перехлестнуть через край, за пределами которого уже трудно было бы чтолибо сделать. Поэтому лидеры патриотов выражали озабоченность по поводу того, что Континентальный конгресс в своих решениях слишком сильно отставал от настроений масс. Д. Хоули из Коннектикута писал С. Адамсу, что обеспокоен возможностью нападения разгневанных масс в лице армии и «толпы» на конгресс, разгона его и назначения новых делегатов из «низов», которые станут «диктовать всему континенту», что делать. «Народ сейчас идет впереди вас, - писал он. - Единственный путь предотвратить разлад и установить разумный порядок, это ковать железо, пока горячо. Кровь у народа кипит и медлить нельзя». «Ради бога, - взывал он, - примите меры для выработки какой-либо конституции, ибо в противном случае только всевышний знает, кто может стать нашими лидерами» (Jensen
M. Op. cit., p. 670) .
Примерно те же заботы беспокоили и представителей других колоний, принадлежавших к имущим слоям патриотического лагеря. «Скажите, бога ради, - писал Чарлз Ли из Виргинии, обращаясь к делегату от Пенсильвании известному финансисту Роберту Моррису, - почему конгресс ведет себя таким ужасным и бессмысленным образом? Почему сразу не сделать шага, который вы все равно должны будете сделать скоро?». «Если вы его не сделаете, - предостерегал Ч. Ли, - вы вынудите в конечном итоге народ попытаться сделать его без вас, что неизбежно приведет к невообразимой анархии» (Ibid.) . Руководители антибританского движения в Виргинии остро чувствовали опасность социальных потрясений и первыми обратились к местной ассамблее с призывом сформировать новую власть и поддержать идею независимости во имя сохранения «общественного порядка» (Ibid., p. 671. ). Комментируя позицию лидеров патриотического движения в Виргинии, Джон Адамс писал, что повсюду распространился призыв к «здравому смыслу и независимости» (Ibid., p. 672.) .
Еще ранее ассамблея Южной Каролины приняла резолюцию, обязавшую своих делегатов в конгрессе голосовать за отделение от Англии. Аналогичный вопрос рассматривался ассамблеей Северной Каролины, которая приступила к его обсуждению почти одновременно с Виргинией. Дж. Адамс считал это весьма знаменательным. Как только станет ясно, что Каролина и Виргиния поддерживают независимость, заявлял он, это известие с быстротой молнии облетит другие колонии и станет для них примером (Ibid.).
Парадоксально, но Массачусетс, являвшийся важнейшим центром революционного движения, - на его территории уже практически шли военные действия против Англии, - позднее других колоний приступил к обсуждению вопроса о независимости. Это объяснялось внутренними распрями между представителями различных графств и отдельными руководителями патриотического движения. Большинство делегатов местной ассамблеи, как отмечает М. Дженсен, были настолько поглощены внутренней борьбой за власть, что у них уже не оставалось времени заниматься вопросами, выходившими за пределы интересов их колонии
(Ibid.).
В центре этой борьбы был конфликт между жителями прибрежных районов и «внутренней» страны - традиционный для многих колоний конфликт между фермерами «глубинки» и богатой верхушкой Атлантического побережья. Споры велись по поводу того, на основе какой конституции будет управляться колония, согласно какому принципу будут избираться гражданские власти, как будет формироваться командование милицейских отрядов и т. п. Дискуссия по этому поводу затянулась на долгие месяцы, и тот факт, что Массачусетс, на территории которого прозвучали первые выстрелы войны за независимоть, не мог принять решения, позволившего бы его представителям возглавить в конгрессе движение за провозглашение независимости, болезненно воспринимался лидерами освободительного движения колонии - сторонниками разрыва с Англией.
Активную роль в попытке убедить массачусет-скую ассамблею высказаться в пользу провозглашения независимости сыграл Джон Адамс. Сам он являлся делегатом Континентального конгресса и в Бостоне бывал лишь наездами в перерывах между заседаниями конгресса. Но Дж. Адамс был делегатом и местной ассамблеи, вел интенсивную переписку со своими коллегами и всеми мерами пытался убедить других делегатов ассамблеи, лидеров патриотического движения Массачусетса, в необходимости такого рода шага. Заседания конгресса в Филадельфии проходили в бесконечных дебатах: «... разговоры, разговоры и разговоры, - отмечает биограф Дж. Адамса Ф. Рассел, - в то время как осаждавшая Бостон армия Вашингтона оставалась без денег и без надлежащего снабжения» (Russell F. Adams. An
American dynasty. New York, 1976, p. 64. ). По подсчетам внука Дж. Адамса, его дед
в период пребывания на посту делегата Континентального конгресса в 1774 - 1777 гг. перебывал членом 90 комиссий и в 25 из них был председателем (Shaw P. Op. cit., p. 95.) . По словам Дж. Адамса, весь день проходил в бесконечных заседаниях: с 7 до 10 часов утра - в комиссиях, с 10 до 4 - 5 часов - пленум конгресса, а затем до 10 вечера - снова комиссии. «Всю осень, зиму и весну 1775 - 1776 гг., - вспоминал позднее Дж. Адамс, - я постоянно был загружен работой в конгрессе, заседания которого продолжались с утра до ночи, PI я, безусловно, делал больше, чем любой другой делегат этого собрания» (Ibid.; Adams J. Op. cit., p. 237. ). Поэтому, возвращаясь в Массачусетс на каникулы, он буквально валился от усталости и спал по 16 часов в сутки (Russell F. Op. cit., p. 64.) .
Как видно из записок Дж. Лдамса, а также из свидетельств других источников, будучи делегатом конгресса, ои неустанно добивался провозглашения независимости. По его инициативе в феврале-марте 1776 г. конгресс, отменив Навигационные акты, открыл американские порты для судов всех стран, исключая английские. Для борьбы с установленной Англией блокадой американского побережья было принято решение о снаряжении каперских судов, положивших начало американским военноморским силам. Конгресс постановил развивать торговые отношения со всеми странами, за исключением Англии и британских доминионов, хотя и возникли разногласия относительно того, с какого времени и каким образом будет осуществляться контроль за введенными ограничениями (Jensen M. Op.
cit.. p. 658 - 659.) .
Определение позиции Массачусетса по вопросу о независимости Дж. Адамс считал важным по двум причинам. Во-первых, чтобы сохранить за ним лидирующую роль среди остальных колоний в борьбе против метрополии. Во-вторых, чтобы промедлением и пассивностью не охладить освободительных устремлений, в частности южных колоний, не оттолкнуть их от себя и не лишиться таким образом необходимой поддержки с их стороны. Как уже отмечалось, Джон Адамс принадлежал к умеренному консервативному крылу патриотического лагеря и его политические взгляды существенно отличались от леворадикальных воззрений Томаса Пейна. Но в одном он был согласен с Пейном: у Америки не было иной альтернативы, чем независимость. И так же, как и Пейн, он понимал, что новое независимое государство должно быть республиканским по форме
своего правления (Adams J. Op. cit., p. 333.) .
Между тем политический спор по вопросу о независимости не обещал простого решения в Массачусетсе. Конфликт принял явно выраженную классовую окраску и все более углублялся. Противоречия между интересами фермеров «внутренних» районов и малоимущих городских слоев, с одной стороны, и зажиточной верхушки Атлантического побережья - с другой, оставались практически неразрешимыми. С. Паттерсон справедливо отмечает, что в Массачусетсе «раскол» происходил «по многим вопросам» и вопрос о независимости имел свой «внутренний аспект», связанный с противоречиями между различными группами патриотов, которых он условно делит на «сторонников реформ» и «умеренных». «Для сторонников реформ, многие из которых до 1774 г. стояли в стороне от революционной борьбы, - пишет он, - независимость была обязательным условием революции. Они знали по опыту, что никакая королевская администрация не допустила бы, чтобы они сами назначали милицейских и гражданских чиновников, по собственной воле распускали суды, устанавливали жалованье чиновникам и судьям... определяли их состав или вводили ограничения на количество занимаемых должностей. Они были уверены, что независимость должна гарантировать им эти права». Паттерсон отмечает, что для этой группы населения Массачусетса «независимость» была синонимом «свободы» (Patterson J. E. Political parties in
revolutionary Massachusetts. Madison, 1973, p. 141.) .
Другая группа - «умеренные», к которым Паттерсоп причисляет главным образом имущие круги прибрежных графств, дольше всех отстаивала планы примирения с Англией. Сэмюэл Адамс критически отзывался об «умеренных, осторожных вигах», которых было немало в Массачусетсе. «Их умеренность, - писал он в частном письме, - является причиной критического положения, в котором мы находимся. Если с ними считаться, то конфликт может продолжаться столетие». Люди, которые занимали умеренные позиции по внутренним вопросам, проявляли, по словам Паттерсона, «умеренность и в вопросе о независимости» (Ibid., p. 142. ). Разногласия между сторонниками и противниками независимости в Массачусетсе носили классовый характер, и к этому выводу практически склоняется Паттерсон.
Выступая решительным сторонником независимости, Дж. Адамс вовсе не занимал некоей «надклассовой» позиции, как это утверждает П. Шоу. «Теперь стало ясно, - пишет он, - что Адамса нельзя рассматривать ни как представителя западных радикалов, ни как представителя умеренных восточных районов Массачусетса. Он стоял над партиями». По словам П. Шоу, Джон Адамс и его двоюродный брат Сэмгоэл представляли своего рода третью партию (Shaw P. Op. cit., p. 97. 242) . Этот вывод, однако, не выдерживает критики. По крайней мере Дж. Адамс вполне разделял консервативные убеждения «умеренных». Впоследствии это полностью подтвердилось при выработке отличавшейся крайним консерватизмом массачусетской конституции, отцом которой являлся Адаме.
Что же касается противодействия независимости со стороны «умеренных» Массачусетса, то оно объяснялось политическим недомыслием. Ошибочность подобной позиции, чреватой серьезной опасностью для имущих классов в условиях растущего массового движения, хорошо понимали Адаме и другие массачусетские лидеры. Под их влиянием и в результате их непосредственного вмешательства «умеренные» постепенно пришли к выводу о необходимости голосовать за независимость. К середине июня 1776 г. большинство делегатов массачусетской ассамблеи, объединявшее и «сторонников реформ», и «умеренных», готово было голосовать за инструкции своим представителям на Континентальном конгрессе в пользу независимости. Это вовсе не означало ликвидации прежних разногласий. «Согласие па независимость Массачусетса, - пишет Паттерсон, - представляло собой временный поверхностный союз, так как разные люди видели в этом способ делать
разные вещи» (Patterson S. E. Op. cit., p. 148.)
Предшествовавшее решению массачусетской ассамблеи собрание графства Эссекс, поддержавшее идею независимости, недвусмысленно продемонстрировало, что «умеренные» прибрежных районов готовы согласиться лишь с самым минимальным внутренним переустройством и не мыслят иного правительства, чем то, которое «контролировалось бы прежним правящим классом» (Ibid., p. 152. ). Решение голосовать за независимость поставило перед ними в еще более обостренной форме, чем ранее, вопрос о том, «какая часть, какая социальная группа или какие экономические интересы будут управлять (будущим, - А. Ф.) штатом». Купечество, например, по замечанию одного из современников, никогда не согласилось бы подчинить свои интересы общему благу. «У купцов, - писал он, - нет иной цели, кроме собственного, частного интереса» (Ibid., p. 149.).
В этом смысле Массачусетс не представлял исключения. Аналогичным образом, хотя и по-разному, развивались события в других колониях. Под нажимом масс представители имущих классов порой шли на решения, которых они не хотели. Но всякий раз такого рода шаги сопровождались мерами, которые должны были гарантировать сохранение их интересов и поддержание их руководящей роли в решении политических вопросов.
К маю - июню 1776 г. большинство делегатов Континентального конгресса уже осознало неизбежность разрыва с Англией. 10 мая конгресс
одобрил внесенную на его рассмотрение Дж. Адамсом резолюцию, рекомендующую всем колониям образовать собственные органы власти, независимые от британской короны. Резолюция эта была дополнена 15 мая специальной преамбулой, гласившей, что всякая власть, исходящая от метрополии, «должна быть полностью ликвидирована» и новому правительству следует опираться только на «власть народа колоний». В то время как резолюция была принята единодушно, преамбула, обсуждавшаяся отдельно, собрала незначительное большинство. Из 11 колоний, принимавших участие в голосовании, 6 подали голоса «за», 4 «против», а делегация Мэриленда покинула зал заседаний, заявив, что не желает связывать себя какими-либо обязательствами до получения
инструкций (Journals of the Continental congress, v. IV. Washington, 1906, p. 352, 357.) .
Принятие резолюции 10 мая и особенно преамбулы к ней 15 мая явилось важным шагом на пути к провозглашению независимости. Дж. Адаме не без оснований отметил, что, одобрив преамбулу, «конгресс принял самую важную резолюцию из всех, какие до того принимались в Америке». Он склонен был даже рассматривать принятые конгрессом решения, - возможно, потому, что он сам являлся их автором, - как имеющие исключительно важное историческое значение и практически провозглашавшие независимость. Два дня спустя после голосования в конгрессе Дж. Адамс писал жене, что Англия толкнула Америку на крайний шаг - «совершенное отделение от нее, полную абсолютную независимость»
(Дж. Адамс - А. Адамс, 17 мая 1776. - Letters of members of the Continental congress, v. I, p. 453.)
Вскоре, однако, и Дж. Адамс, и другие сторонники независимости вынуждены были убедиться, что вопрос далеко не решен. Три недели спустя - 7 июня 1776 г. - делегат Виргинии Ричард Генри Ли внес на рассмотрение конгресса резолюцию, которая развивала ранее одобренные предложения Адамса. Проект резолюции Р. Ли состоял из трех пунктов: «1) Колонии должны быть свободными и независимыми штатами, они освобождаются от всех обязательств в отношении британской короны, все политические связи между ними и Великобританией должны быть полностью разорваны. 2) Необходимо немедленно принять самые эффективные меры для заключения союзов с иностранными государствами. 3) Необходимо подготовить и передать соответствующим колониям для рассмотрения и утверждения план создания конфедерации» (Journals of the
Continental congress, v. V. Washington, 1905, p. 425.).
Предложение Р. Ли вызвало бурные дебаты в конгрессе, продолжавшиеся два дня - 8 и 10 июня. Внесенная резолюция была с энтузиазмом встречена в конгрессе, но далеко не все готовы были за нее голосовать. Во-первых, высказывалось опасение, не приведет ли провозглашение независимости к союзу европейских держав - Франции и Испании - с Англией против Америки. А что, если Англия вернет Франции Канаду, Испании - Флориду и такой ценой получит их поддержку для подавления восстания в Америке? Были посланы специальные представители в Париж, чтобы выяснить, какую позицию займет основной соперник Великобритании в Европе - Франция. При наличии хороших