Рамзан Кадыров: Россия не позволит отдать Украину в руки бандитам / LifeNews, 26.02.14. URL: https://life.ru/t/%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8/128000 (дата обращения: 04.09.2017.)
См. также:
Чуркин: референдум в Крыму восстановил историческую справедливость / РИА Носости. 27.03.14. URL: https://ria.ru/world/20140327/1001344867.html (дата обращения: 04.09.2017.).
2.2 Освещение крымского кризиса и конфликта в Косово в СМИ
И крымский кризис, и конфликт в Косово отражают возросшее значение роли СМИ в ведении военных операций, эффективность и интенсивность которых поставлена в зависимость от их легитимации в глазах общественного мнения. Информационная кампания России в СМИ сопутствовала и дополняла информационно-психологические операции российских войск в Крыму с тем лишь различием, что она была большей степени направленна на население Российской Федерации. Важно отметить, что на момент начала крымского кризиса традиционные СМИ утратили свое уникальное значение в формировании общественного мнения, что было характерно для конфликта в Косово:
«В крымском случае львиная доля (играющих наибольшую роль в формировании общественного мнения СМИ) приходится на интернет-среду. Еще одним важным отличием стала утрата коллективным Западом монополии на безальтернативный глобальный информационный дискурс, которой он пользовался во времена косовского кризиса». - Денис Сергеевич Голубев, кандидат политических наук, доцент кафедры американских исследований факультета международных отношений СПбГУ.
В случае конфликта в Косово, ввиду ограниченной компьютеризации СРЮ, распространение информации о конфликте через интернет было направлено в основном на западную аудиторию, в ходе крымского кризиса огромное значение имели такие средства коммуникации, как, в частности, социальные сетиСм., например:
Kosovo - the conflict on the Web / BBC News. 14.06.99. URL: http://news.bbc.co.uk/2/hi/special_report/1998/kosovo2/305849.stm (дата обращения: 06.09.2017.)
См. также:
Sirinyok-Dolgaryova, K. Media coverage of Ukraine's crisis: War for people's minds / Sirinyok-Dolgaryova, K // Gateway Journalism Review. 11.04.14. URL: http://gatewayjr.org/2014/04/11/media-coverage-of-ukraines-crisis-war-for-peoples-minds/ (дата обращения: 04.09.2017.).
В распространении полученной в ходе конфликта в Косово полевой информации сыграли важную роль негосударственные организации, однако на общую риторику освещения конфликта в СМИ их отчёты оказывали лишь ограниченное влияние. Вне поля зрения СМИ осталась проблема лиц, пропавших без вести, а также нападений на косовских сербовСм., например:
Abductions of Ethnic Serbs by the KLA / Human Rights Watch // Federal Republic of Yugoslavia: Humanitarian Law Violations in Kosovo. Violations of The Rules of War by Government Forces. October 1998. Vol. 10, no. 9 (d). URL: https://www.hrw.org/legacy/reports98/kosovo/Kos9810-04.htm#P304_28565 (дата обращения: 04.09.2017.)
См. также:
Kandiж, N. Abductions and disappearances of non-Albanians in Kosovo / Kandiж, N. // - Belgrade: Humanitarian Law Center, 2001. Spotlight series (Belgrade, Serbia) p. 30.. Многие правозащитные организации, такие как Эмнести Интернэшнл и Хьюман Райтс Вотч выступали с критических позиций в отношении военной операции НАТО, указывая в своих отчётах на количество жертв гражданского населения, вызванных авиаударамиСм., например:
Operation Allied Force Attacks / Civilian Deaths in The NATO Air Campaign. - Human Rights Watch, 2000.Volume 12, Number 1 (D). URL: https://www.hrw.org/reports/2000/nato/Natbm200-01.htm (дата обращения: 10.09.2017.)
См. также:
Federal Republic Of Yugoslavia (Fry) /Nato: "Collateral Damage" Or Unlawful Killings? Violations Of The Laws of War by NATO During Operation Allied Force / Amnesty International Report. 05.06.2000. URL:
https://www.amnesty.org/en/documents/eur70/018/2000/en/ (дата обращения: 10.09.2017.).
События, связанные с ситуацией в Крыму, как и те, происходящие в рамках медленнотекущей фазы конфликта в Косово, не получали достаточного внимания со стороны СМИ, до определенного времени. В случае с Косово- это была резня в Рачаке, в случае с Крымом - отставка президента Януковича, после которой общая риторика освещения событий на Украине ожесточилась.
И информационная кампания НАТО по освещению косовского конфликта, и информационная кампания России в отношении событий в Крыму были крайне политизированы, что выражалось в акцентировании одних событий и отказа от широкого освещения других. Политика Белграда в отношении Косово сопровождалась жесткой цензурой в СМИ в рамках всего государства: была закрыта крупнейшая в Косово газета на албанском языке Koha Ditore, в отношении независимых СМИ, активистов и политиков принимались различные репрессивные меры вплоть до тюремного заключения, многие, впоследствии, вели свою деятельность из лагерей беженцевСм., например:
Life under fire in Belgrade / BBC news. 28.03.99. URL: http://news.bbc.co.uk/2/hi/europe/306130.stm (дата обращения: 11.09.2017.). После начала бомбардировок из СРЮ были выдворена часть журналистов стран НАТО, некоторые подверглись арестамСм., например:
Serb journalist gets jail sentence / The Irish Times. 27.07.2000.URL: https://www.irishtimes.com/news/serb-journalist-gets-jail-sentence-1.296972 (дата обращения: 11.09.2017.). Освещение событий в Косово со стороны НАТО, имело, таким образом, своей задачей «разоблачение» сербской националистической пропаганды. В результате, такие аспекты проблемы, как положение косовских сербов, преступления АОК в западном освещении событий были настолько «отсутствующими», что необъективность информационной кампании НАТО не вызывает сомнений. Естественно, руководство НАТО и России в ходе соответствующих кризисов отвергало прямое вовлечение в ведение пропаганды. В случае конфликта в Косово, западные СМИ в основном черпали информацию из брифингов НАТО, руководство которого оправдывало свою объективность существованием конкурирующих источников информации. Основными каналами распространения информации о конфликте в Косово, помимо пресс-службы НАТО, являлись такие издания, как «Вашингтон пост», «Таймс» и «Экономист», телеканал Си-Эн-Эн, телерадиовещательная организация Би-би-си и немецкая газета «Ди Вельт». В действительности же, после начала бомбардировок многие журналисты стран НАТО были высланы из страны, а некоторые также арестованыСм., например:
The Kosovo Report / The Independent International Commission On Kosovo. - Oxford University Press, 2000. - P. 201-227. URL: https://reliefweb.int/sites/reliefweb.int/files/resources/6D26FF88119644CFC1256989005CD392-thekosovoreport.pdf (дата обращения: 11.09.2017.).Остальные же, не имели доступа к достоверной информации со стороны военных, в то время как ведение полевых репортажей (доступ в провинцию был также ограничен) не всегда способствовало складыванию полной объективной картиныСм., например:
Short, A. New York Times Op-ed / Short, A. // WordPress. URL: https://henmuniv.wordpress.com/page/8/ (дата обращения: 11.09.2017.). Тем не менее, отличие заключается в том, что некоторым независимым западным журналистам удалось добиться осуждения в глазах общественности некоторых эпизодов конфликта в Косово, связанных с деятельностью Альянса, таких как бомбардировка гражданских объектов, ошибки, связанные с целеуказанием, а также замалчивание и искажение событий в прессе. Что касается освещения СМИ крымского кризиса, несмотря на отсутствие прямых ограничений журналисткой деятельности, особенности российского рынка медиа, а также специальные информационные операции, связанные с отключением украинских каналов вещания, обусловили преобладающее влияние пророссийских СМИ на формирование общественного мнения в России и в КрымуСм., например:
Дашевская, И. Рынок масс медиа в России: реалии и тенденции / Дашевская, И. // Лаборатория рекламы. URL: http://www.advlab.ru/articles/article646.htm (дата обращения: 13.09.2017.). Помимо этого, независимые журналисты, выдвигающие альтернативные точки зрения событий в Крыму подвергались нападкам и интернет-троллингу.
В обоих случаях, информационные компании были направлена, в первую очередь на «свою» аудиторию, и имели своей конечной целью легитимацию действий войск НАТО в Косово и России на Украине соответственно. Отличие заключается в том, что вторичным объектом информационной кампании России были русскоговорящие граждане Крыма, в то время по большей части англоязычная кампания НАТО не была рассчитана на косовское население Албании, которой в большей степени было подвержено влиянию мусульманский СМИ. Кроме того, в ходе крымского кризиса объектом воздействия стала и западная аудитория: вещание на иностранную аудиторию осуществлялось в основном через информационное агенство «Россия сегодня»См., например:
Ennis, S. Putin's RIA Novosti Revamp Prompts Propaganda Fears / Ennis, S. / BBC Monitoring. 09.11.13. URL: http://www.bbc.co.uk/news/world-europe-25309139 (дата обращения: 13.09.2017.). Информация, передаваемая по официальным каналам, как в ходе конфликта в Косово, так и в ходе крымского кризиса, зачастую носила разъяснительный характер, в то время как информация негосударственных СМИ не была лишена эмоциональной окраски.
При анализе содержания новостных сюжетов в российских СМИ были использованы данные исследования, проведенного корпорацией RAND в 2017 годуСм.:
Lessons from Russia's Operations in Crimea and Eastern Ukraine / Michael, M. [et al.] - Santa Monica, CA: RAND Corporation. -2017.- p.11. URL: https://www.rand.org/pubs/research_reports/RR1498.html (дата обращения: 17.08.2017.). Так, в целом, конфликт в Косово в освещении западными СМИ был ограничен риторикой нарушения прав человека, относительно албанского меньшинства югославским правительствомCм., например:
Savich, C.K., War, Journalism, and Propaganda An Analysis of Media Coverage of the Bosnian and Kosovo Conflicts / Savich, C.K // Projekat Rastko Graиanica - Peж, 2000. URL: https://www.rastko.rs/kosovo/istorija/ccsavich-propaganda.html (дата обращения: 15.09.2017.). Сопоставимая по масштабу симплификация имела место и в освещении событий в Крыму в российских СМИ, что выражалось в дифференциации населения Крыма и остальной Украины. Таким образом символическое конструирование в рамках общей для двух информационных кампаний стратегии фрагментации носило характер категориального разделения вовлеченных в конфликт в Косово и крымский кризис сторон по линии «положительный-отрицательный» и, соответственно, «свой-чужой». В этой связи, огромную роль играли статистические данные о численности этнических албанцев в Косово и русскоговорящих граждан в КрымуCм., например:
Sasich, A.M. The Right to Self-Determination and Its Implication On the Sovereign Right of States: The Inconsistent Application of International Standards for Independence with Respect to Kosovo / Sasich, A.M. // Michigan State International Law Review. Vol. 20. Issue 2.- p.498.
См. также:
World Bank, Kosovo-Living Standards measurement Survey 2000, URL: http://microdata.worldbank.org/index.phpcatalog/77/variable/V949 (дата обращения: 15.09.2017.)
Национальный состав населения / Перепись населения в Республике Крым 2014 г. // Управление Федеральной службы государственной статистики по Республике Крым и г. Севастополю. - Раздел 4., пт. 4.1. URL: http://crimea.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ts/crimea/ru/statistics/population/ (дата обращения: 14.05.2017.).
Общим в информационных кампаниях НАТО и России в ходе конфликта в Косово и крымского кризиса была направленность на дискредитацию руководства СРЮ и Украины соответственно, что достигалось посредством формирования негативного образа. В достижении этой задачи, подходы России и НАТО имели ряд особенностей. Так, дискредитация в западных СМИ СРЮ обеспечивалась использованием более персонифицированного подхода, концентрируясь на криминализации президента С. Милошевича и его окружения, как главных виновных в развязывании конфликта. Особый акцент был сделан на отказе президента СРЮ от сотрудничества в рамках мирного урегулирования в Косово, что увязывалось, в частности, с отказом от подписания Рамбуйских соглашенийCм., например:
Kuperman, A.J. Yugoslavia Unraveled: Sovereignty, Self-Determination, Intervention / Kuperman, A.J. -Lexington Books, 2003.- p.66.
. Тем самым легитимировалось принуждение администрации СРЮ к миру посредством силового воздействия. Дискредитация в российских СМИ новой украинской власти осуществлялась посредством дискредитации отдельных политических деятелей, в том числе западных, что, однако, в конечном итоге, в результате применения стратегии унификации позволило добиться делигитимации всего украинского режима в глаза объектов информационного воздействия. другим направлением информационного воздействия была демонизация Запада, в интересах которого, якобы и произошла смена власти в КиевеСм., например:
Крымских активистов Евромайдана пытаются запугать при помощи "черных меток" / Новости Крыма. 01.02.14. URL: https://crimea-news.com/politics/2014/02/01/15710.html (дата обращения: 17.10.2017.). Кроме того, отличием российской риторики было формирование образа Украины, как экономически неудавшегося, искусственно созданного государства, а также формирования чувства опасности у своего населения (связанного с расширением блока НАТО), но, в первую очередь, у населения Крыма. Таким образом, мы наблюдаем многоуровневое применение стратегий идеологической коммуникации в освещении событий на Украине в ходе и в последствие крымского кризиса.
Ещё одно существенное отличие информационной кампании России также обусловлено целью создания видимости угрозы безопасности в Крыму со стороны новой Украинской власти. Тем не менее, успехи российских СМИ в этой связи обусловлены скорее ошибками украинского правительства и СМИ, такими как, например, поддержка националистических формирований, роспуск украинского беркута и т.дСм., например:
Yuhas, A. Russian propaganda over Crimea and the Ukraine: how does it work? / Yuhas, A. // The Guardian. 17.03.14. URL: https://www.theguardian.com/world/2014/mar/17/crimea-crisis-russia-propaganda-media (дата обращения: 17.10.2017.).
Ответные действия СРЮ и Украины укладывались в информационную стратегию, направленную на создание образа невинной жертвы неспровоцированной агрессии со стороны высокоразвитой сверхдержавыСм., например:
Savich, C.K., War, Journalism, and Propaganda An Analysis of Media Coverage of the Bosnian and Kosovo Conflicts / Savich, C.K // Projekat Rastko Graиanica - Peж, 2000. URL: https://www.rastko.rs/kosovo/istorija/ccsavich-propaganda.html (дата обращения: 15.09.2017.). Украина, как и СРЮ в ходе конфликта в Косово, настаивала на невмешательстве в свои внутренние дела, однако, не имея возможности прямо влиять на развитие событий в Крыму принимала акты, носящие скорее политический декларативный характер: СБУ были заведены уголовные дела в отношении С. Аксёнова и В. Константинова, обвиняемых по статьям 109 и 110 УК Украины: «действия, направленные насильственное изменение или свержение конституционного строя или на захват государственной власти» и «посягательство на территориальную целостность Украины», а также на российских должностных лиц: министра обороны Сергея Шойгу, В. Жириновского, С. Миронова и Г. Зюганова, а также главы Фонда Святителя Василия Константина МалофееваСм., например: