Чтобы обозначить векторы улучшения ч. 1 ст. 148 УК РФ и понять, как можно улучшить формулировку этой нормы, обратимся к международным стандартам защиты права на свободу совести и вероисповедания. Одним из самых важных документов, регулирующих права всех людей, живущих на планете, является Всеобщая декларация прав человека 1948 г. Уже ее первые слова гарантируют каждому равенство в достоинстве и правах, призывая «поступать в отношении друг друга в духе братства» Всеобщая декларация прав человека от 10 дек. 1948 г. // Права человека: сборник международных документов. М., 1998. С. 12-17с. Исходя из этих слов можно сделать вывод, что каждый может верить и не верить чему угодно и во что угодно этому человеку. Более конкретно и глубоко это право раскрывается в статье 2, где прямо говорится об обладании каждого равными правами вне зависимости от религии или иных убеждений, и в статье 18, посвященной свободе мысли, совести и религии. Эта статья закрепляет право менять религию или убеждения, исповедовать любую религию.
Далее рассмотрим Международный пакт о гражданских и политических правах, принятый Генеральной Ассамблеей ООН в 1966 г. Также 18 статья, поддерживая предыдущий акт, подчеркивает право на свободу иметь религию, а также устанавливает запрет на принуждение человека принимать религию или убеждение не по своему выбору. В пункте третьем этой статьи говориться о том, что эта свобода может быть ограничена законом, необходимым для охраны общественного порядка, социальной безопасности, морали, здоровья и других прав лиц Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 дек. 1966 г. // Права человека: сборник международных документов. М., 1998. С. 27-43.. Это выражение может привести к спорным мыслям о том, что же первично, закон, который может ограничить право на свободу совести, или же это право, которое должно быть неприкосновенно. Однако легко дойти до умозаключения о том, что первично именно право, и что при его «чистом» исполнении оно не нарушает ни общественный порядок, ни чужое право на свободу совести и вероисповедания. У человека есть право верить во что угодно, у второго тоже есть такое право. И ни один из них не может ущемлять право другого верить или не верить, то есть насильственно ограничить его возможность проводить религиозные обряды. Кроме того, практически дословно эта же мысль закреплена в ст. 9 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая были принята за 16 лет до Пакта. Это конвенция является региональным документом, однако и в других частях света принимались акты См: Африканская Хартия прав человека и народов 1981 года, ст. 8; Американская конвенция о правах человека 1969 года, ст. 12., которые подтверждают право на свободу совести и вероисповедания, что говорит о глобальной важности этого права-принципа.
Кроме того, в ст. 20 Пакта есть императивный запрет на любые действия, которые могут создать угрозу обострения религиозной и межнациональной ненависти, оправдания и призывы к религиозной вражде, выступления за дискриминацию и насилие по отношению к представителям других верований. То есть любые действия, которые противоречат положениям Пакта о равенстве и свободе в отношении религиозной составляющей жизни человека должны быть пресечены со стороны государства. И такой запрет, конечно же, есть и в России. Как мы упоминали в первой главе, в Конституции РФ данный защитный механизм закреплен в ст. 13, 19 и 29, которые препятствуют ограничению определенных социальных групп по религиозным мотивам, запрещают создание и функционирование организаций, которые разжигают религиозную ненависть, пропагандируют и агитируют к религиозной дискриминации.
Некоторые исследователи называют важнейшим документом в этой сфере Декларацию о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений, принятую Генеральной Ассамблеей ООН в 1981 г. В это документе еще раз упоминаются свобода веры, мысли, совести, убеждений, а их игнорирование называется причиной войн и локальных конфликтов. Именно поэтому ООН призывало всех членов этой организации и другие государства принять действующие меры для превентивной защиты и уничтожения дискриминации по мотивам, связанным с религией или иными убеждениями. Эта Декларация возлагает на подписавших ее обязанность и рекомендует всем остальным странам бороться с любыми формами нетерпимости и создать прочную и эффективную систему защиты свободы каждого человека в государстве иметь свое вероисповедание и не подвергаться унижениям за это.
Кроме того, важной составляющей этой Декларации является статья, раскрывающая понятие «свободы мысли, совести и вероисповедания», включая в это понятие следующие права: отправлять культы и устраивать собрания в связи с религией, публиковать соответствующие статьи, вести преподавание и распространять информацию в отведенных для этого местах, соблюдать дни отдыха и праздники, создавать и использовать необходимые для религиозных обрядов предметы и так далее. Этот список в документе неполный и открытый, что кажется верным решением -- все-таки, трудно обозначить закрытый список возможных религиозных действий. Однако, этот список рекомендуется для использования при создании национального законодательства, и в этом списке не сказано про оскорбление чувств или что-то похожее.
Если рассматривать более поздние международные акты, то ближайшей к нашему законодательству окажется Конвенция СНГ о правах и основных свободах от 26.05.1995. В этом документе также дублируются положения Европейской конвенции, но само это признание в постсоветском (следовательно, пост-атеистическом) обществе было важным.
Суммируя все положения, закрепленные в рассмотренных декларациях, конвенциях и пактах, получается следующая «норма»: многообразие культур, религий и убеждений не должно вести к дискриминации и неуважению, так как каждый свободен в выборе одного, многих или никакого верования. Похожее определение «терпимости» дано и в Декларации тысячелетия, что может наводить на мысль о тождественности «свободы совести и религии» и «терпимости».
Таким образом, Конституция РФ во многом опирается на вышеперечисленные акты и их «наследие» по вопросам защиты свободы вероисповедания. Однако, во-первых, нет никаких намеков на факт существования религиозных чувств, во всех документах идет речь об исполнении обрядов и дискриминацию по предмету религиозной принадлежности. Во-вторых, несмотря на провозглашение равенства всех религий, право каждого на свободу мысли и совести, в Российской Федерации по закону право на защиту от тех же «оскорблений» и противодействий религиозным обрядам дано не всем организация, а по факту уклон происходит в православную религию, а атеистические убеждения, несмотря на свободу мысли и совести, часто попадают под уголовные преследования.
Теперь, когда мы выявили основные принципы международного регулирования, для предоставления вариантов улучшения данной статьи рассмотрим, как регулируется этот вопрос в зарубежных законодательствах.
2.2 Свобода совести и вероисповедания как объект уголовно-правовой охраны в зарубежном уголовном законодательстве
Оскорбление чувств верующих в том или ином виде регулируется уголовным законодательством многих стран, в том числе Казахстана, Турции, Польши, Бельгии, Швейцарии, многих африканских и азиатских стран (в некоторых вплоть до смертной казни). Наказание в виде штрафа за оскорбление чувств верующих предусмотрено в Испания, Португалия, Ливия, Италия, Финляндия, Ирландия, Бразилия и другие страны. Декриминализовали данный вид преступления по всей стране или локально США, Англия, Канада, Франция, Норвегия, Дания, Австралия и еще несколько стран. В этом году Новая Зеландия также отменила закон о богохульстве в рамках кампании по устранению «несовременных» законов.
Рассмотрим чуть подробнее страны, в которых оскорбление чувств верующих остается в сфере уголовного регулирования. В уголовном законодательстве Греции существует 4 статьи, направленных на защиту верования и смежных аспектов. Так, в ст. 198 УК Греции Vasiliki Chalkiadaki and Emmanouil Billis: English translation of the Greek Penal Code. In: Emmanouil Billis (ed.), The Greek Penal Code -- Berlin, Duncker & Humblot, 2017 -- с. 201 различают два вида «кощунства» (богохульства, оскорбления религии) - злостное публичное оскорбление Бога и публичное непочтение божественных «чудесных объектов», которые наказываются тюремным заключением от 3 месяцев до 2 лет. А ст. 199 Уголовного кодекса Греции запрещает выражаться оскорбительно в сторону Греческой Ортодоксальной Церкви (это прописано в кодексе) и других разрешенных в Греции религий. В таком регулировании вопроса есть свои достоинства и недостатки. Из минусов этих норм можно отметить чрезмерную регулирование, выделение Греческой Церкви (одной религии) на передний план, все еще регулирование только признанных религий и малое внимание субъективной стороне нормы, хотя последнее не обязательно является минусом. Из плюсов можно выделить отсутствие размытых границ или более понятные критерии по сравнению с российским законодательством: неуважительное публичное злонамеренное высказывание/действие в сторону Господа, определенной религии и святынь легче опознать, тем самым унифицировав судебную практику, чем действия, оскорбляющие религиозные чувства верующих. Кроме того, в Греции есть отдельный закон об оскорблении чувств верующих, однако и там отдается предпочтение и защита фактически только одной Греческой Ортодоксальной Церкви. уголовный правовой ответственность свобода
Наличие цели, мотива и намерений преступника не всегда указывается в уголовных статьях разных государств. Например, законодатели Австрии не стали включать цель как обязательный элемент состава (субъективной стороны) в дефиницию нормы. Исходя из §188 австрийского Уголовного кодекса, очернение религиозного учения (Vilification of Religious Teachings Уголовный Кодекс Австрии с предисловием // Серебренникова А. В. Зерцало-М, 2001 -- ст. 188 ) включает в себя публичное унижение лица или предмета, который является объектом поклонения религиозного общества, церкви или общины, которое может обоснованно привести к гневу или розни. Формулировка достаточно странная: непонятно, как измеряется обоснованность гнева и «оскорбленности» потерпевшего, однако интересен факт невключения слова «цель» в формулировку текста статьи. Схожая диспозиция без упоминания цели и у ст. 144 Уголовного кодекса Бельгии. Также особенностью бельгийской нормы является, во-первых, защита и священников во время службы, а во-вторых, то, что защита распространяется только на места, предназначенные для религиозных обрядов.
Кроме того, анализ норм еще нескольких стран показывает любопытную закономерность: чаще всего в формулировках фигурируют не люди, чьи чувства могут быть оскорблены, а «объекты культа», «святыни», «Бог», «пророки», «религия». То есть законодатели большинства стран устанавливают запрет на унижение относительно конкретных объектов. Например, ст. 175 Уголовного кодекса Турции закрепляет наказание за «богохульство (оскорбление бога), надругательство над религией, глумление над кем-то за его вероисповедание или исполнение обрядов».
Проведем небольшой сравнительный анализ Российского законодательства и норм одной из самых развитых мировых государств, в котором также существует уголовная ответственность за «оскорбление чувств верующих» - Германии. В Уголовном кодексе этой страны наказание за нарушение свободы веры предусматривают Ў±166 и §167. Они делятся на несколько подпунктов и по составу похожи на ч 1, 2 и 3 ст. 148 УК РФ, по сути, это запрет оскорбления и запрет прерывания обрядов. Однако, те же самые идеи насчет оскорбления «чувств верующих» переданы совершенно по-разному. Давайте сравним:
· Уголовный кодекс Германии: «Кто публично либо распространяя письменные материалы подвергает оскорблению содержание религиозных вероисповеданий и мировоззренческих взглядов других лиц каким-либо образом, что ведет к нарушению общественного спокойствия, наказывается...»
· УК РФ: «Публичные действия, выражающие явное неуважение к обществу и совершенные в целях оскорбления религиозных чувств верующих».
Во-первых, по сравнению с «религиозными чувствами верующих», формулировка «содержание религиозных вероисповеданий и мировоззренческие взгляды других лиц» является более понятной и четкой для отграничения. Она минимизирует эмоциональное, то есть нестабильное и не унифицируемое в дефиниции объекта преступления и оставляет не оценку субъектом происходящего, а внешние, не напрямую зависящую от внутреннего мира потерпевшего. Во-вторых, публичность действия в обоих вариантах работает, однако в первом варианте подчеркивается объект оскорбления - содержание религиозной веры, мировоззренческие взгляды, эти понятия выносятся на первый план. Только после них пишут про возможность «нарушения общественного спокойствия». В российском законодательстве наоборот - действия, которые показывают неуважение к обществу, первичны, а потом упоминается сам религиозный фактов, и то в форме непонятных «религиозных чувств верующих». Немецкий вариант более четко показывает границы дозволенного и запрещенного и делает упор на реальном объекте преступления, дальше отступая от понятия «Хулиганство», которое также может быть по религиозным мотивам. При этом в доктрине есть мнения, что первично эта норма защищает именно общественное спокойствие, а не права и свободы человека Серебренникова А. В. Уголовно-правовое обеспечение свободы вероисповеданий по 166 УК ФРГ // Евразийский научный журнал. -- 2016. -- № 10. -- С. 226-229.. Немецкая норма считает нарушением не любое принижающее высказывание, а только те, которые объективно являются позорными по отношению к святым объектам, крайне неблагоприятная оценка. То есть субъективное восприятие, которое может быть построено на эмоциях, личном опыте, настроении и тысячи других неуловимых факторов, играет далеко не главную роль. Исследователи немецкого законодательства, ссылаясь на судебную практику, пишут об очень тщательном рассмотрении и оценке каждого дела судьей, чтобы была непредвзятая и свойственная большинству оценка события.