*Новая экономическая политика ненадолго вернула индивидуальное предпринимательство. Открылись кооперативы по пошиву одежды, изготовлению обуви и шляп, а также возродилось производство косметики, процветающее в дореволюционное время. В организациях могло работать не более 20 человек, поэтому нэпмены по материальному достатку проигрывали партийной элите.
Идея свободного кроя 20-х была продиктована эмансипацией женщин и появлением европейского метро: длинные волосы и сковывающие талию платья мешают передвигаться в общественном транспорте и работать. Мотыльки чарльстона обрезают волосы, худеют и утягивают грудь бинтами, чтобы быть похожими на маленьких мужчин. Из-под платья, которое свободно сидит по фигуре, виднеются стройные ноги, а из-под шляпы-квош, плотно прилегающей к завитому каре, яркие губы. Платья богато декорированы: во время чарльстона и фокстрота бахрома вздымается вверх, а бисер сияет в электрическом свете.
Западная мода 20-х: платье с заниженной талией, расшитое бисером
Работница останавливает женщину легкого поведения в западном платье. Агитационный плакат, 1929 г.
Богато декорированные платья 20-х требовали ручного труда и ассоциировались с буржуазной жизнью. В романе Н. Островского «Как закалялась сталь» секретарь комсомола говорит про Тоню Туманову, которая оделась на собрание «очень изящно, нарочито изысканно»: «Вид-то у нее для нас неподходящий, на буржуазию похоже. Как ее пропустили сюда?». Запад видел в свободном силуэте платьев 20-х андрогинность и унисекс, которые присущи женской эмансипации. СССР не представлял равноправную строительницу коммунизма в нагом наряде с открытой спиной. Поэт С. Цивинский описал советское отношение к этой моде:
«Крепдешин, кусочек газу,
Лишь бы больше обнажения,
В жертву все мужскому глазу.
Вот крик моды, без сомнения!»
Фининспектор у нэпманши, Москва, 1928 г.
Самым массовым потребителем моды стала нэпманша - жена торговца, артельщика или инженера с дореволюционным прошлым. В пролетарской литературе ее описывают как грузную женщину, проводящую свободное время в ресторане: «В ней восседала громадная, как комод, раскрашенная нэпманша Рая, жена хозяина» («Прожитое», Г. Жженов). В романе И. Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев» нэпманша мадам Грицацуева предстает перед читателями дамой с «арбузными грудями, расписными щеками, мощным затылком и необозримыми задами».
Н. Крачковской в экранизации «12 стульев» режиссера Л. Гайдая пришлось выполнять все трюки и падения самой, так как найти дублершу с аналогичными параметрами не смогли
Нэпманши в модных платьях прямого силуэта, но без декора бисером, 1923 г.
Нэпманша старалась сшить модное платье с заниженной талией. На Западе его простой крой должен компенсироваться тонкими полупрозрачными тканями и обилием аксессуаров: бахромой и пайетками на платье, перьями и жемчугом в волосах, сигарой и боа в руках. Однако даже нэпманше достать тонкую ткань, найти белошвейку, которая разошьет бисером платье, а тем более заказать наряд из Парижа было непросто. Поэтому она придерживалась модного прямого силуэта, но не декорировала платья стеклярусом.
Отчасти благодаря заказам нэпманш работали ателье и шляпные мастерские. Судя по адресной книге «Вся Москва» за 1923 г. в Москве были открыты 204 мастерские.
Кинозвезды: как пользоваться дореволюционными духами
Posted on 11.04.2020 By Дарья Гавриленко Posted in 20: НЭП
Отечественные балерины, актрисы театра и кино стали символом мечты и красоты, которых не хватало в новом и неокрепшем государстве. Их творчество возрождалось из руин, как и все в стране, а потому мировой славы они не снискала. Однако актрисы копировали образ западных кинозвезд, а их платья, макияж и прическу из фильмов повторяли уже советские женщины.
Графичный макияж С. Яковлевой, кадр из фильма «Земля в плену», реж. Ф. Оцеп, 1927 г.
В Европе женская эмансипация коснулась и косметики: модным считался графичный макияж женщины-вамп - умной и притягательной, чарам которой не может противостоять ни один мужчина. Женщины рисовали острые прямые брови, губы с заездом домиком и темные круги теней вокруг глаз.
Советские актрисы красились на такой же графичный манер косметикой фирмы ТЭЖЭ, предприятием руководила жена наркома В. Молотова П. Жемчужина. Производство косметических средств и парфюмерии национализировали: так французская фабрика «Брокар и Ко» превратилась в «Новую Зарю», где был создан аромат «Красная Москва». С этими духами приключилась удивительная история: они появились задолго до революции, но нашли свое признание в обществе, которое отрицало буржуазные пережитки. Главный парфюмер фабрики «Брокар и Ко» А. Мишель создал аромат «Любимый букет императрицы» для Александры Федоровны.
По одной из версий духи «Любимый букет императрицы» были созданы к 300-х летию дома Романовых в 1913 г., по другой - в честь рождения наследника в 1904 г.
Неликвидных духов на дореволюционных фабриках осталось много, но продавать аромат с таким названием в советской стране было невозможно. В период Гражданской войны духи казались буржуазной забавой, но с 1925 г. ароматом заинтересовались нэпманши и советский бомонд.
Упаковка духов «Красная Москва»: коробка с орнаментом из молний, флакон напоминает кремлескую башню, а его пробка - луковку церкви
Автор композиции не эмигрировал во Францию, а остался главным парфюмером на переименованной фабрике «Новая Заря». Ноты аромата остались прежними, поменялась только упаковка. Помпезный хрустальный флакон с граненной пробкой и изображением Екатерины II в коробке из красного бархата и шелка позабыли. Вместо него появилась экспрессивная и конструктивистская упаковка с чеканным авангардным орнаментом из молнии. Флакон стал напоминать кремлевскую башню, а пробка от него похожа на луковку церкви. Упаковка не менялась до середины 50-х годов.
«Красная Москва» стала символом советской эпохи, одним из самых выдающихся парфюмерных достижений XX века, просто сводила с ума иностранцев, которые сметали духи с полок магазинов. Городская легенда гласит, что «Красная Москва» и Chanel №5 похожи, так как создатель последних Э. Бо до эмиграции работал на фабрике «Брокар и Ко» над ароматом «Любимый букет императрицы». Сам парфюмер говорил, что на создание Chanel №5 его вдохновила северная природа Карелии: как утренний туман поднимается над водной гладью поздней осенью.
За 95 лет существования духов «Красная Москва» они выпускались в разных флаконах и с разными крышечками. Например, слева флакон-пробник объемом 9 мл
Легендарные духи - смесь ароматов апельсина, ириса, фиалки и гвоздики - запомнились советской эпохе как что-то легкое и теплое:
«Они чуть приторные, но если их использовать правильно и в меру, то этот аромат любую французскую линию духов за пояс заткнет».
(Актриса Р. Литвинова в газете «Коммерсантъ»)
«Ассоциируются с изящной сентиментальностью, игривой и кокетливой томностью, мелодичной, пластичной певучестью».
(Писатель Р. Фридман в книге «Парфюмерия»)
«Они были везде: в ресторане, на премьере в Большом театре, на улице… И мимо всегда шла величественная дама в шелках, потому что этот аромат не терпит худых женщин».?
(Искусствовед М. Колева в программе «Дуновение века»)
Интерес к «Красной Москве» не утихает и в наши дни: духи продолжают выпускать на «Новой Заре», а в Instagram появилась фейковая страница-вдохновение аромата с ретроисториями, не имеющая никакого отношения к фабрике, но успевшая за пару месяцев обойти официальные аккаунты.
Журналы: как сделать советский Vogue и Harper's Bazaar
Posted on 11.04.2020 By Дарья Гавриленко Posted in 20: НЭП Tagged #1-1
В эпоху НЭПа в стране продавались такие заграничные журналы как Vogue и Harper's Bazaar. Чаще всего их привозили из Парижа, а потому они были написаны на французском языке. Даже если советская женщина не знала иностранного языка, она могла уловить западные веяния через фотографии. На страницах иностранной периодики господствуют иллюстрации богато декорированного силуэта 20-х с перьями, бисером и жемчугом, в то время как советской женщине нужны практические советы, например, о том, как перелицевать старое пальто. Поэтому появляются советские журналы, которые пытаются совместить иллюстрации модных западных платьев с советами по уходу за одеждой.
Журнал «Ателье» при экспериментальном цехе «Ателье мод» стал первым, советским, модным изданием, и он соответствовал мировым тенденциям. С журналом сотрудничали известные деятели культуры и искусства: художник К. Петров-Водкин, скульптор В. Мухина и поэт А. Ахматова.
Платье-бутон В. Мухиной, два эскиза А. Экстер, ее рисунок посередине стал обложкой журнала «Ателье», 1923 г.
Пальто прямого кроя и шляпа-квош в журнале «Ателье», которые соответствовали модным тенденциям 20-х
В журнал вошло более 200 вклеек моделей, которые демонстрировали московские актрисы. Художники и литераторы высказывали свое мнение о формировании советской моды, а модельеры и текстильщики объясняли читательницам, каким образом крой может скрыть недостатки фигуры, и как конкретная ткань ведет себя при стирке и глажке. В конце номера был «Обзор модных течений из иностранных журналов».
Тираж в 2 тыс. экземпляров полностью раскупили, ответственный редактор О. Сеничева объясняет это тем, что «читатели соскучились по художественным, красиво оформленным изданиям». Однако выпускать периодику на мелованной бумаге и с цветными иллюстрациями было слишком затратно. Мастерская «Ателье мод», при которой и вышел журнал, выплачивала кредит государству, а потому не могла себе позволить лишние траты.
Главный советский модельер Н. Ламанова, которая работала над номером «Ателье», понимала, что женщинам в прессе не хватает готовых выкроек, простых, но модных, которые бы они могли сшить сами. Поэтому спустя два года она вместе с будущим скульптором В. Мухиной создала модный альбом «Искусство в быту», где представила 36 карточек-выкроек. Многие платья были из матрацного тика и кухонных полотенец, а одну модель можно было трансформировать, меняя длину подола и рукавов.
Кафтан простого рубашечного кроя из двух владимирских полотенец, который сможет сшить женщина без особых швейных навыков. Выкройка из журнала «Искусство в быту», 1925 г.
Обложка журнала «Искусство одеваться», 1928 г.
В 1928 г. в журнале «Красная панорама» появляется модное приложение «Искусство одеваться». В нем была рубрика «Парижские письма», которую вел корреспондент из Франции, «История костюма» и «Полезные советы», где рассказывали как стирать и обновлять кружева. Первый номер открывала статья наркома А. Луначарского «Своевременно ли подумать рабочему об искусстве одеваться». Журнал просуществовал два года: в нем были элегантные рисунки советских художников и перерисовки с французских журналов. Однако эти картинки служили больше для вдохновения, чем имели практическую пользу для самостоятельного пошива. Их рисовали художники, а не модельеры, они не учитывали особенности кроя, удобство при носке, практичность и, наконец, возможность воплотить эскиз в изделие.
По политическим соображениям были закрыты ныне забытые женские издания: «Домашняя портниха», «Последние моды», «Женский журнал», «Журнал для хозяек». Зато некоторые журналы существует до сих пор, почти 100 лет, это «Работница», «Крестьянка» и «Швейная промышленность».
Дореволюционное платье, ряса священника и мех кошки: из чего шили одежду
Posted on 11.04.2020 By Дарья Гавриленко Posted in 20: НЭП
Впервые платье можно купить в магазине у нэпмана, однако в стране продолжается мануфактурный кризис, а потому спрос на готовые наряды небольшой. Сшить одежду в ателье тоже непросто, над входом висела табличка «Работа из материала заказчика», то есть нужно не только заплатить портнихе за работу, но и достать ткань. Женщинам ничего не оставалось, как перешивать одежду из того, что было, в результате они выглядели достаточно разношерстно. Однако у самодельных платьев были общие черты, почерпнутые из доступных в то время зарубежных журналов. Строительницы коммунизма поддерживали тренд на эмансипацию женщин, а потому шили свободные и не облегающие фигуру платья-футляры, в которых удобно работать.
Женщины шили удобные платья без декора, которые не облегают фигуру и не сковывают движений
Л. Брик, муза поэта В. Маяковского, в платье свободного кроя без акцента на талии и модной шляпе-квош, 1924 г.
В ход шло все, даже невостребованные в новом государстве рясы священников. Шили из штор, скатертей, постельного белья, полотенец, матрацных тиков, но чаще всего из дореволюционных платьев, потому что самая сложная работа уже сделана - одежда раскроена по фигуре. Остается только осовременить фасон, отрезав подол, чтобы он не волочился по полу. Шифон, бархат и шелк не уместны в новой стране, поэтому платья перелицовывали. Женщины до того часто прибегали к этой уловке, что сейчас даже в музеях почти невозможно найти российские платья начала XX века. Сохранился только гардероб Романовых в Эрмитаже, потому что его национализировали.
Излюбленный в дореволюционное время бархат и шелк больше не выпускали, текстильные фабрики стали специализироваться на дешевых тканях типа хлопка, холста и сукна. Их не красили из экономии, а оставляли естественного сероватого цвета. Женщины хотели хоть как-то разнообразить ткань, но времени на вышивку сложных узоров у них не было. Поэтому они ограничивались простыми аппликациями на платьях, а шляпы расписывали краской.
А. Васильев на выставке «100 лет моды в России: 1915-2015» показывает накидку из кошки, сделанную в эпоху НЭПа. Историк отправлял ее на зоологическое исследование, где происхождение меха подтвердилось