На экране бесновалась женщина, которую вежливо успокаивал идеальный ведущий.
– Да, она нарушала запись передачи, – холодно сказал начальник. – Идите… Мы вышли.
Новый начальник провожал меня тяжелым взглядом. Он понимал, что я прав, но ему теперь придется доказывать мою правоту перед еще более высокими начальниками.
Поэтому отныне я был ему антипатичен вдвойне.
Как видите, те, кто предполагал, что я лихо победил, ошиблись.
Нужно помнить, что в споре журналиста с руководством всегда побеждает руководство. Даже если вы тысячу раз правы, ваш начальник впоследствии не простит вам вашей правоты. Вы все равно будете уволены.
Начальники умеют увольнять журналистов. И мой новый начальник выбрал простой способ отстранения меня от эфира: передача была реформирована, а ее новая редакция уже не требовала моего присутствия.
Но я и не рассчитывал победить. Вспомните фильм Клуни «Спокойной ночи, и удачи». Даже тогда, когда журналист просто выполнял свой долг, предавая гласности правдивые факты, он проиграл. Причина общая: начальство не любит конфликты вокруг собственного СМИ. Конечно, кроме тех случаев, когда СМИ политически ангажировано и конфликт необходим для решения политических целей. Или это СМИ откровенно желтое. Тогда ему важен любой скандал.
Вот почему в моем учебнике так часто встречается фраза «подыскивайте новое место работы».
Помните, без конфликтов вам работать не удастся. Будьте бдительны.
И если вас провоцируют, соберите нервы в кулак и будьте вдвойне вежливы и корректны.
Как говорил мой любимый герой сериала «Морская полиция» (NCIS) специальный агент Гиббс, арестовывая очередного преступника, «каждое ваше слово может быть использовано против вас». И хотя не он придумал эту фразу, такое ощущение, что Гиббс понимал специфику работы журналистов.
Вы должны постоянно быть готовы защитить свою журналистскую честь. Правда, в том случае, если она у вас есть.
Однако продолжим рассмотрение странных гостей и неожиданных ситуаций в эфире. Мой коллега Сергей Бунтман рассказал мне про еще одного парламентария, который
пришел к нему в студию и начал эфир с обвинения журналистов «Эха Москвы», явно рассчитывая спровоцировать ведущего.
Это еще одна типичная ситуация, когда гость презирает СМИ, в которое его зовут, но использует его. Видимо, он предполагает разрушить его изнутри.
Делается это на голубом глазу.
Например, если передача о сталинских репрессиях и ведущий напоминает, что в те страшные годы безвинно погибло около полутора миллионов человек, гость заявляет, что это вранье. Что все цифры подтасовал Хрущев, а ведущий работает на ЦРУ и олигархов.
Гость лжет сознательно, и у него уши горят от восторга. Это его минута славы.
Так вот, после двух-трех таких заходов, когда гость сказал, что в СССР никогда не было политических заключенных, что люди были счастливы, что магазины ломились от товаров, что сами товары стоили копейки, а за границу все ездили куда и когда хотели, Сергей Бунтман не выдержал и сказал, что гость лжет.
Гость ответил, что если так, то он уйдет. Сергей сказал: «Пожалуйста!»
Гость встал, военным шагом пошел к двери и вошел в нее. Раздался грохот.
Оказалось, что гость ошибся дверью и вошел во встроенный книжный шкаф.
Выбравшись из книжек и рухнувших полок, гость вышел из студии.
Сергей утверждает, что поступил совершенно правильно, потому что этот гость фактически сознательно срывал передачу.
Но это не все.
Когда гость вышел, то у Сергея случился нервный срыв, и он сам прекратил передачу. То есть он просто остановил передачу, оставив в растерянности звукорежиссера,
который не знал, что ставить в эфир в оставшиеся двенадцать минут.
Вот этот, свой второй шаг Сергей теперь считает категорически неправильным.
В этой программе еще был второй собеседник. Сергей полагает, что если бы он сохранил хладнокровие, то мог бы поступить по-другому. Например, мило улыбнуться в лицо лжецу и передать слово другому участнику. И с ним вести дальнейшую беседу.
А провокатору больше не давать слово вообще. Он бы от бешенства лопнул!
Но даже если бы провокатор ушел, а Сергей остался в студии вообще один, то он мог бы продолжить эфир. Например, включить телефон и обсудить с аудиторией тему передачи либо прочитать последнюю информацию с ленты новостей, поговорив со слушателями о событиях дня.
Какой вывод необходимо сделать из подобных историй.
1.Нужно понять, что вы в них попадете.
2.Обязательно заранее подумайте, как лично вы будете поступать в подобных случаях.
3.Теперь главное: если вы молодой журналист, обязательно пойдите к вашему руководителю и спросите, как рекомендует поступать в этих случаях он. Этот поступок крайне важен, он никогда не унизит ваше достоинство и покажет, что вы мыслите
стратегически, что не хотите доставить неприятности своему СМИ. Этот поступок, что очень возможно, приведет вашего начальника к пониманию, что нужно письменно сформулировать правила поведения для всех ведущих на случай подобных гостей.
Вы должны понять, что подобные некрасивые истории в любом случае придется разруливать вашей администрации. Вас обязательно вызовут и, возможно, будут топать ногами.
Вы же должны доказать, что действовали в рамках инструкций. Вы должны требовать просмотра видеозаписи или прослушивания аудиозаписи эфира, что бы доказать, что вы действовали, как было договорено.
Если все так и окажется, то гнев руководства быстро погаснет, оно вас отпустит и пойдет в ресторан обедать с провокатором, который сорвал вам эфир, ибо руководство обязано сглаживать конфликты, чтобы не множить врагов. А именно этот провокатор, возможно, имеет вес при распределении эфирных частот в других городах.
Итак, подведем итог.
Каждый день к вам будут приходить люди. Эти люди не ангелы.
Большинство из них приходит с благой целью порадовать аудиторию своим рассказом или мнением, но часть гостей приходит откровенно вас использовать.
Этих «шебутных» нужно вовремя распознать.
Нужно быть готовым к любому повороту событий в студии.
Нужно заранее смоделировать для себя и согласовать с начальством все детали своего поведения на случай гостя-негодяя.
Категорически не следует думать, что таких ситуаций не возникнет.
Они возникают на ровном месте, но опытный ведущий всегда найдет выход. И вот положительные примеры, приятно поражающие изобретательностью.
Во время ночного музыкального эфира два гостя-рокера подрались, чтобы привлечь внимание к новому альбому. Но они не знали, что ведущий молча давно включил их же диск, и все их крики никто не услышал. Рокеры чуть не лопнули от злости.
Один из частых гостей, состоящий в одной из политических партий, взял за привычку приходить в эфир нетрезвым. Он оправдывал это тем, что к вечеру устает и выпивает, чтобы расслабиться. Ведущий изготовил в фотошопе поддельное письмо-кляузу, которое якобы написал один из функционеров этой партии на имя ее руководителя. В ней он требовал лишить гостя партийного билета, потому что он всех позорит, так как приходит в эфир нетрезвым. Гость, увидев бумагу, отныне приходил на эфир трезвым, однако потом жаловался, что именно этот функционер часто зовет его вместе выпить, и он теперь понимает, что это делается с целью провокации.
В другой раз одна из поп-звезд стала в эфире поносить своих коллег-исполнителей, рассказывая о них всякие небылицы. Ведущий сказал, что это очень интересно и что станция обязательно сделает специальную дискуссионную программу по этому поводу. Но для этого всем, кого упомянула гостья, будет разослана расшифровка этой беседы. А потом все придут к ней в студию. Поп-дива испугалась и перешла на разговор о музыке. Больше о коллегах она не говорила.
Однако классической я считаю вот какую историю. Она очень короткая. Однажды гость, недовольный всем на свете, пригрозил ведущему, что он уйдет. Ведущий ответил: «Пожалуйста».
И гость остался. Конец истории.
Гость умный. Он понимает, что если уйдет, то навсегда. И ему придется с помощью паяльника, гвоздя и сковородки изготовить свою радиостанцию или телеканал. И вещать для жены, детей и собаки.
А это совсем не тот рейтинг.
ИНОГДА СПАСАТЬ ПРИХОДИТСЯ НЕ ТОЛЬКО РЯДОВОГО РАЯНА, НО И СВОЙ ЭФИР
Перед тем как я начну эту главу, хотелось бы сделать одно предупреждение.
Сейчас я буду приводить некоторые примеры работы с гостями и разбирать эти примеры.
И что важно, решение этих проблем я считаю удачными. Но я уже предполагаю, что так подумают не все.
Что же делать?
Нужно воспользоваться советом моей мудрой и практичной жены, которая, прочитав несколько начальных глав моей книги, долго смеялась. И потом сказала, что если кто -то, не разобравшись, купит эту книгу, то это очень хорошо, потому что появятся деньги, на которые можно будет вызвать чистильщика бассейна. И он, наконец, его уберет, вытащит водоросли и прогонит лягушек, которые этим бассейном и пользуются.
Моя жена всегда умеет извлечь пользу из моих недостатков.
Что касается этой книги, то скептический взгляд на нее закономерен.
Я понимаю, что многие из читателей этой книги не только родились гениями вообще, но и гениальными журналистами в частности. И мы не видим этих людей на экране и в эфире только потому, что им лень этим заниматься. Или они считают, что это ниже их достоинства.
Если бы их позвала страна, то они бы пошли в журналисты.
Но страна их почему-то не зовет, поэтому они сидят дома. От такого невнимания со стороны Страны иногда портится настроение.
Настроение портится еще больше, когда идешь в магазин и тратишь деньги на учебник журналистики, который написал какой-то популярный хмырь. И от понимания того, что он написал книгу, станет богатым и на твои кровные деньги купит огромный дом в Ницце, становится совсем тошно. Поэтому, даже не читая этот учебник, можно сказать, что все, что там написано, – это глупо и неправильно.
Да, именно так. Я подтверждаю это как автор книги.
Но все равно прочитать эту главу нужно, хотя бы для того, чтобы убедиться, что автор и его друзья действовали неправильно.
Как ни странно, но считаю такой подход к моей книге верным. С ней можно соглашаться или нет. Журналистика, как мы с вами видим, дело очень эгоистичное, индивидуальное и дискуссионное.
Когда мы с вами смотрим бокс или реслинг, то видим, как два монстра, потрясая чемпионскими поясами и выкрикивая взаимные проклятия, заверяют публику, что каждый из них самый лучший. Потом кто-то из них побеждает.
Но выигрывают все зрители, потому что они купили билеты и получили что хотели. Поэтому все описанное в этой книге должно быть не догмой, а поводом к собственным
опытам, экспериментам и рассуждениям.
Итак, иногда программа заходит в тупик, и только от вашей изобретательности зависит, дойдет ли эфир до конца.
Однажды я вел кулинарную программу. Мой соведущий, известный российский ресторатор Игорь Бухаров, пригласил в эфир знаменитого иностранца – повара-итальянца, который теперь работал у него шефом в известном московском ресторане «Nostalgie».
Идея была прекрасна: повар должен был рассказать об итальянской кухне, о свой работе в Германии, где он живет последние двадцать лет.
С поваром в студию пришла и его молодая жена. Он познакомился с ней в Германии, из-за нее он и приехал работать в Москву.
Преисполненные благих намерений, мы начали эфир, но тут нас поджидала неожиданность.
Дело в том, что гость хорошо очень хорошо говорил по-итальянски и несколько хуже по-немецки. По-русски он хорошо знал три слова: «жена», «макароны» и «водка». Его жена немного знала немецкий и совсем никак итальянский. Когда она начала на своем уровне переводить, я забеспокоился.
Дело в том, что я знаю только несколько переводчиков-синхронистов, которые делают свою работу как надо. Глядя в пространство остекленевшим взглядом и придвинув к губам микрофон, они с видом зомби мастерски переводят ответы гостя. Когда гостю задают вопрос, они придвигаются к его уху, чтобы не раздражать слушателей своим переводом.
Жена шеф-повара к таким специалистам явно не относилась. Попав в первый раз в эфир, она краснела, сжимала носовой платок и беспомощно смотрела на Бухарова.
Я еще раз проклял себя, что пригласил человека, которому нужен перевод.
Дело в том, что мы давно решили для себя не приглашать таких людей или приглашать их, но подготовившись. Если переводчик не синхронист, то опасность грозит по нес кольким направлениям.
1.Вы говорите переводчику фразу, он повторяет ее для гостя. Гость говорит ответ переводчику, а тот потом произносит его в микрофон. Я не случайно перечислил эту последовательность действий. Посчитайте, времени на сам разговор у вас останется вдвое, а то и втрое меньше, чем обычно.
2.Вы решили пошутить. Вы шутите, после чего у плохого переводчика нахмуривается лоб – это он мучительно переводит шутку. Потом лоб хмурится на госте: в сделанном переводе он не увидел ничего смешного. Он полминуты раздумывает, над чем же смеялся ведущий, не над ним ли? Потом, так и не поняв юмор, он отвечает. Далее лоб хмурится у вас, потому что вы не понимаете, почему на вашу легкую шутку гость отвечает невпопад и не в тему.
3.Параллельно с разговором на SMS приходят сотни сообщений. В них люди, знающие язык гостя, пишут о том, что переводчика нужно немедленно выгнать, сообщают, что данное слово переведено неправильно. Далее, они рассказывают правильный вариант перевода, указывают источник – какой-нибудь важный словарь, пишут сорок восемь вариантов перевода этого слова, в зависимости от контекста, и требуют зачитать свое сообщение.
Конечно, сообщение вы не читаете, потому что заняты беседой. Тогда через короткое время на вас обрушивается лавина других сообщений. В них вас информируют, что вас нужно уволить, ибо вы не читаете правильный перевод, а поощряете неправильный.
Конечно, можно полностью игнорировать эти сообщения, но они появляются не просто так – аудитория чувствует себя некомфортно. Ей что-то мешает, и она об этом пишет. И дело даже не в неправильном переводе. Аудитория ощущает искусственность, неловкость ситуации. Это как в любви: если разлюбил, то чашка внезапно уже стоит не там, и это невероятно раздражает. Когда же допустима подобная ситуация с переводом. Она подходит для ночных эфиров, когда времени столько, что каждое предложение можно переводить по часу. Еще мы ее допускаем только в случае, когда приходит статусный гость и нужно взять стандартное интервью: почему приехал, с кем встречается, что собирается подписать, когда уедет. Но подобный перевод не годится, когда своим эфиром вы хотите создать настроение или у вас ограничено время.
Я несколько раз слушал мировых звезд хип-хопа в эфире русских музыкальных радиостанций. Это было нечто!
Бедный американский репер старался говорить на давно забытом школьном языке, в котором, как он помнил, были какие-то другие слова, кроме его любимого «fuck», но все равно в эфире звучало только это слово, хотя и с разными интонациями. А несчастный переводчик лепетал что-то типа: «Ну, тут он говорит, что ему очень нравится Москва и московские девушки».
Конечно, тут я должен написать умную фразу, что хорошо бы самому ведущему знать английский язык. Но мои поучения и ваши реалии – это две большие разницы. Хотя современная жизнь подсказывает – без английского сейчас ты лузер. Когда-то Михаил Горбачев разрушил Берлинскую стену и помог нашему миру стать единым, но к этому не готовыми оказались российские граждане – без английского языка между нами и Европой стоит все та же стена, только виртуальная, языковая. Думаю, что любому журналисту следует потратить год на изучение иностранного языка, чтобы потом всю жизнь не жалеть, что в вашем эфире сидит плохой переводчик. И лучше заняться языком в студенческом возрасте, пока перед вами не стоит задача потратить каждую минуту для добывания денег на свою семью и появившихся детей.
Однако вернемся к нашей истории с поваром из Италии.
Мы увязли в переводе. Легкая кулинарная программа превращалась в тяжелый блин недоваренных, слипшихся макарон.
Стало понятно, что передача гибла, и нужно было предпринять что-то решительное. Тогда я обратился к аудитории.
Я честно признался, что у нас трудная ситуация, и попросил помощи. Поскольку это была ночная передача и времени у нас было предостаточно, я предложил звонить людям, хорошо знающим итальянский и немецкий.
Мое предложение было в следующем: слушатель должен был позвонить, сформулировать вопрос по-русски, перевести его на итальянский или немецкий, в зависимости от знания языка. После чего выслушать ответ и перевести ответ на русский для остальной аудитории.
Тут же пошла лавина телефонных звонков. Оказалось, что нас совершенно случайно слушает масса людей, знающих эти языки. Они играючи все переводили и даже давали некоторые пояснения. Например, многие из них знали рестораны, о которых говорил гость. Более того, позвонило несколько человек, которые бывали в ресторанах, в которых когда-то работал наш итальянец.
Получилась отличная передача. Особенно были довольны слушатели – они оказались полезными, а мы им дали проявить себя. И в каком-то смысле немного повести эфир. Запись этого эфира мы повторяли много раз.
Более того, это стало практикой. Когда в следующий раз у меня в эфире были французские повара, то я просил звонить знающих французский. В процессе передачи