Материал: Фурсенко А. Американская революция и история США. 1978

лоялистов насчитывался в Виргинии и Мэриленде. Совсем немного их было в Делавэре (Ibid., p. 256). .

В 1968 г. журнал «Уильям энд Мэри Куортерли», наиболее авторитетный орган по ранней американской истории, посвятил сразу две статьи вопросам численности и организации лоялистского движения, оспаривающие некоторые положения У. Брауна. Первая из этих статей, принадлежащая перу Ю. Фингерхата, посвящена частному аспекту темы и

не представляет особого интереса (Fingerhu I E. R. Uses and abuses of the American loyalists' claims: a critique of quantitative analyses. - William and Mary quarterly, 3d ser., 1968,

v. 25, p. 245 - 258.) . Более значительна другая статья - П. Смита. В ней отмечается относительная достоверность данных, которыми располагают исследователи лоялизма. «Историки, - пишет он, - страдают из-за отсутствия многих видов точных демографических данных за весь XVIII в.». Смит считает недостаточными имеющиеся цифры, чтобы точно судить о числе лоялистов в Америке. Однако, по его мнению, их общее количество не превышало 16% населения, а в воинских частях служило лишь 19 - 20 тыс. человек. Последнюю цифру он считает более или менее

точной (Smith P. H. The American loyalists: notes on their organization and numerical strength.

- Ibid., p. 268 - 269.) , хотя в своей ранней работе Смит называл другие цифры. Он считал, что в английских войсках служило немногим более 15 тыс. человек и еще около 10 тыс. входило в состав временных отрядов

контрреволюционной милиции (Smith P. H. Loyalists and redcoats. A study in British revolutionary policy. Chapel Hill, 1964, p. 60 - 61) .

Действительно, существовали целые армейские части, целиком сформированные из лоялистов. Такие соединения действовали в НьюЙорке, Виргинии, Коннектикуте, Северной Каролине и других штатах. Лоялистские отряды сражались с особым ожесточением. Это вполне понятно, если учесть, что для прибывших из-за океана английских солдат война была совершенно ненужной, в то время как для лоялистов она была борьбой за насущные интересы. У. Браун отмечает, что по своим боевым качествам отряды лоялистов не уступали патриотам (Brown W. The

good Americans. The loyalists in the American revolution. New York, 1969, p. 98.) . Кроме

регулярных частей, составленных из сторонников короны, на всем протяжении войны за независимость в тылу патриотических сил действовали контрреволюционные банды, отличавшиеся особой жестокостью по отношению к патриотам. Наибольшее распространение бесчинства лоялистских банд получили на юге. Главарь одной из таких банд в Южной Каролине Уильям Канингхэм, прославившийся свирепыми расправами с жителями «внутренней страны», был известен под кличкой «кровавый Билл». Вожак аналогичной банды в Джорджии Т. Браун заслужил прозвище «кровожадного». В Северной Каролине сторонники патриотов были терроризированы разбоем банды Д. Фаннинга (Ibid., p.

100.).

Тем не менее в целом в масштабах англо-американского конфликта всего периода вооруженной борьбы действия лоялистов мало повлияли на ее исход. Во-первых, лоялисты не сумели стать самостоятельной силой, а действовали лишь как придаток британской армии. Во-вторых,

британское командование не сумело по-настоящему заинтересовать

лоялистов воинской службой (Ibid., p. 124; Smith P. H. Loyalists and redcoats, p. 62 -

63. ). В-третьих, - и это было, видимо, самым главным - контрреволюционные действия лоялистов повлекли за собой ответную реакцию - террор со стороны патриотов. А поскольку последние пользовались более широкой поддержкой в массе населения, ответные меры оказались крупномасштабными и достаточно решительными.

Одним из важнейших мероприятий по борьбе с лоялистами была конфискация их собственности, начатая еще в 1776 г. Позднее в ноябре 1777 г. конгресс принял специальное постановление по этому вопросу

(Journals of the Continental congress, v. IX, Washington. 1907, p. 971.) .

Экспроприировались земли короны, государственной англиканской церкви, а также латифундии бывших собственников колоний. Потерял свои владения в Мэриленде лорд Балтимор, предки которого получили их от английского короля на правах феодального пожалования (До войны за независимость Балтиморы дважды лишались прав на колонию в результате выступлений арендаторов, но каждый раз добивались восстановления своей власти.). Та же судьба постигла и семейство Пеннов в Пенсильвании, конфисковано было крупное имение Уильяма Пепперела в Мэпе. В Виргинии конфискованные революционными властями земли лорда Ферфакса составляли около 5 млн. акров; в Северной Каролине были экспроприированы владения лорда Гренвилля, занимавшие одну треть всей земельной площади колонии. В НыоГэмпшире конфискации подверглись 29 имений, в Массачусетсе была конфискована собственность 300 семей аристократии, в Нью-Йорке - 59, в Пенсильвании - 36, в Делавэре - 46, в Южной Каролине - 170. В Северной Каролине наряду с собственностью 65 семей лоялистов было конфисковано имущество 4 купеческих фирм, сотрудничавших с англичанами. Общая сумма конфискованной собственности составила 40

млн. долларов (Jamesоn J. F. The American revolution considered as a social movement. Boston, 1956, p. 31, 34; Shannon F. A. America's economic growth. New York. 1947, p. 104. ).

Конфискация собственности контрреволюционных элементов была важнейшей экономической и политической мерой, лишившей имущества тех, кто выступил против независимости в поддержку короны. Последующая распродажа конфискованной собственности дала в руки революционной власти значительные средства, которые явились важным источником доходов федерального правительства и властей штатов. В результате этой меры Нью-Йорк получил, например, 4 млн. ф. ст.,

Мэриленд - 2 млн. ((Аптекер Г. Указ, соч., с. 162 - 163.).

В борьбе против контрреволюционных элементов огромную роль сыграли и чисто политические .меры. Многие тысячи противников революции были подвергнуты суровому преследованию. Г. Аптекер отмечает, что «первоначальная основа» этому «была заложена революционным захватом власти местными и общепровинциальными конвентами и комитетами» (Там же, с. 164. ). Именно Комитеты безопасности на местах явились главным орудием преследования лоялистов, отдавая приказ об аресте контрреволюционных элементов и их наказании.

Недаром лоялисты злобно сетовали на то, что колонии «подчинены юрисдикции... комитетов, которые не только без каких-либо известных законов, но прямо вопреки всем каким бы то ни было законам издают списки, судят и налагают наказания и штрафы на всех, кого им удобно

будет посчитать виновным» (Vаn Туnе С. Н. The American revolution. New York -

London, 1905, pp. 52 - 53.) . В составляемые комитетами «черные списки» заносились все, кого подозревали в сотрудничестве с Англией. Их подвергали различным видам наказания.

Говоря о характере преследований лоялистов по сравнению с тем, что имело место во Франции в период буржуазной революции 1789 г У. Браун отмечает их умеренный характер. «Не было массовых казней, не было гильотины, но жестокость и террор совершенно определенно имели

место»,- пишет он (Brown W. The good Americans, p. 133) . Касаясь того же

вопроса, Г. Аптекер отмечает необоснованность утверждений сторонников теории «согласия», будто американская революция была свободна от «неистовства и безумства» (Аптекер Г. Указ, соч., с. 165.) Она «была отмечена жестокостью», - пишет Г. Аптекер, хотя «черта эта была несколько приглушена» (Там же.) . Кроме того, следует иметь в виду, что в разных районах и разных штатах борьба с контрреволюцией протекала поразному. В Нью-Йорке и Южной Каролине вследствие предшествовавших войне за независимость социальных конфликтов она приобрела наиболее острую форму. В Массачусетсе, Нью-Джерси и Пенсильвании она также проходила достаточно остро. В других колониях - более спокойно. «Самыми легкими» были, по словам У. Брауна, меры против лоялистов в Нью-Гэмпшире, Делавэре, Мэриленде и Джорджии (Brown W. The good

Americans, p. 129.) .

Разнообразными были и формы революционного террора. 9 штатов приняли законы об изгнании активных сторонников короны. В Массачусетсе на городских митингах каждый мог назвать лицо, которое подозревал в пособничестве врагу. Если большинство собравшихся считало, что обвиняемый действительно предал дело революции, его немедленно отдавали под суд и, как правило, затем высылали за его же счет в Англию. Массовой высылке подверглись сторонники короны и в других штатах. Нередко в случае самовольного возвращения из ссылки лоялисту грозила смертная казнь. Один из сторонников короны в НьюЙорке отмечал, что патриоты «стали практиковать казнь через повешение по малейшему поводу» (Ibid., p. 138.) . Это заявление, однако, звучит явным преувеличением, хотя Комитеты безопасности и иные органы революционной власти на местах вынуждены были прибегать к высшей мере наказания за шпионаж, предательство, помощь врагу и участие в военных действиях на стороне англичан (Ibid.) .

Во всех штатах в качестве меры наказания использовались аресты и заключение под стражу. В некоторых случаях это был просто домашний арест и запрещение выезжать за пределы места жительства. Иногда арестованные работали в обычных условиях вместе с теми, кто находился на свободе, и только ночь проводили в тюремных стенах. Как правило, для заключения в тюрьму и лишения свободы сторонников короны

достаточно было распоряжения Комитета безопасности или иного органа революционной власти. Заключенным отказывали в суде присяжных, а срок пребывания в тюрьмах определялся до окончания конфликта (Ibid., p. 143; Аптекер Г. Указ, соч., с. 163.) . Самыми суровыми были тюремные условия в так называемых «катакомбах лоя-лизма» - медных рудниках Симсбери в штате Коннектикут, где содержались наиболее опасные преступники, свезенные сюда из всех северных штатов (Brown W. The good Americans, p. 141-

142.) .

Лоялисты постоянно жаловались на то, что с ними обходятся несправедливо. Они обвиняли патриотов в том, что, арестовывая сторонников короны, последних заковывают в цепи и гонят в отдаленные провинции, сажают в тюрьмы, конфискуют их имущество, расстреливают и вешают - все это лишь за то, что они «не пожелали отречься от своего законного сюзерена и поднять против него оружие» (Ibid, p. 133-134. ). Однако меры революционного террора были неизбежны и необходимы для успешной борьбы с контрреволюцией. У. Брауи говорит об «охоте за ведьмами», когда людей наказывали за то, что они крестили детей именем, совпадающим с именем того или иного члена английской королевской семьи, давали двусмысленную кличку собаке или произносили подозрительный тост (Ibid., p. 130. ). Вероятно, иногда это имело место. Но это было неизбежно в условиях жестокой борьбы, которую пришлось вести сторонникам независимости против превосходящих сил британской короны.

Борьба с контрреволюцией была одной из важнейших задач новой государственной власти. Комитеты безопасности совместно с другими органами власти на местах вели беспощадную борьбу со всеми проявлениями контрреволюции. Комитеты безопасности практически выполняли функцию диктатуры. Свою повседневную деятельность по борьбе с контрреволюцией, а также входившие в круг их функций сбор налогов для военных целей, снабжение оружием и обмундированием войсковых частей, поощрение местной промышленности и т. п. - все это Комитеты безопасности каждого штата осуществляли через широкую сеть своих организаций на местах. Как органы революционной власти народа Комитеты безопасности сыграли исключительно важную роль в борьбе с контрреволюционными силами. Это обстоятельство следует особо подчеркнуть, ибо без деятельности Комитетов безопасности не могут быть поняты характер и структура государственной власти в США, действовавшей в период войны за независимость (Аптекер Г. Указ, соч., с. 164 -

165.).

Глава восьмая. ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ В 1776-1781 ГГ.

Мортира и полевое орудие. Гравюра XVIII в.

Война за независимость была длительной и трудной. Британское правительство полагало вначале, что сумеет легко справиться с повстанческими силами. В Лондоне все еще считали, что восстание в Америке - «дело рук хорошо организованной и решительно настроенной группы, представляющей меньшинство населения» (Mackesy P. British strategy in

the war of American independence. - The Yale review. A national quarterly. New Haven, 1963, p,

547.) . Хотя либеральная пресса, выражавшая интересы партии вигов, предостерегала против подобного рода заблуждений, консервативные органы печати поддерживали позицию правительства.

Война за независимость английских колоний в Северной Америке 1776-

1783 гг.

Оппозиционно настроенная пресса вигов заявляла еще в 1775 г., что Англия «может проиграть борьбу со своими решительно настроенными