Помимо указанного открытия при земледельческих училищах землемерных курсов, в том же 1909 г. издается новое положение о землемерных училищах. Серия законов о подготовке землеустроителей, по мнению М. Д. Книга, стала следствием неспособности соответствующих учебных заведений к удовлетворению возросшей потребности в нужных кадрах (Книга, 2018, c. 295). Помимо пяти существовавших училищ, после 1909 г. было открыто еще девять, в числе которых и Симбирское землемерное училище (далее - СимЗУ) в 1912 г. (Железнов & Ковалевский, 1910-1948, т. 21, стб. 156; Саранцев, 2007, с. 195). Землемерные училища имели целью образование «техников для производства землемерных и межевых работ, а также связанных с ними работ по коренным улучшениям земельных угодий и таксационных исследований» (Железнов & Ковалевский, 1910-1948, т. 21, стб. 156).
Лесистыми губерниями КУО были только Вятская (61 %) и Казанская (36 %) (Министерство финансов. Департамент торговли и мануфактур, 1896, с. 25), что во многом сказалось на отсутствии средних лесных учебных заведений в округе (низшее было всего одно - в Казанской губернии (табл. 2)).
Таблица 2. Численность средних и низших профессиональных школ КУО на 1910 г. (Министерство торговли и промышленности, 1910, с. 2-3, 5, 8-11,14-15)
Table 2ю Number of secondary and lower professional schools in the Kazan Educational District in 1910 (Ministry of Trade and Industry, 1910, p. 2-3, 5, 8-11,14-15)
Именно со столыпинских времен функции средних сельхозшкол существенно трансформировались: изначально ведя подготовку управленцев для крупных хозяйств, «они стали распространять новые идеи в сельском хозяйстве среди населения косвенным образом». Делалось это через курсы дополнительного образования для крестьян и сельского учительства, предоставление школьной материальной базы для проведения курсов другими учреждениями и земствами, а также через «обеспечение учителями начальных школ, число которых очень быстро растет» (Jesien, 1917, р. 9).
Промышленные училища
Профессиональное образование к концу 1870-х гг. стало важным направлением образовательной политики. Помимо проведения реформ в сельскохозяйственном образовании, государство взяло на себя ведущую роль в создании системы профессионально-технического образования, включая среднее. Одним из первых шагов на этом пути стала реформа гимназического образования, разделившая классические и реальные гимназии и преобразовавшая последние в 1872 г. в реальные училища, однако во многом своих целей она не достигла. Технические отделения (седьмые классы) реальных училищ давали недостаточные знания для работы в промышленности, а право поступления по их окончании в специальные вузы превратило их в подготовительную школу к получению высшего неклассического образования, что среди прочего повлекло за собой «совершенное отсутствие крайне нужных средних, недорогих техников» (Максин, 1909, с. 9), которые могли бы заполнить промежуток между рабочими и инженерами. Символично, что разработка вопроса системы профтехобразования началась в 1878 г., в год принятия «Положения» о земледельческих училищах, и была возложена на МФ, но условия начала нового царствования отложили внедрение плана развития технических школ: в 1881 г. большинство из них было передано в ведение МНП, которое приступило к детальному обсуждению этого плана лишь в 1884 г. (Максин, 1909, с. 7). Первоосновой создания системы профтехобразования стал «Общий нормальный план промышленного образования в России», главную роль в создании которого сыграл И. А. Вышнеградский, в будущем министром финансов в 1888-1892 гг.
Этот план был положен в основу «Основных положений о промышленных училищах» (1888 г.). Примечательно, что в следующем году в Англии был принят закон о техническом образовании, который заложил прочную основу профессиональной подготовки в королевстве. На нужды технического образования английский парламент передал чистый доход от налога на спиртные напитки. Спецификой Великобритании стало сочетание широкой централизованной сети профтехшкол с множеством курсов дополнительного рабочего образования при колледжах, в которых обучалось более 600 тыс. чел. (Кинд, 1916, с. 3-4).
Документ оформил три типа промышленных учебных заведений: средние, низшие технические и ремесленные училища (Министерство народного просвещения. Отдел промышленных училищ, 1909, с. 8), для которых были подготовлены учебные планы и программы предметов, а в 1889 г. утверждены уставы и штаты. Проведенная И. А. Вышнеградским реформа стала одним из проявлений значимого фактора подготовки будущего индустриального подъема - государственного стимулирования экономического роста. Впрочем, и новый министр, и новое царствование не изменили взгляда на профессионально-техническое образование. С. Ю. Витте в одной из своих речей в марте 1899 г. назвал помощь технической школы в числе ключевых факторов развития перерабатывающей промышленности как сферы основополагающего приложения сельскохозяйственного производства - основной отрасли российской экономики (Внутреннее обозрение, 1899, с. 786). Образовательная ситуация в российской промышленности была катастрофической: на 1892 г. только 7,6 % заведовавших фабрично-заводским производством, включая 2 % иностранцев, имели техническое образование (Морев, 1900, с. 251).
Создаваемая система профтехобразования, отвечавшая реалиям завершившегося промышленного переворота, не избежала свойственной бюрократии того времени двойственности, неся на себе отпечатки идей консервативного лагеря в лице «ближнего круга» своего создателя - М. Н. Каткова и В. П. Мещерского. Участие последнего в лоббировании закона было несомненным: князь предлагал, как свой вариант, отличный от печально известного циркуляра «О кухаркиных детях», закрытие столичного университета и полутора сотен гимназий, а освободившиеся от этого средства «советовал направить на профессиональные и ремесленные школы» (Гросул, 2000, с. 319). Эти слова почти дословно повторил и император, написав в июне 1887 г. на докладе министра просвещения резолюцию: «Я настаивал на сокращении числа наших гимназий и прогимназий и полагал некоторые из них преобразовать в реальные училища, а часть свободных сумм от упразднения гимназий употребить тоже на профессиональные и технические школы» (Максин, 1909, с. И). При этом в целом стоит согласиться с тем, что, «стараясь сдерживать развитие общества в пределах наследственной социальной категории, имперское правительство нуждалось в том, чтобы мобилизовать людские и материальные ресурсы, этим и были созданы правовые возможности для пересечения социальных границ» (Lieven, 2006, р. 248). Законопроект, символично принятый в год 50-летнего юбилея трудовой деятельности И. Д. Делянова, подчинил создаваемую техническую школу консервативному МНП, став своеобразным паллиативом в социальном сегменте образовательной политики, равно как и должен был хоть частью снизить накал общественных страстей вокруг скандального циркуляра, обелить образ МНП и лично его руководителя.
Комиссия при МНП наметила открыть за счет казны 40 промышленных училищ, в том числе семь средних. Средние технические училища нацеливались на подготовку техников как ближайших помощников инженеров (Министерство народного просвещения. Отдел промышленных училищ, 1909, с. 8). В течение 1888-1893 гг. было открыто всего два средних технических училища, однако за следующие пять лет - уже восемь, и еще восемь - за последующее пятилетие (Кошман, 2008, с. 352). Главной причиной задержки И. М. Максин назвал сложности в учете местных условий и затраты по организации училищ, превышавшие, по его оценке, в отношении средних технических 250 000 руб. (Максин, 1909, се. 25-26). И. А. Анопов активно командировался в предполагаемые места открытия училищ для ознакомления с местными условиями (Анопов, 1891), включая изучение вопросов преобразования в училища других учебных заведений или переговоров с местными органами о выделении безвозмездно земли под постройку зданий. Немаловажной причиной следует считать недостаток абитуриентов, не стремившихся после пятого класса реального училища поступить на четыре года в среднее техническое училище при том, что окончание обоих учебных заведений давало одинаковый набор социальных прав.
Подобные задержки, по-видимому, уже привычные для местных властей, «подстегивали» различные инициативы последних. После опубликования «Основных положений о промышленных училищах» Казанская городская дума в октябре 1888 г. поручила особой комиссии обсудить вопрос о возбуждении ходатайства о преобразовании Казанского реального училища в техническое (ГАРТ, 1911, л. 8об.). Вся суть этого предложения - полное отражение процитированной нами двумя абзацами выше императорской резолюции на докладе министра просвещения. Однако 5 мая 1889 г. городской голова получил сообщение от Казанского губернатора о том, что комиссия при МНП признала необходимым учредить в Казани (за счет казны) среднее химико-техническое училище и низшее техническое с тремя отделениями (ГАРТ, 1911, л. 9). Подобная группировка училищ фактически создала в Казани сильный образовательнотехнический центр с высококвалифицированным персоналом преподава- телей-специалистов по различным отраслям техники и с обширной и разнообразной базой для фундаментальных и прикладных исследований.
Характеризуя средний хлебный (черноземный) край, Д. И. Менделеев отмечал, что «одно земледелие здесь уже давно стало недостаточным для хозяйственной деятельности, тем более, что земледелие ведется здесь и поныне преимущественно в экстенсивных формах». Будучи земледельческим краем, который «производит излишки хлеба», «содержа разнообразные минеральные богатства», по общей сумме своей «заводско-фабричной производительности Восточная область должна быть причислена к важнейшим для России» (Министерство финансов. Департамент торговли и мануфактур, 1896, сс. 25, 32). Региональная «фабрично-заводская промышленность сосредоточена на обработке предметов растительного и животного царства» (Чева- кинский, 1914, с. 186). Промышленный потенциал губерний КУО, по отраслевой своей принадлежности свидетельствовавший об общем земледельческом укладе региона, характеризовался следующими показателями: на шесть губерний (из 72, т.е. 8,33 % от общего количества) в 1900 г. (в статистику 1900 г., в отличие от прошлых лет, вошли более крупные предприятия, подчиненные надзору фабричной инспекции, как правило, с годовой производительностью не менее 5000 руб. и числом рабочих не менее 10) (Чевакинский, 1909, сс. 113-114) приходилось 7,5% предприятий и 6,2 % от суммы всех производств страны, необложенных акцизом; в отношении таких отраслей, как механическая обработка дерева, обработка животных продуктов и обработка питательных веществ на губернии КУО приходилось гораздо больше этих средне- приведенных значений (табл. 3). Данные таблицы показывают, что наиболее высокая доля в стоимости фабрично-заводского производства приходилась на Саратовскую губернию, затем следовала Казанская губерния. Обработка животных продуктов в Казанской губернии, превосходившая совокупность вклада всех остальных губерний КУО, в том числе стеариновое и мыловаренное производства, наиболее развитые в округе по объемам обработка металлов и производство машин, способствовала тому, что «на Каме и ее притоках, вплоть до Казани, расположились многие заводы» (Министерство финансов. Департамент торговли и мануфактур, 1896, с. 25), что удовлетворяло требованиям для открытия в городе промышленного училища.
Таблица 3. Отрасли фабрично-заводского производства в губерниях КУО в 1900 г. (Центральный стататистический комитет Министерства внутренних дел, 1905, с. 282-291)
Table 3. Branches of factory production in the provinces of the Kazan Educational District in 1900 (Central Statistical Committee of the Ministry of Interior, 1905, p. 282-291)
Казанское (соединенное) промышленное училище (далее - КПУ) было учреждено 14 июня 1890 г. с целью «удовлетворить нужды края в техниках и умелых мастерах для быстро развивающейся химической и механической промышленности и строительной деятельности» (Казанское промышленное училище, 1907, с. 1). КПУ было многоуровневым учебным заведением, притом между низшими и средним училищами не было преемственности в обучении. Училище включало в свой состав: 1) среднее химико-техническое училище с 4-летним курсом обучения (открыто в 1897 г.); с 3-летним курсом обучения:
низшее химико-техническое училище (1899 г.); 3) низшее механико-техническое училище (1897 г.); 4) низшее строительно-техническое училище (1899 г.) (ГАРТ, 1906, л. 1; ГАРТ, 1911, л. 16об.).
Открытие таких «сложных» по организационно-финансовым усилиям училищ, как Казанское, стало возможным благодаря разгрузке казначейства пожертвованиями на организацию промышленных училищ со стороны городов, обществ и частных лиц: только за пятилетие после выхода «Основных положений» единовременные пожертвования составили 1 640 000 руб. В числе жертвователей были и власти Саратова, выделившие на устройство в городе среднего технического училища 100 000 руб. (Максин, 1909, с. 29). Впрочем, судя по примеру Саратова, такие пожертвования носили отчасти вынужденный характер. В отличие от Казани, Саратов в первоначальный план городов для открытия средних технических училищ не входил, отчего МНП недвусмысленно дало понять, что открытие там училища возможно в случае финансирования строительства здания и оборудования училища за счет местных средств. Город смог выделить лишь участок под здание и указанные 100 000 руб., губернское земство и уездные города отнеслись к инициативе сочувственно, но средств не предоставляли. Тем не менее, в 1899 г. в Саратове все же было открыто промышленное училище (соединенное механико-техническое и химико-техническое; далее - СТУ), при том, что проект его постройки и оборудования исчислялся суммой в три раза большей, чем выделил город (Саратовское промышленное училище, 1903, с. 1-3).
Аналогичная степень общественного участия проявилась в создании Вятского среднего сельскохозяйственно-технического училища (этот вид относился к промышленным учебным заведениям, а не к сельскохозяйственным; далее - ВССХТУ), учрежденного в 1900 г. и открытого на следующий год. Инициатором его создания было губернское земство, которое согласилось выделить финансирование, в дополнение к казенному, на постройку здания училища, его содержание и стипендии ученикам. В итоге казна выделила на строительство 165 тыс. руб., земство - 50 тыс. руб., а также передало училищу инвентарь губернской фермы на 18 тыс. руб., землю с постройками - на 15 тыс. руб.; на содержание училища казна выделила 31 766 руб. в год, принимая пособие земства в 13 500 руб. в год (ГАКО, 1901, лл. 1, 16; Вятское губернское земство, 1913, т. 5, с. 478). Примечательно, что широкий состав созданной строительной комиссии, включавшей представителей казны, земства, города и учебного заведения, усилил общественный контроль расходования средств, что привело к экономии в 26,5 % от сметы (Косарев, 1911, с. 3).
«После 1904 г. в деле открытия новых промышленных училищ наступило затишье», - резюмирует И. М. Максин, видя основную причину этого неблагоприятного положения в чрезвычайных расходах на ведение войны с Японией. Ситуация была настолько сложной, что были заморожены проекты даже тех учебных заведений, потребность в которых «подтверждалась, между прочим, весьма значительными материальными пожертвованиями городов, земств и частных лиц» (Максин, 1909, с. 74-75).
В 1907 г. уже полностью вне финансирования МНП в Воткинске «открыто первое в [Вятской] губернии среднее механико-техническое училище, организованное на пожертвования и пособия земства и горнозаводского ведомства» (Русское слово, 1907, 16 октября). Процесс частно-государственного партнерства здесь был запущен через три года: в июне 1910 г. частное Боткинское среднее механико-техническое училище (далее - ВСМТУ) было преобразовано в государственное, с возложением обязательства на Вятское губернское и Сарапульское уездное земства производить «пособие казне на содержание означенного училища <...> в размере пяти тысяч рублей в год от каждого» (Вятская речь, 1910, 30 июля, с. 2). Открытие училища в Воткинске было закономерным: «в заводском районе, который занимает всю область Уральского хребта, хлебопашество почти вовсе не существует <...>. Здесь жизнь в заводах и заводских поселениях и средства к жизни дают исключительно заводские заработки» (Чевакинский, 1914, с. 152). В Среднем и Нижнем Поволжье «горный промысел незначителен» (Чевакинский, 1914, с. 185), поэтому горных учебных заведений здесь не было.
На рубеж первого и второго десятилетий XX в. пришлись попытки открытия политехникума в Самаре, преобразования СТУ в «политехникум среднего типа» (в источнике название указано именно так, чтобы, по всей вероятности, не путать их с уже имеющимися политехникумами (политехническими институтами) - техническими вузами) с добавлением строительного и электротехнического отделений, а к 1913 г. намечалось появление среднего строительно-технического отделения и в КПУ (ГАСО, 1911-1917, лл. 24об., 45, 51, 59).
Таким образом, в четырех открытых в КУО средних технических училищах подготовка кадров была сосредоточена на химико-технической и механикотехнической специальностях (по две специальности на три училища) и одна - на сельскохозяйственно-технической. Такая узкая специализация, как отмечает Л. В. Кошман, отражала «неглубокую дифференциацию машиностроения в России в это время» (Кошман, 2008, с. 353).
Коммерческие училища