Материал: Фурсенко А. Американская революция и история США. 1978

чтобы скрутить нас, чтобы закопать нас в цепи, которые давно кует британское правительство». «Что мы можем противопоставить им? - задавал вопрос оратор. - Попытаемся выдвинуть ряд аргументов? Но мы уже пытались делать это на протяжении десяти последних лет... Умоляю вас не обманывайте себя дольше. Мы писали петиции..., но наши петиции были отвергнуты, паши жалобы привели к новым актам насилия и оскорблениям, к нашим просьбам отнеслись с пренебрежением, нас презрительно отшвырнули от трона. Теперь уже нет места надеждам. Если мы хотим быть свободными, сохранить неприкосновенными те бесценные права, за которые так долго боролись..., мы должны сражаться! ... Да, я повторяю, мы должны сражаться!». Оратор продолжал: «Они нам говорят, что мы слабы... А когда станем сильнее? На следующей неделе или в будущем году? Может быть, тогда, когда будем совершенно обезоружены и у каждого дома поставят английского солдата? Не станем ли мы сильнее в результате нерешительности и бездействия? Или может быть у нас появятся силы сражаться от того, что будем лежать на спине, крепко прижимая к себе обманчивый призрак надежды, пока наши враги не свяжут нас по рукам и нот гам?... Сражение выигрывает не только сильный. Побеждает бдительный, активный и смелый. Кроме того, господа, у нас нет выбора...

Уже слишком поздно отступать. Иного пути отступления, чем угнетение и рабство, у нас нет! Цепи для нас готовы. Их бряцанье уже слышно вокруг Бостона. Война неизбежна и пусть она начнется! Я повторяю, господа, пусть она начнется!». В заключение своей речи Патрик Генри обратился со страстным призывом смело вступить в борьбу. «Война, - заявил он, - фактически уже' началась. Следующий порыв ветра с севера донесет до нашего слуха звон скрестившихся мечей! Наши братья уже на поле брани! Так почему мы стоит здесь праздно? ... Неужели жизнь так дорога или мир так сладок, что их следует покупать ценой кандалов и рабства?... Я не знаю, что думают другие, но для меня нет иного выбора. Свобода или

смерть!» (Цит. по: Wiгt W. The life of Patrick Henry. New York, 1852, p. 120 - 123. ).

С этими словами оратор покинул трибуну. На некоторое время воцарилась тишина. Делегаты ассамблеи и люди, стоявшие вокруг церкви Сент-Джон, все, кто слышал выступление Патрика Генри, словно в оцепенении, оставались на своих местах. По словам одного из присутствовавших, после «нескольких минут немого восторга» радикально настроенные депутаты повскакали со своих мест и бурно приветствовали оратора.. В ходе дальнейшего обсуждения Р. Ли, Т. Джеф-ферсон и Т. Нельсон решительно поддержали предложение Генри. Огромное впечатление, произведенное речью Генри, обеспечило успех его законопроекту, который, правда, незначительным большинством (65 против 60) был одобрен ассамблеей. Специально созданная комиссия под председательством Генри выработала план вооружения и мобилизации виргинской милиции. С небольшой поправкой этот план спустя два дня был

принят единогласно (Meade R. D. Patrick Henry. Practical revolutionary, p. 35, 37, 40.) .

Речь Генри не была опубликована. Даже в условиях надвигавшейся войны с Англией она звучала слишком крамольно. Можно присоединиться к исследователям, считающим, что отсутствие протокольной записи выступления Генри, видимо, явилось мерой предосторожности (Сampbell N. D.

Patrick Henry. Patriot and statesman. New York, 1969, p. 135.) . Речь эта, однако,

передавалась из уст в уста и призыв «Свобода или смерть!» стал лозунгом освободительной борьбы. С этими словами на устах американцы сражались впоследствии против британских войск, а виргинские волонтеры выводили

этот девиз на своей одежде (Meade R. D. Patrick Henry. Practical revolutionary. p. 43.) .

Впервые текст речи Генри был опубликован в 1817 г. У. Виртом (Wirt

W. The life of Patrick Henry. New York. 1817.) . Самого Генри к тому времени уже не

было в живых. Он скончался в 1799 г., и текст этой речи, как и некоторые другие документы, был воссоздан У. Виртом, биографом и внуком Генри, на основе опроса оставшихся в живых свидетелей. Эта работа потребовала более 10 лет и проведена была со всей возможной тщательностью (Meade R.

D. Patrick Henry. Practical revolutionary, p. 38 - 40.) . С тех пор воссозданный У. Виртом

текст речи Генри многократно переиздавался.

Публикация Вирта была одобрена многими свидетелями выступления Генри, включая Т. Джефферсона, несмотря на то, что после 1781 г. между ними произошла ссора и переписка Джефферсона содержит немало ядовитых слов в адрес Генри. Тем не менее, когда Вирт отправил Джефферсону рукопись своей книги, содержащей восстановленный им текст речи в церкви Сент-Джон, Джефферсон одобрительно отозвался о книге и рекомендовал публиковать ее. Незадолго до смерти он говорил Д. Уэбстеру, что Генри отличался не только своим «возвышенным» красноречием, но пкак «наш лидер», а в период революционной борьбы «был много выше всех». «Сейчас трудно сказать, - заключил Джефферсон, - что бы мы делали без Патрика Генри» (Henry W. W. Patrick Henry: life,

correspondance and speeches. V. I. New York, 1891, p. X, 267.) . Эти слова процитировал

американский историк Б. Мэйо, признавая, что легенда, которой окружено имя Генри, имеет под собой твердое основание, ибо если главнокомандующий американской армией Джордж Вашингтон - это меч, а составитель Декларации независимости Томас Джефферсон - перо американской революции, то Патрик Генри - ее горн (Mayo B. Myths and men.

New York, 1959, p. 37.).

Томас Джефферсон Худ. М. Браун

Речь Патрика Генри способствовала мобилизации революционных сил. События неслись бурным потоком, и его слова о том, что «следующий порыв ветра с севера» донесет до слуха «звон скрестившихся мечей», оказались пророческими.

В колониях создалось положение, которое В. И. Ленин называл революционной ситуацией, «когда низы не хотят старого и когда верхи не могут по-старому». Правящие классы, к каким бы маневрам они ни прибегали, уже не могли удержать массы в повиновении, а угнетенный народ, включая даже самые отсталые его элементы, все более и более втягивался в политическую борьбу. Именно это и создавало «общенациональный кризис», который В. И. Ленин считал непременным условием всякой революции (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 11, с. 69, 70.).

Глава шестая. ВОССТАНИЕ И НЕЗАВИСИМОСТЬ

Лозунг - 'Независимость'. Фрагмент гравюры второй половины 70-х гг. XVIII в.

В те самые дни, когда виргинская ассамблея обсуждала вопрос о мерах обороны на случай войны с Англией, в Массачусетсе, продолжавшем играть роль важнейшего центра освободительного движения, вплотную подошли к решению вопроса о создании регулярной армии. Обсуждавший эту проблему конгресс местных представителей, созванный вопреки воле колониальной администрации, как и в Виргинии, проявлял серьезные колебания. В феврале 1775 г. была создана комиссия по выработке правил формирования армии, которая могла быть мобилизована в случае необходимости. В конце марта она представила доклад, который вызвал споры по вопросу о том, что следует считать достаточным поводом для мобилизаиди милицейских частей и начала военных действий против английских войск, демонстративно устраивавших маневры в предместьях Бостона.

Эти споры, вероятно, могли продолжаться бесконечно, если бы из Лондона не поступили известия о новых мерах, направленных против Массачусетса и других колоний Новой Англии. Согласно сообщению, перепечатанному «Бостон газетт» из английской прессы, правительство Англии намеревалось запретить жителям Новой Англии заниматься рыбной ловлей у берегов Ньюфаундленда и ограничить их торговлю с Ирландией, Британской Вест-Индией и самой Англией. Кроме того, парламент объявил колонию Массачусетс в состоянии мятежа и постановил отправить туда четыре полка ирландских солдат для «поддержания порядка». Оппозиционно настроенный к политике правительства член парламента, лорд-мэр Лондона Джон Уилкс произнес речь против этих мер, защищая действия колонистов и заявив, что им ничего не остается, как вступить в борьбу против Англии и провозгласить свою независимость (The parliamentary

history of England from the earliest period to the year 1803. v. XVIII. Ed. by T. S. Hansard. London, 1813, els. 234 - 240. ).

Одна из причин, по которым до сих пор лидеры патриотической группировки в конгрессе Массачусетса колебались с принятием решений, заключалась в том, что существовало серьезное опасение, последуют ли остальные колонии призыву Континентального конгресса поддержать Массачусетс, если Англия применит вооруженную силу. Хотя после публикации «Бостон газетт» антпбританские настроения резко усилились, опасения эти продолжали существовать.

Один из лидеров Массачусетса Д. Хоули, выступавший на протяжении ряда лет с последовательно патриотических позиций, писал в феврале Томасу Кашингу, входившему в состав Комитета безопасности, о необходимости оставить «химерические планы» и посмотреть на вещи, как они есть. В то же время он просил предостеречь членов Комитета против преждевременного приказа милицейским частям начать военные действия, тюка не последует категорического решения других американских колоний выступить с оружием в руках и пока, писал Хоули, «не будет уверенности, что они (другие колонии,- Л. Ф.) нас поддержат» (Jensen M. The founding of a

nation. A history of the American revolution 1763 - 1776. New York, 1968, p. 563 - 564.).

После сообщения «Бостон газетт» о военных приготовлениях Англии, несмотря на явную или скрытую оппозицию ряда депутатов, конгресс Массачусетса вынужден был приступить к практическим мерам по формированию армии. Был одобрен план мобилизации милицейских частей, а на следующий день конгресс отправил Комитету безопасности Бостона и других городов инструкцию, в которой подчеркивал, что принятое решение носит лишь оборонительный характер, предостерегая от любых шагов, которые могли бы быть истолкованы «нашими врагами» как «начало враждебных действий». Все же под давлением патриотических сил конгресс через несколько дней вынужден был принять постановление, «чтобы эта колония (Массачусетс. - А. Ф.) приступила к мерам по обеспечению своей безопасности и обороны путем мобилизации и организации армии». Было вынесено также решение отправить делегатов в другие колонии Новой Англии, чтобы договориться о совместных действиях (Ibid., p. 566 - 567.) . Однако эти решения на практике оказались половинчатыми, так как, с одной стороны, была принята резолюция, предусматривавшая организацию армии, а с другой - конгресс отказался одобрить меры по обучению и финансированию милицейских батальонов. Комитету безопасности было поручено сформировать шесть артиллерийских подразделений, но права назначить командиров этих подразделений Комитет не получил. Ему разрешалось лишь подобрать кандидатуры офицеров, которые могли быть назначены конгрессом на эти посты в случае начала военных действий.

Колебания и отсутствие единства среди делегатов объяснялись расхождением в их политических взглядах. Наряду с этим имел место и сознательный саботаж, организованный находившимися в составе конгресса агентами главнокомандующего британскими силами генерала Т. Гейджа. Они поставляли ему регулярную информацию о ходе дебатов и, выполняя его инструкции, дезорганизовали работу конгресса. Особое подозрение вызывала деятельность одного из руководителей бостонского Комитета безопасности, делегата конгресса Б. Черча. Длительное время ему