Академия наук Молдавии, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова (МГУ)
Культура как информационный феномен
Урсул Аркадий Дмитриевич
доктор философских наук
профессор, директор Центра, академик
Движение к глобальному информационному обществу, которое происходит в настоящее время, имеет особое значение для развития культуры. Ведь в отличие от предыдущих глобальных и кардинальных социотехнологических революций - сельскохозяйственной и индустриальной, современная информационная революция совпадает с главным вектором эволюции культуры, поскольку сущностно затрагивает не столько вещественно-энергетическую, сколько информационную составляющую цивилизации. Некоторые ученые считают, что происходит глобальная информационная революция и наступила информационная эпоха [1].
Еще в XX веке в качестве характерных показателей социально-экономического развития назывались такие вещественно-энергетические параметры, как количество выплавленного металла, добытого угля, газа, нефти, электроэнергии и т.д. Ныне эти характеристики уже не дают представления о качестве и уровне современного развития общества. Сейчас, по сравнению с вещественно-энергетическими критериями прогресса информация вышла на одно из самых приоритетных мест, как и средства ее получения, переработки и использования, и прежде всего, те высокие технологии, с помощью которых усиливаются интеллектуальные возможности и способности людей, меняется их миропонимание и сознание.
До недавнего времени наше мировоззрение базировалось на «вещественно-энергетическом» фундаменте, что отражало лидирующую роль физики и других наук о неживой природе. Многие ученые ранее считали, что в основе мироздания лежат понятия «вещество» и «энергия». Эти понятия из физических категорий даже превратились в параметры и показатели человеческой деятельности, характеристики ее развития, и неслучайно достижения современной цивилизации, уровень развития тех или иных стран и всего мирового сообщества длительное время ориентировались на вещественно-энергетические параметры. И хотя проблема информации, на мой взгляд, это уже стала вечной проблемой науки, она характеризует не только становление и развитие человечества, но, как показывают космология и астрофизика, уже всего мироздания [2, 3].
Тем не менее, начиная со второй половины XX века, появились обстоятельства, которые выдвинули понятие информации на лидирующее место, как в научном познании, так и во всей человеческой деятельности. Особое значение здесь сыграли процессы информатизации и видение культуры как информационно-семиотического феномена. Сложился информационный подход к развитию цивилизации, выявлены шесть основных информационных революций в истории человечества [4, 5]. Стало понятным, что информатизация и становление информационного общества - не столько социотехнологическая, сколько в первую очередь социокультурная фундаментальная трансформация, которая продолжила информационно-культурную эволюцию на современном этапе человеческой истории. Возникает необходимость выявить концептуальное соотношение категорий информации и культуры, продолжая те, пока еще немногие исследования, которые уже имеются в современной литературе.
О категории информации
Проблема информации, которая возникла немногим более полувека тому назад, стала не только междисциплинарной и общенаучной, но уже глобальной и даже космической, о чем свидетельствует синергетика, современные физика, химия, науки о Земле, космология и другие науки о космосе. И не случайно даже в философии возникла новая волна интереса к этой проблеме [6, 7]. Это весьма широкое понимание информации дает основание считать наиболее общую науку об информации - информатику одной из самых фундаментальных наук, приближающейся по «степени фундаментальности» к таким наукам как физика, химия и биология. Однако выявившийся междисциплинарно-общенаучный характер феномена информации и информационных процессов уже не укладывается в рамки отдельной дисциплины и поставил вопрос о становлении группы или цикла информационных наук [8]. Новый предлагаемый цикл информационных наук захватывает ряд научных дисциплин и направлений, которые традиционно относились к сфере культуры, а точнее даже к области духовной культуры (если позволено будет делить единую человеческую культуру на материальную и духовную). Среди них - документоведение, архивоведение, библиотековедение, библиографоведение, книговедение, музееведение и др.
Вместе с тем, расширение и фундаментализация категориального статуса информации позволяет по-новому рассматривать ряд проблем, в числе них - проблема культуры, которая также в принципе носит междисциплинарный характер.
В науке имеется ряд исследовательских программ или своего рода методологических подходов по поводу природы информации [9-12], в отношении которых пока не сказано «последнего» слова. Один из таких подходов - признание всеобщности информации, из которого я исхожу и обосновываю в своих работах, оказывается, на мой взгляд, наиболее плодотворным и эта точка зрения с течением времени получает все больше аргументов и фактов. Другую точку зрения о том, что информация присуща лишь биологической или даже социальной ступени эволюции не стоит считать ошибочной - это просто иной способ видения мира и мышления, который связывает информацию либо с управлением, либо только с сознанием. Познание информации, как показали мои исследования, является далеко не простой проблемой и здесь очень важную роль играют субъективная позиция каждого исследователя, который, как правило, убежден в том, что его точка зрения является единственно правильной.
Трудности философского анализа понятия информации объясняются новизной самого предмета исследования. Если, например, теория относительности видоизменила (хотя и весьма существенно) наши представления о пространстве и времени, т. е. развила, наше понимание в какой-то мере уже известных свойств материи (изучавшихся, прежде всего, в механике Ньютона), то появившаяся теория информации впервые обратила внимание на совершенно новый феномен, который еще не был предметом исследования традиционного естествознания и технических наук. Этот феномен до теории информации исследовался в какой-то степени в журналистике и носил в основном коммуникативный характер. Этот генезис, вполне возможно, и стал причиной того, что ряд ученых так и не захотели расширять сферу распространения информации за пределы человеческого общения. Другие же слегка расширили, но только на живые существа, но не на все материальные системы.
Сфера распространения информации остается дискуссионной и поэтому важно, чтобы различные подходы конкурировали и показывали свою эффективность в решении научных проблем. Существующие подходы конкурируют, но все же «пальма первенства», во всяком случае - пока, за «атрибутивной» концепцией, признающей всеобщность информации, и на это строится не только информатика и информациология, но фактически и синергетика, а через нее и науки о неживой природе.
Информацию в широком понимании связывают с разнообразием и различием (У.Р. Эшби) или неоднородностью (В.М. Глушков), и уже этим подобный информационный подход отличается от энергетического похода, принятого в физике и многих науках о неживой природе. Энергетический подход так прочно утвердился в науках о неживой природе, что сложилось мнение, что при помощи понятия энергии можно описать всю неживую (а, может быть, и живую) природу. Однако энергетический подход не акцентирует внимание на неоднородностях и разнообразии, которые содержатся в тех или иных системах.
Можно, конечно, не считать, что разнообразие - это информация, но, так или иначе, информационный подход тесно связан с понятиями «различие» и «разнообразие». И это не зависит от каких-либо взглядов на природу информации, даже отличных от представлений о ее всеобщности. Если информация ассоциируется с различием, то уже на концептуальном уровне можно обнаружить существенные связи с таким способом существования материи как движение. Если движение - это изменение вообще, то очевидно, что в процессе изменения материального образования одно его состояние будет чем-то отличаться от другого. Именно в процессе движения как изменения возникает различие как отличие (различие) последующего состояния от предыдущего. На это обратил внимание У.Р. Эшби, считая, что «самым фундаментальным понятием кибернетики является понятие «различия», означающее, что либо две вещи ощутимо различны, либо одна вещь изменилась с течением времени» [13, с. 23].
Возможность фиксации этого различия и составляет «элементарную ячейку» использования информационного подхода, делающего акцент не на изменении вещественно-энергетических характеристик, а на динамике разнообразия (изменений). Таким образом, получается, что там, где есть движение, там существует различие, разнообразие, а, значит, и информация, которую я также связываю с отражением (передачей, копированием, репликацией и т.п.).
До недавнего времени невозможно было представить даже чисто теоретически, что может существовать материя вне движения. Однако сейчас такая модель существования материи без движения, а, следовательно, без внутреннего разнообразия и, соответственно, информации, представляется вполне возможной, хотя пока достаточно дискуссионной [14]. Более десяти лет тому назад астрофизики и космологи открыли темную энергию с самой большой плотностью энергии и отрицательным давлением (антигравитацией). В этой самой большой сфере нашей Вселенной нет движения, изменения, различия, неоднородностей (по крайней мере, по представлениям космологов). На «темную энергию», которую чаще именуют космическим вакуумом, ничто не воздействует - ни вещественный фрагмент Вселенной, занимающий около 4,6% всего материального содержания, ни «темная масса» (скрытое вещество), составляющая, соответственно, почти четверть этого содержания, однако, космический вакуум воздействует на все другие фрагменты Вселенной, заставляя ее расширяться.
Поскольку в литературе уже высказывалась точка зрения о том, что в темной энергии информация не существует [15, 16], то придется более подробно порассуждать об этом. С одной стороны, казалось бы, да, в темной энергии как космическом вакууме, который однороден и лишен какой-либо структуры, каких-либо составляющих, а значит и разнообразия, информация должна отсутствовать. Впрочем, ситуация иная, когда темная энергия мыслится как квинтэссенция, а тем более как фантомная энергия, хотя вероятность этих моделей весьма незначительна. Но, с другой стороны, темная энергия как нечто целостное, но лишенное своих частей, обладает определенными свойствами и характеристиками, которые также можно квалифицировать как разнообразие целостных особенностей (а не структур и состава), а именно - наличие антитяготения и определенной плотности энергии (самой большой по сравнению с плотностью энергии видимого и скрытого вещества). Напомним, что согласно В.А. Рубакову, в отличие от "нормальной" материи темная энергия обладает еще рядом свойств, связанных с уже упомянутыми характеристиками [17].
Таким образом, темная энергия как космический вакуум в своем целостном виде обладает определенным разнообразием характеристик и свойств, по которым эта форма материи определяется и отличается от других форм материи (темной массы и барионной материи). Это уже не структурная, но связанная с темной материей информация. Здесь мы встречаемся с различием связанной и структурной информации, которые в основном совпадали в обычном - вещественном мире, которой до сих пор изучала наука. Поэтому будем считать, что информация в темной энергии все же существует, но формируется целостными, а не структурными свойствами и характеристиками темной энергии. Это соответствует концепции информации, основанной на категории разнообразия, поскольку разнообразие не сводится только к разнообразию состава, структуры, связей и т.д. Это может быть и разнообразие свойств и целостных характеристик темной энергии. Здесь есть и отражение, хотя и одностороннее - воздействие космического вакуума на невакуумные фрагменты Вселенной, вызывающее ее расширение с ускорением. В случае темной энергии мы имеем дело с разнообразием свойств, или характеристик темной энергии как целостной формы материи. Пока нам известны всего несколько целостных свойств этой формы материи. Можно считать в первом приближении, что количество информации в темной энергии минимально по сравнению с другими упомянутыми формами и составляет минимально возможное количество, которое еще надо определить. Однако следует согласиться с И.М. Гуревичем, что структурной информации (а он имел в виду именно этот тип информации) в темной энергии нет, разумеется, по современным представлениям об этой форме материи.
Как видим, изменение научной картины мира касается не только соотношения сохранения материи и ее изменения (эволюции), но и связанных с ними категорий тождества и различия (а, значит, и информации). Большая часть материи, «наполняющая» нашу Вселенную, содержит разнообразие в минимальном количестве. Но это означает, что, согласно современным представлениям, там информация фактически пока оказывается если не «излишней», то не главной для тех способов бытия (а, скорее всего, только для познания), которые не «используют» такой феномен как эволюция, что особенно характерно для космического вакуума. Как отмечают С. Ллойд и Дж. Энджи, предлагающие модель Вселенной как супергигантского компьютера, независимо от того, что представляет собой темная энергия, она не выполняет большого количества вычислений и не должна этого делать. Ее назначение -- обеспечение недостающей массы Вселенной и ускорения ее расширения -- простые в вычислительном отношении задачи [18, с. 32-42].
Количественное представление информации основано на понятии различия и, по сути, информационные оценки и критерии (синтаксические в семиотическом плане) измеряют количество разнообразия как совокупности различий. Различие, конечно же, является всеобщей характеристикой материи в вещественной части Вселенной и ее других фрагментов. Между тем независимо от того, является ли информация атрибутом материи или не является, можно использовать информационный подход для оценки разнообразия и сложности материальных систем в процессе их изменения и эволюции. Этот подход уже используется многими учеными для оценки направленности и степени развития материальных систем во Вселенной, и он показал свою эффективность на протяжении десятков лет его применения.
Возможность установления любого различия составляет объективную основу использования информационного подхода, во всяком случае, в его наиболее широком (синтаксическом - «разнообразностном») понимании, делающем акцент не на изменении вещественно-энергетических характеристик, а на динамике разнообразия (изменений, различий). Получается, что там, где есть движение, там существует различие, разнообразие, а, значит, применим информационный подход в упомянутом выше смысле. Что касается других, например семантических и ценностных характеристик информации, то они характеризуют в основном системы с управлением, т.е. кибернетические системы, к которым относится и культура как саморазвивающаяся социально-информационная система.