Материал: Givishvili_G_V_Ot_tiranii_k_demokratii_Evolyutsia_politicheskikh_institutov
7.5. Демократия и внешняя политика |
413 |
|
|
—Они брали пример с России, которая своими танками утюжила Чечню в периоды первой (1994–1996 гг.) и второй (1999–2000 гг.) войн, стоивших жизни от 40 до 55 тысячам чеченцев, — заметил Гроций. — Вы не можете не признать, что в вопросе отношений к сепаратизму Россия выказала изрядное лицемерие, придерживаясь тактики двойной игры. Правой рукой она уничтожала чеченских «бандитов», левой рукой она гладила по головке абхазских и югоосетинских «бандитов». Поэтому в развязывании войны 2008 г. виноваты обе стороны. Москва всячески провоцировала Тбилиси, тот поддался на провокацию.
—Допустим, какой выход из положения предлагаете Вы? — спросил Алексеев.
—Хороший вопрос. Он хорош тем, что ответ на него труден, — сказал Гроций. — С одной стороны, Вы правы в том, что каждая нация имеет право на самоопределение. С другой стороны, никто не отменял фундаментальные права человека, которые не в теории, а на деле часто противоречат предыдущему праву. Ситуация, казалось бы, патовая. Но, рассматривая ее с эволюционной точки зрения, можно думать, что все решает время. Иначе говоря, хронологически первым должно выступать право на самоопределение, которое позволяет нации начать независимое строительство своей государственности. Но при этом немедленно должно приниматься во внимание условие строгого выполнения ею принципа прав человека. Настолько строгого, что пренебрежение им могло бы рассматриваться как легитимный повод для вмешательства во внутреннюю политику этого государства, вплоть до объявления ему полного и всеобъемлющего бойкота со стороны мирового сообщества. Государства приходят и уходят, вечен только человек, надеюсь.
—Прошу прощения, что вмешиваюсь в вашу дискуссию, но хочу заметить, что Томас Джефферсон поддержал бы Вас, господин Гроций,
—сказал Токвиль. — О его воззрениях на этот предмет я уже упоминал.
—В России думают иначе, именно, что первично государство, а человек вторичен, — заметил Алексеев.
—Это потому, что русские еще не познали вкуса демократии. У них она ассоциируется с болезненным распадом их страны — второй державы мира, именуемой СССР, и с наступившим хаосом, повлекшим за собой возникновение глубочайшей пропасти между бедными и богатыми, чудовищной коррупции и прочих бедствий бездумного, лихорадочного, топорного перехода общества из одной политикоэкономической системы в другую. Более того, не исключено, что в силу традиций самодержавия, укоренившихся в российских не только «верхах», но и «низах», в силу громадности территории, занимаемой
414 |
Глава 7. Восток—Запад: подведение итогов |
|
|
нацией, в ней еще очень не скоро произойдут перемены настроений в пользу демократии. Во всяком случае, сомнительно, чтобы инициатива в ее поддержку исходила бы «снизу». Поэтому, если она не найдет себе сторонников в верхах, предвижу время, когда Россия останется одним из «последних могикан» социализма, — отозвался Гроций. — А если довести рассмотрение ситуации с Грузией и ее бывшими территориями до логического завершения, то тут есть совершенно категорическое требование — возвращение всех 200 или 300 тысяч беженцев к своим родным очагам. А далее возможны два демократических по духу решения. Первое — установление со временем между ними столь доверительных отношений, что границы между ними перестанут быть государственными. Второе — границы остаются, но они становятся прозрачными, как в Европе. Депортация — преступление перед человечностью, родственное геноциду. Абхазы совершили это преступление с благословения и при активной поддержке России. Поэтому справедливость в отношениях между грузинами, абхазами и русскими не может быть восстановлена без признания Россией своей доли вины за случившееся, и без ее готовности смыть с себя грязь греха вероломства.
—Вы приписываете Марксу склонность к утопиям, а сами предлагаете модель отношений, совершенно утопическую по духу, — сказал Алексеев.
—Вы, в свою очередь, смотрите на происходящее глазами социалистического человека и не учитываете способность демократии влиять на коллективную психологию людей, в том числе — ослаблять потенциал националистических чувств и предрассудков, — сказал Гроций. — Неужели пример Европы, объединяющейся на принципах демократии, Вам ни о чем не говорит? Разумеется, формирование Соединенных Штатов Европы — процесс длительный и крайне противоречивый. Однако чтобы увидеть его общие тенденции и тренды нет необходимости надевать очки. Следует лишь принять во внимание то обстоятельство, что современный цивилизованный человек мог состояться только в лоне суверенных национальных государств. Ибо они были инкубаторами, в котором зарождались разнообразные и автономные политические, экономические, социальные, правовые и культурные институты и системы. Завтра «детские штанишки» социализма станут тесны для человечества. Оно перейдет в достаточно зрелое состояние, чтобы существовать в рамках общего политического, экономического и культурного пространства, так как межгосударственные границы будут создавать препятствия для его дальнейшего процветания. И тогда станут анахронизмом не только армии, но и дипломатия,
7.5. Демократия и внешняя политика |
415 |
|
|
поскольку глобальная демократия не нуждается ни в том, ни в другом инструменте.
Эпилог
—С сожалением должен заметить, что все хорошее рано или поздно кончается. Сегодня мы провели замечательный день за обсуждением необыкновенно волнующих и крайне интригующих всех нас вопросов. Я получил истинное наслаждение, следя за предлагаемыми вами аргументациями тех или иных положений. Многое мне стало ясно уже теперь, многое еще предстоит осмыслить. Но в первом приближении мы, можно думать, исчерпали всю интересовавшую нас тематику. Которая, напомню, была связана как с самой историей, с ее движущими силами, направлением и перспективами, так и с историей как наукой, изучающей прошлое человечества в целом. Выводы из всего озвученного вами, каждый может сделать сам, как подсказывает ему его воображение, логика и понимание проблемы. Вместе с тем, примите мои заверения в том, что я в высшей степени удовлетворен атмосферой и тональностью проходивших дебатов. Жаль, правда, что Сталин покинул нас, не дождавшись окончания чрезвычайно плодотворной дискуссии, но, пожалуй, у него были для этого основания. Я приношу всем вам свою благодарность и надеюсь, что у пребывающих
вфизическом мире есть будущее, насыщенное событиями. Так что нам здесь будет, что обсуждать при следующей встрече, от которой, льщу себя надеждой, вы не откажитесь, — сказал Рузвельт, улыбаясь и складывая руки в приветственном жесте.
—Позвольте мне присоединиться к высказанной президентом Рузвельтом благодарности, и отметить тот крайне поучительный дух доброжелательности, который отличал всех принявших участие в дискуссии. Я признателен всем за бесценную возможность обменяться мнениями в непринужденной и открытой манере и по самому широкому спектру вопросов. Многое из высказанного сегодня было для меня неожиданно и захватывающе интересно. Мы с президентом Рузвельтом еще не раз вернемся к тем положениям, которые были вами сформулированы, и будем их анализировать в свете текущих событий. До будущих встреч, и всего наилучшего, — сказал Черчилль, завершая симпозиум.
Приложение № 1
Анализу этимологии названия «Русь» посвящено необозримое количество работ. Это свидетельствует о двух вещах. С одной стороны
— о непрозрачности вопроса, которая не позволяет принять единое, безальтернативное его толкование. С другой стороны — о крайней политизации тематики, связанной с этим термином. Чтобы не быть заподозренным в субъективизме при рассмотрении вопросов, связанных с происхождением древнерусской государственности (почему-то чрезвычайно болезненных для национального самосознания некоторых отечественных ура-патриотов), далее будут воспроизведены фрагменты краткого, но квалифицированного обзора соответствующих теорий и гипотез. Он дан Мельниковой и Петрухиным в комментариях к книге Константина Багрянородного.
Обсуждая вопрос о соотношении историй этнонима и этноса, они утверждают, что «до самого последнего времени он решался в зависимости от общих взглядов исследователя на происхождение Древнерусского государства: норманистских (которым почти во всех случаях соответствует скандинавская этимология) или антинорманистских (что нередко и ныне выражается в поисках его южнорусских, прибалтий- ско-славянских, иранских, кельтских и иных) истоков… Очевидно, что проблема происхождения названия „русь“, каково бы оно не было, не равнозначна проблеме становления древнерусской государственности как социально-экономического и политического процесса… В истории наименований европейских государств и народов известны случаи как сохранения названия покоренных народов при радикальном изменении этнического состава населения после завоевания (Британия — после завоевания кельтов германцами, Англия — несмотря на покорение англосаксов офранцуженными норманнами Вильгельма Завоевателя), так и усвоения названия победителей при сохранении устойчивых этнических признаков покоренных народов (Франция — по названию германского племенного союза франков, растворившихся в галлоримской среде, Болгария — по названию славянизировавшихся тюр- ков-болгар). Поэтому необходимо четко различать вопрос о происхождении слова „Русь“ (т. е. об истории этнонима), который должен решаться в первую очередь в рамках этимологических, т. е. лингвистиче-