Выпускник УГНТУ 2015 года, 24 года, планирует переезд в Москву:
«Просто я люблю очень большие города, в большом городе больше возможностей, больше реализации. И реализовывать себя можно как-то. В них так кипит жизнь, некоторым, конечно, это не нравится, говорят, что это муравейник, люди ходят туда-сюда. Но я вижу в этом движение, движение - это жизнь. Если люди куда-то движутся, значит, они нацелены, то есть они как-то реализовываются. В маленьких городах это все спокойно, люди не хотят бежать, расширять свои рамки, стремиться к чему-то большему.»
Выпускник УГАТУ 2015 года, 21 год, планирует переезд в Москву:
«Мне Москва понравилась, она очень быстрая, Москва - это муравейник, там всё быстро. Мне это понравилось.»
Выпускница УГАТУ 2014 года, 20 лет, планирует переезд в Казань:
«Я вообще не понимаю, как сейчас в Москве можно жить. Для меня это какой-то такой город... такой совсем, знаешь, заоблачный. Совсем муравейничный. Я там была несколько раз, как турист, погулять... Он оставил у меня такое впечатление, как просто... Они просто туда зачем-то ходят, туда-сюда болтаются.»
Казань в сравнении с Москвой представляется более спокойной и провинциальной. Тема темпа жизни почти не возникала при описании Казани.
Социальные связи. В качественных интервью полнее раскрывается смысл, выявленного на уровне количественного анализа, значимого фактора социальных связей. Информанты рассчитывают на них в качестве помощи в адаптации в самом начале переезда. Помощь может быть связана с первоначальным поиском жилья и работы, в «страховании» в каких-то экстренных ситуациях. Таким образом, социальные связи могут создавать ощущение успешной адаптации, привлекать потенциальных мигрантов. Они скорее способствуют принятию решения о миграции, так как создают ощущение снижения рисков в процессе адаптации на новом месте.
Выпускник УГАТУ 2015 года, 22 года, планирует переезд в Москву:
«Если искать работу по специальности, то проще будет в Москве и в Питере. Да. Плюс в Москве у меня наверняка будут какие-то знакомые. На первое время устроиться, чтобы показать себя. Вот.
Выпускница УГАТУ 2014 года, 22 года, планирует переезд в Москву:
«Ну мне бы не хотелось ехать далеко, где нет родственников, например, поддержки, далеко от Уфы. В сторону Востока, например. У меня там вообще никого нет, и в случае чего, никто не поможет. Это тоже важно. Вот Казань недалеко от Уфы. Самара, Челябинск туда можно было бы поехать. В Москве у меня родственники есть, в Питере знакомые. Всё-таки хотелось, чтобы была поддержка. Я не такая рисковая, чтобы поехать, всё бросить, с нуля начинать абсолютно.»
Выпускник УГНТУ 2015 года, 24 года, планирует переезд в Москву:
«Ну если, то у меня там и родственники есть. Меня там устроят. Ну, я думаю, не на постоянную меня там поселят, но до тех пор пока я там на ноги не встану, я смогу там жить. Ну и я как бы стараюсь собирать себе на поездку, копить.»
Выпускник БГУ 2015 года, 21 год планирует переезд в Казань:
«ИНФОРМАНТ: У меня есть родственники, в принципе.
ИНТЕРВЬЮЕР: В Казани?
ИНФОРМАНТ: Да. Мне, наверное, будет чуть проще. Если что, они могут помочь. <..> Поэтому тоже хотел поехать. В Казани, наверное, все-таки, больше друзей, знакомых.»
Само по себе наличие социальных связей не является основным привлекающим фактором. О социальных связях информанты вспоминают, когда описывают свои планы по приезду на новое место. В этом случае наличие родственников или знакомых на новом месте обретает важное привлекающее значение. Интересно, что во время интервью нет упоминаний о профессиональных контактах, а скорее о родственных или дружеских.
Символические места. Москва соответствует своему имиджу и с точки зрения концентрации городских объектов, наполненных особым смыслом. Символическими местами, знакомыми каждому россиянину с детства, являются Красная площадь, Кремль и пр. Эти объекты символизируют не только городскую, но, и российскую культурную историю, поэтому наполнены особым смыслом. Интересно, что московский метрополитен, как один из важных элементов представлений о столице, воспринимается не только как атрибут инфраструктуры, но, и как культурный, символический объект. Вместе с тем, атмосферу современного города создают и новые масштабные высокие постройки в стиле небоскребов.
Выпускница УГАТУ 2014 года, 22 года, планирует переезд в Москву:
«Здесь (в Уфе) очень мало исторических зданий, тем более не все они такие хорошо отреставрированные, красивые, как в Москве, там видимо за этим следят, как-то заботятся. Понравились современные здания, из металла и стекла, интересные строятся, разных форм. Москва-Сити, вообще интересно. Раньше, я думала, только в кино такое показывают, а тут увидела, погуляла там между этими высотками, думаю, ничего себе!»
Казань в плане символических мест гораздо беднее. Единственным значимым символическим объектом названа мечеть Кул-Шариф. Она является одной из главных достопримечательностей Казани, символом мусульманских традиций.
Выпускница УГАТУ 2014 года, 20 лет, планирует переезд в Казань:
«ИНТЕРВЬЮЕР: Первые три слова, связанные с Казанью.
ИНФОРМАНТ: Мечеть, газон (смеется), информационные технологии. Не знаю почему.»
Итак, представления об обеих столицах, как основных привлекательных местах потенциальной миграции для уфимских выпускников, имеют только одно общее свойство. Оба города привлекательны с точки зрения возможностей на рынке труда и карьерного роста. Москва в этом смысле более продвинута, но, и риски переезда выше. Эти риски связаны с неоднозначностью восприятия социального окружения (представления о москвичах имеют как позитивный, так и негативный характер), с высоким темпом жизни, который также воспринимается по-разному. Еще один значимый элемент представления о столице - обилие символических мест (это наиболее наполненная категория для Москвы). При этом символические места отнюдь не всегда связаны с историческими и культурными памятниками. Для молодежи столь же значимыми символами являются современные постройки типа Москва-Сити.
По всем остальным элементам привлекательности места можно наблюдать вполне сформированные различия. Москва предстает, прежде всего, в качестве «города для работы». В отличие от нее Казань предстает, скорее, городом «для жизни». Смысловая наполненность категорий «комфортность городской среды», «темп жизни» и, особенно, «представления о жителях» прямо свидетельствуют об этом.
Наряду с интервью были собраны представления о Москве при помощи когнитивных карт. Сначала с информантом проводилась беседа, по ее окончании информанту предлагалось изобразить собственные представления о Москве. В результате были получены 6 изображений (см. приложение 8).
Самым частым типом когнитивной карты является карта-эскиз, то есть наброски очертаний города с указанием отдельных элементов. В случае рисования города информантами, не являющимися его жителями, когнитивная карта будет менее детализированной, относящаяся к схематичному типу рисунка. Когнитивные карты - эскизы информантов можно поделить на два типа: изображения, похожие на настоящую карту, то есть с ракурса наблюдателя, находящегося сверху (рис. 3, 6), и изображения с ракурса наблюдателя, находящегося внутри (рис. 2, 4, 5).
Карты-эскизы в стиле «вид сверху» подчеркивают границы города виде окружности. На рисунке 6 отображена граница Москвы и подписан МКАД, на рисунке 3 такое ограничение только предполагается уходящими из центра города шоссе. Важно отметить наличие центральности: центром на картах-эскизах является исторический центр города, совпадающий с Кремлем. На рисунке 6 Кремль отдельно нарисован и подписан. Центральность в данном случае является не только стилем рисования, но выражением смысла центрального положения Москвы. Преобладает наличие линейных элементов дорог - также отражающих динамичность города. На рисунке 3 указано направление движение: из центра, опять относящего нас к положению центральности. Люди в городе всегда изображаются в движении, что является выражением динамичности темпа жизни города.
Карты-эскизы в стиле «вид изнутри», отличаются тем, что все они нарисованы простым карандашом без какого-либо использования цветов. Главными объектами рисунка все равно остаются дороги и способы передвижения. На рисунках изображаются метро, дороги, вокзал. Из точечных объектов фигурируют офисные здания, иногда - Кремль, рестораны, посольство, ТРК, заводы, но нет ни одного изображения дома или хотя бы указания на жилой район. Таким образом, Москва может представляться скорее городом для работы, профессиональной реализации, с досугом вне дома. Само понятие жилого или спального района не отражено в представлениях о Москве. На ассоциации с «большими деньгами», возможностями реализации амбиций указывает рисунок с символом денег - знака доллара (рис. 2).
Одна карта представляет собой ассоциативное изображение - яичница, также напоминающее отдаленно вид на Москву сверху (рис. 1). Москва узнается по круговому очертанию границы города с явно выделенным центром. В комментариях информанта указывалось, что он отразил важную черту города - смесь и большое разнообразие. Если проанализировать само изображение, то оно укладывается в представление о городе как о смеси различных компонентов на одной общей основе - территории, или, как изображено, яичнице. В ней также присутствует центральность, есть четкие границы. Более того, город постоянно чем-то наполняется: банки с кетчупом и майонезом (из пояснений автора), выливающихся на яичницу. В целом город не сильно заштрихован, но в тоже время изображен достаточно жизнерадостными цветами, что указывает на скорее положительное отношение.
Люди изображаются вне зданий или в метро и машинах, что опять же указывает на динамичность, деловитость, постоянное передвижение. Только на одном рисунке изображен ребенок рядом со взрослыми.
Точечные объекты - здания изображаются всегда в одинаковом стиле - как высокие и узкие, похожие по образу на небоскребы, без каких-либо декоративных элементов. Это также может указывать на присутствие в представлениях о городе скорее высоких офисных зданий компаний, которые составляют большую часть города.
Важными объектами города являются Кремль и метро, которые отображаются на нескольких картах (рис. 2, 5, 6). Причем при изображении метро есть указание на его переполненность людьми (рис. 2). При изображении дорог также присутствуют указание на наличие пробок (рис. 5). На картах практически не отражены природные объекты, зелень. Лишь на одной фигурирует река (рис. 6).
Вывод. Архитектура когнитивных карт Москвы очень ясно отражает представление о ней, как о «городе для работы» - с большим числом современных офисных зданий и спешащих, деловых людей, что подтверждает вывод, сделанный ранее на основании анализа интервью.
Необходимость смешения возникла на этапе анализа данных опроса. Факторы привлекательности отдельных направлений получились хорошими, но ограниченными из-за исходных данных. Формализованный инструмент (анкета) может включить лишь небольшой набор переменных, характеризующих основные параметры выбора. В анкете не отражены стилевые характеристики, культурные практики и другие параметры, которые формируют общее восприятие места потенциального переезда. Качественный анализ показал, что такие особенности восприятия действительно играют немаловажную роль при выборе будущего места жительства. Анализ материалов глубинных интервью позволил выделить и описать дополнительные характеристики, формирующие образ города. Так, например, досуговые предпочтения отражены в категории комфорта городской среды, а стилевые - в категориях темпа жизни, представлении о жителях и т.д.
На качественном этапе мы также получили более развернутое представление о факторах привлекательности места, выявленных на основе данных опроса. Рациональный выбор места проживания, связанный с реализацией значимых жизненных планов, показал, что рынок труда в предполагаемом месте переезда представляет гораздо более сложный фактор, чем трудоустройство по специальности и возможности заработка. Наряду с этим были выявлены представления о перспективном трудоустройстве молодых специалистов, справедливом отборе кандидатов на вакансии. Фактор комфорта содержит разные смыслы - и с точки зрения досуга, и с точки зрения ухоженности городских объектов, благоустройства, озеленения. Причем для конкретных мест предполагаемого переезда, комфорт и возможности трудоустройства имеют различную смысловую интерпретацию. Качественный этап показал содержательную интерпретацию каждого фактора.
В ходе регрессионного анализа значимым предиктором выбора зарубежного направления миграция является наличие опыта образовательной миграции. Данная связь сложна для интерпретации. Если посмотреть на результаты интервью, то можно прояснить, что те, кто приезжал на обучение в Уфу из других населенных пунктов, до этого жили в небольших городах республики, или даже сельской местности. Для них переезд в Уфу во время обучения является опытом внутренней миграции. Свой дальнейший переезд по окончании вуза они рассматривают как свой личный дальнейший рост, в том числе карьерный. Это укладывается в логику выделенной категории уровня городов, когда более крупные города, с большим объемом ресурсов рассматриваются как возможные варианты переезда, но, в определенных ситуациях не напрямую, а через транзит - некий населенный пункт, переезд в которых сопровождается меньшими рисками. То есть, траектория миграции может быть сложнее, для уроженцев малых городов и сел. Последнее является лишь нашим предположением, косвенно подтверждавшимся в ходе интервью при рассказе о планах переезда заграницу.
Выпускник БГУ 2015 года, 23 года, планирует переезд в Москву:
«Я родом из более маленького городка под названием Дюртюли, и рост в моем плане должен быть не только образование, саморазвитие, но и также он должен сопровождаться ростом определенным по городам. Более высокий город. Развитая инфраструктура, возможности, очень много факторов. От плотности, численности населения до количества дорог.»
Таким образом, проведение качественного этапа являлось логическим продолжением количественного анализа данных опроса. Качественный анализ позволил лучше и полнее понять и интерпретировать факторы привлекательности места предполагаемой миграции, понять их особенности.
При этом количественную стратегию в нашем исследовании можно считать доминирующей, так как за основу взяты выводы количественного анализа, на которые надстраиваются расширенные интерпретации, полученные в ходе анализа интервью. С точки зрения реализации смешивания методов, этапы исследования шли последовательно. Такая преемственность между данными соответствует принципу прагматизма, когда мы смогли полно ответить на основной исследовательский вопрос благодаря двум этапам, используя преимущества различных методов.
В свою очередь на качественном этапе тоже реализовано смешение методов: наряду с полуформализованными интервью были использованы проективные методики - когнитивные карты. Когнитивные карты подтвердили выводы, сделанные в ходе анализа, позволили получить визуальные представления образа Москвы. Сочетание интервью и когнитивных карт позволило провести сравнение результатов, то есть своего рода триангуляцию.
Таким образом, выбор смешанной стратегии можно считать оправданным, так как полученные результаты действительно дополняли друг друга, пересекаясь в основных выводах. Такое пересечение косвенно можно считать проверкой надежности полученных выводов.