Такая позиция вызывает множество спорных вопросов и выводов. Первый состоит в том, что какая существует возможность выбрать ничто? Конечно, на это можно возразить, что человек вводится злом в заблуждение, предлагая иллюзию, которая утверждает, что зло представляет из себя бытие, хотя оно на самом деле небытие. Но тогда можно задать второй вопрос: как ничто может вводить в иллюзию? Как может вообще то, чего нет, проявлять какую-либо активную целенаправленную и разумную деятельность? Из такой позиции возникает сложность интерпретации ситуации преступления второго типа, и возникает сложность интерпретации ситуации преступления третьего типа. Ситуация преступления третьего типа отличается от ситуации преступления второго типа тем, что при третьем типе преступник планирует уходить от правосудия не после совершения преступления, а до него. То есть проект составляется разумом преступника до того, как он был осуществлен. Из ситуации преступления третьего типа, который достаточно распространен, можно сделать вывод, что существует запланированное зло, зло как проект, взаимосвязанная система идей и деяний. Если не существует идей и деяний, которые можно отнести ко злу, то появляется вопрос, как можно запланировать и осуществить то, чего нет? Августин в конце своей жизни приходит к выводу, что совместить рациональную преступность, с которой он, являясь адвокатом в молодости, столкнулся, с негационным злом в полной мере невозможно, что возникают проблемы обоснования того, что в действиях, мотивации и проектах преступников является бытием, а что его отсутствием.
Попытка прояснить эти сложности через теорию «гражданства Иерусалима в сердце» и «гражданства Вавилона в сердце» не снимало сложностей, связанных с интерпретацией законов и преступности. Сам Августин вынужден был заметить, что даже у группировок разбойников существуют свои законы. В конце концов, он делает вывод, что не существует государства, построенного по проектам, которые можно было бы однозначно отнести к добру. Государство в системе Римского мыслителя - это необходимое зло. В поздних своих работах Августин, все-таки, приходит к идее предопределения судьбы каждого человека, и данные работы и данные идеи свидетельствуют о сложности совмещения негационного зла с свободой человека с одной стороны, и с организованной и целенаправленной преступной деятельностью с другой стороны.[9]
И последний аспект, который необходимо рассмотреть в связи с негационной теорией зла, это вопрос мироощущения. То есть того, как должно восприниматься зло сторонниками такого подхода, как оно должно классифицироваться и как можно с ним бороться. Сторонники негационной теории зла должны принципиально отказаться от какой-либо классификации зла. Раз зло - это недостаток добра, нужно в рамках данного подхода классифицировать, как и где не хватает добра. Рене Декарт, который поддерживал негационное зло, говорил, что столкновение со злом вызывает у человека тоску, так как человек тоскует по утраченному добру, и тоска - это основное чувство, которое характерно при столкновении со злом. [15] Единственный способ борьбы со злом в рамках негационной теории - это возмещение нехватки добра, из чего следует, что сторонники этой теории должны крайне негативно относиться к институтам государства и общества, созданным для целенаправленной борьбы со злом. То есть, сторонники негационного зла должны отрицательно относиться к полицейской системе и ее аналогам, судебной системе и её аналогам, системе исполнения наказаний и её аналогам, то есть, в целом к тому, что использует в теории и на практике понятие справедливое наказание.
В многих культурных феноменах, которые или придерживались теории негационного зла или сочувствовали ей, очень распространена критика этих институтов, связанных с наказанием, построенная на судебной несправедливости первого типа, то есть осуждением невиновных. В русской культуре проблеме осуждения невиновных посвящено много произведений литературы и искусства, как посвящено много произведений страданиям этих людей и той тоске, которая появляется от созерцания таких событий. В советский период основное внимание негационному злу и невинно осужденным было уделено в диссидентской культуре. Основной советской культуре не были близки идеи негационного зла. Такой вывод можно сделать на основании множества произведений литературы и кинематографа, посвященных вопросам классификации преступлений и преступников, обнаружения преступности и борьбы с ней,вопросам профилактических мер против преступности и вопросам пропаганды противодействия преступности в рядах широких масс населения. Также, поскольку основная советская культура постулировала не только существование преступности, но и наличие определенных идей, которые могут быть только преступными и не могут быть редуцированными до идей непреступных, то основную советскую культуру нельзя отнести к культурам, которым близки идеи негационного зла.
Негационная теория зла опирается на двух значительных философских авторитетов - Платона и Аврелия Августина. Основной теоретический постулат этой теории - отсутствие реального зла. По этой теории все зло, с которым сталкивается человек - это отсутствие или нехватка добра. Добро понимается как что-то идеальное и совершенное, часть идеальности и совершенства добра было утрачено в этом мире, результатом чего является то зло, с которым сталкивается человек. Негационное зло сталкивается с трудностями при интерпретации организованной и запланированной преступности, которая активно использует разум. Негационное зло тяготеет к традиции и тоске по утраченным или недостижимым идеалам. Основным практическим выводом данной теории -является призыв к борьбе со злом через увеличение добра. Прямую борьбу со злом такая теория отрицает и часто критикует институты и их аналоги, которые с ней связаны, а именно: институты полиции, суда и исполнения наказаний. Огромное внимание в рамках культур, которые тяготеют к негационному злу, уделяется критике судебных ошибок, во время которых осуждаются невиновные люди, и страданиям этих невинных людей.
3. Современный взгляд на понимание зла. Теория эволюции и проект просвещения
В современной философии существует множество направлений, в рамках которых можно выделять крайне разнообразные взгляды на добро и зло. Существуют концепции, которые тяготеют к негационной трактовке зла, существуют концепции, которые выдвигают альтернативные точки зрения, существуют концепции, которые принципиально отказываются от этих терминов и редуцируют добро и зло к чему-то третьему.
Большинство наук и научных дисциплин, особенно за пределами философского знания, не занимаются вопросами добра и зла, поскольку это находится за пределами их поля исследования. Особенно это актуально для естественных наук. Однако, существуют философские концепции, которые пытаются редуцировать добро и зло к понятиям и идеям естественных наук и к идеалу научного знания. Существуют два основных проекта трактовки добра и зла с опорой на научную деятельность - это эволюционная теория происхождения морали и проект просвещения.
Первой будет рассмотрена эволюционная теория происхождения морали. В первое время своего существования теория эволюции считалась исключительно биологической теорией, основной задачей которой было объяснение многообразия видов живых организмов и происхождение этого многообразия. Однако, в ходе научной работы с данной теорией было выдвинуто несколько понятий этой теории, которые в дальнейшем получили возможность экстраполяции за пределы науки биологии. Это понятия отбора, как естественного, так и искусственного; адаптации к окружающей среде, борьба за существование и выживание более приспособленных к среде организмов, и изменения живых организмов с течением времени от менее приспособленных к более приспособленным. На первый взгляд данные понятия кажутся исключительно биологическими, то есть применимыми в рамках только биологических дисциплин. Особенно неприменимыми эти понятия классически считались к человеку, его культуре и рациональной деятельности, так как внешне человеческое тело является малоприспособленным к окружающей среде по сравнению с животными, человек часто неспособен выживать без дополнительных приспособлений и часто практикует деятельность, несвязанную с выживанием, например, деятельность в рамках культуры. Также остается претензия на уникальную деятельность человека, которой нет у животных - это деятельность разума, души или сознания, иными словами нематериальная мыслительная деятельность человека. Эволюционно ориентированная теория морали, добра и зла имеет на эти возражения свои аргументы.
В первую очередь эволюционно ориентированные концепции добра и зла редуцируют мысленную деятельность человека до деятельности высшей нервной системы. Если мыслительная деятельность человека не самостоятельна и является продуктом высшей нервной системы, а нервная система человека, её устройство и теория её эволюции описываются в биологических терминах, то предполагается возможным корректная интерпретация мыслительной деятельности человека биологическими терминами и в рамках биологических теорий, в том числе теории эволюции. Следовательно, если мыслительная деятельность человека - это продукт эволюции высшей нервной системы, то все существующие и принятые в обществе представления и теории морали, добра и зла - это продукты эволюционных изменений и являются инструментами приспособления видаHomoSapiensк окружающей среде.
Существует гипотеза, которая выдвигает предположение, в какой конкретно исторический момент был сформирован такой инструмент приспособления человека как мораль. Одна из эволюционных теорий происхождения человека утверждает, что в прошлом была конкурентная ситуация сосуществования ветвей предков человекаHomo, а именно кроманьонца и неандертальца. Ранее было принято считать, что это были две последовательные ветви человека, однако, после анализа ДНК ископаемых остатков было показано, что непосредственными предками человека являются только кроманьонцы, а неандертальцы являются тупиковой вымершей ветвью Homo. Более того анализ останков показал, что более 7500 лет назад произошел конфликт между этими двумя ветвями на территории современной Европы. Конфликт был продолжительным и закончился победой кроманьонца - ветви предков современного человека. Однако причины победы кроманьонцев неочевидны, так как на основании анализа ДНК было показано, что неандертальцы обладали большим размером мозга, хотя и отличной структурой, и большей мышечной массой. То есть, с точки зрения исключительно биологических характеристик неандерталец превосходил кроманьонца, однако при этом проиграл конкурентную борьбу.
Существует много версий причин этого поражения. Одна из них состоит в том, что кроманьонцы, уступая по обшей массе мозга, имели эволюционное превосходство в строении мозга. На основании анализа остатков черепов предполагается, что у кроманьонцев были лучше развиты лобные доли по сравнению с неандертальцами, которые коррелируют с аналитическим мышлением, из чего делается вывод, что основное преимущество кроманьонцев было в аналитическом мышлении. Частично такая позиция подтверждается раскопками, по которым делается вывод, что у кроманьонцев было в ходу использование метательного оружия и тактики заманивания зверей в ловушки, чего не было у неандертальцев. Существуют иные версии превосходства кроманьонцев. Одна из них состоит в предположении того, что кроманьонцы были более моральными, чем неандертальцы, и практиковали моногамию, в отличие от неандертальцев, практиковавших полигамию. Такая точка зрения рассказывается в курсе концепций современного сознания сотрудниками биологического факультета МГУ. Частично это подтверждается анализом ДНК, поскольку структура наследования у кроманьонцев более упорядочена, чем у неандертальцев.[10]
Это частный, но достаточно показательный пример эволюционного взгляда на проблему добра и зла. Как видно из вышеописанной теории, одно из предположений заключается в том, что одной из ветвей вида Homoмораль помогла в конкурентной эволюционной борьбе. Из этого выдвигается предположение, что мораль и нравственность являются эволюционными инструментами, дающими преимущество перед теми видами, кто эти инструменты не использует. Этот пример не является единственным. Очень часто в примеры, подтверждающие данную теорию, приводятся случаи альтруизма и социальной организации в природе, особенно среди насекомых. Таким образом, происходит попытка опровергнуть утверждение о том, что человек является уникальным носителем морали, нравственности и социальной организации в природе. На основании того, что существовали и существуют другие виды и ветви живых организмов, которые так же используют социальную организацию, как и люди.А душа, которая классически считалась основанием альтруизма и социальной организации, редуцируется до продуктов высшей нервной деятельности.
Тогда проблема добро и зла с точки зрения теории эволюции решается следующим образом. Добро и зло - это продукты высшей нервной деятельности, представление о которых является инструментом приспособления вида HomoSapiensк окружающей среде через организацию социума и правил поведения в социуме. Такой инструмент дает виду HomoSapiensэволюционное преимущество перед другими видами. Добра и зла как идей или как реальности не существует. Иными словами, добро и зло - это полезная выдумка нервной системы в ходе эволюции.
Какое отношение ко злу может быть сформировано на основании такого представления? Такая система постулирует ценность некоторых понятий и, в первую очередь, человека как биологического вида. Если провести попытку сопоставления негационного представления о добре и зле с эволюционным представлением, то добру в негационной системе будет соответствовать выживание в окружающей среде HomoSapiensкак биологического вида, а злу, соответственно, вымирание HomoSapiensкак биологического вида. Следовательно, все инструменты приспособления, которые улучшают адаптацию человеческого вида к окружающей среде, можно назвать добром в этой системе взглядов, а все что мешает адаптации человеческого вида к окружающей среде - злом. У такого представления есть две основных проблемных зоны. Первая состоит в том, что на основании эволюции нет никаких причин утверждать, что существующая общечеловеческая мораль будет иметь эволюционное превосходство в будущем и имеет превосходство перед уже существующимиальтернативами сейчас. О чем идет речь? К примеру, в большинстве стран убийство человека человеком запрещено законом. Если следовать эволюционной теории происхождения морали, то этот запрет был сформирован как инструмент выживания.
Однако, если вдруг возникнет такое общество людей, у которого не будет этого запрета, а будет альтернативный вариант, и при этом выживаемость этого общества будет выше, то необходимо ли будет признать этот новый вариант добром, а старый вариант злом, поскольку новый будет давать преимущество? При этом важно понимать, что вариант альтернативы запрета на убийство человека человеком не единственный, таких вариантов может быть много, например, разрешение на убийство людей с определенными признаками, убийство больных или слабых, старых или непохожих. Вариантов можно придумать достаточно. В том числе возникает проблема совмещения эволюционной теории происхождения морали с концепцией прав индивидуума. Ведь если отрицать душу, редуцируя её к высшей нервной деятельности, то возникает вопрос, а почему должен цениться индивид? Строение нервной системы у особей одного вида идентично, с эволюционной точки зрения должны цениться такие действия и придумки, которые предоставляют преимущество виду в целом, а не отдельным индивидам, и если души нет, то нет очевидных оснований для принятия концепции прав человека с точки зрения эволюционной теории происхождения морали, что обозначает первое проблемное поле данной теории. Второе проблемное поле эволюционной теории происхождения морали - это вопросы, связанное с обоснованием аморальности нацизма или расизма. Проблема в том, что человек, как биологический вид, не однороден и состоит из нескольких рас и подрас. У каждой из этих рас и подрас существует свой специфический геном, характерный только для это расы или подрасы. С точки зрения различий между расами по ДНК и МДНК, то различия между расами и подрасами количественно меньше, чем различия между людьми и человекообразными обезьянами. Однако существует одна сложность. У любых живых организмов ДНК и МДНК состоят из одних и тех же составных элементов и образованы идентичным способом. Различия в ДНК, МДНК и РНК состоят в комбинациях этих элементов, но не существует такого живого организма, у которого в ДНК, РНК или МДНК были бы такие составные элементы, которых не было бы у другихживых организмов.
Любая ДНК, РНК или МДНК состоит из составных элементов, кратко обозначаемых А, Ц, Т, Г которые связаны между собой водородными связями. Из этого следует, что все различия между живыми организмами по ДНК, РНК или МДНК - только количественные, но не качественные. То есть, и разные царства и разные особи отличаются между собой количественными отличиями и сочетаниями А, Ц, Т, Г. Далее, различные методы будут иметь различные степени преимущества для различных количественных показателей отличий по ДНК. То есть, количественно все особи всех видов отличаются друг от друга по показателям ДНК, для каждого из таких показателей будут свои методы получения преимущества при адаптации и выживании. То есть, существуют методы, которые дают преимущество паре особей перед другими парами особей, но не дают преимущество одной популяции перед другой популяцией. Может быть и обратная ситуация, то есть, существуют методы, дающие преимущество одной популяции над другой, но при этом не дающие преимущество одной паре особей внутри популяции перед другой. При этом количественным показатель по ДНК отличия пары особей от другой пары особей будет меньше, чем показатель по ДНК отличия одной популяции от другой, но он будет только количественный, качественных отличий, с точки зрения органической химии, там нет, так как нет участия новых элементов или типов химических связей.