Материал: Международные стандарты в зарубежной практики регулирования журналистики

роризма или экстремизма и простое повторение заявлений террористов;

b)злоупотреблением расплывчатыми терминами с целью ограничить критические или оскорбительные выступления, в том числе социальные протесты, которые не представляют собой подстрекательства к насилию;

c)официальным или неофициальным давлением на средства массовой информации, с тем чтобы они не делали сообщений о терроризме, на том основании, что такие сообщения могут рекламировать цели террористов;

d)расширенным использованием методов наблюдения

иуменьшением контроля за наблюдением, что оказывает негативное воздействие на свободу выражения мнений и ущемляет право журналистов на защиту своих конфиденциальных источников».

Рекомендация № R (97) 20 Комитета министров Совета Европы по вопросам «разжигания ненависти» говорит о том, что «национальное право и судебная практика должны позволять судам иметь в виду, что отдельные случаи разжигания ненависти могут быть настолько оскорбительны для отдельных лиц и групп населения, что выйдут за рамки правовой защиты, предоставляемой статьёй 10 Европейской конвенции по правам человека в отношении других форм самовыражения. Это будет составлять именно такой случай, когда разжигание ненависти направлено на подрыв прав и свобод, заложенных в Конвенции, либо на их ограничение в превышении предусмотренных Конвенцией пределов». Таким образом, чтобы признаваться таковым, экстремизм должен быть направлен на подрыв или чрезмерное ограничение самих прав и свобод, составляющих основы демократии. Национальное право и судебная практика должны учитывать роль средств массовой информации в передаче сведений и идей, которые вскрывают, анализируют и объясняют конкретные случаи разжигания ненависти и их основополагающие причины в целом, а также право общественности на получение таких сведений и идей. В связи с этим необходимо проводить чёткую грань между ответственностью автора разжигающей ненависть информации, с одной стороны, и любой ответственностью

средств массовой информации и работников редакций, участвующих в её распространении в рамках своих задач по передаче интересующих общество информации и идей,

сдругой.

Ввопросах разграничения экстремистских материалов и информационных материалов об экстремизме в СМИ следует также учитывать соответствующие постановления Европейского суда по правам человека (см. гл. I). Одним из них является решение по делу «Йерсилд против Дании» от 23 сентября 1994 г. Его фабула такова. Журналист воскресного тележурнала на канале общественного телевидения Дании по имени Йенс Йерсилд подготовил сюжет о молодёжной расистской группировке «Зеленые куртки», которая совершала хулиганские поступки по отношению к иммигрантам из различных стран, в том числе и из СССР.

Выпущенное в эфир интервью содержало расистские и националистические высказывания подростков. По жалобе епископа прокуратура возбудила уголовное дело. Городской суд Копенгагена осудил всех трёх участников передачи за их экстремистские высказывания, а Йерсилда и ответственного за программу г-на Йенсена – за пособничество и подстрекательство интервьюируемых. Все они были приговорены к небольшому штрафу либо, в качестве альтернативы, к заключению сроком на пять дней. Апелляция, а также последовавшая за ней жалоба журналистов в Верховный суд страны были оставлены без удовлетворения.

Европейский суд по правам человека, куда, исчерпав национальные возможности защиты своих прав, обратился Йерсилд, изучил обстоятельства дела, нормы датского права, а также документы Организации Объединённых Наций относительно запрещения расовой дискриминации и предотвращения пропаганды расистских взглядов и идей.

Всвоём постановлении ЕСПЧ подчеркнул, что свобода слова является одной из главных опор демократического общества и что предоставляемые прессе гарантии имеют особое значение. На прессу возложена функция распространения информации и идей в общественных интересах, выполняя которую она не должна преступать пределов, установленных, в том числе, в интересах защиты репута-

ции или прав других лиц. В то время как на прессу возлагается задача распространять информацию и идеи, гражданам предоставляется право получать их. Если бы дело обстояло иначе, то пресса была бы не в состоянии играть свою жизненно необходимую роль «сторожевого пса общества». Важным аспектом анализа Суда была оценка того, насколько сюжет тележурнала, если его рассматривать целиком, объективно способствовал пропаганде расистских взглядов и идей. И здесь, по его мнению, журналист во время интервью с «зелеными куртками» отчётливо отмежевался от позиции своих собеседников. ЕСПЧ решил, что даже незначительное наказание журналистов за содействие в распространении заявлений, сделанных другим лицом в ходе интервью, способно серьёзно помешать средствам массовой информации вносить свой вклад в обсуждение проблем, представляющих общественный интерес, если только речь не идёт об особо серьёзных ситуациях. Причём в ходе разбирательства никем не оспаривалось, что сам журналист при подготовке телепередачи не преследовал расистских целей.

Следовательно, постановил Европейский суд по правам человека, имевшее место вмешательство в осуществление права журналиста и редактора на свободу слова не было «необходимым в демократическом обществе», а использованные при этом средства не были соразмерны с преследуемой правомерной целью защиты «репутации или прав других лиц». Соответственно, это вмешательство привело к нарушению статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суд также присудил возмещение датским государством журналисту материального ущерба и судебных издержек и расходов.

В постановлении по делу «Шенер против Турции» (18 июля 2000 г.) Европейский суд по правам человека вновь подчеркнул, что в соответствии со сложившейся практикой пункт 2 статьи 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод жёстко лимитирует возможности для ограничения политических высказываний или дебатов по вопросам, представляющим общественный интерес. На этот раз нарушение Конвенции

А. Г. Рихтер • Международные стандарты 124 и зарубежная практика регулирования журналистики

заключалось в преследовании собственника и редактора еженедельного обозрения «Хаберле йорумда герчек». В 1994 г. Шенер был приговорён стамбульским судом государственной безопасности к штрафу и шестимесячному тюремному заключению. На основании закона о предупреждении терроризма статья, опубликованная в обозрении, была расценена как преступление. В ходе разбирательства, предшествовавшего решению Европейского суда, турецкие власти утверждали, что, поскольку статья поощряла террористические действия против государства, журналист был ответствен за пропаганду сепаратизма. По мнению властей Турции, смысл статьи заключался в том, что единственным средством разрешения курдской проблемы была поддержка террористических действий против государства.

В противоположность турецкому суду ЕСПЧ высказал мнение, что, хотя оспариваемая статья и содержала определённые фразы, высказанные в агрессивном тоне, в целом она не восхваляла насилие и не возбуждала в людях чувство ненависти, мести или стремление к вооружённому сопротивлению. Напротив, Страсбургский суд счёл статью вдумчивым анализом курдской проблемы, призывающим к концу вооружённого конфликта. Он пришёл к мнению, что власти Турции не придали достаточного значения праву общества быть информированным о различных перспективах развития ситуации на юго-востоке страны. В итоге ЕСПЧ постановил, что, осудив Шенера, турецкие судебные власти нарушили положения статьи 10 Европейской конвенции по правам человека.

Ситуация с ограничениями свободы массовой информации обострилась во всём мире после террористического нападения на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 г. Комитет министров Совета Европы был вынужден принять 2 марта 2005 г. специальную Декларацию о свободе вы-

ражения мнений и информации в СМИ в контексте борьбы с терроризмом. В ней содержится призыв к правительствам стран – участниц Совета Европы:

• не вводить новых ограничений на свободу выражения мнений и информации в СМИ, кроме абсолютно необходи-

мых и соразмерных в демократическом обществе, и лишь после тщательного изучения того, не достаточно ли для этой цели уже имеющихся законов или иных мер;

•воздерживаться от принятия мер, которые приравнивали бы освещение проблемы терроризма в СМИ к поддержке терроризма;

•воздерживаться от создания профессионалам СМИ препятствий в доступе к местам совершения террористических актов, которые не были бы продиктованы интересами защиты безопасности жертв терроризма или правоохранительных органов, задействованных в ведущихся антитеррористических операциях, интересами следствия или обеспечения безопасности;

•гарантировать СМИ право быть в курсе обвинений, выдвинутых судебными органами против лиц, являющихся фигурантами антитеррористических судебных разбирательств, а также право следить за такими разбирательствами и вести с них репортажи в соответствии с национальным законодательством и при должном уважении к принципу презумпции невиновности и праву на уважение частной жизни.

Запрет подстрекательства к геноциду

Рассмотренное выше постановление Европейского суда по правам человека по делу «Йерсилд против Дании» было учтено и в важном для правовой практики во всём мире решении Международного уголовного трибунала по Руанде (МУТР) при рассмотрении обвинения в адрес лиц, подозреваемых в подстрекательстве к геноциду. Массовые убийства в Руанде начались 7 апреля 1994 г., на следующий день после того, как близ столицы был сбит самолёт, на борту которого находился президент страны, принадлежавший к народности хуту. Истребление мужчин, женщин и детей, длившееся на протяжении примерно 100 дней, привело к гибели 800 тысяч руандийцев национальности тутси от рук соотечественников из числа народности хуту, по той лишь причине, что эти жертвы принадлежали к обвинённой в те-