными венками был украшен милый мой дом. От постели, вечно весел, подымался я поутру.
И теперь мне стать служанкой, стать Кивевы верной рабой!
Стать менадой, стать калекой, стать бесплодным, бедным скопцом!
Стать бродягой в дебрях Иды на хребтах, закованных в лед.
По лесным влачиться щелям, во фригийских страшных горах!
Здесь козел живет скакучий, здесь клыкастый бродит кабан.
Ой-ой-ой! Себя сгубил я! Ой-ой-ой! Что сделать я мог!» Чуть сорвался вопль плачевный с утомленных,
розовых губ,
Чуть до слуха гор богини долетел раскаянья стон,
140