- антропологические, которые основной смысл культуры видят в деятельности и понимают ее как «совокупность результатов деятельности человеческого общества во всех сферах жизни и всех факторов (идей, верований, обычаев, традиций), составляющих и обуславливающих образ жизни нации, класса, группы людей в определенный период времени [Садохин, 2002, с. 20-21].
Исходя из этого, можно сделать вывод, что культура постоянно меняется и развивается, идет в ногу со временем.
Какова же была культура туземцев, населяющих территории, на которых находился Форт Росс? Это были индейские племена, принадлежавшие к трем этническим общностям. Непосредственными соседями крепости были индейцы кашайа (юго-западные помо). К востоку от Росса на территориях лесостепного характера обитали южные помо. На юге, у залива Бодега, жили береговые мивок. [Истомин, 1980]. До колонизации для индейцев Калифорнии была присуща традиционная культура, выражающаяся в собирательстве, охоте и рыболовстве. П.Н. Головнин, побывав в этих местах, вспоминал о них: «Индейцы эти вообще смирны, миролюбивы и незлобны. На свободе живущие, кроме повязки на поясу, никакой одежды не употребляют…Наряд же их состоит в головном уборе, из перьев сделанном, и в повязках из травы и цветов. Копья и стрелы составляют их оружие» [Головнин, 1863]. Также он отмечал, что рацион кашайя был разнообразен, они питались всеми дарами природами, которые находили - растения, кора деревьев, мясо разных видов, вплоть до змей. Они не занимались земледелием и скотоводством. Всему этому их научили русские колонизаторы. Мировоззрение помо было представлено традиционными культами, в частности ритуальным шаманизмом, поклонением силам природы [Костян, 2012].
Русские и испанцы по-разному относились к индейцам. В частности, испанцы предпочитали индейцев эксплуатировать безвозмездно, обращались с ними как с рабами. Насилие, грабежи, истребление, облавы и охота на них, самые тяжелые работы - это все, что практиковали испанцы с индейцами в повседневной жизни [Тихомиров, 2014, с.111]. Русские показывали иное отношение к помо, уважительное и толерантное. В.М. Головнин писал, что «вместо того, чтобы ловить и заковывать их [индейцев], они дарили им часто разные вещи, хотя маловажные, но для них дорогие, и даже…вступали в супружество с их дочерьми. Такое благоразумное поведение Кускова скоро показало жителям разность между двумя народами - русскими и испанцами. По мере привязанности их к русским, индейцы их почитают как друзей и братьев, - увеличивалась их ненависть к испанцам, кои считают индейцев не лучше скотов…» [Головнин, 1863]. Из этого также можно сделать вывод, что русские заводили семьи с индейскими женщинами и заводили детей-метисов. Источники гласят, что индейские женщины, вступившие в брак с русскими, принимали не только их язык и культуру, но и вероисповедание. В частности, они меняли свою религию на православие.
Каждая культура воплощает специфический опыт социальной практики какого-либо конкретно-исторического сообщества людей, и этот опыт придает каждой культуре свои неповторимые черты, определяет ее своеобразие. Изучением вопросов развития и становления культур отдельных народов и человека в целом занимается культурная антропология. Она представляет собой фундаментальную науку, предметом которой является совокупность результатов и способов деятельности человека во всех сферах его жизнедеятельности и всех факторов, составляющих и обуславливающих своеобразие образа жизни и поведения народов, этнических общностей, групп и индивидов в тот или иной период времени [Садохин, 2002, с. 25].
Культурная антропология представляет культуру как продукт совместной жизнедеятельности людей, систему согласованных правил их сосуществования, а также нормы и правила поведения человека в данной культуре, которые сложились путем совместного опыта всех представителей данной общности. Совместное долгое проживание людей на определенной территории формирует их хозяйственную деятельность, защиту от нападений внешних культур, а также их общее мировоззрение, обычаи, нравы. Исследование коммуникационного аспекта общения культур показывает, что отношения между культурами могут быть различными. В частности, Садохин подразделял их на:
1. утилитарные отношения;
2. отношения неприятия;
3. отношения взаимодействия, когда отношения культур друг к другу рассматриваются как отношения между равноценными субъектами.
Первый тип отношений означает, что представители определенной общности отказываются от своей самобытности, подчиняются другой культуре, чаще более развитой. Второй тип предполагает возникновение культур эгоцентрических, то есть тех, кто отрицает другие общности, нравы, обычаи, в общем все чужое. Третий же тип является более прогрессивным и основывается на следующих принципах:
- любая культура представляет собой совокупность неповторимых и незаменимых ценностей, благодаря которым каждый народ может существовать в мире и взаимодействовать с другими народами;
- все народы составляют единое целое в общем культурном наследии человечества, а культурная самобытность народов обнаруживается и обогащается в результате культурных контактов с традициями и ценностями других народов;
- ни одна культура не может претендовать на право быть универсальной для всех народов, каждый из которых сохраняет свою самобытность;
- культурные особенности каждого отдельного народа не противоречат единству всеобщих человеческих ценностей, которые объединяют человечество и делают его жизнедеятельность плодотворной и прогрессивной [Садохин, 2002, с.28-29].
Основываясь на этих типах, можно c точностью утверждать, что между русскими и туземцами преобладали отношения третьего типа, то есть взаимодействующие. Они не противоречили указанным принципам и основывались на взаимоуважении.
Индейцы помо, как представители «чистой» культуры, то есть имеющие свой самобытный нрав и не испытывающие влияние других этносов, столкнулись с новой, доселе неизвестной им общностью. Тем не менее, они не отвергли ее, а вступили в культурное взаимодействие с русскими монополистами, что повлекло за собой культурные трансформации. В частности, индейцы, как было отмечено выше, занимались всю жизнь охотой и собирательством, но с помощью русских они освоили земледелие и впервые в их рационе появилась пшеница. Также туземцы начали носить одежду из ткани - брюки, рубахи, платья, в общем все то, что получали от колонизаторов за свою работу. Нельзя сказать, что индейские племена проходили через адаптацию, так как их границы не нарушались. Лишь некоторые представители данной общности жили на территории Росса, остальные же уходили обратно в свои племена. Общение между ними и русскими проходило сугубо на деловом уровне, в основном это обязанность быть наемными рабочими и выполнять поручения колонизаторов. Также главной особенностью взаимодействия помо и русских была некая договоренность защиты от испанцев для всех участников союза. Истомин называет это «пассивным союзом», так как максимум на что могла рассчитывать русская администрация от аборигенов - это раннее уведомление о подходе испанских войск к задиву Бодега, где у колонистов был склад. Русские заведомо искали мирных туземцев и устанавливали с ними контакты, основанные на гостеприимстве и радушии, не допуская столкновений и конфликтов. Целью индейской политики было стремление колонистов завязать дружественные отношения с аборигенами, добиться их добровольного согласия на русскую колонизацию, а в дальнейшем сохранить эти отношения с индейцами [Истомин,1980]. Русская администрация добилась установления контактов благодаря тому, что уважала обычаи и традиции туземного населения, не пыталась навязывать свою культуру, сохраняла их самобытность. Тем не менее, влияние все же оказывалось, так как туземцы добровольно перенимали навыки земледелия, введения хозяйства, а также заимствовали слова из русской речи. Здесь можно говорить об аккультурации, как о процессе взаимного влияния этнических групп, в ходе которого одна культура (менее развитая или наименее приспособленная к условиям определенной среды) воспринимает и интегрирует в себя элементы другой культуры [Тер-Минасова, 2000]. Аккультурация проходила в легкой форме, так как основные этнические особенности туземцев, их ценности, нравы не претерпели изменения, изменилась лишь их хозяйственная жизнь, поэтому стоит отметить положительное влияние межкультурного взаимодействия между русскими и индейцами кашайя.
Если сравнивать отношение испанцев к местному туземному населению, обитавшему в непосредственной близости от испанских колоний, то можно выделить ряды различий. Североамериканский этнолог Дж. Фостер предложил понятие «культуры завоевания». Согласно его концепции, для культуры завоевателей (испанцев) было характерно обдирание и редукция культуры, упрощение и уменьшение ее вариативности. Фостер утверждал, что более активная культура пришлого населения не заимствует культуру аборигенного населения, а подавляет ее, при этом вбирая в себя лишь некоторые элементы. [Foster, 1960]. Действительно, испанцы были враждебно настроены к индейцам и всячески проявляли к ним воинственный характер общения. Если вернуться к названным выше типам отношений между культурами, то можно говорить об отношениях неприятия. Данный тип несет в себе отрицательный элемент, так как распри между этническими группами ведут к вооруженным столкновениям и искоренениям культурных ценностей, присущих побежденному народу.
Еще одним интересным фактом ассимиляции культур были смешанные браки. В.М. Головнин писал, что «индейцы сии охотно отдают дочерей своих в замужество за русских и алеут, поселившихся у них, и в крепости Росс теперь их много» [Головнин, 1863]. Истомин писал, что браки с туземными женщинами в Русской Америке поощрялись, так как по мнению Компании это помогало укреплять отношения между двумя культурами. Это также компенсировало слабый приток русского населения в колонии, увеличивая численность рабочих рук. В смешанных браках рождались метисы - креолы, прослойка которых быстро росла. Тем не менее, о метисах очень мало данных. В 1833 году их численность достигала 56 человек. После продажи Росса Калифорнию вместе с русскими покинули и их индейские жены, а также дети-креолы [Истомин, 2002].
Источники гласят, что индианки, которые жили в Россе, легко приобщались к русской культуре и быстро овладевали языками своих мужей. Они учились готовить национальную пищу, вести быт и хозяйство как русские женщины. Это перенимали от них и дети, рожденные в Форт Росс [Головнин, 1863].
Говоря об индейских женщинах, которые вошли в новую культуру, следует отметить, что они прошли через аккультурацию. Если мужское население племен помо лишь слегка касались русской культуры, то женское полностью перенимали особенности чужого быта и традиций. В процессе аккультурации человек сталкивается с двумя основными проблемами - сохранения своей культурной идентичности и необходимости существовать в новой для него культуре. Выделяется четыре стратегии аккультурации:
1. Ассимиляция - человек полностью вовлекается в новую культуру, при этом теряя связь со своей культурой. Этой стратегии чаще всего придерживаются люди, добровольно переезжающие на постоянное место жительства в другую страну.
2. Сепарация - отказ от принятия норм иной культуры и сохранение идентификации со своей культурой. В этом случае представители культурного меньшинства стремятся избегать контактов с представителями доминирующей культуры. Они живут отдельно от них, создавая общины, обособленные районы.
3. Маргинализация - потеря первичной культурной идентичности и отсутствие идентификации с новой культурой. Эта ситуация возникает из-за потери контакта со своей культурной группой, невозможности поддерживать свою идентичность и нежелание влиться в новую культуру.
4. Интеграция - считается наиболее удачной стратегией аккультурации. Она предполагает вхождение в новую культуру без утраты первичной культурной идентичности. Она возможна только при взаимном стремлении обеих сторон (культуры-донора и культуры-реципиента) к сотрудничеству, при их взаимоуважении и понимании необходимости сохранения уникальных черт каждой из них.
Истомин А.А. в своей работе цитировал Ф.П. Литке, побывавшего в Форт Росс: «У одной хижины увидел я довольно пригожую молодую женщину, приготовлявшую кушанье, а, подошед к ней, как я удивился, когда она довольно чистым русским языком стала приглашать меня поесть ее кашицы из желудей, потом жаловалась на то, что идет дождь и пр.» [Истомин, 2002]. Из этого и из того, что индейские женщины уезжали из Форт Росс со своими мужьями, можно предположить о четвертой стратегии аккультурации представительниц племен помо. Они интегрировались и адаптировались к новой культуре, не потеряв при этом свою идентичность. Хотя можно также предположить, что некоторые женщины отказались от своей культуры в пользу новой, но доказательств этому нет, и в источниках подтверждений данной информации не было. Если исходить из домыслов и догадок, то также можно сказать, что индейские женщины прививали свою национальную культуру и детям, рожденным в этих смешанных браках. Они могли учить их языку кашайя, рассказывать о традициях и преданиях индейцев, при этом дети находились среди русской культуры. Здесь следует говорить и о таком понятии как билингвизм, то есть владение наряду со своим родным языком, еще одним языком в пределах, обеспечивающих общение с представителями другого этноса в одной или более сферах коммуникации [Гнатюк, 2009]. Для женщин и детей характерен естественный билингвизм, то есть знания языка были получены в условиях иноязычного окружения.