выяснилось, что один из французов родился в Португалии. Оказалось, что ночью может позвонить куча народа, знающего и португальский. Один раз приехал парень из Японии, и все повторилось. Думаю, что это хороший прием и его уже можно использо вать как ход передачи, что я и предполагаю делать.
Потрясающую историю об одном из своих эфиров мне рассказала моя коллега Ольга Бычкова.
Ольга – замечательная ведущая, обладающая завидным терпением в эфире, она легко ведет эфиры с труднейшими гостями, не умеющими связать двух слов. Самые злобные и закомплексованные типы ведут себя при ней как пушистые зайчики, хотя я поражаюсь: как можно их выпускать из студии живыми?
Они не понимают, что им повезло. В моем эфире все было бы похоже на все серии триллера «Пила», где я с радостью выступил бы не только в роли кровавого маньяка и убийцы, но и в роли самой пилы.
Но, как известно, гостей не выбирают, и эфир приходится вести с самыми разными субъектами.
Поэтому появление в гостевой комнате молодого, хорошо одетого человека, который должен был рассказать в эфире об интернет-торговле акциями, и его помощника поначалу не вызвало у Ольги особых эмоций.
Это должен был быть обычный эфир по экономике. Гость приятно улыбался, теребя в руках бумажки.
Ольга, как принято, поговорила с ним перед программой и угостила кофе.
Гость непринужденно болтал и строил глазки Ольге. Он сказал, что интернет-трейдинг
–это интереснейшая тема и неожиданно поинтересовался, не согласится ли Ольга после их эфира выпить с ним еще чашку кофе, но уже в кафе напротив. Ольга сказала, что подумает, но сначала нужно провести передачу. Гость очаровательно улыбнулся и сказал, что передача
–пустяки, и пообещал, что сразу после передачи продолжит тему про кофе. И он добьется своего, потому что занимается спортом и имеет волевой характер.
При этом он выразительно поиграл мускулами под модным пиджаком. Обменявшись улыбками, Ольга, гость и его пресс-секретарь отправились в студию.
На улице была прекрасная погода, пели птицы. Ольге недавно выдали зарплату. Ничто не указывало на приближение умопомрачительных приключений.
Но они, как известно, всегда приходят случайно.
Вфильме Билли Уайлдера «В джазе только девушки» (Some Like It Hot) два оболтуса-музыканта чисто случайно заходят в гараж, где сводят счеты бандиты. И весь оставшийся фильм убегают от них.
Вкомедии Стэнли Крамера «Этот безумный мир» (It”s a Mad, Mad World) в пропасть сваливается машина. И проезжавшие мимо абсолютно случайно узнают о спрятанных сокровищах. И весь фильм они убегают от полиции и догоняют друг друга.
Как видим, случайное событие часто оборачивается целым приключением. И только твое мастерство выявит, кем ты оказался – героем или посмешищем.
Итак, Ольга открывает эфир и задает свой первый вопрос: что же такое
интернет-торговля акциями. Ответа нет.
Ольга повторяет вопрос. В ответ молчание.
Она поднимает глаза.
Перед ней следующая картина: гость сидит с открытым ртом и круглыми глазами. Ласковые лучи солнца ярко, как у врача, освещают ухоженные зубы. Хорошо виден дрожащий маленький язычок и неудаленные гланды.
Ольга, пытаясь сообразить, что происходит, машинально повторяет вопрос. Гость молчит, еще сильнее округляя глаза. Лоб его покрывает испарина.
Тогда Ольга вдруг понимает, что это эфирный испуг, особая форма нервного срыва,
когда в госте происходит паралич от ответственности при виде микрофона. Гость собирался ответить, но в эту же секунду подумал, что сейчас сморозит глупость и лучше ответить как-то по-другому.
Две мысли столкнулись. К ним прибавился ужас того, что он долго выбирает отве т и страх, что сейчас по его вине будет завалена передача. В таких случаях, как показывает печальная практика, мозг окончательно отключается и даже отказывает дать команду закрыть рот.
Ольга, пораженная тем, что мозг молодого интернет-трейдера оказался столь же глючным, как «Windows Vista», приступила к немедленному спасению утопающей передачи.
– Сейчас мы услышим рассказ об интернет-торговле, – пристально глядя в глаза замороженному менеджеру, говорит Ольга. – Этот рассказ будет интересен. Мы все узнаем про то, как купить акции.
Гость молчит. Он пытается начать говорить, но лишь синеет.
–Разве не интересно купить в Интернете акции? – магическим голосом спрашивает Ольга. Она ждет, пока пройдет минута – обычно гостям хватает минуты, чтобы вывалиться из подобного состояния.
–А ведь покупая акции в Интернете, можно и разбогатеть, – продолжает Ольга. –
Можно купить хороший костюм и записаться в спортзал.
Гость делает усилие. Но оно приводит к тому, что изо рта вываливается розовый язык, как у собаки, которая освежает себя в жаркую погоду.
– Не правда ли, что, купив акции в Интернете, можно пригласить девушку выпить чашку кофе! – многозначительно говорит Ольга, пытаясь привести в действие хотя бы естественные инстинкты гостя-самца.
Самец радостно кивает. Из его организма вырывается сиплый стон. Наверное, он представляет, как именно они будут пить кофе и что будет потом. Но при этом стоном все и ограничивается, лишь его розовый язык радостно раскачивается из стороны в сторону.
Тут происходит акт корпоративной солидарности. С грохотом отодвинув стул, помощник гостя выбегает из студии. Очевидно, побежал за бумагами. И это логично – возможно, они помогут выдавить из молодого человека хоть слово.
Но это привело к обратному результату. Скорее почувствовав, чем увидев, что помощник выбежал, менеджер неистово выпучил глаза. Его почему-то не радовало, что он, наконец, остался с Ольгой наедине. И от его предложения выпить кофе остался только цвет этого напитка, которым он постепенно покрывался.
Внезапно менеджер вскочил, с тем же грохотом отодвинул свой стул и, не закрывая рта, выскочил из студии.
Ольга осталась одна, понимая, что гость не выдержал испытаний и сейчас, наверное, бежит по лестнице к выходу. Думая, что приключения подошли к концу, она решила сама провести остаток программы, поговорив со слушателями об акциях.
Внезапно открылась дверь, и в студию просунул голову взволнованный референт редакции. Он сказал, что по коридору к студии движутся два странных человека. Один из них, с кучей бумаг в руках, пинками подгоняет другого в красивом костюме. И этот, которого подгоняют, почему-то идет с открытым ртом. Коллега интересовался, знает ли Ольга, куда они идут и нужно ли вызвать охрану.
Ольга сказала, что это ее милые гости, и приготовилась к продолжению дивного дня. Продолжение было незамедлительно.
Оба гостя ввалились в студию и грохнулись в кресла.
Багровый от злости помощник вывалил на стол бумаги и буквально ткнул своего начальника носом в главный лист, где содержались вопросы и ответы.
Начальник молчал, вывалив язык. Он не видел бумагу. Тогда Ольга поняла, что делать.
Она встала, перегнулась через пульт и ласково потрепала по щеке молодого человека. Тот посмотрел на Ольгу благодарным собачьим взглядом.
Ольга протянула свой изящный пальчик и уткнула в лист, лежащий перед носом гостя.
– Итак, – сказала она мелодичным голосом, – сейчас мы поговорим про… Она постучала пальцем по соответствующему слову.
Гость замычал. Его челюсть громко щелкнула, и он хриплым голосом произнес: «Акции…»
–Действительно, – с материнской лаской произнесла Ольга. – Но это не простые акции,
ате, которыми торгуют в…
–…Интернете, – мучительно, обливаясь слезами радости от того, что речь постепенно возвращается, промычал гость.
Так продолжалось до конца программы.
Когда в студию вошел новостист, то его взору предстала следующая картина: на
пульте, элегантно помахивая ножкой, лежала ведущая. Она пальчиком водила по листу бумаги и постукивала по отдельным фразам, а сидящий перед ней молодой человек, не отрывая глаз от бумаги, выдавливал из себя отдельные слова.
Эфир был спасен.
Более того, уже потом я видел Ольгу с этим парнем, они выходили из кофейни. Уверен, он не отделается кофе. За спасение своей деловой репутации этот брокер должен ей подарить все акции мира.
Однако бывают случаи, когда сам ведущий провоцирует необычную ситуацию в эфире. И вот показательный пример.
Представитель Прогрессивной партии Норвегии Ульф Кнутсен пришел в эфир, не зная, что у журналистов хорошая память и они помнят, что говорил тот или иной политик доже много лет назад. А семь лет назад Ульф Кнутсен, выступая против дорогостоящего строительства нового здания оперы в Осло, заявил, что съест свои ботинки, если стоимость проекта окажется ниже миллиарда евро.
Но здание оперы, открывшееся за неделю перед эфиром, обошлась намного дешевле. Слово пришлось держать перед тысячами телезрителей.
Ведущий напомнил политику его слова семилетней давности.
Но тот не стал отнекиваться, а предложил подать на стол старый ботинок и немедленно приступить к трапезе в прямом эфире. Ведущий, пораженный решительностью и честностью гостя, предложил политику проглотить лишь маленький кусочек, причем подсластив его шоколадной пастой.
Закончился диалог так:
Ведущий: «Ну, как, вы готовы выполнить свое обещание?» Ульф Кнутсен: «Что же делать, намазывайте».
Меня здесь восхищает все – и замысел ведущего, и поведение политика.
Однако этот случай требует некоторых замечаний. Эта пастораль возможна только при нескольких условиях:
1.Если дело происходит в Норвегии, где политика нетороплива и сопровождается обильным поглощением лучших сортов местной сельди.
2.Если ведущий уверен, что данный политик адекватен, обладает чувством юмора и не
начнет кричать и бегать по начальству, что его дискредитируют.
3. Если ведущий готов к тому, что политик откажется от предложения съесть ботинок.
Аэто вполне могло быть. И тогда сам ведущий оказался бы в сложной ситуации. Представим себе диалог:
ВЕДУЩИЙ (доставая ботинок) . Так вы готовы его съесть?
ГОСТЬ. Конечно нет! Уберите от меня эту гадость! И вообще я не понимаю, как можно
так шутить, ведь мы обсуждаем важнейшую тему борьбы с крысами, которые заполонили весь город. Я подниму в парламенте вопрос, чтобы радиостанциям резко повысили налоги.
Что получилось? Полный провал!
Наш ведущий остается в несмешной ситуации, под угрозой увольнения с грязным ботинком в руке. А политик чист, как ангел. И поверьте, аудитория всегда будет на стороне
политика, потому что актуальный вопрос борьбы с крысами, на ее взгляд, гораздо важнее каких-то обещаний семилетней давности.
Но представим себе, что вы все же хотите совершить этот акт мести. В этом случае вы должны иметь запасной выход на случай отказа. Этот выход должен быть изящен и переводить все на юмор. Юмор тут необходим, потому что только он помогает погасить неприятную щекотливую ситуацию.
Конечно, можно, схватив ботинок в одну руку и холку гостя в другую, требовать, чтобы он немедленно открыл рот и откусил кусок подошвы, ведь он обещал это сделать семь лет назад.
Но поверьте, аудитория будет не на вашей стороне. Она ждет красивого разрешения этой ситуации. И оно должно быть вами подготовлено и придумано.
Моя жена, которой я рассказал этот случай, заметила, что все должно быть, кроме всего прочего, еще и гламурно.
Например, политик отказывается съесть ботинок.
Тогда ведущий откусывает его сам. У политика, сказала жена, начинают глаза вылезать из орбит от удивления. И оказывается, что ботинок не настоящий, а, например, из шоколада.
–А где тут логика? – спросил я жену.
–Тут не должно быть логики, – снисходительно ответила жена. – Он откусывает и громко объявляет спонсора. А это какая-то шоколадная фабрика. И все счастливы.
–Почему счастливы?
–Потому что политик не ел грязный ботинок, а ведущий получил кучу денег за рекламу. И купил жене не новый большой набор кастрюль, как ты, а что -то маленькое, но с большим камешком, как настоящие мужья.
Я хотел возразить. Но подумал, что жена кое в чем права.
Конечно, не в идее кольца с камешком. Я думаю, что кольцо с бриллиантом на пальце женщины только мешает ей вкусно готовить, потому что цепляется за край кастрюли.
Она права в другом.
Эфир не терпит грязи. Грязные стыки, неоправданные паузы, в которых вы лихорадочно ищете выход из ситуации, в которую сами себя загнали, – все это недопустимо.
Совет жены идеален, как и все, что делает эта женщина. Я говорю это совсем не потому, что если я скажу иначе, то три дня буду с интересом заглядывать в пустой холодильник, а потому что ее решение на самом деле идеальный выход.
Представим себе, что политик согласен съесть ботинок. Но неужели можно представить, что вы, как Чарли Чаплин в «Новых временах», вытащите настоящий ботинок и, выдавив кетчуп, будете ждать, когда он сломает дорогую вставную челюсть о кривой гвоздь?
Думаю, что нет. Великий театральный режиссер Станиславский говорил, что существует правда жизни, но есть правда сцены. И их нужно отличать.
Однажды моя дочь сказала, что если я не буду пускать ее на свидание с ее мотоциклистом, то она пойдет на крайние меры – навсегда уйдет из дома куда глаза глядят.
Это могла быть правда жизни.
Но она уже уходила. В переводе с ее языка это означало уйти к подруге на пару часов и смотреть видео, накупив пирожных.
Это правда сцены.
Моя дочь – живое доказательство правильности системы Станиславского.
Итак, любые ваши действия в эфире не должны поставить гостя в неудобное, а те м более в безвыходное положение.
Если ваш гость грызет настоящий ботинок в эфире, то это ваша победа, но она пиррова. Это торжество не вашей справедливости, а унижения другого и отсутствие вкуса.
Важно понять, что ценно тут не то, что гость грызет подошву, а то, что он согласился ее грызть, признав свою неправоту. И в этом случае шоколадный ботинок – это элегантная награда за его честность и порядочность.
И совсем не лишне, если он в прямом эфире откусит от шоколадного ботинка маленький кусочек. Например, погрызет шнурок.
Парламентарий, грызущий на экране шоколадный шнурок, – что может быть умилительней!
НЕПРЕОДОЛИМЫЙ ГЛАМУР
Как мы знаем, гламурные дивы часто не в ладу с законом.
Когда я читаю новость, что супермодель Наоми Кэмпбелл в очередной раз ударила свою домработницу мобильником по голове, плюнула в няньку и отправилась за это на принудительные работы – я мстительно радуюсь. Я считаю, что некоторые звезды вконец обнаглели, но им все прощают, потому что у них папаша или мамочка большие шишки. Если кто-то из обычных людей плюнет в няньку, то ему светит огромный штраф. Но если свой мобильник швыряет в домработницу какая-то гламурная звезда, то народ интересует не размер шишки на голове несчастной домработницы, а какой марки был телефон и правда ли, что это был «Vertu» из чистого золота с бриллиантами по периметру.
Хулиганство ради пиара, к которому прибегают гламурные дивы, я категорически осуждаю.
Моя дочь, с которой я обсудил эти свойства характера Наоми, сказала, что я так и не научился разбираться в женщинах и не понимаю, что истинная женщина не должна терять шарм ни при каких обстоятельствах.
–Ты не представляешь, как она там ходит по тюремному двору. Представь себе: длинная дорожка, фонари с вышек, как концертные прожектора. С крыши тюрьмы играет громкая музыка. Вокруг дорожки стоят другие заключенные. Девушки – в элегантных робах. Мужчины – в наручниках и кандалах последних моделей.
Появляется Наоми! Ее окружают красавцы-тюремщики не старше двадцати лет.
Наоми медленно идет по гравию, демонстрируя последние модели тюремной одежды. Показ с вышки через микрофон ведет лично начальник тюрьмы.
–Ты выдаешь желаемое за действительное, – ухмыльнулся я. – Она не в тюрьме. Она в течение пяти дней будет мыть полы в гараже для мусоровозов.
–Боже мой, какая разница, где ходить в хорошем платье – в тюрьме или в гараже. Хотя
втюрьме лучше. Больше мужчин в одном месте.
Я подозрительно спросил дочь, откуда у нее такие познания деталей тюремной жизни. Она пояснила, что многое ей рассказал ее мотоциклист. Он сам еще не сидел, но у него там побывала пара приятелей. Однако многое она чувствует и сама, потому что женщина должна быть элегантна в любых условиях.
– Согласись, папа, ведь лучше, если женская тюремная роба будет от Дольче и Габбана. Не так ли? – спросила дочь.
Я мрачно кивнул, отметив для себя, что пора, наконец, вплотную заняться мотоциклистом дочери. Я подозреваю, что он может оказаться гораздо более разнообразной личностью, чем кажется на первый взгляд.
Однако вернемся к теме.
Еще одна гламурная дива не дает успокоиться общественности. Это Пэрис Хилтон.
Когда ее приговорили к небольшому тюремному сроку, то мир как будто сошел с ума. Все подробно показывали и обсуждали, в какой блузке она сидела на суде и из какого
магазина были темные очки, за которыми скрывались ее глаза, якобы наполненные слезами раскаяния.
Потом началось просто невероятное.
Ее поместили в тюрьму, но выпустили, испугавшись за ее психику! Вы можете себе представить, чтобы обычному преступнику дали тюремный срок и тут же выпустили, потому что он не может сидеть в камере, потому что стены не того цвета? Я такого представить не