Судом установлено, что смерть Б. наступила в результате единственного колото-резаного ранения задней поверхности грудной клетки справа, которое было причинено в результате действий Сабановой.
Органами предварительного расследования осужденным Коробейникову и Рыжову не инкриминировалось какое-либо непосредственное применение насилия к Б., результатом которого явилась ее смерть.
В судебном заседании установлено, что роль Коробейникова в лишении жизни Б. свелась к произнесенному им предложению убить наряду с А. и Б. Сабанова, под влиянием слов Коробейникова, нанесла один удар ножом в спину Б. лишив ее жизни. Исходя из этого действия Коробейникова в этой части судом, вопреки доводам государственного обвинителя и осужденного, правильно расценены как подстрекательство к убийству Б.
При этом такая квалификация не ухудшает положение Коробейникова, как на это ошибочно указывается в представлении.
Кроме того, Судебная коллегия считает, что в данном случае суд первой инстанции правильно исключил признак в отношении двух лиц при квалификации действий Коробейникова как подстрекательство к убийству Б.
По смыслу закона в тех случаях, когда лицо подстрекает к убийству двух лиц, при этом в отношении одного лица он является соисполнителем убийства, его действия как подстрекателя не могут быть квалифицированы по признаку в отношении двух лиц.
В силу положений ч. 3 ст. 34 УК РФ, если подстрекатель одновременно является соисполнителем преступления, то его действия должны квалифицироваться только по статье Особенной части УК РФ.
Квалификация действий Коробейникова как подстрекательство к убийству двух лиц (А. и Б.) при условии признания его соисполнителем убийства А. свидетельствовала бы о "двойной" ответственности за убийство А. (и как подстрекателя, и как исполнителя), что противоречит принципу справедливости, закрепленному в ч. 2 ст. 6 УК РФ (никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление).
Как следует из приговора, каких-либо действий, направленных на причинение смерти Б. осужденный Рыжов не совершал, поэтому суд правильно исключил из осуждения Рыжова инкриминируемое ему соучастие в убийстве Б.
Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, о том, что Сабанова не подлежит уголовной ответственности в силу того, что она не преследовала цели причинения смерти А. и Б. а равно находилась в состоянии крайней необходимости, были проверены судом первой инстанции и признаны несостоятельными по мотивам, указанным в приговоре. Изучив материалы уголовного дела, Судебная коллегия соглашается с выводами суда и их обоснованием.
Утверждения осужденной Сабановой и ее защитников о том, что в момент нанесения ею удара в живот А. последний уже был мертв и поэтому она подлежит оправданию в этой части, опровергаются показаниями Рыжова в ходе следствия, из которых следует, что до нанесения Сабановой ножевого ранения А. последний был жив, находился в сознании, разговаривал с Коробейниковым, а также выводами судебно-медицинского эксперта, установившего, что все ранения на теле А. образовались прижизненно.
Судебная коллегия, вопреки доводам апелляционных жалоб, считает правильной квалификацию действий всех осужденных как преступление, предусмотренное пунктом "в" части 4 статьи 162 УК РФ, - разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего.
Судом первой инстанции были проверены доводы осужденных и их защитников о том, что они не совершали разбойного нападения, в квартире искали только пистолет, опасаясь за свою жизнь, Коробейников забрал вещи Сабановой (пакет), среди которых оказался ноутбук, Сабанова взяла телефон потерпевшей, чтобы вызвать к потерпевшим машину скорой медицинской помощи, насилие к потерпевшим применялось не в целях хищения их имущества, а Рыжов вообще не причастен к изъятию имущества. Указанные доводы признаны судом несостоятельными, в приговоре приведены соответствующие мотивы, с которыми соглашается и Судебная коллегия.
Наказание осужденным назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, конкретных обстоятельств дела и роли каждого из них в преступном деянии, данных об их личности, состояния здоровья, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденных.
Оснований для смягчения или усиления назначенного осужденным наказания, как об этом просят авторы апелляционных представления и жалоб, не имеется.
Виды исправительных учреждений назначены осужденным в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.19, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Челябинского областного суда от 18 мая 2017 года в отношении Коробейникова Дмитрия Владимировича, Сабановой Натальи Сергеевны, Рыжова Ивана Михайловича оставить без изменения, апелляционные представление и жалобы - без удовлетворения.
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 июня 2017 г. N 73-АПУ17-8
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Иванова Г.П.
судей Зыкина В.Я. и Ведерниковой О.Н.
при секретаре Юрьеве А.В.
с участием представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации - прокурора Шаруевой М.В., осужденной Плансоновой Л.Н. и ее защитника - адвоката Карпухиной Д.А., осужденного Епишина Р.Н. и его защитника - адвоката Меркушевой Л.В., осужденного Ноженкова И.В. и его защитника - адвоката Подмаревой Е.В. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Плансоновой Л.Н., Епишина Р.Н., Ноженкова И.В., а также адвокатов Урусовой Л.А. и Урусовой Л.П. на приговор Верховного Суда Республики Бурятия от 27 декабря 2016 г., которым
Плансонова Л.Н., < ... > , ранее не судимая
осуждена по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 12 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев. На основании ст. 53УК РФ Плансоновой установлены следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время, не выезжать за пределы муниципального образования, где она будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции, а также возложена обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию два раза в месяц для регистрации,
Епишин Р.Н. < ... > , ранее не судимый,
осужден:
- по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет;
- по ч. 1 ст. 161 УК РФ - к исправительным работам на срок 1 год с удержанием 10% заработной платы в доход государства.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, с применением ч. 1 ст. 71 УК РФ, окончательно назначено Епишину Р.Н. наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет 3 месяца, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;
Ноженков И.В. < ... > , ранее не судимый,
осужден п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов Будаева А.Ц. и Шустер Л.И., в размере 67200 рублей взысканы с осужденной Плансоновой Л.Н. в доход государства, издержки, связанные с оплатой труда адвоката Мурзина П.Ю., в сумме 5000 рублей взысканы с осужденного Епишина Р.Н. в доход государства, издержки, связанные с оплатой труда адвоката Дугаровой А.Ш., в сумме 3200 рублей взысканы с осужденного Ноженкова И.В. в доход государства.
В приговоре разрешены вопросы, касающиеся меры пресечения осужденных Плансоновой, Ноженкова, Епишина, и вещественных доказательств по делу.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зыкина В.Я., а также объяснения осужденной Плансоновой Л.Н. и ее защитника - адвоката Карпухиной Д.А., осужденного Епишина Р.Н. и его защитника - адвоката Меркушевой Л.В., осужденного Ноженкова И.В. и его защитника - адвоката Подмаревой Е.В., поддержавших апелляционные жалобы, выступление прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Шаруевой М.В., возражавшей против доводов жалоб и просившей приговор оставить без изменения, Судебная коллегия
Плансонова Л.Н., Епишин Р.Н. и Ноженков И.В. осуждены за убийство О. совершенное группой лиц.
Кроме того, Епишин Р.Н. осужден за грабеж.
Преступления совершены 11 июля 2015 г. на участке N < ... > дачного некоммерческого товарищества " < ... > ", расположенном в < ... > районе Республика < ... > , при обстоятельствах, указанных в приговоре.
Как установлено судом, между пребывавшими в состоянии алкогольного опьянения Ноженковым И.В., Епишиным Р.Н., с одной стороны, и О. с другой стороны, произошла ссора, в ходе которой у Ноженкова на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к О. возник умысел, направленный на причинение смерти последнему. Реализуя свой умысел, Ноженков, используя в качестве орудия преступления массивный металлический ковш, нанес им с достаточной силой не менее 7 ударов в голову О.
У Епишина, увидевшего действия Ноженкова, из чувства сотоварищества, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к О. также возник умысел на причинение смерти последнему, реализуя который он, действуя совместно и согласованно с Ноженковым, нанес О. с достаточной силой не менее 5 ударов кулаками в голову.
После чего, Ноженков решил привлечь Плансонову Л.Н., также находившуюся в состоянии алкогольного опьянения, к совершению убийства О. и предложил ей присоединиться к их совместным с Епишиным действиям, при этом пригрозив нанести ей побои в случае отказа. Плансонова согласилась, и, желая поддержать своего племянника Епишина, из чувства личной неприязни к О., взяла предложенный Ноженковым массивный металлический ковш, которым нанесла О. не менее 2 ударов в область головы и не менее 3 ударов в область спины.
Ноженков, продолжая свои действия, нанес О. с достаточной силой не менее 5 ударов кулаком и не менее 5 ударов ногой в голову О. Далее Епишин, продолжая свои действия, нанес О. с достаточной силой не менее 5 ударов кулаком в голову и не менее 5 ударов ногой по туловищу, верхним и нижним конечностям О.
После этого Епишин и Ноженков перенесли О. на заброшенный участок, где Ноженков, продолжая свои действия, с разбегу прыгнул двумя ногами на голову лежащего на земле О.
В результате совместных действий Епишина, Ноженкова и Плансоновой смерть О. наступила через непродолжительное время на месте происшествия от тяжелой закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлияниями над и под оболочки и в желудочки головного мозга.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Ноженков И.В. высказывает несогласие с приговором, считая его незаконным в связи с допущенными судом нарушениями уголовно-процессуального закона, а также несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Осужденный утверждает, что преступления не совершал, а Плансонова оговорила его и Епишина с целью уйти от ответственности за убийство своего сожителя - О. При отсутствии совокупности объективных и достоверных доказательств, суд незаконно признал его виновным, основываясь лишь на показаниях заинтересованного лица - Плансоновой Л.Н. В ходе судебного разбирательства судом были нарушены требования ч. 1 ст. 7, ч. 2 ст. 9, ч. ч. 3, 4 ст. 14, ч. 2 ст. 86 УПК РФ. Судом не опровергнуты его доводы о том, что телесные повреждения Епишину Р.Н. были причинены в результате нападения О. с ножом, что также подтверждается актом медицинского освидетельствования Епишина Р.Н. Все противоречия и сомнения, выявленные в ходе судебного разбирательства, были истолкованы судом в пользу обвинения. Суд принял во внимание и положил в основу приговора противоречивые и ложные показания Плансоновой, тогда как его (Ноженкова) показания и показания Епишина не были учтены, в том числе суд признал достоверными пояснения Плансоновой Л.Н. о том, что он и Епишин застирали следы крови потерпевшего на своей одежде, тогда как их показания об отсутствии следов крови потерпевшего на их одежде и о непричастности к убийству потерпевшего необоснованно отклонил. Суд не дал оценки тому обстоятельству, что Плансонова злоупотребляла алкоголем, конфликтовала с потерпевшим, была лишена родительских прав, вела асоциальный образ жизни, ранее привлекалась к уголовной ответственности. Не были учтены судом и пояснения потерпевшей О. том, что Плансонова наносила побои ее сыну (погибшему О.) и между ними происходили конфликты. Суд незаконно признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, основываясь лишь на показаниях Плансоновой, тогда как их доводы о том, что они не распивали спиртных напитков, судом не были опровергнуты. В обоснование своих доводов осужденный в жалобе и дополнениях к ней ссылается на исследованные в судебном заседании доказательства: показания свидетелей Е. Е. Б. Д. М. К. С., потерпевшей О. заключения экспертиз, имеющиеся в деле протоколы следственных действий и иные документы. Полагает, что доказательства судом оценены односторонне и с обвинительным уклоном, заключения и показания эксперта А. по мнению осужденного, являются недопустимыми доказательствами. Заявляет, что протокол судебного заседания является "недействительным", поскольку был изготовлен и подписан 19.01.2017 после вынесения приговора, в то время как в копии протокола указана другая дата подписания протокола - 09.01.2017. В итоге осужденный Ноженков просит приговор суда отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Епишин Р.Н. считает приговор незаконным и необоснованным, поскольку, как он утверждает, судом были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Осужденный заявляет, что не совершал убийства О. а осужденная Плансонова Л.Н. оговаривает его с целью уйти от ответственности за убийство своего сожителя. Он указывает, что суд признал его виновным в убийстве О., основываясь исключительно на показаниях Плансоновой Л.Н., которая является заинтересованным лицом, ее показания являются противоречивыми и суд не устранил данные противоречия. Судом не исследованы все обстоятельства дела и не приняты во внимание доводы стороны защиты. Судебное разбирательство было проведено с обвинительным уклоном. Судом необоснованно отвергнуты доводы стороны защиты о недопустимости и недостоверности показаний Плансоновой Л.Н.; необоснованно приняты во внимание доказательства, подтверждающие показания Плансоновой Л.Н., и отвергнуты противоречащие им доказательства стороны защиты. Суд не учел, что Плансонова Л.Н. неоднократно меняла свою позицию относительно предъявленного ей обвинения. Судом не дана надлежащая оценка доводам стороны защиты о том, что Плансонова Л.Н., давая показания против него (Епишина) и Ноженкова, тем самым пытается уйти ответственности за совершенное ею преступление. Судом не приняты во внимание данные о личности Плансоновой Л.Н., которая характеризуется отрицательно, склонна к провоцированию конфликтов и совершению преступлений. По мнению осужденного Епишина, доказательств, подтверждающих его причастность к совершению преступлений, в материалах дела не имеется. Утверждает, что суд в нарушение закона не снимал наводящие вопросы государственного обвинителя Телешева А.А. к свидетелям, в связи с чем они давали те показания, которые были нужны государственному обвинителю. Поэтому, как считает осужденный, судом был нарушен принцип равенства и состязательности сторон. В итоге осужденный просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, либо отменить приговор и уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная Плансонова Л.Н. полагает, что приговор является незаконным, необоснованным и несправедливым, поскольку судом не учтено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. "и" ч. 1 ст. 64 УК РФ, ее явка с повинной. Кроме того, она утверждает, что не испытывала неприязнь к О. и у нее не было мотива для его убийства. Осужденная утверждает, что к убийству О. не имеет никакого отношения, а "стала жертвой деяний Ноженкова и Епишина", она не знала о намерении Епишина и Ноженкова убить потерпевшего; умысла на убийство потерпевшего лично у нее не было, а удары ему она нанесла с небольшой силой и под принуждением; заявляет, что потерпевший скончался не от ее ударов, после нанесения ударов она убежала в дом, а Епишин и Ноженков продолжали избивать О. По мнению осужденной, дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном и ее показания, данные в судебном заседании, судом не опровергнуты. Полагает, что приговор суда не соответствует требованиям закона, необоснован и вынесен с нарушениями уголовно-процессуального закона, в частности ст. ст. 297 - 299 УПК РФ. В обоснование своей жалобы она ссылается на показания свидетеля Б. заключения и показания эксперта А., заключение эксперта Б. Полагает, что у суда были все основания для назначения ей наказания с применением статей 61, 62, 64 УК РФ. Просит "приговор отменить, назначить новое судебное рассмотрение в ином составе суда, применить в отношении нее положения ст. 15 УК РФ и переквалифицировать ее деяния на менее тяжкие", учесть смягчающие вину обстоятельства и вынести справедливое решение.
Адвокатом Урусовой Л.А. в защиту осужденного Епишина Р.Н. подана апелляционная жалоба, в которой она указывает, что приговор является незаконным, необоснованным и подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также вследствие существенных нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных судом при рассмотрении уголовного дела по существу. По мнению защитника, в основу приговора судом положены показания Плансоновой, которые являются противоречивыми, нестабильными и непоследовательными. При каждом последующем допросе Плансонова указывала различное количество ударов, нанесенных Епишиным, увеличивая их количество. Ее показания от 14 июля 2015 года противоречат ее показаниям при проверке показаний на месте, а имеющиеся противоречия в показаниях Плансоновой суд необоснованно посчитал несущественными. По мнению защитника, приговор постановлен с нарушением требований п. 1 ст. 307 УПК РФ, поскольку в основу приговора положены противоречивые показания Плансоновой, которым суд не дал оценки в приговоре. Суд не дал оценки и тому обстоятельству, что Плансонова утром 12 июля 2015 года скрылась с места происшествия и была задержана только на 3 сутки после убийства, и соответственно имела достаточно времени для подготовки своей линии защиты, суть которой сводилась к оговору Епишина и Ноженкова с целью уйти от ответственности за совершенное ею самой преступление, в то время как именно Епишин Р.Н. вызвал сотрудников полиции. При оценке показаний Плансоновой судом в описательно мотивировочной части приговора допущены существенные противоречия. В обоснование своей жалобы защитник ссылается на исследованные в судебном заседании доказательства, сопоставляет их с показаниями Плансоновой, и утверждает о недостоверности ее показаний. По мнению защитника, не доказан установленный судом мотив совершения преступления Епишиным - внезапно возникшие неприязненные отношения. Защитник обращает внимание на то, что Епишин ранее с О. не был знаком, и конфликтов с потерпевшим у него не было. Суд не учел, что Епишин характеризуется как неконфликтный человек, ранее не совершавший каких-либо противоправных действий против личности. Плансонова же, напротив, неоднократно применяла в отношении О. насилие. Мотив для убийства О. был только у Плансоновой. Вывод суда о нахождении Епишина в состоянии алкогольного опьянения, как утверждает защитник, ничем не подтвержден. Судом не дана "критическая оценка" показаниям свидетеля К., вынесшего решение об отказе в возбуждении производства об административном правонарушении за отсутствием события правонарушения. Отсутствие крови потерпевшего на одежде и обуви Епишина, по мнению защитника, свидетельствует о непричастности Епишина к убийству потерпевшего. Вывод суда о том, что Епишин и Ноженков застирали свою одежду, как считает защитник, является ошибочным и не подтвержден доказательствами. Причастность Епишина к хищению телефона, по мнению адвоката, также не нашла своего подтверждения, а показания Плансоновой являются оговором Епишина. Судом не установлено место хищения телефона. В итоге защитник просит приговор отменить, вынести в отношении Епишина Р.Н. оправдательный приговор в связи с его непричастностью к совершению преступлений.
Адвокатом Урусовой Л.П. в защиту осужденного Ноженкова И.В. подана апелляционная жалоба, в которой она указывает, что приговор является незаконным, необоснованным и подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также вследствие существенных нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных судом при рассмотрении уголовного дела по существу. Как указывает защитник, в основу приговора суд необоснованно положил противоречивые показания заинтересованного в исходе дела лица - Плансоновой Л.Н. Судом не дано какой-либо оценки исследованным материалам дела: постановлению об отказе в возбуждении производства об административном правонарушении, и постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела по факту обнаружения у Епишина телесных повреждений. В описательно-мотивировочной части приговора суд, как на доказательство виновности Ноженкова в совершении убийства О. сослался на показания Плансоновой о том, что после избиения О. Епишин и Ноженков переместили О. тем самым суд вышел за пределы предъявленного им обвинения. Каких-либо объективных доказательств, подтверждающих наличие мотива для совершения Ноженковым убийства О., не имеется. Суд при изложении мотива убийства у Ноженкова и Плансоновой допустил противоречия в описательно-мотивировочной части приговора. Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, защитник делает вывод о том, в деле нет объективных и достоверных доказательств, подтверждающих виновность Ноженкова в убийстве потерпевшего О. В итоге адвокат Урусова Л.П. просит приговор суда в отношении Ноженкова И.В. отменить и вынести оправдательный приговор за непричастностью Ноженкова к совершению инкриминированного ему преступления.
Государственным обвинителем - прокурором прокуратуры Республики Бурятия Телешевым А.А. поданы письменные возражения на апелляционные жалобы осужденных и их защитников, доводы которых прокурор считает необоснованными и просит приговор оставить без изменения.
Проверив уголовное дело, Судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.
Вывод суда о виновности Плансоновой, Ноженкова и Епишина в убийстве О. а также о виновности Епишина в открытом хищении у О. сотового телефона основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых приведено в приговоре.
Суд обоснованно признал достоверными показания Плансоновой об обстоятельствах совершенного ею совместно с Ноженковым и Епишиным убийства О. и о хищении Епишиным телефона у потерпевшего в той части, в которой ее показания согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.
При этом суд в приговоре указал, что показания Плансоновой о том, что О. наносились удары, в том числе металлическим ковшом, а после избиения Епишин и Ноженков погрузили находившегося без сознания с кровоточащими ранами О. на носилки, унесли к туалету, сняли с него брюки, носки и трусы и поместили в туалет, объективно подтверждаются протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого в помещении заброшенного туалета обнаружен труп О. с телесными повреждениями и следами крови, без брюк, носков и трусов. В выгребной яме туалета обнаружены брюки. На участке, где происходило избиение, обнаружены носилки и металлический ковш, на которых по заключению биологической экспертизы обнаружена кровь О.
Показания Плансоновой о способе причинения телесных повреждений О. объективно подтверждаются выводами судебно-медицинских экспертов, установивших наличие закрытой черепно-мозговой травмы, множественных рвано-ушибленных ран, кровоподтеков, кровоизлияний, ссадин в области головы трупа, перелома нижней челюсти, а также множественных ссадин шеи, туловища, конечностей, кровоподтеков грудной клетки и конечностей. При этом экспертами сделан вывод об образовании указанных телесных повреждений от воздействия твердого тупого предмета, повреждения в области головы причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти, в короткий промежуток времени, а смерть О. наступила от тяжелой закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся гематомой и кровоизлияниями в головной мозг.
Механизм образования обнаруженных экспертами на трупе потерпевшего телесных повреждений и их локализация совпадают с показаниями Плансоновой, признанных судом достоверными.