Материал: Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018. Радугин А.А., Перевозчикова Л.С
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018
Под контролем Русской Православной Церкви находилось 35 тысяч начальных школ
и58 духовных семинарий, а также более тысячи действующих монастырей [1,C.83].
Вначале столетия Русская Православная Церковь оказалась в довольно не простом положении. Цементирующая ранее духовно-нравственную сторону жизни общества основа – Церковь – дала «трещину». Этому способствовало, по крайней мере, три фактора.
Во-первых, революционные события начала XX столетия нанесли разрушительной силы удар по большинству ценностей общества, не обойдя стороной
иправославную веру. Согласно содержанию Манифеста о вероисповедании 1905 г. государство отказывалось от православного вероисповедания, как
общегосударственной религии Российской Империи, уравняв его с другими конфессиями.
Во-вторых, активная пропаганда политических партий ввела в практику новые стереотипы. Революционные идеи все в большей степени стали проникать в общество, которое все активней стало отходить от религиозных основ. Выступления радикальных сил, направленных против государства сопровождались в свою очередь и выпадами против Церкви, как государственного оплота.
И, наконец, в-третьих, в начале XX столетия произошло существенное ослабление церковных устоев, по причине отсутствия единства в самой церковной среде.
Вправославном духовенстве насчитывалось несколько течен ий, которые соперничали друг с другом. Борьба развернулась, прежде всего, между консервативным и обновленческим течением.
Сторонники консервативного течения выступали за преобразования, позволяющее Церкви вернуть старые традиции, свое прежнее влияние.
Второе – обновленческое, которое требовало немедленных реформаторских действий, свободы Церкви от государства, демократизации церковного института.
Внепростых внутриполитических условиях Церковь испытывала как давление снаружи, так и раскол внутри. Но, несмотря на свое сложное положение, она стремилась к усилению патриотических чувств, поддерживая правительство в это нелегкое время.
После объявления Германией войны Святейший Синод, обращаясь к солдатам и офицерам русской императорской армии заявил, что «Святая Церковь Христова непрестанно будет молиться Господу, да сохранит Он вас невредимыми под кровом Своим и да дарует венец вечного царствия тем, коим суждено будет пасть в славном бою» [2,C.256].
От лица представителей высшего церковного управления было четко заявлено, что в условиях начавшейся войны необходимо защитить не только «братьев по вере», но и поддержать правящую династию в святом деле защиты государства от врага.
Как показали уже первые дни войны, Русская Православная Церковь продемонстрировала свою высокую сплоченность с обществом в деле организации посильной помощи Вооруженным Силам страны.
Вконце июля Святейший Синод официально объявил о своей программе действий. В первую очередь предусматривалось опубликовать царский манифест о начале войны в центральном церковном органе – «Церковных ведомостях».
Священники в своих приходах должны были регулярно совершать молебствие во имя победы и читать ежедневные молитвы, защищавшие русских воинов в сражениях.
К монастырям и церквям был обращен призыв организовать посильный сбор средств для раненых, а также на оказание помощи семьям тех, кто был мобилизован на войну.
Данные мероприятия свидетельствовали, что Церковь решила поддержать государство, в том числе и в решении вопроса, связанного с патриотическим воспитанием православных христиан, составляющих абсолютное большинство чинов армии и флота.
81
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018
Было крайне необходимо в кратчайшие сроки организовать помощь не только солдатам и офицерам действующей армии, но и позаботится об укреплении тыла.
Неслучайно, поэтому Святейший Синод обратился к пастве со специальным обращением, в котором говорилось о поддержке Русской Православной церкви правительственных мероприятий, направленных на ограничение продажи спиртных напитков во время проведения мобилизации.
Если говорить об организации в системе управления военным и морским духовенством к началу войны, следует отметить, что она была первоначально несколько не приспособлена к создавшимся условиям.
Возглавлял ведомство протопресвитер. По штатному расписанию протопресвитеру назначался помощник, а посредниками между протопресвитером и подчиненным ему духовенством были дивизионные благочинные священники.
Их было менее ста человек, и они были разбросаны по всей территории страны. Поэтому условий для общения с ними у протопресвитера практически не было.
Отмеченные недостатки в последующем регламентировались специальными положениями и инструкциями, обеспечивающими лучшую организацию управления военным духовенством.
По сравнению с предшествующим конфликтом с Японией, в ходе которого представители российского духовенства работали в войсках без четкого плана и по своему усмотрению, совершая молебны, панихиды и литургии, с началом мировой войны священники прибывали в расположение частей действующей армии со строго разработанной представителями военного духовенства инструкцией.
В инструкции определялись функциональные обязанности каждого священника прибывавшего на театр военных действий. Это было особенно актуально по причине того, что большинство мобилизованных плохо ориентировались в условиях и требованиях военной службы.
Инструкция достаточно четко объясняла, где должен находиться священник во время боя и в перерывах между сражениями, как и где он должен проводить богослужение.
Священникам, находящимся на передовой вменялось в обязанности – оказывать помощь врачам, осуществлять контроль над перемещением в лазареты с поля боя раненых и захоронением убитых, следить за содержанием в подобающем виде воинских могил и кладбищ, оповещать о смерти родственников погибших солдат и офицеров.
Госпитальным священникам инструкция предписывала по возможности как можно чаще проводить церковные богослужения для солдат и офицеров, находящихся на лечении, совершать обходы палат, проводить беседы с больными и писать письма от больных их родственникам.
Духовенство, находившееся в расположении частей действующей армии, делилось на две группы. Первая была представлена кадровым духовенством, которое служило в воинских частях до начала войны. Вторая, это священнослужители, которые приглашались по мобилизационному расписанию из каждой епархии. Всего в военные годы в армии служили около пяти тысяч представителей российского духовенства.
Военные священники, численность которых в составе действующей армии по сравнению с началом войны существенно возросла, самоотверженно выполняли свои служебные обязанности, зачастую рискуя своей жизнью во время посещения солдат во время боя на передовых позициях. Нередкими были и случаи их гибели на фронтах.
Сам император, справедливо оценивая их заслуги, награждал священников высшими государственными наградами – Георгиевскими крестами, орденами святой Анны и святого Владимира.
82
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018
Необходимо отметить, что работа Русской Православной Церкви осложнялась политической ситуацией в стране, и, прежде всего неуклонным падением авторитета правящей династии.
Еще в начале войны в «Церковных Ведомостях», в одной из статей опубликованных Святейшим Синодом говорилось о том, что враг, притупив свое оружие на поле брани, постарается внести смуту во внутреннюю жизнь страны, и этот момент будет самым опасным. Как покажет время, произнесенные слова окажутся пророческими.
А.И. Деникин в своих воспоминаниях особо подчеркивал, что ключевые понятия, на которых испокон веков держалась вся военная идеология России – «За веру, царя и Отечество» в солдатское большинство достаточно глубоко не проникали. По его мнению, прежняя религиозность русского народа, находившаяся на достаточно высоком уровне, к началу XX столетия заметно пошатнулась.
«Я исхожу лишь из того несомненного факта, – писал А.И. Деникин, – что поступавшая в военные ряды молодежь к вопросам веры и церкви относилась довольно равнодушно. Казарма же, отрывая людей от привычных условий быта, от более уравновешенной и устойчивой среды с ее верою и суевериями, не давала взамен духовнонравственного воспитания. Там этот вопрос был не актуален, заслоняясь всецело заботами и требованиями чисто материального, прикладного характера» [3,C.78].
Несмотря на разрушительные тенденции, проявившиеся к концу войны, благотворная деятельность Русской Православной Церкви продолжалась.
Сособой силой звучала церковная проповедь, причем не только устная, но и посредством распространения печатной литературы. В расположение частей действующей армии и лечебные учреждения посылались Евангелия, молитвословы, брошюры религиознонравственного содержания.
Нередкими были случаи, когда отдельные лица жертвовали для госпиталей свои личные библиотеки. Под непосредственным контролем церкви продолжались всевозможные сборы на нужды фронта: деньгами, теплыми вещами, подарками.
Главным направлением продолжала оставаться помощь раненым на фронтах войны.
Сначалом войны Святейший Синод организовал первый лазарет на 50 мест для раненых и больных солдат и офицеров. Лазарет на 100 мест был организован Крестовоздвиженской общиной в Петрограде. Александро-Невская лавра приняла на себя все расходы по его содержанию.
Ивановский женский монастырь создал госпиталь на 50 коек.
В Твери при архиерейском загородном доме был сформирован лазарет на 50 коек. Монастырь покрыл все расходы на его содержание, отчислив 40 тысяч рублей из своей казны. Уход за больными и ранеными осуществляли монахини женского тверского монастыря.
Также госпиталь на 50 мест был организован Новгородским Юрьевым монастырём.
В монастыре Рязани для воинов был сформирован лазарет в архиерейских покоях настоятеля. Расходы на содержание взял на себя монастырь. Известно, что сам настоятель из своих личных средств ежемесячно отчислял денежные средства в размере 20 рублей.
В Курске на личной Знаменской даче архиепископа Тихона был создан госпиталь – санаторий. Оборудование предоставил Знаменский монастырь, 31 000 рублей было ассигновано на его содержание.
Церкви в Киеве открыли госпиталь на 50-100 мест благодаря средствам, ежемесячно отчисляемым с их валового дохода.
В Кишиневской епархии сложилась сложная ситуация: Бессарабия граничила с одной из держав – противников – Австро-Венгрией. Через территорию Кишинева на фронт следовали русские войска, а обратно – раненые и больные. В Кишиневской епархии кроме
83
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018
госпиталей были организованы пункты питания, отдыха для военных. Помимо монастырей к организации лазаретов были привлечены учебные учреждения духовенства.
В результате целенаправленной деятельности государства, при поддержке Русской Православной Церкви к 1 ноября1914 г. количество лечебных учреждений выросло вдвое.
Согласно указу Святейшего Синода в кратчайшие сроки необходимо было решить вопрос и о подготовке сестринского персонала.
Российским обществом Красного Креста были организованы курсы по подготовке кадров для оказания помощи солдатам и офицерам, находящимся в госпиталях и лазаретах. Обучение длилось один год. К работе Красного Креста повсеместно были привлечены монахини и послушницы монастырей. Многие женские монастыри подготавливали сиделок и сестер милосердия самостоятельно.
Уже к октябрю 1914 г. женские обители обучили сестринскому делу 140 послушниц и монахинь, которые были откомандированы в Царскосельскую общину сестер милосердия Петербурга, а также в земские и городские лечебные учреждения. Предоставление медицинского персонала со стороны Русской Православной Церкви стало незаменимой помощью, так как сестер милосердия и других медицинских работников катастрофически не хватало.
Свою лепту в оказании помощи раненым воинам внесли и высшие иерархи Церкви. Уже в начале войны члены Святейшего Синода обсудили и приняли решения, касавшиеся их личного участия в помощи Вооруженным Силам страны.
В частности было принято решение все получаемое по должности членов или присутствующих в Святейшем Синоде жалованье жертвовать на содержание медицинских учреждений. Также было принято консолидированное решение о пожертвовании лицами духовного ведомства двух процентов получаемого ими жалованья на военные надобности.
Практически в каждом приходе создавались попечительные советы в целях оказания необходимой помощи семьям тех лиц, которые были призваны в армию. Попечительные советы занимались сбором и раздачей денежных средств, продуктов, принимали активное участие в ремонте пострадавших от войны домов.
Крайне необходимой была организация помощи по посеву и уборке полей, семьям, чьи кормильцы находились на фронте. Кроме того, для присмотра и ухода за малолетними детьми таких семей во время уборочной страды Попечительными Советами создавались временные детские приюты.
Необходимо отметить и ту большую роль, которую в годы войны сыграли духовные учебные заведения.
31 июля 1914 г. Святейший Синод издал Определение, в котором отмечалось о необходимости начать учебный год в духовно-учебных заведениях в установленное время. В тех же местностях, которые находились в районе боевых действий, учебный процесс начинать при условии согласования с военным начальством. В некоторых духовно-учебных заведениях разрешалось изменить сроки начала нового учебного года.
Актуальным стал вопрос об устройстве учащихся, вынужденных эвакуироваться из западных областей в центральную часть страны. Святейший Синод отдал распоряжение епархиальным архиереям принимать воспитанников из других епархий в соответствующие классы сверх штата, в соответствии с условиями учебных помещений.
Высокий патриотический подъем в обществе отразился и на воспитанниках духовных учебных заведений.
Несмотря на то, что согласно Закону о всеобщей воинской повинности воспитанники освобождались от службы в армии, многие из них, тем не менее, выразили желание добровольно пойти на фронт.
Руководство Русской Православной Церкви пошло навстречу пожеланиям воспитанников. Определением от 19 ноября 1914 г. руководство церкви приняло решение,
84
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 4 (17), 2018
что воспитанники выпускного шестого класса, заявившие о готовности принять участие в боевых действиях, получают возможность сдавать экзамены во второй половине января.
Там же указывалось, что обязательным условием службы воспитанников в армии должно быть письменное согласие их родителей и заключение медицинской комиссии о пригодности к выполнению воинских должностных обязанностей.
Всего, согласно данным отчета обер-прокурора Синода за 1914-1915 учебный год поступили в Вооруженные Силы страны добровольцами более 200 человек, а в военноучебные заведения более 300 [4,C.84].
Среди воспитанников духовных учебных заведений принявших участие в боевых действиях на полях мировой войны был известный советский военачальник А.М. Василевский.
В своих воспоминаниях – книге «Дело всей жизни» он в частности вспоминал: «После объявления войны меня обуревали патриотические чувства. Лозунги о защите Отечества захватили меня. Поэтому я, неожиданно для себя и для родных, стал военным… Мы с несколькими одноклассниками, попросили разрешения держать выпускные экзамены экстерном, чтобы затем отправиться в армию. Наша просьба была удовлетворена, и в январе 1915 года нас отправили в распоряжение Костромского воинского начальника, а в феврале мы были уже в Москве в Алексеевском военном училище» [5,C.16].
Многие воспитанники духовных учебных заведений в условиях реальной боевой обстановки проявили себя как настоящие герои. В одной из статей «Церковного вестника» рассказывалось о подвиге бывшего воспитанника Орловской духовной семинарии прапорщика К.А. Апполонова.
Харьковская духовная семинария была извещена о геройской гибели в бою бывшего ее воспитанника Б.Н. Липского.
Настоящими героями мировой войны проявили себя добровольцы воспитанники Воронежской духовной семинарии. Один из ее выпускников, Виктор Голубятников за совершенные подвиги был награжден Георгиевским крестом и серебряной медалью на Георгиевской ленте.
Впоследствии в духовных учебных заведениях сложится традиция – имена героев будут заносить на мраморную доску, как признание их особых заслуг перед Родиной.
Проанализировав деятельность Русской Православной Церкви в годы Первой мировой войны необходимо отметить, что ее функции, как важнейшего социального института далеко выходили за рамки консолидации православного населения. Со стороны церкви преследовались, прежде всего, государственные, политические интересы, обеспечивающие безопасность всех граждан России в один из переломных периодов ее истории.
Изменения, произошедшие в общественно-политической жизни страны в рассматриваемый период, завершились в итоге для Российской империи национальной трагедией, а для Русской Православной Церкви началом тяжелых испытаний, последующего обновления и духовной победы.
Библиографический список
1.Бахтурина А.Ю. Окраины Российской империи: государственное управление и национальная политика в годы Первой мировой войны (1914-1917) / А.Ю. Бахтурина. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2004. – 394 с.
2.Горожанина М.Ю. Деятельность православной церкви в годы Первой мировой войны / М.Ю. Горожанина // Доклады Академии военных наук. – 2006. – №5(23). – С. 255-264.
85