Дипломная работа: Взаимосвязь множественных идентичностей и мотивации к этнокультурной преемственности

Таблица 3 - Связь показателей шкал группы армян в Армении по коэффициенту корреляции Спирмена

Обозначения: * - корреляция значима на уровне 0,05; ** - корреляция значима на уровне 0,01

Таблица 4 - Связь показателей шкал идентичностей и психологического благополучия группы армян в России по коэффициенту корреляции Спирмена

Обозначения: ЭИ - этническая идентичность; ГИ - гражданская идентичность; ИМ - идентичность с местом; * - корреляция значима на уровне 0,05; ** - корреляция значима на уровне 0,01.

Таблица 5 - Связь показателей шкал идентичностей и стратегий аккультурации армян в России по коэффициенту корреляции Спирмена

Обозначения: * - корреляция значима на уровне 0,05; ** - корреляция значима на уровне 0,01.

Для выявления взаимосвязей показателей идентичностей с МЭП был проведен множественный регрессионный анализ с применением пошагового метода. Финальная модель со значимыми предикторами для группы Армении представлена в Таблице 6, а для группы России - в Таблице 7.

Таблица 6 - Результаты множественного регрессионного анализа взаимосвязи множественных идентичностей и МЭП (армяне в Армении)

Обозначения: B - нестандартизованный коэффициент регрессии, SE - стандартное отклонение, в - стандартизованный коэффициент, T-value - значение Т статистики, R2 - коэффициент детерминации, P - значимость регрессионной модели.

Таблица 7 - Результаты множественного регрессионного анализа взаимосвязи множественных идентичностей и МЭП (армяне в России)

Обозначения: B - нестандартизованный коэффициент регрессии, SE - стандартное отклонение, в - стандартизованный коэффициент, T-value - значение Т статистики, R2 - коэффициент детерминации, P - значимость регрессионной модели.

Как можно увидеть, полученные регрессионные модели обладают большой значимостью и описывают примерно половину дисперсии результатов. Как в группе респондентов Армении, так и в группе России, этническая идентичность имеет положительную взаимосвязь с МЭП. Идентичность с Арменией также положительно взаимосвязана с МЭП, причем с более высоким коэффициентом регрессии, чем у компонентов этнической идентичности. Гражданская идентичность не была включена в финальные модели, так как она ни в одной из групп не обладала достаточной значимостью и существенно снижала описательную силу моделей.

Дополнительно были проанализированы стратегии аккультурации армян, проживающих в России. Самой предпочитаемой оказалась стратегия интеграции (М=4.22, SD=.67), далее - сепарация (M=2.6, SD=.86), маргинализация (M=1.64, SD=.58) и ассимиляция (M=1.59, SD=.59). Были построены регрессионные модели, в которых зависимыми переменными выступали стратегии аккультурации (Таблица 8).

Таблица 8 - Взаимосвязь множественных идентичностей, МЭП и межэтнических контактов со стратегиями аккультурации армянского населения в России

Обозначения: ЭИ - этническая идентичность; ГИ - гражданская идентичность; ИМ - идентичность с местом; в - стандартизованный коэффициент, R2 - коэффициент детерминации, P - значимость регрессионной модели.

Выявлено, что интеграции армян, живущих в России, способствует идентификация с местом (Россией). Ассимиляции способствует идентификация с местом (Россией) и не способствует позитивность этнической идентичности. Сепарации способствуют МЭП и дружеские контакты с армянами, не способствуют - выраженность гражданской идентичности и контакты с русскими.

3.4 Обсуждение результатов

В проведенном исследовании рассматривались взаимосвязи между множественными идентичностями и мотивацией к этнокультурной преемственности в группах армян, живущих в Армении и в России.

1. Межгрупповые различия

Как и предполагалось, между армянами, живущими в Армении и в России, были найдены значимые различия в показателях этнической идентичности и мотивации к этнокультурной преемственности. У армян, живущих в России, этническая идентичность и мотивация к этнокультурной преемственности выше. Данные различия обусловлены тем, что при нахождении в другой культурной среде этническая идентичность человека актуализируется, становясь психологической опорой для мигранта. В связи с этим мигрант стремится больше узнать, подчеркнуть особенности своей культуры. Также в инокультурной среде для мигрантов становится важным сохранять культуру и передавать ее своим потомкам, отсюда и более высокие показатели МЭП.

2. Корреляции

Полученные результаты в группе респондентов из Армении показали наличие положительных связей между компонентами этнической идентичности, идентичностью с местом (Армения) и МЭП. Такие результаты позволяют подтвердить наши гипотезы о положительной взаимосвязи этнической идентичности и МЭП, и идентичности с местом (Армениея) и МЭП. Также эти результаты соотносятся полученными ранее [Valenzuela, Unzueta, 2015; Dimitrova, Ferrer-wreder, Trost, 2015].

Высокий уровень этнической идентичности и идентичности с местом (Арменией) положительно связаны с показателями психологического благополучия (самоуважение, удовлетворенность жизнью). То есть чем больше человек идентифицирует себя со своим этносом и родиной, тем выше у него самоуважение и удовлетворенность жизнью. МЭП также положительно связана с самоуважением человека, однако не было выявлено значимых связей МЭП с удовлетворенностью жизнью.

В группе респондентов из России также были найдены положительные связи между компонентами этнической идентичности, идентичностью с местом (Армения) и МЭП. Было выявлено, что МЭП и выраженность гражданской идентичности имеют отрицательную связь, что означает, что с увеличением у мигрантов выраженности гражданской (российской) идентичности уменьшается их мотивация к этнокультурной преемственности. Этот результат подтверждает нашу вторую гипотезу.

У армян, живущих в России, выраженность этнической идентичности отрицательно связана с позитивностью российской гражданской идентичности и с идентичностью с местом (Россия). Данные результаты говорят о том, что чем меньше мигрант идентифицирует себя со своей этнической группой, тем больше у него будет идентичность гражданина России и тем большую ценность для него будет представлять Россия, и наоборот. Этому соответствуют и результаты о том, что выраженность и позитивность гражданской идентичности положительно связаны с идентичностью с Россией. При этом, компоненты гражданской идентичности с идентичностью с Арменией связаны отрицательно, а значит, что с увеличением у армянских мигрантов российской гражданской идентичности увеличивается идентичность с Россией и уменьшается идентичность с Арменией.

Также найдено, что МЭП имеет отрицательные связи со стратегиями маргинализации и ассимиляции. Такие результаты кажутся вполне логичными, так как маргинализация и ассимиляция предполагают отход от культуры страны происхождения, а значит и мотивация к этнокультурной преемственности при таком раскладе будет низкой. Таким же образом, стратегия ассимиляции отрицательно коррелирует с показателями этнической идентичности и идентичностью с местом (Арменией). Это значит, что мигранты, идентифицирующие себя со своей этнической группой и Арменией, менее склонны к отдалению от культуры страны происхождения. Схожие результаты выявлены для стратегии маргинализации.

Между стратегией интеграции и МЭП не было обнаружено значимых связей, однако выявлено, что интеграция положительно коррелирует с выраженностью и позитивностью гражданской (российской) идентичности, а также с идентичностью с местом - Россией. Данные результаты в целом соотносятся с полученными ранее [Гарибян, Буре, 2009; Ефремова, 2009; Лебедева, 2009].

Стратегия сепарации положительно связана с МЭП, с выраженностью этнической идентичности и с идентичностью с местом (Армения); отрицательно - с выраженностью и позитивностью гражданской идентичности. Стратегия сепарации предполагает поддержание собственной культуры и отказ от принятия культуры принимающей страны. Полученные результаты не противоречат этому: чем выше идентичность со своим этносом и страной, тем более предпочтительна стратегия сепарации, а чем выше российская гражданская идентичность, тем стратегия сепарации менее предпочтительна.