Цель и задачи исследования. Цель диссертационного исследования состоит в разработке теоретических положений и внесении предложений, направленных на совершенствование норм действующего уголовного законодательства, предусматривающих ответственность за преступления против интересов службы, и практики их применения.
Кроме того, подобные рекомендации отчасти касаются административного, гражданского и служебного законодательства.
Достижение указанной цели обеспечивалось путем постановки и решения следующих задач:
- изучить понятие службы, взаимосвязь и взаимозависимость норм уголовного, гражданского, административного права и законодательства о службе при решении вопросов об ответственности за преступления против интересов службы;
- исследовать историю и тенденции развития уголовного законодательства России и других стран применительно к регламентации ответственности за преступления против интересов службы;
- проанализировать социальную обусловленность, достаточность, конкретность уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления против интересов службы;
- систематизировать накопленные наукой уголовного права концепции о субъекте должностных преступлений и преступлений против интересов службы в коммерческих и иных организациях;
- дать юридический анализ норм действующего законодательства о службе и уголовного законодательства, в которых закрепляются признаки указанных составов преступлений, а также разъяснений, содержащихся по этим вопросам в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ;
- изучить обоснованность правил построения санкций соответствующих уголовно-правовых норм и практики применения предусмотренных в них наказаний;
- внести предложения по совершенствованию уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления против интересов службы, и практики их применения.
Методология и методы исследования. В целях полного раскрытия содержания темы исследования его методологической основой послужили общенаучные методы познания, а также ряд частнонаучных методов:
историко-правовой - применительно к изучению исторического опыта регламентации уголовной ответственности за служебные преступления;
сравнительно-правовой, выразившийся в анализе зарубежного уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступления против интересов службы, и выявлении положительного опыта борьбы с данным видом общественно опасных деяний;
сравнительный - для выявления различных научных подходов к решению проблем ответственности за рассматриваемые преступления;
системный - для оценки отраслевых взаимосвязей и взаимозависимости норм уголовного, уголовно-процессуального, административного и гражданского права, регулирующих служебные общественные отношения;
нормативный и формально-логический - для анализа правовых норм, направленных на противодействие преступлениям против интересов службы, и формулирования предложений по совершенствованию уголовного, административного и гражданского законодательства РФ в данной сфере;
статистический - для сбора и анализа статистических данных о преступлениях исследуемой группы;
социологический - для анкетирования практических работников по проблемным вопросам ответственности за преступления против интересов службы.
Положения и выводы диссертации базируются на Конституции РФ, действующем и ранее действовавшем уголовном законодательстве РФ, Федеральных законах и подзаконных нормативных актах РФ, разъяснениях Пленумов Верховных судов бывшего СССР и РФ, судебной практике Верховного Суда РФ, исследованиях ученых в области уголовного, уголовно-исполнительного, административного права, теории управления и результатах собственного конкретно-социологического исследования.
Эмпирическая база исследования. Сбор фактического материала, являющегося эмпирической основой исследования, осуществлялся по специально разработанной программе на территории Оренбургской и Омской областей. В ходе проведенного исследования изучено 542 архивных уголовных дела о совершении преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, а также преступлений против интересов службы в коммерческих и иных организациях за 1992-2005 гг., по рассматриваемым вопросам проанкетировано 307 практических работников (судей и следователей). По интересующим составам преступлений были изучены материалы официально опубликованных итогов практики Верховного Суда РФ с 1991 по 2005 гг., Верховных судов Республик Карелия и Татарстан за 1999-2005 гг., использованы статистические данные Судебного департамента при Верховном Суде РФ в Оренбургской области, ГИАЦ МВД России, а также результаты эмпирических исследований, проведенных другими авторами.
Научная новизна исследования состоит в том, что, опираясь на результаты проведенного социологического исследования, а также на основе анализа действующего уголовного, административного, служебного и гражданского законодательства и практики применения соответствующих норм автором осуществлено комплексное изучение вопросов ответственности за преступления против интересов службы.
Кроме того, научная новизна исследования определяется следующими положениями, выносимыми на защиту:
1. Под службой следует понимать основанную на правовом отношении деятельность служащего, для осуществления которой он наделяется полномочиями по выполнению функций управленческого и (или) профессионального характера. Служба является необходимой составляющей частью управления.
2. Интересы службы заключаются в обеспечении нормального (соответствующего законодательству) функционирования различных организаций (государственных, коммерческих и др.). С учетом этого охраняемого объекта в УК России необходимо в отдельной главе “Преступления против интересов службы” предусмотреть равную уголовную ответственность управленцев вне зависимости от организаций, в которых они выполняют соответствующие функции.
3. Определение понятия “должностное лицо” предлагается изложить в Общей части УК России в норме, которая может называться “Разъяснение некоторых терминов, используемых в настоящем Кодексе”, в следующем виде:
“Должностными лицами признаются лица, постоянно или временно занимающие в организациях независимо от формы собственности, Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации должности, связанные с выполнением:
а) функций представителя власти, выражающихся в наделении в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении физических лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, а также юридических лиц независимо от их ведомственной подчиненности;
б) организационно-распорядительных функций, которые выражаются в осуществлении руководства подчиненными по службе лицами;
в) административно-хозяйственных функций, которые выражаются в осуществлении полномочий по управлению и распоряжению имуществом;
г) а равно лица, не занимающие должностей, связанных с выполнением указанных функций, но осуществляющие такие функции по специальному полномочию”.
В российском законодательстве необходимо иметь единое определение должностного лица, что будет способствовать повышению уровня межотраслевого согласования.
4. Совершение юридически значимых действий не является самостоятельным признаком должностного лица, поскольку характеризует деятельность любого служащего. Ссылка на то, что, например, преподаватель, принимающий экзамены или зачеты, является должностным лицом, поскольку наделен возможностью совершения юридически значимых действий, необоснованна.
5. По российскому законодательству представителями интересов РФ, её субъектов или муниципальных образований в органах управления акционерных обществ могут быть государственные и муниципальные служащие, а также иные лица, действующие на основании заключенного с ними гражданско-правового договора. В случае совершения ими служебного преступления они, исходя из предоставленных им полномочий, должны признаваться должностными лицами.
6. Примечания 1 к ст.ст. 201 и 285 УК России без достаточных аргументов игнорируют возможность осуществления функций представителя власти в коммерческих и некоммерческих организациях, не являющихся государственными и муниципальными учреждениями. Этот вывод не согласуется с положениями других нормативных правовых актов. В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 14 апреля 1999 г. № 77-ФЗ “О ведомственной охране” она представляет собой “совокупность создаваемых федеральными органами исполнительной власти органов управления, сил и средств, предназначенных для защиты охраняемых объектов от противоправных посягательств”88 Российская газета. - 1999. - 20 апр.. Постановлением Правительства РФ № 514 от 12 июля 2000 г. “Об организации ведомственной охраны” был утвержден перечень федеральных органов исполнительной власти, имеющих право создавать ведомственную охрану99 См.: Собрание законодательства РФ. - 2000. - № 29. - Ст. 3100. . Например, в п.п. 4-7 Положения о ведомственной охране Федерального космического агентства110 Утверждено постановлением Правительства РФ № 16 от 9 января 2001 г. “Об утверждении Положения о ведомственной охране федерального космического агентства”. См.: Собрание законодательства РФ. - 2001. - № 3. - Ст. 249.0, в частности указывается, что орган управления ведомственной охраной Агентства является федеральным государственным унитарным предприятием, территориальные подразделения - его филиалами, а подразделения ведомственной охраны - структурными подразделениями территориальных подразделений.
На основании ст. 11 Федерального закона от 14 апреля 1999 г. № 77-ФЗ “О ведомственной охране” работники ведомственной охраны наделяются, например, правом производить а) досмотр транспортных средств при въезде (выезде) на охраняемые объекты и с охраняемых объектов; б) административное задержание и доставление в служебное помещение ведомственной охраны или орган внутренних дел лиц, совершивших преступления или административные правонарушения на охраняемых объектах, а также в) личный досмотр, досмотр вещей, изъятие вещей и документов, являющихся орудием или непосредственным объектом правонарушения. Кроме того, в ст. 18 подчеркивается, что законные требования работников ведомственной охраны при исполнении ими должностных функций обязательны для исполнения гражданами и должностными лицами.
Анализ отмеченных положений свидетельствует о том, что работники ведомственной охраны федерального государственного унитарного предприятия (коммерческой организации) - представители власти, поскольку наделены распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости.
7. Под существенным нарушением прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства следует понимать нарушение конституционных прав граждан, сокрытие преступления или административного правонарушения, нарушение соответствующего законодательству функционирования организации, причинение с учетом имущественного положения имущественного ущерба гражданину на сумму не менее трех минимальных размеров оплаты труда, организации или государству - на сумму не менее пяти минимальных размеров оплаты труда. Данное определение целесообразно предусмотреть в УК России.
8. Квалифицирующий признак преступлений против государственной власти, интересов государственный службы и службы в органах местного самоуправления, предусмотренный в чч.2 ст.ст. 285, 286, 287, ч. 3 ст. 290 УК России должен быть изложен в следующей редакции: “То же деяние, совершенное лицом, занимающим государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, а равно главой муниципального образования или председателем представительного органа муниципального образования”. При этом целесообразно конкретизировать примечание 2 к ст. 285 УК, сформулировав его так: “Под лицами, занимающими государственные должности Российской Федерации, в статьях настоящей главы и других статьях настоящего Кодекса понимаются лица, занимающие должности, устанавливаемые Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами и федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий государственных органов. Перечень таких должностей утверждается указом Президента Российской Федерации и дается в Реестре государственных должностей в Российской Федерации”. Соответственно государственные должности субъектов Российской Федерации утверждаются нормативными актами субъектов Российской Федерации, о чем и говорится в примечании 3 к ст. 285 УК .
9. Получение должностным лицом взятки нарушает такие принципы осуществления службы, как безмездность и неподкупность. Получением взятки следует считать как принятие ранее оговоренных, так и неоговоренных ценностей материального характера за совершение деяний со стороны должностного лица в пользу передающего вознаграждение. Вместе с тем, учитывая различную степень общественной опасности названных деяний, необходимо дифференцировать ответственность за получение взятки-подкупа и взятки-вознаграждения, предусмотрев в самостоятельных статьях УК России соответствующие нормы.