Этот тезис имеет принципиально важное значение для организации процессуальной деятельности защитника по опровержению обвинения во время судебного разбирательства. Бесспорно, исследование обстоятельств преступления во время судебного разбирательства в значительной степени определяется результатами досудебного расследования, которые в итоге концентрированно выражены в обвинительном акте. Но, как отмечает О.С. Кучин, вера в справедливость предварительного расследования, своеобразная презумпция истинности обвинительного заключения склоняет некоторых судей к поверхностной, недостаточно тщательной проверке обоснованности обвинения, что может привести к односторонности судебного рассмотрения, его обвинительному уклону и часто бывает причиной судебных ошибок [24, c. 24].
Состязательное построение судебного разбирательства создает условия для всестороннего содействие защитником самостоятельному познанию судом обстоятельств уголовного дела, не опираясь на выводы досудебного расследования. На судебном следствии защитник участвует в исследовании доказательств (ч. 1 ст. 248 УПК РФ). Термин «исследование» в уголовно-процессуальном законодательстве употребляется как «синоним доказывания и в этом отношении вбирает в себя все элементы доказывания. Такой вывод правомерен и следует из анализа ст. 240 УПК РФ: исследование доказательств на судебном следствии включает собирание (допросы свидетелей, потерпевших и т.д.), проверку (выяснение истинности содержания показаний свидетелей, потерпевших и т.д.) и оценку каждого из них с точки зрения относимости, допустимости и достоверности» [22, c. 166].
Участие защитника в собирании доказательств на судебном следствии происходит в трех формах:
- «участие в производстве следственных действий, предусмотренных ст. 275-290 УПК РФ;
- представление доказательств;
- заявление ходатайств» [22, c. 166].
Если защитник ориентирован на опровержение обвинения, то его позиция в судебном производстве будет составлять своеобразную контрверсию, которая противопоставляется версии обвинения. Озвучивание такой контрверсии защиты сразу после провозглашения версии обвинения (выраженной в форме обвинительного заключения) будет способствовать максимальной объективности и беспристрастности суда, будет предотвращать обвинительный уклон судебного разбирательства в целом [15, c. 102].
Следует также учитывать, что, как отмечает Д.С. Петрин, избрание адвокатом-защитником определенной позиции в начале рассмотрения дела в судебном процессе продиктовано необходимостью решения вопроса об объеме доказательств, подлежащих исследованию, и порядке их исследования; об исключении определенных доказательств из доказательной базы обвинения [33, c. 38]. Таким образом, официальное выражение защитником своей позиции в начале судебного разбирательства будет способствовать наиболее оптимальному решению судом этого вопроса.
На основе приведенных соображений целесообразно усматривается наделение обвиняемого и его защитника правом выступить с заявлением защиты сразу после изложения прокурором содержания обвинения, выраженного в обвинительном заключении (акте). Такое право должно предусматривать не только возможность выразить свое отношение к обвинению, но и указать обстоятельства, которые свидетельствуют в пользу обвиняемого. Воплощение такого подхода будет способствовать укреплению состязательного построения судебного производства и положительно скажется на эффективности процессуальной деятельности защитника по опровержению обвинения в судебном разбирательстве.
Важной составляющей общего тактического построения процессуального деятельности защитника по опровержению обвинения во время судебного разбирательства является оптимальным, с позиции защиты, определения объема и порядка исследование доказательств в судебном заседании.
Согласно ст. 274 УПК РФ, первой представляет доказательства сторона обвинения. После исследования доказательств, представленных стороной обвинения, исследуются доказательства, представленные стороной защиты. Защитник, со своей стороны, в этом процессе должен стремиться к тому, чтобы сформированные судом объем и последовательность исследование доказательств в организационном и тактическом аспектах максимально отвечали интересам опровержения обвинения.
Особенность судебного допроса проявляется в процессуальном порядке его проведения. В частности, согласно предписаниям ст. ст. 275, 278 УПК РФ, свидетели и потерпевшие в судебном разбирательстве допрашиваются по правилам прямого и перекрестного допроса. Это означает «отсутствие такого элемента допроса, как свободный рассказ, то есть уже с самого начала рассматриваемого судебно-следственного действия допрашиваемый дает показания в форме ответов на вопросы сторон. Потерпевших и свидетелей обвинения первым допрашивает прокурор, а свидетелей защиты – защитник» [22, c. 170]. Указанные действия охватывают понятие «прямой допрос». Отечественные ученые подчеркивают, что каждая из сторон сама допрашивает представленных ею свидетелей, оставаясь в тех обстоятельствах, которые она стремится доказать показаниями такого свидетеля. Ответы, предоставленные во время прямого допроса, должны раскрывать все обстоятельства, которые подлежат доказыванию для реализации правовой позиции стороны, которая такой допрос проводит. Если сторона не задаст нужный вопрос, информация останется нераскрытой и не установленной, и в итоге суд не сможет ссылаться на данные, не озвученные во время допроса [28, c. 54].
Задача защитника при проведении прямого допроса состоит в том, чтобы в условиях сравнительно непродолжительного проведения указанного действия получить от допрашиваемого наибольший объем информации, пригодной для опровержения обвинения, а также добиться, чтобы сторона обвинения своими дальнейшими вопросами не смогла нивелировать «опровержительный потенциал» и подвергнуть сомнению достоверность свидетельских показаний защиты. Определяя объем изучаемых вопросов при прямом допросе свидетеля защиты, защитник должен всегда соблюдать принцип необходимого минимума, избегая чрезмерной детализации ответов допрашиваемого, установление незначительных и несущественных обстоятельств. Такая неоправданно чрезмерная детализация часто препятствует рациональному проведению допроса, препятствует суду понять, что именно хочет доказать защитник, или даже раскрывает обстоятельства, которые усугубляют положение обвиняемого, выявляют противоречия доводов, выдвигаемых защитой для опровержения обвинения.
После прямого допроса противоположной стороне уголовного судопроизводства предоставляется «возможность перекрестного допроса свидетеля, потерпевшего по обстоятельствам, которые были предметом прямого допроса с целью проверки этих данных, их источников и носителя, а также для получения новых сведений от этого лица» [11, c. 66].
Задание защитника во время перекрестного допроса потерпевшего и свидетелей защиты – это дискредитация доказательного значения показаний этих участников уголовного судопроизводства, предоставленных в ходе досудебного расследования и прямого допроса прокурором, демонстрация их непригодности в результате внутренних противоречий, противоречий с другими доказательствами, сомнительной достоверности предоставленной информации. Действенным инструментом для достижения этой цели будут наводящие вопросы, постановка которых допускается именно во время перекрестного допроса. В литературе на этот счет отмечается, что правильная тактика ведения дела в суде требует, чтобы большинство вопросов во время перекрестного допроса были наводящими. Необходимо стремиться к тому, чтобы вопросы носили «закрытый» характер, то есть допрашиваемое лицо во время ответов на них не имели возможности давать абстрактные показания, а только говорить «да» или «нет». Идея использования наводящих вопросов заключается в том, что они позволяют лицу, ведущему перекрестный допрос, выявить только информацию, имеющую ценность для позиции лица, ведущего допрос [28, c. 60].
В отличие от допроса потерпевших и свидетелей, процессуальный порядок допроса подсудимого предполагает свободное изложение им своих показаний в судебном заседании. Допрос подсудимого начинается с предложения председателя предоставить показания по делу, после чего подсудимого первым допрашивает защитник, а затем прокурор. При этом председательствующий отклоняет наводящие вопросы и вопросы, не имеющие отношения к уголовному делу (ст. 275 УПК РФ).
Ценность показаний подсудимого во многом определяется вопросами, которые ему представляет адвокат. Если линия защиты строится на опровержении обвинения, то в процессе допроса подсудимого задачи защитника прежде всего состоят в том, чтобы помочь подзащитному выдвинуть и развить доводы на подтверждение своей невиновности. Подсудимый может не знать, как именно обосновать свое отрицание вины, на какие факты и обстоятельства в этом случае следует ссылаться. Роль защитника актуализируется еще больше тогда, когда подсудимый в своем свободном рассказе начинает путаться в показаниях, нарушает последовательность изложения тех или иных обстоятельств, оставляет вне внимания важные для защиты факты. При такой ситуации защитник с помощью своих вопросов должен «зафиксировать» аргументы подзащитного против каждого пункта обвинения и акцентировать на них суд. Как правильно указано в научных исследованиях, доводы, которые выдвигает подсудимый во время своего допроса, как правило, составляют стержень стороны защиты и на их основе строится тактика опровержения обвинения [11, c. 68]. Защитник направляет свои усилия на усиление убедительности таких доводов, установление в судебном заседании подтверждающих их фактических данных.
Защитник вправе «ходатайствовать о проведении экспертизы на судебном следствии, если экспертиза на предварительном следствии не была проведена, а для выяснения возникших вопросов, имеющих значение для защиты, требуются специальные познания. Для этих целей защитник подготавливает для суда в письменном виде вопросы, которые должны, по его мнению, найти отражение в заключении эксперта и которые необходимы и достаточны для подтверждения версии защиты и соответственно для опровержения или изменения версии обвинения. Каждый вопрос должен быть продуман и иметь под собой логическое обоснование: для каких именно обстоятельств по данному уголовному делу он ставится и относится ли он к компетенции эксперта. Это нужно для того, чтобы после оглашения поставленных вопросов перед экспертом, во время их обсуждения защитник смог отстоять правомерность их постановки перед экспертом судом в своем постановлении или определении. На эти вопросы и должен дать ответы эксперт в своем заключении» [18, c. 63].
Если в обоснованности заключения эксперта возникают сомнения или есть противоречие в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам, то задача защитника заключается в том, чтобы выявить и объяснить эти сомнения и противоречия в интересах защиты подсудимого. «Если их невозможно устранить в судебном следствии, а для защиты прав и законных интересов подсудимого они имеют значение и защитник уверен, что их устранение приведет к положительному для его подзащитного результату, то он должен заявить ходатайство о назначении повторной экспертизы. Кроме того, и тогда, когда в судебном следствии будут установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта, а также когда при назначении и производстве экспертизы были допущены нарушения уголовно-процессуального закона (ст. 381 УПК РФ) или будет установлена некомпетентность эксперта, если это отвечает задачам защиты» [18, c. 64].
Придя к выводу, что «заключение эксперта недостаточно ясно или полно, например, в его распоряжение не были представлены все материалы или он не ответил хотя бы на один из поставленных вопросов, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела адвокат может заявить ходатайство о производстве дополнительной экспертизы только тогда, когда увидит в этом возможность улучшить положение подсудимого» [18, c. 64].
Защитник, участвуя в исследовании вещественных доказательств, представленных стороной обвинения, выясняет следующие вопросы: «где, когда и при каких обстоятельствах обнаружено доказательство, каковы условия его хранения; если оно представлено, то когда и кем; к какой группе по определению ч. 1 ст. 81 УПК РФ оно относится, какие конкретно качества предмета несут в себе информацию, имеющую доказательственное значение, устанавливает ли она те обстоятельства, на которые указывает сторона обвинения, поскольку доказательственное значение имеет не только само вещественное доказательство, но и его процессуальное оформление» [22, c. 202]. Защитник должен проверить, есть ли в деле следующие процессуальные документы:
- «протокол следственного действия, в ходе которого оно обнаружено;
- протокол его осмотра;
- постановление о приобщении к уголовному делу вещественного доказательства» [22, c. 203].
«Отсутствие в деле хотя бы одного из этих процессуальных документов дает защитнику основание заявить в суде ходатайство о признании вещественного доказательства недопустимым. На все это защитник должен обращать внимание суда и подчеркивать, что возникают сомнения в достоверности вещественного доказательства» [22, c. 203].