В центре рассмотрения данной книги - средства коммуникации. По мнению Маклюэна, они являются «расширениями» (в оригинале - «extensions») человеческих чувств. Далее, автор представляет свою классификацию средств коммуникации, которые он подразделяет на горячие (например, радио, кино) и холодные (телефон, телевидение и т.д.). Первый тип расширяет какое-либо чувство до степени «высокой определенности» (состояния наполненности данными). Более того, даже политических деятелей можно разделить на «горячих» и «холодных» на примере двух президентов США - Кулиджа и Ф. Рузвельта. Первый был «холодным» - из средств массовой информации его команда прибегала преимущественно к услугам газет (горячие средства). Франклин Рузвельт, в свою очередь, являлся «горячим» - и предпочитал телевидение (холодное средство) газетам. Иными словами, речь идет о своеобразной «нейтрализации» при помощи противоположного по знаку средства коммуникации. Наконец, особо отмечается разделение культур (Маклюэн, очевидно, подразумевает под этим термином отдельные национальные культурные единицы) на те же два типа; соответственно, необходимо регулировать использование средств коммуникации в культурах с учетом их типа: так, чрезмерное использование «горячих» средств коммуникации в «холодной» культуре может привести к разрушительным последствиям.
Далее автор переходит к анализу средств коммуникации. Так, в Главе 21 он анализирует прессу, которую характеризует как «групповую исповедальную форму, которая обеспечивает общественное участие». Согласно Маклюэну, пресса может придавать событиям окраску, просто используя (или не используя) их; особое значение придается публичному выставлению большого количества статей и их сопоставлению друг с другом. Отмечается также преимущество прессы над книгами, которое заключается в скорости выхода («книга выходит с большим опозданием»). Также, отмечается мозаичный характер прессы, который выражается в прерывистости. Наконец, Маклюэн заключает, что власть владельцев газет заключается в самом средстве коммуникации, а не в сообщении или программе. Глава 30 посвящена анализу радио, по отношению к которому Маклюэн применил в качестве метафоры образ «племенного барабана». Отмечаются факторы, способствующие степени подверженности того или иного общества воздействию данного средства коммуникации - причем особое внимание уделено Германии, где радио (в отличие от, например, Великобритании) радио обрело широкую популярность. По мнению автора, данное средство коммуникации обладает, среди прочего, такими важными характеристиками, как ускорение передачи информации (что «сжимает» весь мир до размеров деревни) и создание ощущения взаимоотношения «лицом к лицу». В следующей главе Маклюэн обращается к относительно новому для своего времени и только набиравшему в то время популярность средству коммуникации - телевидению. По его мнению, телевидение отдает предпочтение освещению процессов, а не представлению каких-либо продуктов. Маклюэн отказался давать системную оценку телевидению, которое, как было отмечено выше, являлось новым для того времени средством коммуникации - охарактеризовав телевизионный образ в то же время как низкоинтенсивный.
Таким образом, стоит подчеркнуть, что, по мнению Маклюэна, использование того или иного средства коммуникации (в частности, книг, прессы, радио, телевидения) во многом определяется характером конкретной культурой и даже - отдельных людей («холодный - горячий»); иными словами, можно говорить об уже заложенной изначально в человеке предрасположенности к восприятию того или иного средства коммуникации.
Как уже отмечалось выше, за последние пятьдесят лет благодаря развитию информационных технологий можно говорить о стремительном развитии средств коммуникации, в частности - появлении новых форм (в первую очередь, речь идет об Интернете). Среди научных работ, посвященных вопросам, которые связаны с развитием средств коммуникации, можно отметить книгу профессора Сиднейского университета Джона Кина “Демократия и декаданс медиа” (“Democracy and Media Decadence”),Джон Кин. Демократия и декаданс медиа (2013 г.). (https://id.hse.ru/data/2015/01/29/1106130725/%D0%9A%D0%B8%D0%BD_%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%81%D1%821.pdf) Дата обращения: 20.04.19. изданную в 2013 году. В ней автор, признавая глобальный масштаб и существенный характер изменений, вызванных стремительным развитием информационных технологий, призывает не переоценивать их влияние в настоящее время, приводя в качестве аргумента неравномерность доступа населения Земли к технологическим достижениям в области информационных технологий. В то же время, отмечается, что коммуникационное изобилие напрямую формирует новые и изменяет многие уже существующие привычки людей в области потребления и распространения информации. Происходит диверсификация и увеличение новостных источников и потоков, что приводит к изменению формата потребления новостей, которое заключается в отходе от «пакетного» типа (чтение утренних газет, просмотр новостных блоков на телевидении/прослушивание на радио) в сторону онлайн-формата. В своей работе, Дж. Кин также оценивает классификацию средств коммуникации Маклюэна (см. выше). Соглашаясь с принципиальной позицией Маклюэна, что разные средства коммуникации по-разному ангажируют пользователей, а также с утверждением о том, что они встраивают «искусственные перцепции», он в то же время отмечает, что в эпоху коммуникационного изобилия постепенно стирается грань между «горячими» и холодными» средствами коммуникации. Более того, автор говорит о размывании грани между личной и публичной сферами коммуникации.
Также Джон Кин анализирует тенденции, характерные для отдельных стран и регионов. Так, в случае с США автор указывает, что потребление телевидения все больше увязывается с использованием Интернета. Кроме того, отношение медиапредложения к реальному медиапотреблению выросло за период с 1960 по 2005 годы в практически в десять раз. В Азиатско-Тихоокеанском регионе, в свою очередь, наблюдается стремительное распространение средств коммуникации, опирающихся на Интернет (речь идет, в частности, о микроблогах и социальных сетях).
Рассуждая о перспективах, связанных с эпохой коммуникационного изобилия, Дж. Кин призывает в своей книге отказаться от крайностей в суждениях. Он соглашается с положением, выдвинутым в свое время Маклюэном, которое заключается в следующем: новое средство коммуникации зачастую «очаровывает» людей, которые его используют, навязывая им свои ценностные ориентиры. Но даже определенная дистанцированность (за которую выступает Кин) не позволяет комплексно представить коммуникационное изобилие и его динамику и создать со временем некое всеобъемлющее теоретическое основание ввиду чрезмерной динамичности реальности. Изучение феномена коммуникационного изобилия требует формулирования новых («диких», по словам Кина) подходов и идей. В частности, под вопрос ставится актуальность позиционирования средств массовой информации в качестве «четвертого сословия» (четвертой вести власти) - точки зрения, которая возникла еще в эпоху Просвещения. По мнению автора, коммуникационное изобилие ведет к стиранию данных границ.
Одно из центральных мест в книге занимает вопрос динамики соотношения средств коммуникации и демократии. В частности, анализируются такие тренды, как демократизация информации, деприватизация и демократизация личной жизни, рост общественного контроля институтов власти и представителей крупного бизнеса, появление трансграничной публики.
В третьей части своей исследования Дж. Кин анализирует процесс, который он обозначил как «декаданс медиа», причем понятие «декаданс» используется автором в значении «разложение посреди изобилия». Стоит отметить, что, по мнению Кина, данный процесс не является необратимым по своей природе.
В целом, Джон Кин в своей книге высказывает тезис о том, что в эпоху коммуникационного изобилия, которое наблюдается в настоящее время и характеризуется широкомасштабным «размыванием» границ, можно говорить о декадансе (разложении) медиа, который, в то же время, не имеет необратимого характера.
Стоит отметить, что в российском научно-экспертном сообществе вопрос о роли и месте Интернета также представлен весьма широко. Так, можно отметить книгу политолога Евгения Морозова “Интернет как иллюзия”,Евгений Морозов. Интернет как иллюзия. Обратная сторона сети (2014 г.). (https://libking.ru/books/sci-/sci-politics/509456-evgeniy-morozov-internet-kak-illyuziya-obratnaya-storona-seti.html) Дата обращения: 20.04.19. которая была опубликована в 2011 году в США. В ней автор подвергает критике идеи киберутопизма и интернетоцентризма.
В начале книги автор ставит под вопрос такой термин как «твиттер-революция», опираясь при этом на анализ событий в Иране в 2009 году. По мнению Е. Морозова, «доктрина Гугла» стала во многом следствием «головокружения от успехов», которым оказалась охвачена значительная часть западной общественности. Кроме того, сам по себе Интернет не является автоматически средством распространения демократии и идеологических ценностей, продвигаемых странами Запада - определяющую роль играют такие факторы как поведение крупнейших игроков (Facebook, Google, Twitter и пр.) на рынке. Кроме того, отмечается, что национальное Интернет-пространство может контролироваться самой страной (в том числе, и авторитарным режимом); ее власти могут ограничить доступ или использовать Интернет в своих целях (в частности, для вычисления несогласных).
Автор также отмечает ошибочность попыток вести политику в киберпространстве по аналогии с методами времен Холодной войны, отмечая, что лозунги борьбы против преград в Интернете (аналогия с борьбой против «железного занавеса»), а также кибердиссидентство обладают низкой практической эффективностью в современных реалиях. Кроме того, он ставит под сомнение идею о том, что победа на информационном поле внесла решающий вклад в поражение социалистического лагеря в Холодной войне.
Евгений Морозов указывает на то, что авторитарные режимы научились выживать в современных условиях стремительного развития информационных технологий, а также глобального распространения культуры потребления (консьюмеризма), предлагая обществу широкий спектр развлечений (в том числе, доступных через Интернет), которые отвлекают его от политических вопросов. По мнению автора, несмотря на децентрализованный и глобальный характер Интернета, цензура в нем отдельных национальных сегментов со стороны государства технически вполне осуществима. Отмечается, что идея абсолютно свободного Интернета неизбежно вступает в противоречие с интересами внутренней и внешней политики и мерами по обеспечению безопасности (причем данная проблема актуальна и для демократических режимов) - что делает ее утопической по своему содержанию. Кроме того, государство может использовать новые средства коммуникации в качестве эффективных инструментов пропаганды.
В целом, Е. Морозов отмечает, что Интернет - это средство коммуникации, которое может быть использовано как в интересах развития демократии, так и наоборот; а также призывает отказаться от идей киберутопизма и интернетоцентризма при выработке политики в пользу киберреализма.
Эпоха «коммуникационного изобилия»Джон Кин. Демократия и декаданс медиа (2013 г.). (https://id.hse.ru/data/2015/01/29/1106130725/%D0%9A%D0%B8%D0%BD_%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%81%D1%821.pdf) Дата обращения: 20.04.19. Данная глава содержит фрагменты текста исследовательской курсовой работы «Гибридизация новых и старых медиа на примере радио «Эхо Москвы», выполненной автором в 2018 году
Вся история человечества, очевидно, неразрывно связана с развитием средств коммуникации. Процесс производства и распространения информации проделал большой путь от устных и письменных символов общения до технологических новшеств, позволяющих передать информацию быстро, без искажений и нужному реципиенту.
Наибольший скачок в этом процессе следовал после коммуникационных революций - качественных изменений технических средств создания и передачи информации. Экспертное сообщество выделяет несколько таких прорывов. Следствием первой революции было появление языка и письменности, второй - изобретение печатного станка, третьей - возникновение средств массовой информации, начиная с печатной прессы и, заканчивая, радио и ТВ, а четвертой - внедрение компьютеризированной техники в массовое потребление.Гнатюк О.Л. Основы теории коммуникации. М.: Кнорус, 2010. 256 с.
Технократизация общества способствовала изменению мышления человека. Каждая новая революция, позволяла ему менять свой образ жизни. Вместе с техникой менялись и коммуникационные институты. Так, в настоящее человек, практически отказался от библиотеки, как хранилища информации, так как всё необходимое он может получить на электронном портале. Поэтому время, которое он мог провести в её стенах, он использует по другому назначению. Там же.
Сегодня мы живём в век «коммуникационного изобилия». Это является следствием последней - компьютерной - революции. Процессы и средства коммуникации находятся в состоянии постоянного видоизменения. То, что было современным и быстрым, уже завтра становится пережитком прошлого. Согласно закону Мура, техника становится меньше, экономнее и производительнее. Средства массовой информации оставляют в прошлом время нехватки эфирных частот, время массового вещания, единых национальных зрительских аудиторий. Частот становится больше, вещание транснационально, но фрагментировано, по интересам узких групп.
Как было сказано раннее, современные средства коммуникации снимают границы в прямом и переносном смысле слова. Сегодня человек имеет моментальный доступ к информации почти в любой точке мира, а также связь с отдаленными регионами; стираютсяя не только географические и государственные границы, но и социальные - «разделение между бедными и богатыми, между Севером и Югом».
Человечество производит более 2.5 квинтиллионов байтов информации. Около 90% всех существующих сегодня данных были созданы в последние 2-3 года. Джон Кин. Демократия и декаданс медиа (2013 г.). (https://id.hse.ru/data/2015/01/29/1106130725/%D0%9A%D0%B8%D0%BD_%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%81%D1%821.pdf) Дата обращения: 20.04.19. Увеличивающееся количество людей, пользующихся гаджетами и интернетом, позволяет экспертам прогнозировать продолжение роста объемов производства данных. Кроме того, доступность средств коммуникации привела к тому, что в Африке мобильный телефон стал меньшей роскошью, чем чистая вода. В связи с этим, африканские пользователи отдают предпочтение потреблению информации с экранов мобильных телефонов, все менее используя при этом такие традиционные средства коммуникации, как радио и ТВ. Данная ситуация соответствует мировым трендам. Широкое вещание становится архаизмом и постепенно отмирает вместе с «пакетным» потреблением информации, которое уступает место «клиповому» формату. Сводки новостей становятся неинтересными, так как они не дают возможность получить свежую и актуальную информацию практически от первоисточника мгновенно, здесь и сейчас. Следствием этого стала упомянутая ранее фрагментация аудитории, которая в настоящее время сама определяет, какой будет потреблять контент и по каким каналам. Такое положение дел привело к тому, что традиционные СМИ стали пересматривать свои способы взаимодействия с аудиторией.