Р А З Д Е Л I
Традиционные споры между философами в большинст ве своем насколько безосновательны, настолько и бесплод ны. Самый верный способ покончить с ними - это, без со мнения, установить, какими должны быть цель и метод философского исследования. Это не такая уж трудная за дача, как заставляет предполагать история философии. Ибо если и существуют какие-то вопросы, которые наука ос тавляет философии, то к их обнаружению должен привести непосредственный процесс отсева.
Мы можем начать с критики метафизического тезиса, согласно которому философия дает нам знание о реально сти, трансцендентной миру науки и здравого смысла. Позднее, когда мы придем к определению метафизики и объяснению ее существования, то обнаружим, что можно быть метафизиком без того, чтобы верить в трансцендент ную реальность; ибо мы увидим, что множество метафизи ческих выражений своим существованием обязано совер шению логических ошибок, а не сознательному желанию со стороны их авторов выйти за границы опыта. Но в каче стве отправного пункта нашего обсуждения нам удобно принять случай тех, кто считает возможным обладать зна нием о трансцендентной реальности. Впоследствии обна ружится, что аргументы, которые мы используем, чтобы их опровергнуть, применяются ко всей метафизике.
Один из способов подвергнуть критике метафизика, ут верждающего, что он обладает знанием о реальности,
45
Р А З Д Е Л I
трансцендентной миру явлений, - это исследовать, из ка ких посылок выводятся его пропозиции. Разве он, как и другой человек, не должен начинать с очевидности своих ощущений? И если это так, то какой общезначимый про цесс рассуждения способен привести его к концепции трансцендентной реальности? Разумеется, из эмпирических посылок нельзя оправданно вывести вообще ничего, отно сящегося к свойствам, или даже к существованию, чего-то сверх-эмпирического. Но со стороны метафизика это воз ражение будет встречено отрицанием того, что его утвер ждения, в конечном счете, основываются на очевидности его ощущений. Он сказал бы, что наделен даром интеллек туального созерцания, сообщающего ему способность знать факты, которые нельзя знать посредством чувствен ного опыта. И даже если можно было бы показать, что он основывается на эмпирических посылках и что поэтому его затея с внеэмпирическим миром логически неоправданна, то из этого не следует, что сделанные им утверждения от носительно этого внеэмпирического мира не могут быть истинными. Ибо факта, что заключение не следует из предполагаемой посылки, недостаточно для демонстрации того, что это заключение ложно. Следовательно, нельзя ниспровергнуть систему трансцендентной метафизики, просто критикуя тот способ, которым она возникает. Ско рее, требуется критика природы охватываемых ею акту альных высказываний. И это как раз то направление аргу ментации, которого мы фактически будем придерживаться. Ибо мы будем утверждать, что любое высказывание, кото рое ссылается на 'реальность', выходящую за границы всякого возможного чувственного опыта, не может иметь какого-либо буквального значения; из этого должно следо вать, что труды тех, кто старался описать такую реаль ность, посвящены производству бессмыслицы.
46
УСТРАНЕНИЕ МЕТАФИЗИКИ
Можно было бы предположить, что это утверждение уже было доказано Кантом. Но хотя Кант также отвергал трансцендентную метафизику, он делал это на иных осно ваниях. Ибо он говорил, что человеческое понимание уст роено так, что когда оно рискует выйти за пределы воз можного опыта и пытается иметь дело с вещами самими по себе, то теряется в противоречиях. Таким образом, он сде лал невозможность трансцендентной метафизики не пред метом логики, как делаем мы, но предметом факта. Он ут верждал не то, что наши сознания не могут постижимым образом обладать силой проникновения за пределы мира явлений, но просто то, что они фактически лишены ее. А это ведет критика к вопросу о том, каким образом, если можно знать только то, что расположено в границах чувст венного опыта, автор может оправдать утверждение, что реальные вещи существуют вне этих границ; и как он мо жет сообщить, что представляют собой границы, за кото рые не может выйти человеческое понимание, если он не преодолел их сам. Как говорит Витгенштейн, 'чтобы по ставить границу мышлению, мы должны были бы мыслить обе стороны этой границы'1. Этой истине Брэдли придал особый разворот, утверждая, что человек, готовый доказать невозможность метафизики, приходится братом метафизи
ку, имеющему свою собственную конкурирующую тео рию2.
Какую бы силу эти возражения не имели против док трины Канта, они не идут вразрез с тем тезисом, который выдвигаю я. Здесь нельзя сказать, что автор сам преодоле вает барьер, о непреодолимости которого он говорит. Ибо непродуктивность попыток выйти за пределы возможного
Tractatus Logico-Philosophicus. Предисловие. 2 Bradley, Appearance and Reality, 2nd ed. P. 1.
47
Р А З Д Е Л I
чувственного опыта будет выведена не из психологической гипотезы, касающейся действительного устройства челове ческого сознания, но из правила, определяющего букваль ное значение языка. Мы обвиняем метафизика не за то, что он пытается выработать понимание там, где он не может продуктивно работать; но за то, что он продуцирует пред ложения, которые не соответствуют условиям, при кото рых предложение только и может быть буквально значи мым. Нас никто не заставляет говорить бессмыслицу, что бы показать, что все предложения определенного типа с необходимостью буквально бессмысленны. Нам нужно лишь сформулировать критерий, который позволит прове рить, выражает ли некоторое предложение истинную про позицию о самой действительности, и затем указать, что рассматриваемые предложения ему не удовлетворяют. Этим мы сейчас и займемся. Сначала мы сформулируем этот критерий предварительно, а затем дадим объяснения, которые с необходимостью его уточнят.
Критерий, который мы используем для проверки под линности высказываний, кажущихся высказываниями о фактах, - это критерий верифицируемости. Мы говорим, что предложение фактуально значимо для любого заданно го человека, если, и только если, он знает, как верифициро вать пропозицию, которую он намерен выразить, т.е. если он знает, какие наблюдения при определенных условиях привели бы его к принятию этой пропозиции как истинной или к отбрасыванию ее как ложной. Если, с другой сторо ны, предполагаемая пропозиция такова, что допущение ее истинности или ложности совместимо с любым допуще нием, как бы оно ни относилось к природе его будущего опыта, тогда в той степени, в которой она его интересует, эта пропозиция, если она не тавтология, является просто псевдо-пропозицией. Выражающее ее предложение может
48
УСТРАНЕНИЕ МЕТАФИЗИКИ
быть для него эмоционально значимым; однако оно не имеет настоящего значения. То же самое касается вопросов о процедуре. В каждом случае мы исследуем, какие наблю дения привели бы нас к ответу на определенный вопрос тем или иным способом. И если невозможно обнаружить ни один из них, мы должны сделать вывод, что рассматри ваемое предложение - в той степени, в которой оно нас интересует - не выражает подлинного вопроса, как бы ре шительно не предполагала это его видимая грамматика.
Поскольку принятие этой процедуры - существенный фактор всей аргументации данной книги, ее необходимо исследовать детально.
Прежде всего, необходимо провести различие между практической верифицируемостью и верифицируемостью в принципе. Очевидно, что все мы понимаем, а во многих случаях уверены, в пропозициях, для верификации кото рых мы фактически не принимаем мер. Многие из них суть пропозиции, которые мы могли бы верифицировать, если бы испытывали достаточные сомнения. Однако остается ряд значимых пропозиций, касающихся существа дела, - пропозиций, которые мы не могли бы верифицировать, да же если бы захотели, просто потому, что у нас нет практи ческих средств для того, чтобы поставить себя в ситуацию, где могли бы быть сделаны относящиеся к делу наблюде ния. Простой и известный пример такой пропозиции - это пропозиция о существовании гор на обратной стороне лу ны1. Еще не изобретена ракета, которая могла бы доставить меня для осмотра на обратную сторону луны, поэтому я не способен решить этот вопрос реальным наблюдением. Но я ведь знаю, какие наблюдения решили бы его для меня,
Этот пример использовал профессор Шлик для иллюстрации той же самой позиции.
49