Так, например, в отчете конкурсного управляющего о ходе конкурсного производства в марте 2016 года по делу о банкротстве ОАО КБ «Волга-Кредит» указано, что размер установленной задолженности перед кредиторами третьей очереди по состоянию на 01.04.2016г. составляет «935 435 тыс. руб. (329 кредиторов), в том числе по субординированным займам, подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований всех иных кредиторов - 100 655 тыс. руб. (1 кредитор)» URL: http://www.asv.org.ru/ (дата обращения 17.05.2016г.)..
По мнению С.А. Кузнецова законодательство о банкротстве следует дополнить нормой об обязанности конкурсного управляющего вести учет требований кредиторов, подлежащих удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. Это позволило бы арбитражному суду эффективно осуществлять контроль за деятельностью конкурсного управляющего при рассмотрении соответствующих обращений от названных кредиторов, а последним позволило бы более эффективно защищать свои права и законные интересы в рамках дела о банкротстве Кузнецов С.А. Основные проблемы правового института несостоятельности (банкротства): монография. М.: Инфотропик Медиа, 2015. 304 с..
С данной позицией сложно согласиться поскольку, проанализировав отчеты АСВ о ходе конкурсного производства, можно сделать вывод, о том, что такой учет ведется и к тому же данные сведения раскрываются в соответствующих отчетах конкурсных управляющих (выделяются требования за реестром и требования по субординированным кредитам Например, Отчет АСВ о ходе конкурсного производства за март 2016 года по делу о банкротстве ОАО КБ «Пробизнесбанк» // URL: http://www.asv.org.ru/ (дата обращения 17.05.2016г.).).
Дополнительно хотелось бы отметить, что требования «залоговых» кредиторов удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно перед кредиторами третьей очереди, за исключением обязательств перед кредиторами первой и второй очереди. Пропуск срока включения в реестр залоговым кредитором влечет лишения его специальных прав (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» Вестник ВАС РФ. 2009. № 9. С. 93.). Более подробно об остальных особенностях (преимуществах) удовлетворения требования залоговых кредиторов было сказано в параграфе 1.2. Главы 1 настоящей работы.
Учитывая особенности, присущие очередности требований кредиторов, хочется отметить проблемы, которые возникают в связи с этим.
Первая проблема состоит в том, что согласно Закона о банкротстве АСВ выполняет и функцию конкурсного управляющего и является кредитором первой очереди. В данном случае видится пересечение интересов АСВ, что может ущемлять права и интересы других кредиторов.
Разграничение функций АСВ осуществляется за счет положений ч. 3 ст. 13 Закона о страховании вкладов физических лиц, в соответствии с которыми ФНС России в делах о банкротстве кредитных организаций представляет интересы АСВ, как кредитора первой очереди (п. 1 Постановления Правительства РФ от 14.10.2004г. № 548 «Об уполномоченных федеральных органах исполнительной власти в области страхования вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» Российская газета. 21.10.2004. № 232.). Т.е. подразумевается, что функции конкурсного управляющего и конкурсного кредитора выполняются различными организациями, не подчиненными друг другу. Но при этом, на наш взгляд, правовая природа возникших отношений сохраняется, т.е. ФНС России является представителем АСВ на основании закона в отношениях, возникших в результате суброгации. Это обусловлено тем, что, во-первых, правообладателем является АСВ. А во-вторых, сумма взысканной задолженности подлежит зачислению в фонд обязательного страхования вкладов.
Учитывая, что объемы выплат возмещений по вкладам, представляют собой достаточно существенные суммы, то АСВ как кредитор будет иметь большинство голосов, что позволит полностью контролировать процесс банкротства.
В качестве примера, можно привести дело о банкротстве Волжского социального банка (ООО «ВСБ»). После отзыва лицензии у ООО «ВСБ» 03.12.2013г. размер страхового возмещения подлежащего выплате составлял порядка 1,5 млрд. рублей. При этом совокупный размер обязательств банка составлял 4 млрд. рублей URL: http://www.asv.org.ru/ (дата обращения 17.05.2016г.).. Таким образом, АСВ как конкурсный кредитор обладает примерно 37,5% голосов. Учитывая, что на собрании кредиторов 25.04.2014г. участвовало 118 кредиторов, обладающих 76,3% голосов URL: http://bankrot.fedresurs.ru/ (дата обращения 17.05.2016г.)., можно сделать вывод, что АСВ вполне способно диктовать условия ведения конкурсного производства. Несмотря на то, что ФНС представляет интересы АСВ, оно действует в его интересах, поскольку взыскание задолженности в фонд страхования вкладов, является возвратом бюджетных средств, выделенных на систему страхования вкладов. Таким образом, для АСВ и ФНС первоочередной задачей является взыскание задолженности в фонд, что отодвигает задачу по удовлетворению требований третьей очереди на второй план и снижает эффективность процесса банкротства банков. Учитывая сложившуюся систему работы системы страхования вкладов и процесса банкротства банков, а также отсутствие в настоящий момент альтернативных вариантов решения данной проблемы, остается только наедятся на честное и непредвзятое отношение конкурсного управляющего к процедуре банкротства.
На прямое указание закона опираются и арбитражные суды при назначении АСВ конкурсным управляющим Например, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда г. Москвы от 27.05.2014г. №09 АП-15555/2014 в рамках дела о банкротстве АКБ «Инвестбанк» (ОАО) № 40-226/2014 // URL: http://kad.arbitr.ru/ (дата обращения 06.07.2016г.)..
Аналогичным образом пересекаются интересы Банка России как органа надзора и как кредитора (когда банк привлекает средства у Банка России). В данном случае затягивание принятия решения об отзыве лицензии (без которого практически не возможна подача заявления о банкротстве) у банка остановившего свою операционную деятельность может быть связано с желанием Банка России сначала вернуть свои средства переданные банку-банкроту. Такая ситуация явно наносит ущерб остальным кредиторам, которые не могут получить свои денежные средства.
Похожее злоупотребление было, но только со стороны ПАО АКБ «Российский капитал» (дочерний банк АСВ). Так, в период деятельности временной администрации перед отзывом лицензии (назначенной Банком России для проведения анализа финансового состояния Пробизнесбанка) было проведена выплата «Российскому капиталу» в размере 602 млн. рублей. При этом прочие предприниматели в этот период не могли проводить свои платежи. Такая сделка конечно является потенциально оспариваемой, поскольку совершена в период действия временной администрации и с предпочтением одного кредитора перед другими. В итоге под давлением СМИ было принято решение «Российским капиталом» вернуть эти деньги в конкурсную массу Пробизнесбанка URL: http://www.banki.ru/ (дата обращения 17.05.2016г.)..
Таким образом, пересечение интересов при банкротстве банков может привести к злоупотреблениям права, которые достаточно сложно оспаривать кредиторами особенно третьей очереди, поскольку именно их требования удовлетворяются в незначительном объеме.
Еще одной большой проблемой при банкротстве банков являются вкладчики, а точнее говоря, проблемы с их требованиями.
На основе сложившейся практики можно выделить следующие проблемы с требованиями вкладчиков:
- дробление крупных вкладов на более мелкие в преддверии банкротства банка с целью получения возмещения по вкладам.
- отсутствие требований вкладчиков в реестре банка (так называемые «забалансовые» вкладчики).
- требования вкладчиков основаны на нетипичных договорах вклада.
Дробление вкладов перед отзывом лицензии у банка является довольно распространенным случаем, учитывая, что с конца декабря 2014 года системой страхования вкладов покрывается только 1,4 млн. рублей от размера вклада (до этого сумма возмещения составляла 700 тыс. рублей). Но подобное поведение может иметь негативные последствия для кредитора.
Дробление вкладов заключается в разбивке крупного вклада клиента на несколько вкладов на близких клиенту людей (подставных) в пределах суммы возмещения в тот момент, когда банк сталкивается с проблемой по проведению платежей клиентов. Это касается и юридических лиц, требования которых попадают в третью очередь, и с целью выведения денег они перед отзывом лицензии у банка переводят часть своих средств на счета физических лиц с целью получения компенсации от системы страхования вкладов (происходит искусственное перемещений требований в первую очередь). Осуществление таких операций возможно, поскольку они совершаются внутренними проводками по счетам одного банка и не проходят по корреспондентскому счету банка (т.е. нулевые остатки на корсчете не препятствуют проведению внутренних проводок).
Перечисление средств со счета (со вклада) на счет (во вклад), совершенное внутри одного и того же банка, имеющего картотеку неоплаченных расчетных документов к корреспондентскому счету, не приводит к фактической передаче денежных средств от плательщика к получателю, несмотря на существующую техническую возможность осуществления расчетных операций с помощью внутренних проводок.
При отсутствии денежных средств на корреспондентском счете банк не в состоянии реально выполнить поручения клиента по причине неплатежеспособности Определение ВАС РФ от 30.03.2007г. № 3077/2007 по делу № А40-40133/2006 // URL: http://kad.arbitr.ru/ (дата обращения 06.07.2016г.).. Т.е. осуществление схем по дроблению вкладов осуществляется в период, когда банк стал фактически неплатежеспособным.
Таким образом, в данных случаях имеет место злоупотребление правом недобросовестными клиентами, что ведет к нарушению порядка очередности кредиторов (к преимущественному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими). А в случаях когда у банка имеется ограничения или запрет на проведение операций со вкладами такие сделки операции (сделки) следует квалифицировать как мнимые в силу ст. 170 ГК РФ и ст. 47 и 48 Закона о страховании вкладов. Данная позиция по дроблению вкладов поддерживается Л. Ефимовой Ефимова Л. Дробление вкладов при банкротстве банков как злоупотребление правом // Хозяйство и право. 2009. № 6. С. 44-52., Д. Шестаковым Шестаков Д. Злоупотребление доверием // Банковское обозрение. 2009. № 5., А.Г. Мельниковым Мельников А.Г. Дробление вкладов: факты и последствия // Банковское право. 2009. № 3., а также соответствующими решениями арбитражных судов. На наш взгляд с данной позицией следует согласиться.
Так, например арбитражный суд кассационной инстанции подтвердил правильность принятия решения об отказе во включении требований А. Бражниковой в реестр кредиторов ООО «ВСБ». Судами двух инстанций было установлено, что в период неплатежеспособности ООО «ВСБ» М. Бражников, имея в Банке счет, на котором находились денежные средства в размере 1 220 580,44 руб., в размере, превышающем размер страхового возмещения, на которые он мог бы рассчитывать, оформил расходные операции о досрочном снятии со своего счета денежных средств в размере 550 000 руб. через кассу Банка. И в этот же день М. Бражников заключил с Банком в пользу несовершеннолетней А. Бражниковой (выгодоприобретатель) договор банковского вклада «Накопилочка» № 10/30 на сумму 550 000 руб.
В условиях утраты Банком платежеспособности и его неизбежного банкротства М. Бражников не мог рассчитывать на скорое и полное удовлетворение своих требований к Банку в сумме, превышающей 700 000 руб., поэтому заключение между Заявителем и Банком договора банковского вклада «Накопилочка» № 10/30 носило фиктивный характер, а сам договор является мнимой сделкой.
В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, т.е. совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, является недействительной (ничтожной) сделкой.
В соответствии ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Следовательно, договор банковского вклада «Накопилочка» № 10/30, в силу его мнимости (ничтожности) не создал соответствующих правовых последствий, характерных для данного вида договоров, и у Банка не возникло обязательств перед А. Бражниковой, основанных договоре банковского вклада «Накопилочка» № 10/30, а у А. Бражниковой не возникло каких-либо прав требования к Банку, вытекающих из вышеуказанного Договора банковского вклада.
В связи с чем, суды первой и апелляционной инстанций, исходя из материалов дела, и совпадения сумм совершенных технических записей по счетам вышеуказанных лиц, обоснованно пришли к выводу о том, что остаток по счету А. Бражниковой сформирован за счет средств М. Бражникова Постановление Арбитражного суда кассационной инстанции г. Казань от 11.03.2015г. № Ф06-19021/2013 в рамках дела о банкротстве ООО «ВСБ» № А55-28168/2013 // URL: http://kad.arbitr.ru/ (дата обращения 06.07.2016г.)..
Таким образом, действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах не допускаются. При несоблюдении указанных требований суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. На ничтожность сделок, совершаемых в результате злоупотребления правом, указывается в Обзоре практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.11.2008г. № 127 Вестник ВАС РФ. 2009. № 2.).