Развитие электронной коммерции в мире и в России поддерживается не только спросом, но и предложением. Инвесторы охотно инвестируют в стартапы, связанные с электронной торговлей. В мире доля инвестиций в электронную коммерцию составляет 16% от всех инвестиций в ИТ, в России эта доля может достигать 22% в разные месяцы. Одним из основных достижений электронной коммерции является экономия затрат при совершении транзакции. Заключение транзакции электронным способом уменьшает стоимость затрат на обслуживание на порядок. Любой бизнес-процесс, в котором может быть реализован электронный способ взаимодействия между людьми, может снизить затраты, что, в свою очередь, приведет к снижению цен и повышению удобства для клиентов.
С 2009 года доля организаций, имеющих персональные компьютеры, превысила 90 %-ный порог и рост удельного веса замедлился. Рост ЭВМ других типов связан с тем, что для некоторых задач в бизнесе и науке нужны большие мощности, к примеру, для обеспечения нормальной работы сайта или хранения большого объема данных необходимы специальные серверы. Рост использования электронной почты объясняется тем, что она является незаменимым средством связи между контрагентами. Большинство организаций использует интернет, и больший процент использует его в широкополосном доступе, что говорит о снижении издержек на интернет, и провайдер готов обеспечивать хорошую связь при низкой оплате доступа к сети. Заметен незначительный рост веб-сайтов, для средних и больших фирм такой способ общения с потребителями и поставщиками не популярен. В число обследованных организаций не вошли субъекты малого бизнеса.
По результатам исследования выяснилось, что с каждым годом доля организаций, использующих Интернет в Российской Федерации, увеличивается с 78,3% -2009 до 88,1% в 2013 году, также в Центральном федеральном округе эта тенденция сохраняется с 75,5% до 87,9%. Доля организаций, использующих Интернет в Северо-Западном регионе, увеличивается с 80,6% до 92,3%, Южный федеральный округ - с 77,6% до 86,2%, Северо-Кавказского федерального округа - с 77,6% до 86,2%, Приволжского федерального округа - 81,4% до 88,7%, Уральский федеральный округ - с 83,5% до 91,2%, Сибирский федеральный округ - с 73,2% до 85%, Дальневосточный федеральный округ - с 78% до 85,6% Статистические данные исследовательского агентства «GfK» www.gfk.com/ru/insaity/press-release/issledovanie-gfk-za-2015-god-internet-auditorija-v-rossii-uvelichilas-eshche-na-4-mln-chelovek/ (дата обращения 12.02.2018).. Наибольшая доля приходится на Северо-Западный федеральный округ, Уральский федеральный округ и Центральный федеральный округ. Бизнес в Интернете также имеет ряд недостатков для своих клиентов. Во-первых, это несоответствие между товарами, указанными на сайте, и, фактически, проблемы с доставкой товаров в надлежащей форме, а также слишком длительный период ожидания заказа. В некоторых компаниях заказ может занять до трех месяцев, что очень долго для жителей нашей страны, потому что его гораздо проще покупать в обычном магазине и использовать в тот же день. Кроме того, необходим комплексный подход к стратегии информатизации компании. Позитивные моменты включают в себя следующее: минимизация затрат времени и рабочей силы, мгновенный доступ к любым покупкам, услугам и платежам, сокращение времени обслуживания клиентов, сокращение денежных средств в экономике, доступ к информации из любого места в любое удобное время и в любом месте. Рынок электронной коммерции является быстрорастущим и перспективным во всем мире, что позволяет повысить уровень обслуживания клиентов до нового уровня.
Интернет-банкинг и мобильный банкинг станут самыми популярными направлениями в ближайшем будущем. Электронная коммерция в регионах имеет большой потенциал, и дальнейшее развитие рынка электронной коммерции будет направлено на их развитие. Объединение возможностей онлайновых и оффлайновых представительств компаний даст толчок развитию электронной коммерции в регионах и в то же время позволит покупателям легче делать покупки в Интернете в таких интернет-магазинах, не беспокоясь о проблемах предоставления услуг, гарантийное обслуживание или возврат товара.
Таким образом, можно сделать ряд выводов. Во-первых, рынок электронной коммерции имеет значительные объемы по сравнению с другими способами монетизации интернет-проектов и развивается довольно высокими темпами, поэтому начинающие предприниматели имеют возможность занять свои позиции на рынке, не отпуская клиентов от существующих игроков , но занимающих новые сегменты. Во-вторых, вероятность того, что, открыв проект, связанный с электронной торговлей, предприниматель сможет получить необходимые инвестиции. В-третьих, широкий спектр продуктов, продаваемых через сеть и рост продаж в регионах, позволяет предпринимателю выбрать наиболее подходящий канал для существующих проектов, торговых направлений.
Глава II. Границы эффективного развития электронной коммерции
Параграф 1. Оценка социальной эффективности электронной коммерции
Говоря об эффективности, как ключевой концепции любой социально-экономической деятельности, традиционно фокусируется на экономической эффективности, концентрированное выражение которой связано с зависимостью «издержки (выгоды)». И поскольку любая общественная деятельность осуществляется с использованием все более ограниченных ресурсов, подход должен быть аналогичным, как и в экономической деятельности. Более того, это считается «любой целенаправленной деятельностью, в которой ограниченные ресурсы распределяются и объединяются между альтернативами, в то время как максимизация эффекта или минимизация затрат возможны» Баланс между затратами и выгодами для данного ресурса или комбинацией ресурсов для достижение конкретной, предопределенной цели и, на этой основе, рационализация управленческих решений, выходит на первый план. В этом смысле отношения «затраты-эффекты» могут использоваться как «инструмент планирования, инструмент для принятия решений и среда для исторической документации принятых решений» Этот фундаментальный принцип, характеризующий экономическую эффективность, является одной из сторон исследования производительности. Но любая деятельность по своей природе является социальной и предусматривает необходимость оценки социальных последствий. Поэтому в последние годы все чаще вспоминается так называемая социальная эффективность. В отличие от экономической, социальная эффективность не имеет такого прямого и специфического характера, но является более сложной категорией и сложна для одномерных выражений.
В зарубежной исследовательской практике накоплен опыт измерения эффективности в рамках прогноза социальных изменений в научно-технических проектах, экономических и социальных программах. Так, в США в начале 70-х годов было создано независимое направление исследований в области оценки социальных последствий (SIA-Social Impact Assessment) или, точнее, интегрированных социальных проектов в реализации различных проектов и программ развития. «Незапланированные» потери экологического, социального, психологического характера, которые, в конечном счете, превращаются в косвенные экономические потери. В области научно-технического развития - как на уровне компаний, так и на уровне национальных программ реструктурируется вся методология планирования и управления.
В течение долгого времени, сам вопрос о социальной политике был рассмотрен как спорный в социологии и экономике. До сих пор не было найдено однозначного и общепринятого определения понятия «социальная эффективность». Существует много работ монографического характера, в которых авторы рассматривают социальную эффективность с точки зрения различных видов деятельности, включая управление. Прежде всего, большинство авторов определяют концепцию эффективности, а также критерии и методы ее оценки в зависимости от целей общественного производства. По мнению М. Маркова Марков М. Технология и эффективность социального управления, М.: 1990, эффективность в том, что в результате приводит к эффекту (от латинского эффекта - действия, исполнения и afficio-act, execute) - эффективный, а затем активный.
Популярной моделью для оценки эффективности является зависимость „ресурсы-затраты-результат”, характерной чертой которой, является отделение роли ресурсной обеспеченности и расходов для повышения эффективности от управленческой деятельно сти. В модели эффективной организации Р.Лайкерта определены следующие три фактора Лайкерт Р. Факторы эффективной организации. http://bibliotekar.ru/teoriya-organizacii/14.htm (дата обращения: 25.03.2018): внутренне организационные факторы, включающие в свой состав формальную структуру организации, экономическую структуру и социальную политику, профессионально-квалификационный состав персонала; промежуточные переменные, которыми являются человеческие ресурсы, организационный климат, методы принятия решений, уровень доверия к руководству, средства стимулирования и мотивации к деятельности; результативные переменные, такие как рост или падение производительности труда и доходов, степень удовлетворения спроса потребителей и другие. При таком подходе эффективность рождается в результате сложного взаимодействия различных факторов, среди которых доминирующее положение занимают человеческие и социально-экологические факторы. Внимание заслуживает и подход, согласно которому эффективность оценивается по степени защищенности сбалансированных интересов государства и общества. Работу государственного аппарата можно считать эффективной только в том случае, если в результате этой работы успешно решена проблема оптимальной защиты интересов населения, социальных групп и каждого человека. В этой двуединой задаче, самой важной стороной является понятие эффективности государственного аппарата.
В соответствии с данным подходом, эффективность выражается в расширении возможностей для активной гражданской жизни каждого гражданина, общества в целом и эффективности государства. Она определяется хорошо функционирующей системой публичных органов, их способностью законным путем реализовывать публичные интересы, реализовывать государственную политику социального и общественного развития. Другая точка зрения устанавливает зависимость между эффективностью государственной деятельности и наличием или отсутствием оптимальной парадигмы административно-политического управления. Речь идет о противостоянии традиционной технократической парадигмы политическому управлению новому - “партисипативному” (включение сотрудников в процесс принятия решений). Как правило, авторы непосредственно связывают эффективность государственной деятельности с наличием в ней бюрократии, действительно служащей обществу. А это такая бюрократия, которая находится под реальным контролем общества, выражает интересы общественного прогресса, минимальная по своим количественным и качественным параметрам.
Это утверждение основано на внутреннем противоречии бюрократии между широкими общественными целями, ради которых она создается и тесно корпоративными интересами с тенденцией к доминированию. По мнению некоторых авторов, критерии эффективности социального управления заключаются в следующем:
· в степени соответствия направлений, содержания и результатов деятельности управленческих структур и ее параметров, которые были определены ее функциями и статусом;
· в законности решений и действий соответствующих управленческих структур и пользователей (получателей, бенефициаров);
· в реальности влияния управленческой деятельности на состояние и развитие объектов управления;
· в глубине учета и выражения управленческих решений и их действия на конкретные и комплексные потребности, интересы и цели людей;
· в характере и объем прямых и „обратных” связей с бенефициарами, т.е. в демократическом начале деятельности;
· в степени важности и авторитета решений и действий управленческих структур;
· в достоверности и целесообразности информации, передаваемой управленческими структурами;
· зависимость управленческой деятельности от влияния окружающей среды.
Любое действие, любое социальное явление или качество, в т. ч. и социальная эффективность, характеризуются количественными и качественными сторонами. И хотя эти две стороны объекта существуют в постоянном единстве и взаимосвязи, тем не менее, это разные характеристики окружающей нас социальной действительности. В научной литературе принято качественную сторону от полученного результата (эффекта) обозначать понятием „критерий”, а количественную - понятием „показатель эффективности”. В других исследованиях предлагается немного другая трактовка понятия „критерий социальной эффективности”, и там он рассматривается с точки зрения взаимосвязи между количественным и качественным определением изучаемого и оцениваемого объекта. С количественной стороны, критерий выступает как средство, инструмент, эталон меры движения к желаемому результату, а с качественной - как возможность для отделения „положительных сторон, форм такого движения в пространстве и времени”.
При всех этих различиях определения понятия „критерий” в указанных подходах наблюдается смысловое единство. Кроме того, их синтез дает нам новое, более глубокое понимание социальной природы, социальной эффективности. Так, „показатель эффективности” (количественный критерий), фиксирует объективную и интегральную, в основном в количественном выражении, (например, с точки зрения натурального объема социальных благ и временного интервала их обеспечения) оценки достижений в социальной системе любого уровня. „Критерий эффективности” (качественный критерий), в большей степени ориентирован на изучение внутренних механизмов для достижения указанного результата, учитывая степень ограниченности и так называемую активизацию человеческого фактора, как условия для собственного развития, эффективной деятельности, социальной цены достижений, степени его ограниченности и т.д.
Это различие является существенным и важным для создания и разработки системы оценки социальной активности. В каком бы размере не выражалась эффективность функционирующей и развивающейся социальной системы, она всегда является результатом действия всех факторов системы в их совокупности, представленной как интегративная результативность. При этом важно подчеркнуть, что независимо какой бы экстраординарной и эффективной не была деятельность отдельно взятых факторов в социальной системе, ее высокая эффективность может быть обеспечена только соответствующим качеством системного социального взаимодействия. Это следует как ее неотъемлемое органическое свойство, и служит общим алгоритмом и универсальным мотивационным механизмом деятельности всех факторов в данной системе.
Связь между экономической и социальной эффективностью имеет сложный характер. В основе роста экономической эффективности, как правило, заложен следующий методический принцип, в соответствии с которым реализация социальной программы сама по себе должна стать катализатором эффективного экономического развития. Средства, расходуемые обществом для удовлетворения социальных потребностей, в конце концов возвращаются в виде повышения социальной и трудовой активности. В этой системе реализация социального управления, в конечном итоге, является одним из подчиненных факторов для достижения экономической эффективности.
В момент появления интернет-технологий специалисты прогнозировали, что электронная торговля трансформирует рыночные взаимоотношения и станет началом создания, так называемого идеального рынка, на котором при полной информационной поддержке будет существовать некое равновесное взаимодействие между многочисленными покупателями, продавцами по множеству взаимозаменяемых товаров. Считается, что именно при помощи интернета участники рынка смогут знать все, что необходимо, о ценах, технических характеристиках, качестве предлагаемых товаров на рынке. Это открывает возможность в кратчайший срок принять наиболее рациональное решение. Тогда в результате ожидалось, что возникнет «новый мир капитализма с низкими экономическими трениями, низкими косвенными издержками и конкуренцией, с достаточной рыночной информацией и низкими трансакционными издержками» В.Н. Ерёмин. Маркетинг: основы и маркетинг информации. http://bizbook.online/book-marketing/problemyi-elektronnoy-kommertsii.html .