Квалифицированный состав неоказания помощи больному определен признаками, отраженными в части 2 ст. 124 УК РФ.
Критерием дифференциации ответственности является тяжесть вреда: законодатель усиливает ответственность за неосторожное причинение больному тяжкого вреда здоровью либо смерти пострадавшего.
Вред здоровью подразделяется на тяжкий, средней тяжести и легкий. Степень тяжести вреда здоровью определяется на основании Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека путем производства судебно-медицинской экспертизы либо судебно-медицинского освидетельствования.
Медицинские критерии определения степени тяжести вреда здоровью утверждены Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н.
Смертью человека определяется момент окончания жизни.
Указанные квалифицирующие признаки служат основанием для дифференциации уголовной ответственности за неоказание помощи, обуславливают существенное изменение степени общественной опасности деяния, и, как следствие, изменение (в анализируемом составе - повышение) ответственности за его совершение.
Важным этапом применения уголовного закона является квалификация - то есть точное указание уголовно-правовой нормы (статьи, части статьи, пункта статьи, их сочетаний), в соответствии с которыми совершенное деяние признается преступлением.
Отметим, что при существовании множества различий в признаках конкретных составов преступлений, процесс квалификации подчиняется определенным логическим закономерностям, следование которым существенно повышает качество применения уголовно-правовых норм. Формализованный перечень правил квалификации как в теории, так и на законодательном уровне - отсутствует.
Основными этапами квалификации неоказания помощи можно назвать следующие мыслительно-логические действия:
- определение фактических обстоятельств дела;
- определение уголовно-правовой нормы, подлежащей применению;
- правовой анализ по сопоставлению признаков деяния, указанного в уголовно-правовой норме, с фактическими обстоятельствами дела.
При анализе основ квалификации неоказания помощи больному, важно учитывать, что преступление, предусмотренное ст. 124 УК РФ, будет наличествовать только при неоказании именно медицинской помощи потерпевшему.
Данное понятие - дефинировано на законодательном уровне.
Так, согласно ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", медицинская помощь представляет собой комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.
Медицинская услуга при этом определяется как медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.
В силу этого отказ в предоставлении иных видов помощи (психологической, социальной, материальной и т.д.), а также непредоставление нелегальной помощи (например, обоснованный отказ в предоставлении наркотических препаратов наркоману) даже при наличии общественно опасных последствий не может быть квалифицирован по ст. 124 УК РФ.
Деяние выражено в бездействии.
Если субъект оказывал помощь больному, хотя и ненадлежащим образом, ответственность по ст. 124 УК РФ - исключается; в этих случаях возможна квалификация деяния по иным статьям об ответственности за умышленное или неосторожное причинение вреда здоровью.
Обязательное условие ответственности за неоказание помощи больному - отсутствие уважительных причин в преступном поведении субъекта.
Под уважительными причинами следует понимать в первую очередь обстоятельства, исключающие преступность деяния (крайнюю необходимость, физическое или психическое принуждение, исполнение приказа или распоряжения); а также иные внешние обстоятельства в форме непреодолимой силы (отсутствие транспорта, отсутствие инструментов и препаратов и др.) или субъективные факторы (болезнь самого медицинского работника, несоответствие психофизиологических качеств экстремальным условиям или нервно-психическим перегрузкам и др.).
Не могут быть, в частности, признаны уважительными ссылки на нерабочее время, усталость, ведомственный или частный (негосударственный) характер лечебного учреждения и т.д.
Для квалификации преступления важно также установить, что субъект не оказал именно ту помощь, которую должен был оказать с учетом своей квалификации в конкретной ситуации.
Для установления порядка оказания медицинской помощи следует обращаться к нормативным актам органов исполнительной власти.
Преступление совершается по неосторожности.
Если же будет установлено, что лицо, не оказывая помощь больному, желает или сознательно допускает наступление вредных последствий своего поведения (средней тяжести вреда здоровью либо более тяжкого), ответственность должна наступать не по ст. ст. 124, а по иным статьям (111, 112 или 105 УК РФ).
От преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109 и ч. 2 ст. 118 УК РФ, рассматриваемое деяние отличается признаками субъекта и специфическими признаками объективной стороны, а соответствующие нормы соотносятся как общая и специальная.
Приведем пример.
Сычев А.В. совершил причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.
Приказом главного врача Сычев А.В. был принят на работу на должность врача.
На основании должностной инструкции врача, Сычев А.В. оказывает населению постоянную, экстренную и неотложную медицинскую помощь по своей специальности.
В 23 часа 15 минут бригадой скорой медицинской помощи в приемное отделение был доставлен МЮА, в направлении врача был указан показатель артериального давления.
Для осмотра и оказания медицинской помощи МЮА в связи с имеющейся раной в приемное отделение больницы был приглашен дежурный врач травматолог-ортопед Сычев А.В.
Сычев А.В., имея соответствующее образование, квалификацию и специальность, достаточный опыт работы и профессиональные навыки и знания, находясь при исполнении своих должностных обязанностей врача, без уважительной причины, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своего бездействия в виде смерти больного, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, действуя без должной внимательности и предусмотрительности к состоянию больного, сохраняющемуся пониженному значению артериального давления больного при наличии колото-резаной раны в проекции магистральных сосудов бедра, необоснованно, не проведя обязательной ревизии всего раневого канала с целью выявления источников кровотечения, чего требуют колото-резаные ранения любой локализации, не проведя активной медикаментозной терапии в условиях стационара, направленной на стабилизацию функционального состояния сердечно-сосудистой системы и восполнения возникающей при таких повреждениях кровопотери, хотя объективно имел такую возможность и обязан был сделать это, проведя первичную хирургическую обработку раны с наложением швов на кожу, не полно установив больному диагноз, необоснованно отказал МЮА в госпитализации и оказании квалифицированной экстренной медицинской помощи, отправив его домой.
В результате в 02 часа 05 минут наступила смерть МЮА, от острой кровопотери.
В судебном заседании подсудимый Сычев А.В. вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, пояснив, что признает себя виновным в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей, в связи с чем полагает, что его действия должны быть квалифицированы по ч. 2 ст. 109 УК РФ. Пояснил, что недооценил тяжесть травмы МЮА вследствие чего поставил ему неправильный диагноз и оказал ненадлежащую медицинскую помощь. Если бы он установил, что глубина раны была 10 см, а не 2 см, то направил бы МЮА в операционную для глубокого раскрытия раны и при необходимости вызвал для консультации сосудистого хирурга.
При получении результатов вскрытия он понял, что ошибся при постановке диагноза из-за того, что больной при осмотре сильно сгибал конечность, при этом раневой канал сокращался.
Пояснил, что сохраняющееся пониженное артериальное давление у МЮА, которое не поднималось, несмотря на предпринятые меры, могло быть одним из признаков кровопотери.
Также из-за недостатка опыта при осмотре МЮА он не учел тот фактор, что больной вел себя активно, в связи с чем предполагал, что учащенная пульсация могла быть вызвана чрезмерным употреблением алкоголя, а так же вследствие личных качеств больного.
У МЮА отсутствовали признаки острой кровопотери.
Кроме того пояснил, что ранее в своей практике он оказывал помощь больным с поверхностными, неглубокими ранами, а с таким ранением, как у МЮА, столкнулся впервые. В своей практике он полагался на теоретические знания и медицинскую литературу, в которых указывается, что признаком артериального кровотечения является обильное кровотечение, которого у МЮА не наблюдалось. Позже им были проанализированы проведенные мероприятия, он пришел к выводу, что если бы больной не оказывал сопротивления, то он бы определил раневой канал и оказал медицинскую помощь в полном объеме.
Суд полагает, что вина Сычева А.В. в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей установлена и подтверждена совокупностью доказательств.
Суд не согласился с квалификацией действий Сычева А.В., данной органами предварительного следствия, по ч. 2 ст. 124 УК РФ, и квалифицировал действия Сычева А.В. по ч. 2 ст. 109 УК РФ.
Также неоказание помощи больному по ч. 2 ст. 124 УК РФ необходимо отграничивать от ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей по ч. 2 ст. 118 УК РФ - при наступлении тяжкого вреда здоровью потерпевшего.
Приведем пример. В. при переливании крови перепутал пробирки, что привело к тяжкому вреду здоровью пациента.
Судебная коллегия отметила, что заведующий отделением, осуществляя переливание крови пациенту, действовал как врач, а не как должностное лицо и должен был профессионально исполнить профессиональные обязанности врача-специалиста.
С учетом изложенного действия осужденного были квалифицированы по ч. 2 ст. 118 УК РФ.
Исключают уголовную ответственность за бездействие обстоятельства непреодолимой силы (в частности - стихийное бедствие, наводнение, не давшее врачу возможности оказать помощь человеку, нуждающемуся ней).
В данной ситуации невыполнение профессионального долга детерминировано не волей субъекта, а непреодолимой силой.
Если обязанное лицо не смогло исполнить возложенную на него обязанность действовать определенным образом в силу сложившейся обстановки, основания для его привлечения к уголовной ответственности за преступное бездействие - отсутствуют.
Исходя из этого, важное значение имеет оценка уровня знаний, навыков, профессиональной квалификации лица, в отношении которого необходимо установить наличие или отсутствие в его действиях преступного бездействия.
Например, непросто принять решение о виновности или невиновности молодого неопытного врача, который затруднился с постановкой правильного диагноза и, соответственно, оказанием верной помощи пациенту.
Так, по делу врача А. судом было указано, что " доказательства о небрежности или недобросовестном отношении А. к своим обязанностям - отсутствуют"2. По обстоятельствам дела, А. - молодой начинающий врач, а случай был очень сложный - действовать необходимо было в условиях, при которых даже более опытные специалисты, и даже с профильной подготовкой - допускают ошибки.
В таком случае, решил суд, А. не может подлежать уголовной ответственности.
Напротив, при оценке действий квалифицированного, опытного врача - бездействие необоснованно и уголовно-наказуемо.
Приказом главного врача «Областная клиническая больница № 1» Ниязова Р.Г. назначена с ДД.ММ.ГГГГ на должность медицинской сестры палатной отделения анестезиологии-реанимации.
При этом, Ниязова Р.Г., имеющая среднее профессиональное (медицинское) образование, прошла курс повышения квалификации по программе дополнительного профессионального образования «Сестринский уход за новорожденными», в том числе сдала зачет (экзамен) по дисциплине «Сестринский уход за больными новорожденными».
В соответствии с должностной инструкцией, Ниязова Р.Г. была обязана осуществлять качественный уход и оказание доврачебной медицинской помощи пациентам на основе полученных профессиональных знаний и принципов медицинской деонтологии.
В период времени с 04 часов 00 минут до 04 часов 15 минут медицинский уход за малолетней ФИО11 в соответствии с табелем учета рабочего времени отделения анестезиологии и реанимации осуществляла Ниязова Р.Г., которая, бездействуя, то есть, не исполняя своих профессиональных обязанностей, несколько минут в указанный период времени для своевременного выявления пищевых масс в полости рта, верхних дыхательных путях и предотвращения аспирации, не осуществляла наблюдение за состоянием ФИО11, при этом Ниязова Р.Г. не предвидела возможность наступления смерти ФИО11 в случае оставления последней без медицинского ухода, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности была должна и могла предвидеть возможность аспирации и как следствие асфиксии у ФИО11, соответственно тяжести ее состояния после проведенной операции.