Материал: sukhova_oa_red_gorodskoe_prostranstvo_v_istoricheskoi_retros-1

Мы выделили в тексте устаревшие или забытые слова. Проанализируем их. «Пол в щелях, на вершок по крайней мере поросший грязью». Вершок (от верх) – «мера длины, 1/16 аршина»1; «верхняя фаланга указательного пальца»2; «верх перста»3. Печь без трубы – значит, чит, изба черная, или курная. Черная изба противопоставлялась белой и красной. «Белая изба, или изба по-белому, в которой печь с трубою и потому нет копоти. Красная изба, с красным, т.е. большим или переплетным окном, не с одними волоковыми (т.е. маленькими, задвижными, в которые также выволакивает дым в курных избах)»4. Окóнчины – здесь «оконницы, рамы, переплеты оконные, на которые натягивается пузырь»5, смеркающийся в полдень и едва пропускающий свет.

«Горшка два или три (счастлива изба, коли в одном из них всякий день есть пустые шти!). Горшок (от *gъrn – «сосуд глиняный или металлический для варки пищи, хранения съестных и других запасов»6; «округлый, облый глиняный сосуд различного вида, выжженный на огне!»7. Щи (связывают с *сътъ, мн. съти, др.-русск. съто «пропитание»; с щавель, др.-русск. щавьнъ, т.е. из *съчь: сок и т.д.) – «похлебка, мясная или постная, из рубленой или квашеной капусты; иногда капусту заменяет щавель, свекольник (свекольная ботва) и проч.»8. Стол скоблят по праздникам. Скоблить (родственно лит. skõbti, skabiù «скрести, срывать») – «скрести, драть или царапать»9. Корыто (родственно словам кора, корень) – «половинка расколотого бревешка, обделанная и выдолбленная с плоской стороны. Корыта бывают ветловые, липовые, осиновые; в них стирают, месят хлебы и из них кормят скот и птицу»10; «корыто, или лахань, в чем платье моют»11.

Здесь же одежда и обувь крестьянина (автор подчеркивает) для выхода. Слово выход в тексте употребляется в значении «торжества, шествия»12. Крестьяне выходили в праздники на гулянье, выходили в церковь. – рубаха «из посконного холста, лучшего, крестьянского, рубашечного. От поскóнье – мужская (пыльниковая, бесплодная) конопля; в о-

«часть обуви, обвертка на ногу заместо чулков, под сапоги и лапти; портянки, подвертки»14. Лапоть – «плетеная, обычно из лыка, обувь, охватывающая ступню ноги»15; «короткая плетеная обувь на ножную лапу по щиколотки из лыка, мочалы, реже из коры ракиты, ивы, тала, вяза, березы, дуба, из тонких корней, из драни молодого дуба, из пеньковых оческов, разбитых ветхих веревок, из конских грив и хвостов, наконец из соломы»16.

Радищев показывает, насколько убога домашняя утварь, окружающая крепостного крестьянина. Однако, несмотря на неустройство быта, тяготы крепостничества, русское крестьянство сохраняло высшие духовные качества, которыми восхищался Пушкин: «Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничтожения в его поступи и речи? О его смелости и смышлености и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и лов-

1Словарь русского языка XVIII века /http://feb-web.ru/feb/sl18/slov-abc.

2Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. /Перевод и доп. О. Н. Трубачева. М.,

1964–1973. Т. 1. С. 302.

3Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2000. Т. 1. С. 184.

4Там же. Т. 2. С. 10.

5Там же. Т. 2. С. 664.

6Словарь русского языка XVIII века /http://feb-web.ru/feb/sl18/slov-abc.

7Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2000. Т. 1. С. 382.

8Там же. Т. 4. С. 657.

9Там же. Т. 4. С. 200.

10Там же. Т. 2. С. 171.

11Словарь русского языка XVIII века /http://feb-web.ru/feb/sl18/slov-abc.

12Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2000. Т. 1. С. 324.

13Там же. Т. 3. С. 333.

14Там же. Т. 2. С. 673.

15Словарь русского языка XVIII века /http://feb-web.ru/feb/sl18/slov-abc.

16Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. М., 2000. Т. 2. С. 237.

50

кость удивительны. … Конечно, должны еще произойти великие перемены; но не должно торопить времени и без того уже довольно деятельного. Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов, без насильственных потрясений политических, страшных для человечества»1. А.Н. Радищев прекрасно понимал, что «лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов», что «бедствия человека происходят от человека, и часто от того только, что он взирает непрямо на окружающие его предметы». Подвиг Радищева в том, что он «ощутил в себе довольно сил, чтобы противиться заблуждению … и соучастником быть во благодействии себе подобных». Несмотря на то, что он видел «окрест» себя, продолжал искренне верить в духовное начало бытия. Эту глубоко философскую мысль опальный писатель выразил в главе «Бронницы»: «И все, что зрим, прейдет; все рушится, все будет прах. Но некий тайный глас вещает мне: пребудет нечто вовеки живо».

Кирюшина Т. А.,

к.и.н., библиотекарь Пензенского государственного университета, г. Пенза

«КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС» И ЕГО РЕШЕНИЕ В ГОРОДЕ ПЕНЗЕ В 1930-Е ГГ.

Жилищные условия всегда являлись важнейшим показателем уровня и качества жизни населения. В настоящее время государство, пытаясь решить жилищные проблемы, к сожалению, не обращается к прошлому опыту. Данный вопрос не является новым для России. Очень актуален он был в 30-е годы ХХ века, когда в связи с индустриализацией наблюдался резкий рост городов и рабочих поселков. Это обстоятельство требовало от государства больших капиталовложений в жилищное строительство.

В начале 1930-х гг. были намечены конкретные мероприятия по жилищному строительству, к которым относились переход к индустриальным методам возведения жилья, улучшение проектного дела, осуществление круглогодичного строительства. В ответ на это Сред- не-Волжский краевой комитет ВКП (б) принял 28 августа 1932 г. специальное постановление «О мерах по реконструкции и развитию жилищного строительства края», в котором была дана развернутая программа по укреплению и развитию городского хозяйства. Намечалось построить в городах и рабочих поселках более 1 млн. 3 тыс. м2 жилья2. В целом по краю по максимальному варианту на жилищное строительство выделялось 70 млн. руб., в том числе на новое строительство отпускалось 10 млн. руб.3 В 1932 г. крайком партии и крайисполком решили довести жилищную норму для рабочего населения до 5,1 м2, для чего построить в городах, рабочих поселках к 1932 году 1 млн. м2, в том числе в г. Пензе – 183 тыс. м24.

Вместе с тем в условиях широкого промышленного строительства, нехватки техники и стройматериалов, стремительного роста численности городского населения размеры жилищного строительства отставали от потребностей в жилье. В 30-е годы удалось добиться таких масштабов жилищного строительства, которые могли удовлетворить неотложную нужду в жилье только вновь вовлекаемых в производство рабочих. Многие семьи испытывали серьезные жилищные трудности. Так, если в целом по РСФСР в это время на одного человека приходилось 6 м2 жилой площади, то в Средне-Волжском крае эта цифра составляла 5 м2 (в Самаре – 4,37 м2, в Пензе – 4,3 м2, в Чапаевске – до 3 м2)5.

За годы второй пятилетки в жилищное строительство края было вложено еще 60,8 млн. руб. и построено 2428 новых жилых домов6. Общие затраты на строительство жилья в первую

1Пушкин А. С. Путешествие из Москвы в Петербург //Радищев А. Н. Путешествие из Петербурга в Москву. Публицистика. Поэзия. М., 2000. С. 416–417.

2Центральный Государственный Архив Самарской Области (далее – ЦГАСО). Ф.Р–779. Оп. 2. Д. 76. С.

130-140.

3СОГАСПИ. Ф. 655. Оп. 5. Д. 320. Л. 16.

4Там же. Ф. 1141. Оп. 20. Д. 1326. Л. 36, 39.

5Средняя Волга: социально-экономический справочник. М-Самара, 1934. С. 20, 36, 49, 97, 116.

6СОГАСПИ. Ф. 656. Оп. 30. Д. 478. Л. 104.

51

вую и вторую пятилетки составили 126,8 млн. руб. За эти же годы значительно было расширено энергоснабжение городов, проведена большая работа по их благоустройству.

Кконцу 1930-х гг. ситуация кардинально не изменилась. Жилая площадь по г. Пензе к началу 1939 года составляла 621,2 тыс. м2. В городе, по данным переписи, в это же время проживало 157,2 тыс. человек. Следовательно, на душу населения приходилось 4 м2. Мы наблюдаем резкое сокращение этого показателя по сравнению с 1937 г. на 2 м2 (33,3 %).

Принадлежность жилой площади города к фондам местных советов, промышленности,

транспорта, кооперации и личной собственности характеризуется следующими показателями. Фонд местных советов на 1 января 1939 г. составлял 265,0 тыс. м2, а на 1 января 1940 г. – 267,3 тыс. м2; фонд государственной промышленности – 49,7 и 50,7 тыс. м2 соответственно; фонд транспорта – 12,2 и 12,2 тыс. м2; фонд кооперации – 5,6 и 5,6 тыс. м2; фонд личной собственности – 266,6 и 271,4 тыс. м2; прочее – 22,1 и 21,9 тыс. м21. Приведенные данные свидетельствуют об относительно небольшом приросте жилой площади, за год увеличившейся только на 1,3 %. Это было совершенно недостаточно для областного центра, население которого вырос-

ло на 8 %. Рост города в основном вызывается развитием промышленности, а в 1939 году он усилился благодаря образованию Пензенской области2. В частности, в течение 1939 года в

эксплуатацию было сдано 2 новых дома: на 12 и 8 квартир, ряд нежилых помещений был переоборудован под жилые, в результате чего жилой фонд повысился на 3,1 тыс. кв. м3. Однако промышленность вела жилищное строительство недостаточными темпами. Совершенно не осуществляли никакого строительства железнодорожный транспорт и кооперативные общест-

венные организации. В основном прирост жилой площади происходил за счет индивидуального сектора (4,8 тыс. м2), жилой фонд которого за год вырос на 2,2 %.

Кначалу 1940 года население Пензы увеличилось до 170,9 тыс. человек, а жилой фонд составлял 629,1 тыс. м2, увеличившись за предыдущий год на 7,9 тыс. м2 (1,3 %). Ориентировочно, по занятиям население города делилось следующим образом: рабочие, служащие, ИТР

–65,0 тыс. чел.; кустари – 3,0; учащиеся – 34,5; инвалиды и пенсионеры – 4,0; прочее несамодеятельное население – 63,9 тыс. чел.4 Следовательно, норма жилья на душу населения составляла 3,7 м2. Таким образом, даже по сравнению с 1939 г., жилищная норма сократилась.

Внутренние ресурсы города по рабочей силе в существующих условиях были почти исчерпаны, а для привлекаемых из-за пределов города рабочих была необходима жилая площадь, которой большинство предприятий города не располагало. Вследствие этого многие предприятия города уже испытывали сильные затруднения с укомплектованием рабочей силой своих производств.

Исходя из низкой обеспеченности населения города жилой площадью, испытываемых рядом предприятий затруднений с укомплектованием рабочей силой своих производств, и принимая во внимание дальнейший рост города почти исключительно за счет роста существующей промышленности и за счет строительства ряда новых промышленных предприятий

союзного и республиканского значения, горисполком считал, что каждая новостройка должна была обеспечивать жилой площадью хотя бы 50 % требующейся ей рабочей силы5.

Гордостью г. Пензы являлся выросший за годы предвоенных пятилеток рабочий городок, расположенный на бывшей окраине близ завода им. Фрунзе. Вместо кривых, темных и грязных переулков, в которых раньше прозябало трудовое население Пензы, здесь выросли целые кварталы многоэтажных, чистых, светлых и благоустроенных домов. Городок расширялся и благоустраивался с каждым годом. Здесь имелась фабрика-кухня, благоустроенная баня, хорошо оборудованная роскошная гостиница с рестораном, оснащенная по последнему

слову медицины больница, замечательный парк культуры и отдыха, стадион, школа ФЗУ, механический техникум, две крупнейшие в городе школы, Дом культуры и Дом техники6.

1ГАПО. Ф. Р-2377. Оп. 1. Д. 16. Л. 2, 9-10.

24 февраля 1939 года была образована Пензенская область // Ведомости Верховного Совета СССР. 1939. 23 февраля. № 4 (27). С. 1.

3ГАПО. Ф. Р-2002. Оп. 2. Д. 13. Л. 18 об.

4Там же. Ф. Р-2377. Оп. 1. Д. 16. Л. 2, 6.

5Там же. Л. 10.

6Пензенская область. Сб. материалов. Пенза, 1939. С. 222.

52

Впредвоенный период в г. Пензе проводилась напряженная работа по улучшению жилищного и коммунального хозяйства, осуществлялось благоустройство городов (сооружение водопроводов, канализации, дорожное строительство). Указанные проблемы постоянно рассматривались на заседаниях различных органов. Возрастали капитальные вложения в жилищ- но-коммунальную сферу, расширялось индивидуальное строительство жилья. Так, в отчетном докладе секретаря горкома ВКП (б) Г. К. Баталина сообщалось, что в 1938 г. в коммунальное

хозяйство вложено 4177,8 тыс. руб., в т. ч. в энергетическое – 320 тыс., жилищное – 545 и капитальный ремонт жилья – 2267,7 тыс.1 Средства направлялись на реконструкцию электросети, расширение электрификации за счет достройки корпуса и получения нового дизеля, прокладку водопроводных труб на улицах Подгорной и Пешей, строительство резервуара для воды, ремонт мостов, тротуаров по ул. Луначарского, Кирова, Горького, Нагорной, осуществ-

лялся мелкоямочный ремонт дорог. Намечалось в том числе завершить строительство дома горсовета и дома № 2 на ул. Московской, на что отпускалось 250 тыс. руб.2

В1939 г. продолжилась работа по улучшению жилищных и бытовых условий работников промышленности и транспорта. Важным направлением в решении жилищной проблемы являлось расширение строительства не только по линии исполкомов, горсоветов, различных ведомств, но и индивидуального, для чего правительством отпускались денежные средства, выдавались ссуды. В январе 1939 г. с отчетом о состоянии и мерах по улучшению жилищного

икоммунального хозяйства Пензы на пленуме горкома партии выступил председатель горсовета Любимов. Отметив некоторые улучшения в отрасли, пленум признал работу городского Совета неудовлетворительной и рекомендовал освободить его председателя от должности. Пленум считал необходимым провести в феврале 1939 г. городской слет передовиков производства коммунальных предприятий с обсуждением отчета заведующего горкомхозотделом о руководстве жилищно-коммунальным строительством в 1938 г. и перспективах его развития на 1939 г. Руководству группы предприятий (механического завода, ст. Пенза III, фабрик «Маяк революции», бисквитной и др.) было особо указано на необходимость поставить перед наркоматами и главками вопрос о расширении возведения жилых домов. Заместитель заве-

дующего горсовета Борисов отметил, что жилой фонд Пензы изношен на 50 %, а поэтому нужно принять меры по его ремонту.3

Положительное влияние на развитие жилищно-коммунального строительства имело решение ЦК ВКП (б) и СНК СССР от 18 октября 1939 г. «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах». В соответствии с этим решением в городах и рабочих поселках создавались жилуправления и домоуправления. С их организацией значительно улучшилось руководство жилищным хозяйством: налаживался учет, улучшилось обслуживание жильцов. Из обзора развития жилищно-коммунального хозяйства Пензенской об-

ласти мы видим рост жилой площади: в 1938 г. она составляла 335,9 тыс. м2, в 1939 г. 342 и в 1940 346 тыс. (план), нежилой фонд 159,3 м2 (торговые, складские и другие помещения). Ремонт жилья полноценно начался в 1939 г. До этого времени ремонтные работы проводились бессистемно, бесконтрольно. В 1939 г. на капитальный ремонт было выделено 2491 тыс. руб., на текущий 452,6 тыс. (всего 2943,6 тыс.), в 1940 г. намечалось вложить соответственно 3457,6 и 967,7 тыс. (4425,3 тыс.) руб.4 Но, несмотря на все капиталовложения жилищное строительство по-прежнему, как и в начале 1930-х гг., не успевало за ростом городского населения, следствием чего было нарастание жилищного кризиса.

Таким образом, в 1930-е гг. «квартирный вопрос» в г. Пензе стоял достаточно остро. Увеличение численности городского населения опережало прирост жилой площади в несколько раз. Норма жилья на душу населения снижалась, несмотря на предпринимаемые государством меры. Следствием нехватки жилья была текучесть кадров, что сказывалась на работе промышленных предприятий.

1ГАПО. Ф. П.-37. Oп. 1. Д. 665. Л. 67.

2Морозкина Е. А. Деятельность городских советов по развитию жилищного хозяйства. 1933–июнь 1941 гг. (по материалам Самарского и Пензенского горсоветов) // Актуальные проблемы исторической нау-

ки. Вып. 1. Пенза, 2003. С. 133–134.

3ГАПО. Ф. П.-37. Oп. 1. Д. 688. Л. 109-110; Д. 709. Л. 4, 15.

4Там же. Ф. Р.2038. Оп. 1. Д. 147а. Л. 54-56

53

З. М. Кобозева,

к.и.н., доцент кафедры Российской истории Самарского государственного университета, г. Самара

«ДИАЛОГИ» С ВЛАСТЬЮ В ПАСПОРТНОЙ ПОВСЕДНЕВНОСТИ МЕЩАН ГОРОДА

Огромные территории Российской империи предполагали такую форму дисциплинарного контроля над населением как «распределение индивидов в пространстве»1. Социальное пространство, выделенное для каждого сословия, представляло собой в определенной степени «отгороженное место дисциплинарной монотонности»2. Каждому индивиду в этом пространстве отводилось свое место: «дисциплинарное пространство имеет тенденцию делиться на столько клеточек, сколько есть тел или элементов, подлежащих распределению»3. «Требуется вести учет наличия и отсутствия, знать, где и как найти того или иного индивида, устанавливать полезные связи, разрывать все другие, иметь возможность ежеминутного надзора за поведением каждого, быть в состоянии оценивать его, подвергать наказанию, измерять его качества и заслуги»4 – приблизительно так выглядела методика управления «послушными телами» мещанства с помощью паспортной системы.

Несмотря на то, что обязанность платить подати была укоренена в сознании мещан, тем не менее, экономическое положение большинства представителей данного сословия вызывало затруднения в своевременной уплате денежной повинности. Образовывался своего рода «порочный круг»: без уплаты податей – не выдавался паспорт, а без паспорта – невозможно было найти работу. Подушная подать с мещан была отменена в 1863 г., но одновременно был введен общий для всех городских обывателей налог с недвижимых имуществ. Вместо подушной подати с ревизской души мещане стали уплачивать в казну «окладные сборы» с каждого семейства5. Выдачей паспортов занимался мещанский староста. Именно к нему обращались мещане с просьбой войти в их положение и помочь с выдачей паспорта. «Общение лицом к лицу является главной составляющей всех форм социального взаимодействия вне зависимости от масштабности контекста»6, при таком взаимодействии на микроуровне, особое бое значение приобретает язык письменных обращений «во власть» как средство передачи смыслов, который индивид берет из своей повседневной рутины. При всей важности подобного источника, его достаточно трудно интерпретировать, так как «любой пустячный разговор …. труден для понимания»7. Главу «Социальное взаимодействие и повседневная жизнь» в своем учебнике по социологии Э. Гидденс, говоря о современном мире, заканчивает разделом под заглавием «Заключение: непреодолимое стремление к близости», в котором автор пишет об испытываемой людьми потребности в близости или соприсутствии, так как «в современной обществе, резко отличающемся от традиционного, мы постоянно находимся во взаимодействии с людьми, которых можно ни разу не видеть или не встретить»8. В дореволюционном провинциальном городе ситуация повседневного взаимодействия предполагала совершенно иные границы пространства личного и общественного: мещанский староста был связан с мещанами города многочисленными нитями интеракций, которые официально не были отражены в законодательном плане. В пространстве империи мещанский староста – маленькая бюрократическая фигура, в пространстве личных и общественных связей провинциального города

– это большой человек, от которого зависит судьба мещанской семьи: паспорт, подати, рекрутство. При анализе социальных структур Российской империи Э. Виртшафтер отмечала, что

1Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы. М., 1999. С. 206.

2Там же.

3Там же. С. 208.

4Там же. С. 209.

5Кошман Л. В. Город и городская жизнь в России XIX столетия. Социальные и культурные аспекты.

М., 2008. С. 205.

6Гидденс Э. Социология. М., 2005. С. 81.

7Там же. С. 84.

8Там же. С. 96-97.

54