Материал: Клейберг Ю.А. Девиантология Кн. 2. Т. 2

76

ступления, 95,8 % – для контрольной группы). Дополнительно проводился априорный дискриминантный анализ: объединенная группа осужденных и контрольная группа сравнения были поделены пополам случайным образом. В одной из случайно выделенных групп проводили дискриминантный анализ, который сделал возможным разделение групп с точностью93,4 %. Затем полученные формулы применили для разделения испытуемых, не участвовавших в дискриминантном анализе. Общая точность прогноза составила 94 %.

Таким образом, было показано, что учет факторов разноуровневой организации личности во взаимосвязи обеспечивает достаточно высокую вероятность прогноза делинквентного поведения. Определены способы повышения эффективности профилактической работы на всех ее уровнях с учетом выделенных факторов риска.

Выводы:

<…> Возникновение девиантного поведения обусловлено сочетанностью социально-психологических факторов социальной ситуации развития индивида, среди которых наиболее значимыми являются асоциальная, конфликтная, агрессивная и дисгармоничная модальность семейных отношений в родительской семье, дефицит общения ребенка с одним или обоими родителями, дефицит внимания к ребенку со стороны родителей, эмоциональная, интеллектуальная и соци- ально-экономическая депривация; школьная дезадаптация субъекта, включающая депривацию образовательных потребностей, специфичность статуса в группе, конфликтность отношений со сверстниками и/или учителями. Чем больше этих факторов в сложившейся ситуации социального развития индивида, тем выше их деформирующее влияние на личность.

Индивидуально-психологическими факторами, обусловливающими риск возникновения девиантного поведения личности, являются сочетанность высоких значений выраженности таких свойств, как нейротизм и открытость опыту, и низких значений экстраверсии, уживчивости и сознательности; высокого уровня агрессивности, вы-

раженности акцентуации и внутренней конфликтности личности в сочетании с низким уровнем уверенности в себе. Установлено, что больше других личностных факторов возможность проявления девиантного поведения определяет показатель по«интегральной шкале агрессии», при этом из трех компонентов агрессии наибольшее влияние оказывает когнитивный компонент– «враждебность». Из темпе-

78

поведением, и теоретически интерпретировать их возможную роль в порождении поведенческих девиации.

образованиям, как идентичность, самооценка, жизненные ценности и представления о будущем. 2. Подобрать соответствующие контингенту испытуемых методы и процедуры описания (или) измерения характеристик указанных личностных образований.

Выделить эмпирические показатели для оценки уровня развития регулятивных личностных образований. 3. Сформировать на основе

М. К. Еникеев, Е. В. Змановская, Ю. А. Клейберг, В. Д. Менделевич и др.).

Накоплено много данных о том, что формирование идентичности девиантных подростков связано с различными проблемами семейного воспитания, неблагоприятными отношениями между детьми и родителями, непоследовательностью действий родителей, расхождением слов родителей с их реальными поступками (С. А. Беличева, Е. В. Змановская, А. А. Реан, Л. Б. Шнейдер и др.). Таким образом, семья, в которой у подростка складывается равнодушие к проблемам общества, узкоутилитарное отношение к профессии, формирует личность, для

79

которой характерны искажения нравственного и правового сознания, равнодушие к переживаниям и страданиям других людей, лживость, несамокритичность (Л. С. Алексеева, А. А. Галажиева, А. Ю. Дроздов, Д. Зиядова, В. В. Королев, Ж. С. Мамелова, М. Е. Позднякова и др.). Предполагается, что так складывается криминогенный тип личности, который в соответствующей ситуации, мало задумываясь, совершает преступное действие.

Показывается, что отклоняющееся (девиантное) поведение определяется через социально установленные нормы поведения и взаимодействия людей. Критический анализ попыток связать отклоняющееся поведение с биологическими или индивидуально-психологичес- кими чертами приводит к выводу о том, что личностно-психологичес- кие основания девиации в поведении надо искать в регулятивных личностных образованиях более высокого уровня. Анализ выделяемых исследователями конструктов высокого уровня регуляции поведения, таких как поиск смысла (В. Франкл, Д. А. Леоньтев), концепция самости и ее актуализации (К. Роджерс, З. И. Рябикина), механизмы экзистенциальной психологической защиты и реализующего ее поведения (Э. Фромм), указывают, что в качестве таковых могут выступать взаимосвязанные между собой конструкты самооценки, дентичности,

представления о себе в будущем и жизненные ценности субъекта (К. А. Абульханова, Р. А. Ахмеров, Л. В. Бороздина, А. Н. Кимберг, В. И. Моросанова, А. К. Осницкий, В. В. Столин и др.).

Отмечается, что исследователями большей частью изучались средовые факторы формирования личности, но в меньшей степени изучались те особенности ее регулятивных механизмов, которые делают более вероятным девиантное поведение. Поскольку средовые факторы не действуют непосредственно на активность человека, то можно предположить, что на уровне интегративных регулятивных образований личности должны наблюдаться определенные особенности, значимые для предсказания риска девиантного поведения.

Показывается, что наиболее интегральным регулятивным образованием личности, выделяемым исследователями, выступает идентичность. Личностная идентичность понимается нами вслед за Э. Эриксоном как совокупность осознаваемых личностью качеств, черт и характеристик, делающих ее отличной от других людей и позволяющей переживать себя как особого человека. Социальная идентичность определяется через солидарность субъекта с идеалами и судьбой не-

80

которой группы, с которой он отождествляет себя(«мы-группа») (В. А. Ядов). Идентичность как регулятивный конструкт высокого уровня, связывающий личность и мир ее бытия, связан с такими личностными образованиями, как принятые личностью жизненные ценности, ее самооценка, представления о будущем. Самооценка понимается в настоящем исследовании как оценка себя в каком-то аспекте в сравнении с определенной группой людей или с эталоном деятель-

ности. Нами различаются вербальная самооценка и поведенческая самооценка как выполняющие различные функции. Жизненные ценности понимаются нами как осознаваемые значимые символические регуляторы поведения, определяющие через смыслы, установки и волевые усилия личности, направление и динамику ее социальной активности. В исследовании мы ограничились только инструментальными ценностями.

Образ будущего рассматривался нами как временная перспектива будущего, соотносящая планы, цели, задачи, средства и намерения личности (Ж. Нюттен, А. К. Осницкий). Для конкретной личности устанавливаемый в беседе с исследователем образ будущего конкретизировался как личностный проект (Б. Литтл, А. Н. Кимберг).

Автором не ставились задачи уточнить содержание хорошо разработанных в психологической теории конструктов или решить вопрос их соотнесенности или соподчиненности. Задача настоящего исследования сосредоточена на установлении наличия и характера связи названных регулятивных образований личности с феноменом девиантного поведения.

Во второй главе излагается схема эмпирического исследования, приводятся и обсуждаются эмпирические результаты.

Схема исследования. Исходя из особенностей экспериментальных выборок и требований экологической валидности процедуры все эмпирические данные были получены в беседах с испытуемыми(метод глубинного интервью) и в нескольких включенных в эти беседы простых для выполнения методиках.

Измерение самооценки. Испытуемым предлагались две методики измерения самооценки. Первая (методика Дембо-Рубинштейн) ориентирована на осознаваемое позиционирование испытуемым себя в отношении его группы сравнения– соответствующей возрастной и гендерной группе. Вторая (методика измерения уровня притязаний Шварцландера) опирается на поведенческие решения испытуемого