Материал: Социальные отношения сквозь призму современного города

После сообщения от персонала кафе/ресторана о том, что еда готова, волонтеры организуют детей так, чтобы все снова оказались за столом на своих местах - наступает время трапезы и, как правило, волонтеры переключаются с опекунской функции на обслуживающую: помогают официантам разносить еду и напитки, убирать столы и т.д. Обычно в это время волонтерам также удается пообщаться между собой, сделать фотографии друг с другом, с детьми, с командой принимающей стороны.

Отдельно бы хотелось отметить волонтера, который занимается координацией всего процесса непосредственно в момент праздников и других мероприятий проекта: начиная от взаимодействия с представителями площадки (кафе/ресторана) до координации волонтеров - это волонтер «посвященный» (одна из основательниц проекта), функцию которого можно охарактеризовать как координирующую. Данный волонтер как-бы наблюдает за происходящим и контролирует его, одновременно с этим, он также активно включен в деятельность проекта: взаимодействуют как с родителями и детьми, так и с другими участниками проекта.

Обобщая, можно утверждать, что коммуникация участников и другие практики социального обмена организованы вокруг праздника: в зависимости от его контента они меняются - становится либо более интенсивными, либо, наоборот, замедляются, но так или иначе носят непрерывный характер во время мероприятия, которое представляет собой не просто процесс интенсивного социального обмена, в ходе которого его участники обмениваются различными символами и знаками: улыбками, взглядами, словами и т.д., а атмосфера праздника и ощущение сопричастности к общему делу делает этот процесс легким и естественным: все улыбаются, смеются, помогают друг другу.

После праздника

По мере того как праздник подходит к концу волонтеры-участники проекта постепенно помогают детям собраться и забрать с собой свои подарки или приготовленные на мастер-классе блюда, передают детей родителям и провожают «гостей». Праздник можно считать официально оконченным. И здесь опять, как и до праздника, у участников праздника появляется свое, не детское, время, которое они проводят, общаясь друг с другом и другими представителями праздника. Часто участники остаются в том же самом месте, где проходил праздник, на совместные обед или чаепитие, за которым происходит их активное общение друг с другом: обсуждение праздника и планирование будущего, обсуждение новостей, идей и мыслей, рассказы историй из жизни и т.д. - темы не ограничиваются проектом. Иногда участники не остаются в том же месте после праздника, а, самоорганизуясь, направляются в другое выбранное ими место, чтобы каким-либо образом провести время вместе. Таким образом, праздник не заканчивается, а продолжается, но уже с иным содержательным наполнением и за территорией отводимого для него пространства.

«Недетские» праздники

Как уже было сказано ранее, некоторые участники не прекращают общаться после официального окончания детского мероприятия - они также общаются и вне проекта. Самоорганизуясь, участники проекта совместно с другими социальными акторами организуют другие социальные проекты (Date for charity), различные благотворительные акции («Доброе место», «Исполни желание»), участвуют в московских фестивалях («О, да! Еда!»). Интересно, что любые благотворительные акции и проекты, производные от HMC, устроены таким образом, что в процесс их создания включаются различные социальные акторы, а конечный продукт невозможен без взаимодействия людей, таким образом, в социально ответственную деятельность включаются различные представители общества и создается прецедент коллективного действия. К подобным практикам участники проекта активно привлекают внешних по отношению к проекту агентов - своих друзей и знакомых, которые, включаясь в ту или иную практику HMC, также становятся непосредственными участниками социальной деятельности.

Создатели проекта совместно с участниками и рестораном Torro Grill организуют каждый год 9 мая праздничный обед для ветеранов ВОВ, к организации которого подключаются не только волонтеры («завсегдатаи», «посвященные» или «зеваки») и дружественные компании проекта, но и другие жители Москвы: гражданам предлагается поучаствовать в сборе сладких подарков для ветеранов, для чего публикуются посты в социальных сетях проекта, о том, что необходимо собрать и где и во сколько будет производиться сбор. Как правило, акция имеет отклик среди граждан и силами жителей города удается укомплектовать подарки для ветеранов - таким образом проявляется желание граждан быть включенными в общественную жизнь и участвовать в социальной жизни города. Непосредственное участие в праздничном обеде принимают ветераны, различные участники HMC, их друзья и родственники, персонал Torro Grill, обслуживающий ветеранов в течение праздника. Различные представители HMC и другие участники мероприятия общаются с ветеранами, развлекают их и танцуют с ними, общаются между собой. После окончания праздника менеджер Torro Grill (который также является непосредственным участником и волонтером HMC) и остальные участники публично благодарят всю команду ресторана, а затем приглашаются им на праздничный обед. Рассаживаясь вокруг стола, участники едят, пьют вино, произносят тосты и общаются друг с другом. Совместная трапеза также представляет особый интерес, поскольку представляет собой образующую практику, форму социального взаимодействия, которая дает реализоваться такой форме взаимодействия, как разговор, а это уже та форма общения, которую можно рассматривать источником обобществления отдельных индивидов. Вообще, можно сказать, что все мероприятия проекта организованы вокруг еды: детские праздники организованы вокруг кулинарных мастер-классов, другие благотворительные мероприятия также тем или иным образом опосредованы едой или трапезой, поэтому представляется абсолютно легитимным в данном случае обращение к темам еды и трапезы, как предметам анализа в рамках исследования. Трапеза присуща абсолютно всем людям, она образует содержание общих действий, а совместная трапеза, как и совместное действие, обладает способностью к объединению, что, возможно, также может способствовать формированию особо типа отношения между ее участниками.

Помимо благотворительных историй, участники HMC, в основном, представители типа «завсегдатаев» и «посвященных», самоорганизуются для участия в других социальных проектах (Гонка героев), активно вовлекая в это своих друзей, коллег по работе, родственников, также организуют совместные ужины и прогулки. Таким образом, все эти виды деятельности, собственно, как и основная деятельность в проекте, представляют собой формы организованного досуга, который, организуя совместную активную жизнедеятельность людей, может формировать коллективность, общность и единство.

Три социообразующих процесса.

Во время наблюдения за деятельностью проекта значимыми представляется выделение три основных составляющих проекта: занятия с детьми, трапеза и игра - три социообразующих процесса, вокруг которых организуется вся деятельность. Ранее частично уже было содержательно осмысленно их значение, но хотелось бы еще раз акцентировать на этом внимание. В рамках включенного наблюдения не представляется возможным их объективная интерпретация и содержательное осмысление, но, так или иначе, можно сделать три вывода, существенных для исследования: во-первых, все три элемента представляют собой социальный процесс, который неразрывно связан с коммуникацией и взаимодействием индивидов друг с другом. Во-вторых, все элементы становятся способами самопрезентации и репрезентации индивида, его самоактуализации в образуемом социокультурном пространстве: занятия с детьми, совместная трапеза и участие в игре конструируют идентичность индивида и, так или иначе, направлены на удовлетворение духовных и социальных потребностей человека, его самоактуализацию в окружающем мире. Они выступают своеобразным элементом познания как себя, так и окружающих. В-третьих, все три элемента представляют собой интегрирующий механизм.

Интервью. Благотворительность своими руками.Charity (HMC) в переводе с английского языка - благотворительность, сделанная руками - такое понимание первостепенно для анализа происхождения и развития проекта. В самом названии проекта кроется его основная идея - проект создавался и продолжает поддерживаться «руками» вовлеченных и вовлекаемых в процессе его развития людей: «Случайно познакомилась с руководителями Хлеба Насущного. Мы подумали, что можем сделать что-то хорошее, но просто накормить не интересно… что-то испечь вместе - здорово. …Я всех привлекла, кто-то что-то принес к чаю, кто-то фотографировал, кто-то кого-то привез. Собрали волонтеров - общих друзей, кто-то предложил провести праздник там, создать страничку в фейсбуке» (Аня, основательница проекта). Общий продукт становится возможным исключительно посредством коллективной деятельности, где каждый выполняют свою функцию, которую он сам выбрал для себя. Интересно, что неоднородность социальных позиций участников не оказывает отрицательного эффекта на результат деятельности, идея неоднородности М. Олсона в добровольно организованной деятельности не работает. Происхождение проекта играет исключительную роль в способности к коллективным действиям: «всегда хорошо, когда есть команда, когда две головы - это происходит эффективнее», - добровольно организованные и организованные «своими руками» проекты демонстрируют отличную способность к коллективным действиям: проект HMC успешно существует три года, на протяжении которых было организовано порядка двухсот праздников для детей с ограниченными возможностями, три мероприятия для ветеранов ВОВ, сформировалась команда проекта, а в социально ответственную деятельность проекта было вовлечено порядка 25 публичных площадок, среди которых наиболее популярные кафе и рестораны Москвы.

Возможно, именно в основе проекта кроется его потенциал. Как правило, в благотворительной отрасли и сфере оказания социальных услуг существует две формы - корпоративная благотворительность, где первоначальна корпорация, и юридически зарегистрированные благотворительные и социальные организации, со своими ресурсами, целями и средствами, в основании которых лежит какая-либо организационно-правовая форма. Некоммерческие проекты подобные HMC отличаются от последних тем, что не содержат в своей основе никакой организационно-правовой структуры и образуют комплекс организованных людьми мероприятий, объединённых также определенными задачами и целями: «Мы просто выбрали такой формат благотворительности, и наша цель была такая, чтобы не лезть в серьезные штуки, мы не лезем в законы, мы не лезем, в политику, мы не лезем, там, в какие-то серьезные штуки. Мы выбрали как раз тот формат, который будет приносить удовольствие и пользу» (Оля, основательница проекта). Простота механизма работы, доступность и открытость проекта, свобода выбора и непринудительность делают возможным существование и поддержание проекта - девиз «помогать просто» в горизонтально организованной деятельности работает эффективно. Проект дает людям, которые хотят и могут быть социально активными, возможность быть таковым: «Я всегда искала какую-то такую благотворительную организацию, где я могу что-то делать.… Этот проект дает возможность как раз вот такой легкой благотворительности. … Проще потому что, если что, тебя поддержат, ты видишь, что делает твоя подруга, и ориентируешься на них» или «хочется окунуться в какую-то другую среду, с другими людьми пообщаться, которые отвечают каким-то твоим внутренним запросам, поэтому Handmade Charity». Проект заполнил вакуум, который образовался под воздействием социально-экономических процессов. В России сектор социальных услуг, являющийся частью третьего сектора, а, значит, существующий в обществе наравне с коммерческим и государственным секторами, формировался в условиях нестабильности, когда ни рынок, ни новая государственная система не сформировались, что отразилось на его формах и процессах институализации.

Рис. 3. Сертификат

Интересно также отметить, что основатели проекта стараются не взаимодействовать с государственными структурами, даже тогда, когда такая возможность имеется, предполагая, что это усложнит механизмы работы: «очень сложно взаимодействовать со всеми этими структурами» (Аня, основательница проекта). В свою очередь, проект активно сотрудничает с коммерческим сектором, что соответствует контексту увеличивающейся роли бизнеса в социальной сфере. В континууме «просто - сложно», где государственные организации располагаются в его правом конце, а коммерческие - в левом, в выборе граждан выигрывают последние. Государство представляется сложной бюрократической структурой, взаимодействие с которой может осложнить процесс оказания социальных услуг населению. Нежелание взаимодействовать с государственными структурами, возможно, происходит из низкого уровня институционального доверия российского общества.

Однако, несмотря на не желание взаимодействовать с государством, как системой (институтом), проект готов взаимодействовать с отдельными его представителями. Так, в 2014 году проект совместно с Капковым С.А., тогда министром культуры, основательницам проекта удалось провести премию «добрых мест», на которой они совместно с Сергеем Александровичем Капковым вручали представителям городских кафе и ресторанов собственные сертификаты социальной ответственности. Подобное публичное мероприятие, поддержанное государством, в лице министра культуры, способствовало институализации деятельности проекта: произошел определённый «вброс» смыслов, связанных с легитимацией деятельности проекта, в институциональную среду. Таким образом, затрагивая вопросы взаимодействия государства и третьего сектора, представленным, в том числе, социальными некоммерческими проектами, можно сделать вывод, что государству иногда нужно абсолютно немного сделать, чтобы помочь институализации таких проектов: сертификаты, выданные ресторанам и кафе, в которых проходили мероприятия проекта, висят на дверях одних из самых престижных и популярных мест Москвы, что престижно для проекта и подкрепляет его репутацию.

Анализируя механизм работы проекта, следует особенно подчеркнуть его возможность аккумулировать в себе социальный капитал участников и использовать его в своих целях. Деятельность существует и поддерживается за счет социального капитала людей, посредством мобилизации которого в процесс включается все большее количество различных социальных агентов. Так, понятием социального капитала, введенного Пьером Бурдье, для обозначения социальных связей и отношений и являющимся продуктом общественного производства - то есть, выражаясь другими словами, способностью индивидов действовать сообща ради общей цели - можно описать деятельность проекта.

В производство и воспроизводство социальной деятельности вовлекаются различные социальные акторы, согласованные действия которых возможны благодаря единой цели и общему делу: «ты звонишь и люди, как бы, бесконечно звонят и говорят, там: я везу тебе деньги, я везу тебе помощь, кому мне помочь, у меня есть, там, ресторан, я хочу в нем делать праздник, давайте, сделаем это и т.д. - все единомышленники» (Оля, основательница проекта). Основанием для включения в сеть служит желание быть причастным к деятельности, а основанием для объединения - общая цель. Образующийся в результате социальный капитал проекта - есть социальный капитал его участников, мобилизация которого приводит в движение механизмы работы проекта.

Личностные смыслы участия.

Несмотря на непопулярность и противоречивость взглядов, причины которых объясняются историческим контекстом России, в настоящее время с появлением в публичном дискурсе вопросов социальной и благотворительной деятельности можно говорить об их популяризации и новой институционализации. Так, одной из задач исследования было выяснение личностных смыслов участия волонтеров проекта в социальной и благотворительной деятельности Handmade Charity. Так одним из основополагающих мотивов есть идейный мотив. В данном случае участие в проекте обусловлено приверженностью идеям и разделением целей и ценностей проекта: «Важно показать обществу, что они такие же, как мы» (Яна, волонтер проекта). Подчеркивается особенная важность социализации и интеграции людей с особенностями в развитии в общество, проявляется полнейшая осознанность того, что в нашем обществе эти люди находятся в неравном положении по сравнению с другими и незаслуженно. Мотивом для включения в добровольческую деятельность проекта становится и желание «вознаградить судьбу» за собственное благополучие: «Мне когда-то очень помогли, был сложный период в жизни и, соответственно, ты как бы очень внутренне ты должен» (Сережа, волонтер проекта).

Лейтмотивом участия также служит мотив солидарности: желание быть причастным к сообществу - естественная потребность человека.

Оно формирует доверие среди его членов и способствует созданию устойчивой социальной среды индивидов. Особенно стремление быть включенным в сообщество, в группу проявляется в кризисные моменты, когда человек стремится к групповой поддержке и стабильности. Исследование показало, что участники в проект попадают через своих друзей и знакомых, которые уже вовлечены в деятельность проекта. Образуемое участниками проекта чувство сопричастности, дух товарищества или ощущение семья: «мы своего рода единомышленники, семья» (Яна, волонтер Handmade Charity) проявляется в характере деятельности проекта, что, в свою очередь, создает ощущение поддержки и взаимопомощи: «Если у кого-то какая-то проблема, мы все это обсуждаем и готовы помочь всегда. И все проблемы решаем. Мы доверяем друг другу» (Катя, волонтер Handmade Charity). Коллективный характер деятельности оказывается особенно привлекательным, поскольку совместная деятельность, во-первых, представляется наиболее эффективным способом реализации благотворительной деятельности или личных проблем, и, во-вторых, дает возможность провести время в кругу близких по духу людей. Это возвращает к объяснению кооперации и существованию базовых социальных потребностей - органической солидарности по Дюркгейму, и показывает, что, действительно существует потребность человека в жизни в сообществе. Солидарность, таким образом, является важным мотивом участия в проекте и производных от него социальных активностях. Рассуждая о социальной функции каждого человека, респонденты особенно подчеркивают важность гражданской ответственности, категории гражданственного мотива активно артикулировался в нарративе респондентов: «Ты это делаешь, чтобы привлечь больше внимания к этой проблеме и рассказать как можно большему количеству людей о том, что помогать может каждый» (Наталья, PR-менеджер московских кафе и ресторанов). За подобными позициями респондентов кроется укорененность гражданственности: «Это внутренняя потребность делать что-то полезное для общества… принести пользу этим участкам общества» (Дина, волонтер Handmade Charity), которая приобретает активный характер, когда индивиду предоставляется возможность реализовать себя, в социальноответсвенной деятельности, исполнить свою социальную или гражданскую роль. Особенно ярко в нарративе респондентов проявлялся эмоциональный мотив: эмоции играют значимую роль в мотивах участия в проекте. Во всех без исключения интервью звучали в различных вариациях эмоциональные аспекты, за которыми кроется мотив получения эмоций. Эмоции разделились на два типа: во-первых, это эмоции-вдохновение: «Ну для меня это все какие-то новые впечатления, новые эмоции… такой источник вдохновения...» (Наташа, волонтер Handmade Charity) Так, эмоции получаемые во время мероприятий проекта не только эмоционально разгружают, но и заряжают индивидов. Вовлеченность в деятельность проекта - есть источник получения необходимых положительных эмоций, которые могут служить «буфером», предохраняющим от рутинизации и бюрократизации жизни: «Способ освободиться от негатива, который ты набираешь в течение рабочей недели» (Дина, волонтер Handmade Charity). Во-вторых, это терапевтические эмоции, которые способствуют переоценке ценностных установок индивидов: «Любому человеку нормальному нужна такая эмоция. Нужно постоянно периодически останавливаться и думать: ты нормальный парень или так себе, и когда я понимаю, что давно ничего такого не делал, я беру и делаю» (Виктор, старший менеджер Deloitte CIS) или «И ты понимаешь, что есть цена и есть ценности, и есть действительные ценности в виде семьи, детей, и есть вот эта вот ежедневная суета с тем, что кто-то что-то не сделал, что-то не сдал куда-то и так далее. Вот это вот момент у тебя сразу такое приземление». (Наталья, PR-менеджер московских кафе и ресторанов). В объяснительных моделях респондентов звучали также категории самореализации - подобные личностные смыслы представляют собой мотив самореализации: за оперируемыми респондентами категориями работы над собой, своими установками, проработки своих стереотипов и страхов, артикулируется проблема самореализации: «это с точки зрения моего развития мне помогает» (Наташа, волонтер Handmade Charity). Вовлеченность в деятельность проекта для значительной части респондентов стала способом разрешения личностных проблем. Участие в проекте становится не только одним из способов работы над собой, но опосредовано также желанием восполнить недостаток общения в повседневной жизни:«Знаешь, когда эти маленькие ручки тебя обнимают. А тут получается, что я живу одна и без них… » (Дина, волонтер Handmade Charity) или «Я подумал, что будет приятно пообщаться с осмысленными интересными людьми, особенно, когда ты много работаешь и у тебя нет на это времени, ты вырываешься и получаешь общение с очень интересными людьми, …люди идут с пустотой и они, в том числе ее заполняют, кто-то целенаправленно ходят, как на свидание… моя задача была именно наполнить осмысленностью и общением» (Сережа, волонтер Handmade Charity), так вскрывается мотив преодоления одиночества. Вовлеченность в проект предоставляет возможность участникам заполнить вакуум общения, который по каким-либо причинам респонденты не могут заполнить в своей повседневности. Также интересен тот факт, что респонденты - одинокие, в том плане, что у них нет собственной семьи, а проект - это площадка нэтворкинга, где люди заводят новые знакомства: ««Мы бы никогда в жизни не пересеклись, если бы не этот проект. Поэтому для меня большое счастье обрести этих друзей, потому что таких людей, я думаю, что не очень много осталось в нашей жизни. Вообще, в обществе в целом» (Дина, волонтер Handmade Charity), общаются друг с другом, обретают приятелей, друзей или семью: «Я жену приобрел!» (Сережа, волонтер Handmade Charity).