Одним из наиболее важных показателей деятельности исправительных учреждений является количество побегов осужденных из-под охраны. Этот показатель весьма негативно характеризует осужденных, так как указывает на их крайне отрицательное отношение к порядку и условиям отбывания наказания, нежелание искупить свою вину перед обществом, отбыв весь назначенный срок лишения свободы. Следует отметить, что за последние пять лет несовершеннолетними исследуемой группы не совершено ни одного побега.
Чуть больше половины (56,5%) несовершеннолетних исследуемой группы положительно относились к учебе, 38,7% - равнодушно и 4,8% - отрицательно. Интересен тот факт, что двое несовершеннолетних, осужденных за насильственные действия сексуального характера, заняли призовые места в конкурсе "Лучший ученик года", проводимом среди воспитанников ВК. Здесь можно усмотреть выявленную еще З. Фрейдом взаимосвязь между повышенной сексуальной активностью и высоким уровнем интеллектуальных способностей личности.
В основном данные осужденные не избегали трудовой деятельности в ВК, в равной степени положительно и равнодушно относились к ней (47,6% в каждом случае). Только 4,8% из них испытывали негативное отношение к труду. Дисциплинарная практика в отношении несовершеннолетних исследуемой группы в целом имеет нейтрально-положительный характер: 41% из них чаще поощряли, чем наказывали, 39,3% не имели поощрений и взысканий, 19,7% чаще наказывали. Общественная активность данных несовершеннолетних нейтральна: 26,7% состояли в "активе" отряда или звена, 21,6% занимались в различных кружках и секциях, в основном с творческим уклоном, 51,7% не участвовали в общественной жизни ВК.
Большая часть (81%) несовершеннолетних исследуемой группы в ВК не теряла связь со своими родственниками, чаще всего поддерживая ее с матерями (37,3%), отцами (20,5%), бабушками и дедушками (15,7%), братьями и сестрами (13,3%). Данные осужденные примерно равнозначно использовали предоставляемые уголовно-исполнительным законодательством формы поддержания социально полезных связей. 28% из них вели переписку по почте, к 25,5% приезжали родственники и знакомые на свидания, 24,5% вели телефонные переговоры и 21,6% получали посылки, передачи и бандероли.
Около 3/4 несовершеннолетних исследуемой группы на время проведения исследования состояли на профилактическом учете. Из них подавляющее большинство (75,9%) - как склонные к посягательствам на половую неприкосновенность и половую свободу личности и 20,5% - к совершению суицида и членовредительству.
Вызывает опасение то обстоятельство, что практически половина (50,9%) из данных осужденных считает, что в ВК необходимо соблюдать обычаи и традиции тюремной субкультуры. Несовершеннолетние исследуемой группы во время отбывания лишения свободы в основном вели себя бесконфликтно (доля их составила 76,8%). Среди конфликтующих (23,2%) осужденных подавляющее большинство (80%) вступали в разногласия только с иными воспитанниками; 10% с руководством ВК и столько же со всеми подряд. Конфликтующие несовершеннолетние указали, что в большинстве случаев инициаторами разногласий были иные воспитанники (53,8%); 38,5% признали личную вину в возникновении конфликтных ситуаций и 7,7% обвинили в инициировании конфликтов сотрудников администрации ВК. Преобладание среди инициаторов конфликтов с несовершеннолетними исследуемой группы иных воспитанников ВК в принципе не удивительно, поскольку обычаи и традиции криминальной субкультуры требуют неуважительного, пренебрежительного и унижающего человеческое достоинство обращения с лицами, осужденными за сексуальное насилие <8>. Подтверждением тому служит указание большинства (44,4%) несовершеннолетних исследуемой группы на то, что причинами конфликтных ситуаций с другими воспитанниками были несправедливые попытки унижений с их стороны или физическое насилие.
Дальнейшие планы данных осужденных после освобождения выглядят весьма позитивно: 47,3% из них планируют устроиться на работу, 44,1% - продолжить учиться. Только 3,2% указали, что ничего не планируют делать <9>.
Таким образом, в целом уголовно-исполнительная характеристика несовершеннолетних, отбывающих лишение свободы за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не вызывает каких-либо серьезных опасений, кроме низкой социальной активности данных осужденных и их убежденности в необходимости соблюдать обычаи и традиции тюремной субкультуры. Поведение данных осужденных в целом нейтральное, из общей массы воспитанников они стремятся не выделяться. После освобождения они рассчитывают больше не совершать никаких криминальных деяний.
Авдеева Екатерина Вадимовна, старший преподаватель кафедры уголовного права и криминологии Байкальского государственного университета экономики и права, кандидат юридических наук.
Оптимизация уголовно-правовой политики РФ в контексте гармонизации норм международного и национального законодательства сопровождается научно-практическим обоснованием проблем, имеющим место на законотворческом уровне и в рамках правоприменительной деятельности. В этой связи одной из актуальных проблем уголовно-правового регулирования на современном этапе развития российской государственности следует признать совершенствование нормотворчества и правоприменения в сфере охраны половой свободы личности и половой неприкосновенности.
Анализ данных официальной статистики за 2006 - 2014 г. позволил выявить следующие тенденции состояния, динамики и структуры преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. В 2007 г. было зарегистрировано 17940 преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, что предопределило снижение показателей данного вида преступности на 13,8 процента. В период с 2008 по 2010 г. сохраняется тенденция незначительного уменьшения показателей преступности против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Однако в 2011 г. наметилось увеличение зарегистрированных преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности на 5,6 процента. На протяжении 2012 - 2013 гг. отмечена стабильная динамика снижения фактов зарегистрированных преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности на 14,4 и 6,6 процента соответственно.
Рассматривая структуру преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, необходимо подчеркнуть, что с 2006 по 2010 год лидирующее место занимает изнасилование, удельный вес которого составил (в процентах): в 2006 г. - 42,5, в 2007 г. - 39,2, в 2008 г. - 36, в 2009 г. - 32,5, в 2010 г. - 32,2. В 2011 г. отмечается изменение соотношения показателей данного вида преступности. Так, в 2011 г. удельный вес изнасилования снизился до 29,8 процента. Наибольшие показатели удельного веса стали характерными для насильственных действий сексуального характера и достигли в общей структуре рассматриваемой преступности 31,3 процента. Характеризуя дальнейшие тенденции преступности, стоит заметить, что в 2012 - 2013 гг. удельный вес насильственных действий сексуального характера составил 40,5 и 48,5 процента, в то время как удельный вес изнасилования - 32,5 и 33 процента соответственно. Более того, следует обратить внимание на наметившийся рост количества зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 132 УК РФ, - на 10,7 и 11,6 процента. Наименьшими показателями в структуре зарегистрированных преступлений против половой свободы и неприкосновенности личности характеризуется понуждение к действиям сексуального характера, составляющее: в 2006 г. - 0,24%, в 2007 г. - 0,35%, в 2008 г. - 0,62%, в 2009 г. - 0,3%, в 2010 г. - 0,7%, в 2011 г. - 0,37%, в 2012 и 2013 гг. - 0,5%.
Анализ показателей коэффициента преступности против половой свободы и неприкосновенности личности на 100 тыс. населения Российской Федерации свидетельствует о снижении количества регистрируемых преступлений. В 2006 - 2010 гг. коэффициент рассматриваемой преступности составлял: 2006 г. - 14,59, в 2007 г. - 12,61, в 2008 г. - 12,12, в 2009 г. - 11,67, в 2010 г. - 10,73. В 2011 г. наметился незначительный скачок, в результате которого коэффициент преступности увеличился до 11,27. На протяжении 2012 - 2013 гг. наблюдаются положительные тенденции снижения коэффициента преступности, соответственно составляющего в 2012 г. 9,63, в 2013 г. - 8,97.
Исследование состояния преступности против половой свободы и неприкосновенности личности свидетельствует о том, что в период с 2006 по 2013 г. произошло снижение в два раза коэффициента криминальной пораженности. Например, если в 2006 г. коэффициент криминальной пораженности составлял 10,69, то в 2013 г. данный показатель уменьшился до 5,94. Наблюдается относительно стабильное снижение регистрируемых преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Так, если в 2006 г. на 100 тыс. населения регистрировалось свыше 14 преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, то в 2013 г. около 9; если в 2006 г. на 100 тыс. населения приходилось свыше 10 лиц, совершивших указанные преступления, то в 2013 г. около 6 человек.
Характеризуя состояние преступности с учетом соотношения федеральных и региональных начал, следует отметить, что наибольшей степенью криминогенности среди преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности в 2013 г. отличался Центральный федеральный округ (2710 зарегистрированных преступлений - 21,1%). На втором месте находится Приволжский федеральный округ: 2591 зарегистрированное преступление (20,2%). Третье место занимает Сибирский федеральный округ: 2368 зарегистрированных преступлений (18,4%). Далее следуют Уральский федеральный округ (1438 зарегистрированных преступлений - 11,2%) и Северо-Западный федеральный округ (1294 зарегистрированных преступления - 10,1%). Следующие позиции с незначительным расхождением в показателях занимают Дальневосточный федеральный округ (972 зарегистрированных преступления) и Южный федеральный округ (905 зарегистрированных преступлений), что составляет 7,6 и 7,2 процента соответственно. Наименьшие показатели характерны для Северо-Кавказского федерального округа: 517 зарегистрированных преступлений - 4,2 процента.
В 2014 г., согласно данным официальной статистики, отмечено дальнейшее снижение показателей преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Численность зарегистрированных случаев изнасилования и покушения на его совершение снизилась по сравнению с предшествующим годом на 2,8 процента. Доля состава преступления, регламентированного статьей 131 УК РФ, уменьшилась до 0,19 процента. Показатели 2014 г. указывают на неизменную тенденцию снижения количества зарегистрированных случаев изнасилования и покушения на его совершение по сравнению с 2013 г. на 2 процента (4163 зарегистрированных преступления). В то время как на транспорте зарегистрировано 5 случаев изнасилования и покушения на его совершение (0,1 процента), в общественных местах, на дорогах и трассах вне населенных пунктов зарегистрировано 750 изнасилований, что составляет 18 процентов от общего количества зарегистрированных деяний в отчетном периоде.
На основании официальных данных статистики зарегистрированных изнасилований и покушений на его совершение за январь - март 2015 г. следует, что зарегистрировано было 837 преступлений, предусмотренных ст. 131 УК РФ. Из них в общественных местах, на дорогах и трассах вне населенных пунктов зарегистрировано 112 изнасилований, в то время как на транспорте имеет место единичный факт совершения изнасилования, что составляет от общего количества зарегистрированных преступлений 13,3 и 0,1 процента соответственно.
Отмеченные положительные тенденции состояния преступности данного вида, свидетельствующие о стабильном снижении показателей преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не в полной мере отражают криминогенное поражение общества в указанной сфере противоправных посягательств на интересы личности. Общеизвестным является тот факт, что преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности относятся к числу высоколатентных преступных посягательств. По мнению ученых и практиков, латентность указанных составов преступлений инспирирована тем, что потерпевшие в силу своего состояния, физиологических и психологических факторов не всегда могут осознавать общественную опасность содеянного, не желают разглашать данный факт либо подвержены запугиваниям и угрозам со стороны виновных и других заинтересованных лиц. В данном случае имеется в виду так называемая латентность пограничных ситуаций, или скрытая часть преступности.
Характеризуя скрытую часть преступности, следует особое внимание сконцентрировать на проблемах правильной юридической оценки рассматриваемых противоправных посягательств. В этой связи заслуживают анализа материалы следующего уголовного дела. Так, М., К., С. и П. в процессе распития спиртных напитков из личных неприязненных отношений стали избивать незнакомого Ш., нанося удары руками и ногами, обухом топора по ноге, табуреткой по шее и телу, причинив тяжкий вред здоровью. Далее С. передала презерватив, который М. надел на деревянную палку длиной около полуметра. Перевернув потерпевшего на живот, М. осуществлял действия сексуального характера, в то время как остальные удерживали потерпевшего. С целью скрыть указанные преступления, используя кухонный нож, С. нанесла потерпевшему 4 удара ножом в живот. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, смерть Ш. наступила в результате множественных колото-резаных проникающих ранений груди, живота, шеи <5>.
Вышеуказанным деяниям была дана уголовно-правовая оценка по п. "а" ч. 3 ст. 111 УК РФ, п. п. "ж", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако правоохранительные органы, рассматривающие материалы данного уголовного дела, не дали самостоятельной уголовно-правовой оценки действиям виновных по п. "а" ч. 2 ст. 132 УК РФ, мотивировав отказ в возбуждении уголовного дела отсутствием в действиях виновных лиц мотива удовлетворения половой потребности.
Обратившись к п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 N 11 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 УК РФ", мы увидим, что под иными действиями сексуального характера следует понимать удовлетворение половой потребности другими способами. Однако мотив указанных преступлений "удовлетворение половой потребности" не является признаком, подлежащим обязательному установлению и доказыванию, а наоборот, имеет лишь факультативное значение. Однако виновные избежали уголовной ответственности по данному составу преступления ввиду отсутствия мотива удовлетворения половой потребности. В связи с этим возникает вопрос о наличии удовлетворения половой потребности у женщин, непосредственно выступающей, например, соисполнителем в изнасиловании.
Непоследовательность и коллизионность вопросов квалификации рассматриваемых деяний обусловили принятие 4 декабря 2014 г. Пленумом Верховного Суда РФ Постановления N 16 "О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности", п. 1 которого указывает, что мотив совершения указанных преступлений (удовлетворение половой потребности, месть, желание унизить потерпевшего и т.п.) для квалификации содеянного значения не имеет. Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что согласно действующему разъяснению Постановления Пленума Верховного Суда РФ обвиняемым лицам надлежит инкриминировать насильственные действия сексуального характера независимо от наличия или отсутствия удовлетворения половой потребности.
Анализ положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 N 16 "О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности" позволил выявить следующий положительный момент. В судебной практике, несмотря на раскрытие в примечании к ст. 131 УК РФ критериев установления беспомощного состояния, сложилась неоднозначная тенденция при квалификации деяний без применения насилия в отношении лиц, не достигших 12 лет. Однако особые затруднения при квалификации имеют место в том случае, когда в роли потерпевшей выступает лицо в возрасте 12 - 13 лет.
В правоприменительной практике складывается двойственная позиция по вопросам правильной и точной оценки действий обвиняемого, совершившего половой акт либо насильственные действия сексуального характера без применения насилия или угрозы его применения, и по отграничению ст. ст. 131 и 132 УК РФ от ст. ст. 134 и 135 УК РФ, если на момент совершения преступления возраст потерпевшей соответствовал 12 - 13 годам.
Согласно примечанию к ст. 131 УК РФ к преступлениям, предусмотренным п. "б" ч. 4 ст. 131 УК РФ и п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ, относятся также деяния, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных ч. ч. 3 - 5 ст. 134 и ч. ч. 2 - 4 ст. 135 УК РФ, совершенные в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста, поскольку лицо в силу возраста находится в беспомощном состоянии, то есть не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий. Соответственно, уголовная ответственность по ч. 3 ст. 134 УК РФ наступает в результате совершения действий сексуального характера, указанных в первой и второй частях указанной статьи, которые совершены с лицом, достигшим 12 лет, но не достигшим четырнадцатилетнего возраста.
Представляется интересным уголовное дело, в котором М. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 4 ст. 131 УК РФ и п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ, совершенных с угрозой применения насилия и использованием беспомощного состояния потерпевшей. Потерпевшая С., находясь в кафе с осужденным М. и в его присутствии, неоднократно говорила о том, что ей тринадцать лет, в подтверждение показывала свои учебники за седьмой класс. Выйдя из кафе, они вместе пошли по улице, затем М. предложил С. вступить в половую связь, на что она ответила отказом и напомнила о своем возрасте. М. стал угрожать ей и ее подруге избиением и изнасилованием со стороны своих знакомых, в результате чего С. испугалась и прекратила свое сопротивление. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исключила из осуждения М. по п. "б" ч. 4 ст. 131 УК РФ и п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ указание на использование беспомощного состояния потерпевшей.