вокруг, в принципе всех вообще! Моя честность, показывая пример подчинения предписаниям закона, подрывает, собственно, существующее право, а именно право относиться к праву свободно.
Честность в такой ситуации не невозможна конечно — как более простое и прямое она жизнеспособнее чем нечестность — но трудна, она должна как-то уметь не нарушать неписаное право.
Честность и правда в такой ситуации трудны, они работают только вместе с мудростью, требуют опыта. Даже просто разобраться в том, где и как существует правда, нелегко.
Вернемся к тому, с чего сегодня начали, с плывучести права.
Русский народ — тот из цивилизованных народов, чьи понятия о справедливости наиболее зыбки и расплывчаты […]251 .
В той мере, в какой история это школа права, в атмосфере свободы права истории нет, или она ограничена, а вернее, так же, как право, свободна. Можно говорить о свободе политической истории: она такая, какая хотим, вплоть до тезиса Чаадаева, что у России нет истории, или противоположного, что наоборот начиная с праславян можно и нужно вести полноценную историю нашей страны, от верховий Одера до Среднего Днепра и Кавказа, с III– II тыс. до н.э.252 ;
Глубина народной памяти измеряется десятками тысячелетий […] такая значительная глубина памяти и стойкость традиции не дают нам права замкнуться при изучении славянского язычества в рамках исторических сведений о славянах253 .
Причина переписывания истории по Кюстину — неправовой, неправый захват власти Романовыми вместо избранных на царство Трубецких, и так далее, Петром вместо старшего Ивана, и так далее. Но подобные захваты престола в Европе не вели к переписыванию истории. Дело было все в том же разделении властей: ограничивая, оно служило защитой, подушкой. Когда власти приходится утвердившись переписывать историю, это говорит о ее беззащитности — опять же, мы об этом говорили — перед совестными, идеологическими, этическими наблюдателями.
Замечание о временных рамках характеристики Кюстина. Вопервых, в будущее. В сторону будущего он считает свои оценки верными навсегда, если… если Николай I не сумеет возвратить Россию
251Кюстин А. Указ. соч., Т. II, c. 105.
252Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. М., 1981, c. 96.
253Там же, c. 95.
151
из петровского тупика, если не произойдет революция и не увековечит тиранию, если народу удастся осуществиться, но это все маловероятные перспективы, выше которых нависает вопрос:
Неужели правда, что в России тирания бессмертна?254 .
В прошлое временные границы того, что Кюстин описывает, для него более определенны: все началось с Кремля, с Москвы Ивана Грозного, но не самозванно назвавшегося Грозным Ивана IV, а с первого и настоящего Грозного, Ивана III. С полным освобождением Москвы от татарского правления, т.е. с эпохи, когда Москва переиграла Восток, переняв его военные методы управления. Со свержением так называемого татаро-монгольского ига государство не изменилось, оно только стало своим, национальным.
Татарское нашествие разделило историю этой страны на две совершенно различные эпохи; между независимыми славянами и русскими, которых три века рабского существования приучили повиноваться тирании, пролегла пропасть, а у обоих этих народов нет, по правде сказать, ничего общего, кроме названия, с теми древними племенами, что стали нацией благодаря варягам255 .
Благодаря русам, можно было бы пожалуй точнее сказать. Но по тем древним документам, которые нам еще придется смотреть, мы увидим ту же разницу, что и видит Кюстин, полагаясь, похоже, в основном на «Историю государства российского» Карамзина.
254Кюстин А. Указ. соч., Т. II, c. 106.
255Там же. c. 124.
[II. НАЧАЛА ГОСУДАРСТВА И ПРАВА]
9 лекция256 [Работающее и номинальное право]
Переход [к новой теме]
1)Власть санкционирует право, но она сама нуждается в санкции, обязательно высшей. Такая [санкция] дана казалось бы всякой вообще и любой власти в Послании апостола Павла к Римлянам, гл. 13. «Нет власти не от Бога», на это рада сослаться всегда каждая власть. Проблема в том, что слово власть означает в Евангелии также небесные начала, архангелов и ангелов, и уверенно говорить, что апостол Павел имеет в виду земные власти, нельзя. Если понимать под властями земные, то первый стих гл. 13 имеет возможное прочтение: «не будет вообще властью и не будет называться властью то, что не от Бога». Санкция власти при помощи Евангелия таким образом зависает. Каждая власть всегда заново должна заботиться о том, чтобы получить свою санкцию.
2)Связь власти с церковью прочнее и глубже чем заставляет думать тезис об отделении церкви от государства. Такое отделение в принципе невозможно иначе, как если церковью более мощной, чем религиозная, станет государство. Государство тогда признается имеющим право, а Церкви наоборот должны доказывать свою правоту.
3)В послехристианскую эпоху санкцию на власть дает народ. Власть в свою очередь определяет, что надо считать народом.
4)Надо учитывать, что государство стремится к неограниченному упрочению и распространению. Когда через него проходят — начинают проходить — силовые линии мировой истории, цель жизни граждан переносится с личных интересов на государственные.
256 Читалась в МГУ 30.10. 2001 и в ИФ РАН 9.04.2002.
153
Переход к теме дня. Все сегодня вокруг государства и его силы. Тема «госудаство и право».
В нашей действующей Конституции записан приоритет жизненных интересов личности над интересами государства. В Гражданском кодексе, одном из документов, которые конкретизируют Конституцию, ст. 1, часть вторая пункта 2 говорит:
Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Несмотря на свою бóльшую конкретность чем Конституция, законодательство конечно тоже подлежит компетентному истолкованию. Отношение гражданина и государства компетентно интерпретируется, например, в работе академика РАН Топорнина Бориса Николаевича: «Сильное государство — объективная потребность времени». С самого начала он обозначает те рамки, внутри которых должно развернуться государство. Это, как мы и говорили, «земной шар», «планета», «человеческая цивилизация». Внутри этих рамок должна вновь, после неудач и ошибок, развернуться Россия, подтверждая «свое место среди ведущих держав планеты»257 . Какое «свое» место среди мировых держав у страны, не уточнено, именно потому что подразумевается: во всяком случае не второе, не служебное, зависимое. Под необходимой «стабилизацией», которая в настоящий момент не наблюдается, академик понимает поэтому одновременно две разные вещи: конечно, прекращение неуравновешенности, возвращение социального, экономического и финансового баланса, потому что его сейчас явно нет, но и второй смысл стабилизации, более важный: возвращение России на то, указанное, место, которое она занимала, т.е. восстановление status quo. «Масштабное видение проблем», которого требует академик, требует не упускать планетарных, всемирно-исторических параметров страны.
Назначение этого требования — обеспечить предельную мобилизацию, необходимую для выполнения цивилизационной задачи. Обязательная предельность ее объясняется двумя силами.
Во-первых, небывалая новизна обстоятельств требует крайнего напряжения сил. «Народ живет по сути дела в совершенно другой стране, чем жил всего лишь десять лет назад»258 . Мы вспоминаем диагноз Кюстина, сделанный в 1839 г.: Россия живет в состоянии пер
257Топорнин Б.Н. Сильное государство — объективная потребность времени // Вопр. философии. 2001. № 7. с. 3.
258 Там же. с. 4.
154
манентной революции, une révolution permanente. Условия всегда ока- |
||||
зываются совершенно новыми, небывалыми, что позволяет приня- |
||||
тие неординарных, небывалых и вместе с тем обязательно крайних |
||||
мер. Академик подчеркивает, что социализм в нашей стране был не- |
||||
бывалым, первопроходческим, |
|
|
|
|
[…] имел свои весьма существенные особенности, порожденные кон- |
||||
кретно-историческими условиями [подразумевается во многом и в основ- |
||||
ном неповторимыми, уникальными] своего становления и развития. Эти |
||||
особенности явно отдаляли его от классических образцов, «идеального со- |
||||
циализма», каким его видели основоположники |
259 |
. |
|
|
|
|
|
||
Точно так же и «капитализм» в современной России отнюдь не |
||||
вписывается в рекламируемые «витринные» образцы. Ситуация та- |
||||
ким образом не имеет аналогов и ввиду своей крайней новизны тре- |
||||
бует соответственно напряжения всех сил. |
|
|
|
|
Во-вторых, рядом с этим позитивным фактором необходимой |
||||
тотальной мобилизации есть не менее важный негативный, тоже |
||||
многократно подчеркиваемый академиком: острый кризис, грозящий |
||||
стране «самой серьезной опасностью», |
|
|
|
|
[…] если ситуация не будет переломлена, судьбам страны грозят многие |
||||
новые беды, вплоть до национальной катастрофы с трудно предсказуемыми |
||||
260 |
|
|
|
|
последствиями . |
|
|
|
|
Многие реформы действительно не удались, положение, в котором ока- |
||||
залась страна, иначе как кризисным не назовешь |
261 |
. |
||
|
|
|||
Жестокая нужда, оставляющая совсем мало времени для исправ- |
||||
ления — это тоже подчеркивается академиком как фактор мобилиза- |
||||
ции. Ускоряя такую мобилизацию, Петр I писал правительственно- |
||||
му Сенату, что промедление недопустимо, смерти подобно. Ленин |
||||
настаивал на срочности выступления в ноябре 1917 года, которое вче- |
||||
ра было рано, а завтра будет поздно. В начале революции 1986–1993 гг. |
||||
ускорение было одним из главных лозунгов. |
|
|
|
|
Важно, к кому обращено требование мобилизации. Разумеется к |
||||
конкретным людям. «Власть без людей немыслима, она не проявляет- |
||||
ся, не существует», неверно «ее [власти] изображение в виде некой по- |
||||
лубожественной силы». При всем том, государство отличается от лю- |
||||
дей, и не только по Пьеру Бурдье, т.е. как фикция от реальности, но и в |
||||
качестве реальной не полубожественной, а божественной силы, поднима- |
||||
ющей людей на жертву, причем предельную, на грани человеческих сил. |
||||
259 260 261
Топорнин Б.Н. Сильное государство — объективная потребность времени. с. 5. Там же. с. 7. Там же. с. 8.
155