Материал: Яворский И.К. Международно-правовые основы сотрудничества государств

117

тивных материалов, если такие правонарушения являются административ-

ными правонарушениями по праву России. В частности, государственные ор-

ганы Российской Федерации не смогут получать ответы на соответствующие запросы, в силу того что Европол некомпетентен их осуществлять.

Кроме того, есть еще одна правовая проблема реализации сотрудниче-

ства Европола и Российской Федерации в отношении противодействия неза-

конному обороту ядерных материалов. Как уже отмечалось, в качестве таких преступлений Решение 2009 г. рассматривает правонарушения, которые за-

креплены в Конвенции о физической защите ядерного материала 1979 г. Вме-

сте с тем, российское уголовное законодательство предусматривает более широкий перечень правонарушений, чем закреплено в Конвенции 1979 г. (например, незаконное приобретение ядерных материалов), который не охва-

тывается ст. 7 данного международно-правового акта. Следовательно, поло-

жения п. е ст. 4 Соглашения 2003 г. должны толковаться ограничительно, а

именно: участники взаимодействуют в сфере предупреждения, выявления и расследования правонарушений, связанных с незаконным оборотом ядерных и радиоактивных материалов, кроме тех правонарушений, которые не преду-

смотрены Конвенцией 1979 г. Если в правоприменительной практике не учи-

тывать такого ограничения, то формально даже существующее сотрудниче-

ство между Россией и Европолом по противодействию незаконному приобре-

тению (в широком смысле купле-продаже) ядерных материалов следует счи-

тать внедоговорным сотрудничеством, т.е. не основанном на юридически обязывающих нормах. С другой стороны, Россия, как и все государства-

члены Европола, является участницей Конвенции 1979 г., что говорит о том,

что положения ст. 7 данного документа имплементированы в российское пра-

во. При этом Конвенция не запрещает государствам расширять в своем зако-

нодательстве перечень наказуемых правонарушений, что как раз имеет место в ст. 220 Уголовного кодекса Российской Федерации. Но Решение о Европоле

2009 г. в этом смысле более категорично - оно не рассматривает возможность расширения данным ведомством собственной компетенции в зависимости от

118

особенностей законодательства третьих государств, с которыми сотрудничает Европол.

Таким образом, сотрудничество России и Европола по тем правонару-

шениям, которые не закреплены в Конвенции о физической защите ядерных материалов, формально осуществляться не может, поскольку они в настоящее время не входят в компетенцию ведомства. Полагаем, что с введением в дей-

ствие Решения 2009 г. отдельные положения Соглашения 2003 г. стали не со-

ответствовать компетенции Европола, в частности, в вопросах противодей-

ствия незаконному обороту ядерных материалов. В связи с этим следует рас-

сматривать возможность внесения изменений в Соглашение Российской Фе-

дерации и Европола с учетом новых правовых реалий.

В частности, полагаем, п. е ст. 4 Соглашения между Российской Феде-

рацией и Европолом следует дополнить, закрепив следующее положение: «Под правонарушениями, связанными с незаконным оборотом ядерных мате-

риалов, следует понимать правонарушения, указанные в ст. 7 Конвенции о физической защите ядерных материалов 1979 г.». Закрепление данного поло-

жения позволит снять рассматриваемое несоответствие, но при этом будет вполне отвечать законодательству России и нормам права ЕС.

В настоящее время в Европейском Союзе удалось достигнуть весьма высокого уровня физической защиты ядерных материалов от несанкциониро-

ванного обретения и использования, в связи с чем деятельность правоохрани-

тельных органов государств-членов и наднациональных структур в данной сфере сводится в основном к профилактике совершения правонарушений.

В связи с этим деятельность Европола в сфере противодействия неза-

конному обороту ядерных материалов на сегодняшний день осуществляется в следующих формах:

- во-первых, это выявление потенциальных покупателей и пр одавцов ядерных материалов, анализ данных о них и предоставление

таких данных национальным правоохранительным органам. Данная форма деятельности осуществляется путем сканирования глобальной сети Интер-

119

нет; координации ведения оперативного наблюдения за лицами, в отношении которых есть достаточные основания полагать, что они намерены совершить незаконные действия в отношении ядерных материалов;

- во-вторых, формой деятельности Европола в рассматриваемой сфере является координация подготовки полицейских кадров для правоохранитель-

ных органов государств-членов, в том числе экспертов, способных осуществ-

лять экспертизы по делам о незаконных действиях в отношении ядерных ма-

териалов. В частности, с 2001 года на базе Европейского центра радиацион-

ной защиты в г. Дортмунде (Германия) проводятся ежегодные курсы повыше-

ния квалификации для полицейских, позволяющие обучить сотрудников пра-

воохранительных органов основам обращения с аппаратурой, позволяющей выявлять незаконно перемещаемые ядерные материалы;

- в-третьих, Европол осуществляет обмен информацией с третьими гос-

ударствами. Особый интерес в такой форме сотрудничества вызывает взаи-

модействие с государствами, потенциально могущими стать источниками не-

законного оборота ядерных материалов, а также государств, чья территория может быть использована в качестве транзитной. В качестве таких госу-

дарств, в частности, рассматриваются Россия, Украина, Казахстан, Беларусь,

Пакистан, Индия. Вместе с тем, эффективность данной формы сотрудниче-

ства в настоящее время невысока, т.к. со многими из указанных государств заключены лишь рамочные соглашения, не позволяющие производить обмен конфиденциальными сведениями.

Подводя итог исследованию правовых основ сотрудничества по проти-

водействию незаконному обороту ядерных материалов в рамках деятельности Европола, следует отметить, что данное направление хотя и присутствовало изначально в повестке дня ведомства, но активная деятельность стала осу-

ществляться относительно недавно. Механизмы Европола по противодей-

ствию незаконному обороту ядерных материалов в целом по своим парамет-

рам не отличаются от механизмов противодействия иным видам трансгра-

ничной преступности. Вместе с тем, именно в сфере противодействия иссле-

120

дуемым инцидентам ведомство самым тесным образом опирается на универ-

сальные нормы, а также взаимодействует с универсальными организациями.

В отношениях с третьими странами, не являющимися членами ЕС, Европол также осуществляет взаимодействие по вопросам противодействия незакон-

ному обороту ядерных материалов. Вместе с тем, анализ новых правовых ос-

нов деятельности ведомства и Соглашения 2003 г. с Российской Федерацией выявил, что новая редакция европейских документов делает юридически за-

труднительной сотрудничество по отдельным фактам, относящимся к неза-

конному обороту. В связи с этим, полагаем необходимым корректировку ра-

мочного соглашения таким образом, чтобы имела место прочная юридиче-

ская основа для противодействия всем проявлениям незаконного оборота.

2) Сотрудничество в рамках Инициативы Европейского Союза и Совета Европы по созданию Центров передового опыта по снижению рис-

ков химической, биологической, радиационной и ядерной опасности (ЦПО ХБРЯ). Следует отметить, что данная инициатива по своей структуре и осо-

бенностям реализации с одной стороны сходна с аналогичным механизмом,

реализуемым в рамках Интерпола – Программа CBRNE (см. выше). В част-

ности, сходство проявляется в том, что меры по противодействию незакон-

ному обороту осуществляется не в отношении конкретного вида опасных ма-

териалов, а в отношении нескольких их видов. Однако есть существенная разница в данных организационно-правовых механизмах. Программа CBRNE

предполагает координацию деятельности национальных правоохранитель-

ных органов и направлена, прежде всего, на расследование уже имеющих ме-

сто фактов незаконного оборота; Инициатива ЦПО ХБРЯ напротив призвана обеспечивать обмен передовым опытом между любыми заинтересованными национальными структурами, а также имеет целью предупреждение фактов незаконного оборота.

Инициатива создания центров передового опыта по снижению рисков химического, биологического, радиационного и ядерного характера возникла в мае 2010 г. и начала реализовываться в 2011 г. на основе Решения Европей-