Становление средней профессиональной школы Казанского учебного округа в условиях модернизации Российской империи
Магсумов Тимур Альбертович
The Emergence of Secondary Professional Education in Kazan Educational District in the course of the Russian Empire Modernization
Timur A. Magsumov
Abstract
The conditions of modernization at the turn of the 19th and 20th centuries in the Russian Empire gave rise to an “educational revolution,” which, among other outcomes, led to the rapid development of professional education. In an article drawing on data from the Kazan educational district, the author posits that the emergence of secondary professional schools wasn't driven merely by economic imperatives. Rather, it was molded by the rising educational demands of the populace, policies of social segmentation, and a strengthened collaboration between state and public sectors in the domain of education.
The first professional schools appeared in the provinces of the district in the mid-19th century, aligning with the onset of the peasant reform and the region's agrarian specialization. The period spanning the late 1870s to the 1880s witnessed the state laying the groundwork for a structured professional education system, a move colored by the prevailing politics of social segmentation. As the 19th century waned and the 20th dawned, mounting requirements for economic expansion - rooted in a more inclusive societal stratum, evolving liberal economic policies, and the recognition of education as pivotal to progress - enhanced social mobility. This progression reached its zenith with the bolstering of state-public partnerships in education and a marked surge in the number of professional schools. Viewing the state as a beacon of progress, a portion of public schools transitioned to state governance. Concurrent with the rise of educational institutions bearing mixed ownership, this highlighted the burgeoning ambitions of the bourgeoisie to shape policy. The educational overhauls, coupled with a broadening educational footprint, redefined the social milieu, accentuating elite hegemony and recalibrating class and cultural inequities. The educational system's institutional path mirrored the dynamics of social segmentation, progressively bridging the gap between secondary vocational and classic general education.
This article caters to scholars delving into domestic education, as well as the social, cultural history, and the modernization narratives of the waning imperial epoch.
Keywords
History of Education; Russian Empire; Modernization; Kazan Educational District; Volga Region; Secondary Professional Education; Commercial School; Industrial School; Agricultural School; River School
Аннотация
Условия модернизации Российской империи на рубеже XIX-XX столетий определили ситуацию «образовательной революции», вылившейся в том числе в бурное развитие профессионального образования. В статье, подготовленной на материалах Казанского учебного округа, автор доказывает, что формирование средней профессиональной школы определялось не только потребностями экономического развития. Оно было обусловлено возросшими образовательными запросами населения и связанной с этим политикой социальной сегментации, а также усилением государственно-общественного взаимодействия в сфере образования.
Первые профессиональные школы появляются в губерниях округа в середине XIX столетия в связи с проведением крестьянской реформы и аграрной специализацией региона. Конец 1870-х - 1880-е гг. стали временем формирования государством системы профессионального образования, проходившего под влиянием политики социальной сегментации. В конце XIX - начале XX в. возросшие потребности в экономическом росте с опорой на более широкие слои населения, либерализующаяся экономическая политика и закрепление образования в качестве условия прогресса усиливают социальную мобильностью, приобретая завершение в развитии государственно-общественного взаимодействия в образовании и существенном количественном росте профессиональных школ. Восприятие государства как института, обеспечивающего прогресс, привело к передаче части общественных школ государству. Вместе с созданием учебных заведений на основе смешанной формы собственности это свидетельствовало об усилении стремления буржуазии оказывать влияние на политику. Образовательные реформы и возросший охват обучением населения структурировали новые реалии социального пространства, упорядочив господство элит и перестроив классовое и культурное неравенство. Институциональное поле приложения образовательной системы следовало фарватеру социальной сегментации, медленно сближая среднюю профессиональную школу со средней общеобразовательной. Статья ориентирована на исследователей отечественного образования, социальной и культурной истории, модернизации позднеимперского периода.
Ключевые слова история образования; Российская империя; модернизация; Казанский учебный округ; Поволжье; среднее профессиональное образование; коммерческое училище; промышленное училище; земледельческое училище; речное училище
Введение
Пореформенный период в истории Российской империи, особенно рубеж XIX-XX столетий, стал временем активной модернизации страны, одним из проявлений которой выступила образовательная революция. Последняя проявилась в усиленном росте числа учебных заведений и лиц, получающих образование, а также в вовлечении в образовательный процесс людей всех возрастов, а не только детей и молодежи, посредством культурно-просветительской работы. Образовательная революция модернизационной эпохи логично выразилась и в развитии профессионального образования. В стране происходит взрывной рост численности профессиональных учебных заведений всех уровней - низших и средних профессиональных (специальных) школ и училищ, отраслевых вузов. Этот рост был обеспечен во многом за счет расширения практик государственно-общественного взаимодействия в становлении профессиональной школы.
Модернизация способствовала развитию образования в регионах страны. Сеть профессиональных школ густо покрывает периферию европейской части империи, проникает на Урал и в Сибирь. Особый интерес в этом процессе представляет восток европейской части России - Поволжье, представлявшее собой многонациональный аграрный край, в котором профессиональное образование могло стать ядром экономической модернизации и инструментом культурной трансформации.
В этой связи автор ставит задачу реконструкции процесса создания сети средних профессиональных учебных заведений в Казанском учебном округе (далее - КУО), охватившем шесть губерний Среднего и Нижнего Поволжья (от Казанской, вниз по Волге, до Астраханской) и Приуралья (Вятская губерния).
Отсюда вытекает и главный метод исследования - историко-генетический. Количественные показатели использовались как элемент описания динамики изменений в образовании. Статья базируется на комплексе источников, представленных нормативными правовыми актами, делопроизводством, статистическими и справочными материалами, периодикой, эго - документами.
В работах конца XIX - начала XX в. тема поднималась в основном в русле торжественных актов открытия учебных заведений, с модернизацией ее связывало лишь конкретное указание на потребность профессиональной школы конкретного типа для данной местности (Белецкий, 1889; Косарев, 1911; Плодовский, 1912; Танеев, 1915). Первые попытки финансово-экономического обоснования участия общественности в развитии профессиональной школы сделали чиновники образовательных ведомств (Максин, 1909; Виноградов, 1912). В советскую историко-педагогическую науку тема вернулась лишь во второй половине XX в. (Барбашев, 1959; Кузьмин, 1971; Кузьмин, 1972; Батышев, 1981), причем доминировали политический контекст проблемы и обязательное обоснование развития профессиональной школы условиями империалистической стадии развития страны. Региональные аспекты вопроса стали активно подниматься к началу XXI в. (Саранцев, 2007; Хайруллин & Черняк, 2007; Трещев & Алфёрова, 2011; Аминов, 2014; Молчанова, Баланюк, Видищева & Потапова, 2019; Cherkasov, Bratanovsky, Zimovets & Koroleva, 2021), однако связь с модернизационными процессами и государственно - общественным характером развития образования в них прослеживалась слабо, в отличие от некоторых работ, подготовленных на общероссийских материалах (Кошман, 2008; Ерошенко& Трофимова, 2020; Жарова, 2021), и по аналогичным процессам за рубежом (Cherkasov, Bratanovsky, Ponomareva & Zimovets, 2021).
Условия и предпосылки формирования профессиональных школ
учебный заведение казанский
Становление среднего профессионального образования в губерниях КУО во второй половине XIX столетия и его развитие в конце XIX - начале XX в., как и по всей России, было обусловлено комплексом модернизационных изменений и программой властей по их внедрению.
В ключевой работе по неомарксистской социологии образования «Школьное образование в капиталистической Америке» (Bowles & Gintis, 1976) американские экономисты С. Боулз и Г. Гинтис доказывают, что образование выступает социальной институцией (соответственно, школа - буржуазным инструментом) по удовлетворению потребностей промышленного капитализма. Поскольку последний стал более заинтересован в работниках с определенными умениями, система образования начала их подготовку. Несмотря на многочисленную критику этого сочинения, Г. Томас признает, что «это, конечно, известная марксистская песня, но не стоит сбрасывать этот анализ со счетов: множество факторов говорят в его пользу» (Томас, 2016, с. 28). На примере закона Форстера (1870 г.) в Великобритании он показал, что стимулом принятия этого акта стало усиление отставания страны от США и Пруссии и угроза потери конкурентоспособности в силу нехватки рабочих рук с начальным образованием, приведя в качестве одного из аргументов высказывание премьера У. Гладстона о причинах победы Пруссии в войне с Францией: «Успешное ведение немцами этой кампании ознаменовало собой несомненный триумф систематического народного образования» (Томас, 2016, с. 29). В целом о позитивном влиянии германской системы образования на экономическую модернизацию говорит множество авторов, выдвигая прусскую образовательную политику в число ведущих факторов экономического роста и технического прогресса страны (Deane, 1979, р. 293-294). Введенный в связи с этим Э. Уэстом термин «образовательная революция» (West, 1975, р. 256) стал неотъемлемым атрибутом исследований революции индустриальной.
Экономическая модернизация России определила рост потребности в квалифицированных специалистах. Следствием этого явилось увеличение количества профессиональных учебных заведений. На это накладывалась активно пропагандируемая общественностью и представителями власти идея независимости экономического развития страны от иностранных специалистов (одним из первых эту мысль озвучил К. Д. Ушинский в статье «Необходимость ремесленных школ в столицах», опубликованной в «Санкт-Петербургских ведомостях» в 1868 г.).
Э. Д. Днепров связывает географию создаваемой средней профессиональной школы «...с особенностями экономического развития страны. Неравномерность развития экономики, которая зависела от многих причин - наличия сырьевых ресурсов, плодородия земель, состояния промышленности и сельского хозяйства, численности населения, местных промыслов, традиций предпринимательства и прочего - оказывала влияние и на подготовку профессиональных кадров среднего и низшего звена» (Днепров, 2011, т. 2, с. 541).
По наиболее распространенной классификации экономико-географического районирования Российской империи П. П. Семенова (Арсеньев & Петру- шевский, 1890-1907, т. 27а (54), с. 228-229; Семенов, 1899-1914; Министерство финансов. Департамент торговли и мануфактур, 1896, с. 24, 29, 32), шесть губерний Восточного для Европейской России КУО занимали территории всего Среднего и Нижнего Поволжья и части Приуралья (Вятская губ.). А. И. Чевакинский, характеризуя этот обширный край, указывает: «несмотря на пестроту племенного состава, пространство [Среднего и Нижнего Поволжья] представляет одно промышленное целое. Объединением служит общее господствующее занятие сельским хозяйством и река Волга, с которой тесно связаны прочие занятия огромной части населения» (Чевакинский, 1914,
с. 184). Автор признает важное влияние хозяйственного уклада населения на региональную экономическую специфику (Чевакинский, 1909, с. 112). Особенно это было значимо в Среднем и Нижнем Поволжье, где треть населения составляли инородцы (в Вятской губ. - пятую часть) (Семенов, 1899-1914, т. 5, с. 168; Семенов, 1899-1914, т. 6, с. 153). Составлявший переход к Азии, исследуемый регион имел «...разнообразие племен и наречий, причем наиболее сильное в губ. Казанской и Астраханской; в первой русских даже меньше половины, а больше всего татар <...>. Татары занимаются земледелием, торговлей, бурлачеством. Малочисленное их чуваши; они отличные земледельцы; затем черемисы - лучшие охотники края; наконец идут мордва, мегцеры и вотяки. В губ. Астраханской из инородцев живут калмыки, киргизы и татары. В прочих губерниях подавляющее число составляют великоруссы; малороссы в южных частях пространства <...>.
Немцы-колонисты <...> в губ. Самарской и Саратовской» (Чевакинский, 1914, сс. 183-184).
Средние сельскохозяйственные учебные заведения
Безусловно, аграрный вопрос в России всегда был одним из актуальнейших для ее развития. «В стране, где 80 процентов населения заняты в сельском хозяйстве, вполне естественно ожидать, что сельскохозяйственные школы должны играть важную роль в общей системе образования» (Jesien, 1917, р. 7) - так начинается номер «Бюллетеня» Бюро образования Департамента внутренних дел США, посвященный среднему сельскохозяйственному образованию в Российской империи. Действительно, в силу аграрного характера отечественной экономики первыми из профессиональных школ в ней создаются сельскохозяйственные. Для губерний КУО, с долей крестьянского населения свыше 90 % (без учета того, что все инородцы Астраханской губернии были отнесены к некрестьянским сословиям) (Семенов, 1899-1914, т. 5, с. 166; Семенов, 1899-1914, т. 6, с. 148), этот процесс был ощутимее. Соответственно, «главнейшим занятием в крае <...> служит земледелие», и «под земледельческой культурой более половины всей земли, а в губ. Саратовской 2/3» (Семенов, 1899-1914, т. 6, с. 202; Чевакинский, 1914, с. 184).
Открытие первого сельскохозяйственного учебного заведения в стране относится к 1797 г., однако «более или менее систематические меры по распространению в России» сельскохозяйственного образования «стали приниматься только со времени учреждения Министерства Государственных Имуществ» (далее - МГИ). С 1841 г. учреждаются учебные фермы, в том числе в губерниях КУО: в 1844 г. - Юго-восточная (Самарская; в 1859 г. упразднена), в 1846 г. - Северо-восточная (Казанская), в 1847 г. - Мариинская (Саратовская) (Морачев- ский, 1914, с. 262). Выбор этих городов был обусловлен заметным для региона явлением, связанным с отходничеством: «Часть крестьян живет в городах, не порывая связи с землей; особенно это заметно в Казанской и Саратовской губерниях, благодаря таким крупным центрам Поволжья, как Казань и Саратов, привлекающим на разные городские заработки многих крестьян» (Семенов, 1899-1914, т. 6, с. 149). Цель учебных ферм заключалась в «приготовлении из молодых крестьян (государственных и помещичьих) опытных хозяев, которые <...> могли бы впоследствии основать образцовые крестьянские усадьбы» (Белецкий, 1889, с. 2). Однако учебные фермы не выполнили возложенных на них задач в силу нехватки учащихся, дороговизны их содержания и низкого процента трудоустройства выпускников по специальности. В условиях крестьянской реформы назрел вопрос о реформировании учебных ферм. В этой связи в 1861 г. учебные фермы были преобразованы в земледельческие училища (Танеев, 1915, сс. 2-3).
Таблица 1. Перечень средних профессиональных школ, открытых в КУО, с распределе- нием по губерниям и годам открытия (сост. по данным текста настоящей статьи)
Table 1. List of secondary professional schools in the Kazan Educational District, with distribu- tion by provinces and years of opening (compiled according to the text of this article)
Уже в 1864 г. на базе Казанской и Мариинской ферм были созданы земледельческие училища (перечень средних профессиональных школ, открытых в КУО, представлен в табл. 1). Курс обучения в них составил четыре года, в 1867 г. он был увеличен до пяти, а в 1878 г. стал шестилетним. Казанское земледельческое училище (далее - КЗУ) имело своей целью «доставлять учащимся в нем практическое, на научной основе, образование по сельскому хозяйству, для подготовки их к сельскохозяйственной деятельности в соответствии с местными условиями и требованиями жизни в районе училища» (Казанское среднее сельскохозяйственное училище, 1913, с. 3). В рекламных целях в газетных объявлениях учебные заведения упрощали формулировки, ориентируясь на потребителей своих услуг. В объявлении КЗУ в «Казанских губернских ведомостях» в 1872 г. указывалось, что учебное заведение «имеет целью доставить возможность молодым людям всех сословий приобретать теоретические и практические сведения, необходимые для управителей и арендаторов имений и вообще всех лиц, желающих посвятить себя деятельности по сельскохозяйственным предприятиям» (Казанские губернские ведомости, 1872, 21 июня). Особое значение для Среднего и Нижнего Поволжья имели именно управляющие, ввиду относительно высокой доли частных владений (17,1 %), среди которых крупные землевладельцы имели 79,8 % земель, и казенных земель (12,1 %) (Семенов, 1899-1914, т. 6, с. 232-234).