Закон об уголовном праве 1967 г. устранил различия между фелониями и мисдиминорами, что привело к отмене четырехзвенной классификации соучастников. Отныне к соучастникам применяется ст. 8 Закона о пособниках и подстрекателях 1861 г. (в ред. 1977 г.), согласно которой соучастник должен быть подвергнут такой же уголовной ответственности как исполнитель преступления. Однако судьи при назначении наказания оценивают «вклад» каждого из преступников, и потому проблемы соучастия по-прежнему продолжают интересовать английских юристов.
После принятия Законов 1861, 1967 и 1977 гг. нормы общего права отнюдь не потеряли своего значения, особенно когда речь идет о квалификации преступления или назначении наказания.
В наши дни в уголовном праве также используется термин «соучастники», но одни юристы относят сюда любых участников преступления, включая исполнителя, другие же - только дополнительных, таких которые участвуют в совершении преступления, оказывая помощь в его совершении, советуя или побуждая другого.
Согласно современной доктрине исполнителем признается лицо, которое осуществило, полностью или частично, преступление своими руками, с использованием технических средств, либо с помощью невиновного посредника. По-прежнему сохраняет свою силу и правило, согласно которому соучастник может быть осужден за совершение преступления независимо от обвинения или осуждения исполнителя. Однако при этом обвинение должно было доказать, что: а) обвиняемый соучастник способствовал, советовал или подстрекал к совершению преступления, б) что преступление действительно было совершено и в) что у обвиняемого была mens rea, необходимая для возникновения уголовной ответственности.
Лицо, которое оказывает поддержку правонарушителю после совершения преступления, не может быть признано соучастником, так как оно не принимало участия в преступном посягательстве, хотя такое лицо, помогающее преступнику избежать задержания или ареста, может быть признано виновным в помощи преступнику, т.е. в совершении статутного преступления.
Если преступление было совершено, то для возникновения ответственности соучастника не имеет значения тот факт, что обвиняемый не мог совершить преступление как исполнитель (женщина может быть признана соучастником изнасилования, хотя закон предусматривает ответственность за изнасилование только для мужчины).
Что же касается такого необходимого субъективного элемента преступления, как mcns rea, то, безусловно, у соучастника в отличие от исполнителя она может быть несколько иной. Обвинение должно доказать, что соучастник:
а) намерен совершить действия, которые, как ему известно, способны помочь или поддержать исполнителя при совершении преступления;
б) знает или, по меньшей мере, не обращает внимания на любое обстоятельство, которое является необходимым элементом преступления; и
в) осознает то, что исполнитель действует или собирается действовать с mens rea, необходимой для данного преступления.
Эксцесс исполнителя. Английским уголовным правом выработано правило «общей преступной цели», согласно которому одно лицо отвечает за действия другого, направленные на достижение общей преступной цели, ради которой они объединились. Данное правило не распространяется па действия, вышедшие за рамки совместного замысла. Иными словами, если исполнитель в значительной степени отклоняется от посягательства, о котором шла речь, и сознательно выполняет другое деяние, то только он подлежит уголовной ответственности.
В том случае, когда исполнитель случайно отклонился от выработанной сообща линии поведения, ситуация меняется. Соучастник считается виновным, если он предвидит все условия, определяющие наступление уголовной ответственности. В настоящее время ведущим прецедентом в этой области являются решения Палаты лордов по делам Пауэлла и Инглиша, состоявшиеся в 1997 г.
В деле Пауэлла двое обвиняемых вместе с приятелем пришли домой к торговцу наркотиками с целью их приобретения. Открывший дверь торговец был убит выстрелом. Поскольку не было ясно, кто из троих выстрелил, обвинение сочло, что, если это сделал приятель обвиняемых, то они также виновны в тяжком убийстве, поскольку знали об оружии, которое могло быть использовано для убийства или нанесения тяжких телесных повреждений, что и было подтверждено приговором суда. В решении Палаты лордов указывалось, что, если один участник совместного преступного сообщества предвидит в качестве реальной возможности совершение в ходе преступления иного преступного действия другим участником с соответствующей mens rea, то первое лицо также виновно в совершении этого преступления. По мнению Палаты лордов, это может иметь место даже в том случае, когда один из участников «прямо или точно» не выражал своего согласия или даже прямо возражал против этого. В деле Пауэлла требование определенной степени предвидения как «предвидения реальной возможности» было определено как «предвидение риска, который обвиняемый не принимал во внимание, полагая, что он существует в такой отдаленной степени, что в целом не представляет опасности».
Иное решение было вынесено по делу Инглиша, который вместе с другим лицом напал на полицейского, избив его деревянной дубинкой. Хотя смерть полицейского наступила от раны, нанесенной ножом, использованным соучастником Инглиша, суд признал последнего виновным в соучастии в тяжком убийстве. Палата лордов, в свою очередь постановила, что если соучастник предполагал или предвидел, что исполнитель собирался или мог выполнить с соответствующей mcns rea задуманное преступление, соучастник не может нести ответственности за совершенное преступление, если действия исполнителя совершенно отличались от первоначального плана.
Добровольный отказ. Лицо может избежать уголовной ответственности за соучастие при добровольном отказе от совершения преступления. Однако отказ должен состояться до того, когда наступят вредные последствия и носить деятельный характер.
Эти правила, сформулированные в прецедентах и доктрине, в законодательстве не были закреплены. Поэтому в каждом конкретном случае суд исходит из норм общего права. В некоторых случаях добровольный отказ не освобождает от уголовной ответственности, например, когда действия исполнителя вышли за рамки чисто подготовительных. Не сформировалось единого мнения судов в отношении формы, в которой должен осуществляться добровольный отказ от совершения преступления. Существует, однако, общее требование, предусматривающее, чтобы отказ был непременно деятельным. Пассивное устранение одного из соучастников преступления от его совершения, например, в связи с арестом, не освобождает его от ответственности.
В одних случаях деятельный отказ может выражаться лишь в устной форме, когда, например, лицо, подстрекавшее другого к совершению преступления, заранее прямо и недвусмысленно сообщает другому о своем отказе. В других случаях может потребоваться и физическое участие в предупреждении преступления. Например, в решении по делу Бейкера Апелляционный суд не признал в качестве деятельного добровольного отказа от участия в преступлении действия обвиняемого, который после нападения на человека (убитого его соучастником в результате этого нападения) отступил назад со словами: «Я не буду этого делать». В каждом отдельном случае с учетом всех обстоятельств дела суд решает, какой должна быть степень физического вмешательства для того, чтобы отказ от преступления был признан добровольным и эффективным.
Закон об уголовном праве 1967 г., отменив ответственность «пособников после факта совершения фелонии», ввел самостоятельный состав преступления для лиц, помогающих заведомому преступнику (assisting offender). В ст. 4 Закона установлено, что если лицо, зная или будучи уверенным в том, что другим лицом совершено арестное преступление, умышленно и без соответствующих полномочий или без уважительных причин создает условия, мешающие аресту или наказанию, оно виновно в воспрепятствовании уголовному преследованию. Такая помощь преступнику может быть выражена как в конкретных действиях, так и в словах, например в даче ложной информации или использовании «промежуточного агента».
Наказание за подобные действия зависит от того наказания, которое грозит основному преступнику. Если наказание за преступление строго определено в законе, то виновный в воспрепятствовании уголовному преследованию может быть лишен свободы на срок до 10 лет; если основное преступление наказывается лишением свободы на срок до 14 или 10 лет, то лицо, оказывающее помощь, соответственно может быть лишено свободы на срок до 7 или 5 лет. Во всех остальных случаях максимальный срок наказания в виде лишения свободы составляет 3 года.
.5 Понятие, цели и система наказаний
Хотя английское законодательство не содержит понятия наказания и его целей, в теории уголовного права эти вопросы издавна были предметом исследования знаменитых английских философов и юристов. При определении того, что же представляет собой наказание и каковы его цели, на первый план выступают проблемы философского характера. По мнению известного британского философа X. Харта, «наказание является методом социального контроля, который определяет максимум возможной индивидуальной свободы в различных сферах в пределах принудительно устанавливаемых правом границ. Основное же действие уголовного наказания состоит в провозглашении определенных стандартов поведения и назначении карательных мер за отклонение от них, мер, которые делают отклонение менее привлекательным, в результате чего индивиды оказываются перед проблемой выбора». В другой своей работе X. Харт попытался помимо иных выделить следующие характерные черты наказания:
) наказание должно сопровождаться болью или иными следствиями, которые обычно считаются неприятными;
) оно должно налагаться за нарушение норм права;
) оно должно применяться к действительному или предполагаемому правонарушителю за совершенное им деяние;
) оно должно быть сознательно исполнено другими по отношению к правонарушителю людьми;
) оно должно налагаться и исполняться властью, уполномоченной на то правовой системой, против которой и было совершено правонарушение.
По мнению X. Харта, предложенная им схема, носит общий концептуальный характер и потому предназначена не только для уголовного права, но применима и к другим отраслям права.
Что же касается уголовного права, то в качестве основных целей наказания английские юристы называют воздаяние за совершенное преступление, устрашение, защиту общества от вреда, причиняемого преступлениями и реабилитацию преступников.
В Англии нет ни одного законодательного акта, в котором были бы сформулированы общие принципы, понятие и цели наказания. В то же время, законы, принятые парламентом в последнее десятилетие, свидетельствуют о напряженной работе в этой области, о попытках выработать, опираясь на традиционные понятия, новые подходы и принципы назначения и исполнения наказаний за уголовные преступления. В этих законах па первое место выдвигается принцип справедливого воздаяния, устрашения и защиты общества от вреда, причиняемого преступлением.
Следует отметить, что само по себе понятие «воздаяния или кары» за преступление не однозначно. Это может быть и удовлетворение государством желания индивида, которому был причинен вред, отомстить преступнику, а может быть - и порицанием со стороны государства, которое назначает преступнику наказание за нарушение законов государства. Принцип воздаяния также предполагает, что наказание не должно быть слишком строгим, и требует соразмерности наказания и тяжести содеянного. Цель наказания, направленная на устрашение, преследует выработку негативного отношения к преступлению, как у самого преступника, так и у других людей, с тем, чтобы удержать их от совершения преступных действий в будущем.
Важными целями уголовного права в целом по-прежнему остаются предупреждение преступлений и реабилитация правонарушителя. Считается, однако, что реализация этих целей не должна вести к усилению наказаний в конкретном деле, если только это не оправдано серьезностью преступления или вредом, причиненным обществу. Так, в настоящее время совершение преступления повторно, за некоторым исключением, установленным в Законе о преступлении (наказания) 1997 г., не является обстоятельством, влияющим на усиление ответственности.
Система наказаний. Отсутствие Уголовного кодекса или какого-либо единого законодательного акта, определяющего систему наказаний, тем не менее, восполняется значительным числом законов, определяющих полномочия уголовных судов по назначению наказаний, которые могут применяться за совершение преступлений. Можно сказать, что несмотря на это в Англии существует достаточно гибкая система наказаний. Ее характерными признаками являются то, что она установлена уголовными законами; существующая система наказания обязательна для судов и представляет собой исчерпывающий перечень наказаний. Следует отметить, что действующая система наказаний не предусматривает их градации на основные и дополнительные, поэтому все наказания носят альтернативный характер и могут либо заменять, либо дополнять друг друга. Анализ законодательства и судебной практики позволяет выявить связь, существующую между некоторыми видами наказаний, которая проявляется в том, что в случае уклонения осужденного от отбытия одного, менее строгого наказания, оно может быть заменено другим, более строгим. Например, нарушение условий про-бации, неуплата штрафа и неисполнение некоторых иных видов наказания влекут за собой их замену тюремным заключением. Кроме того, необходимо выделить отдельную группу наказаний, которые могут применяться судами лишь с согласия подсудимого.
Обращает на себя внимание и тот факт, что система наказаний, обусловленная социальными целями, необходимостью борьбы с преступностью, развивается в последние десятилетия в направлении дальнейшей ее дифференциации, особенно, когда речь идет о наказаниях для несовершеннолетних и молодых правонарушителей, лицах совершивших малозначительные правонарушения.
Это развитие проявляется в нескольких направлениях. Весьма важной для английского законодательства последних лет является тенденция ограничения использования тюремного заключения как вида наказания только случаями совершения наиболее серьезных преступлений (хотя в отдельных случаях в законе сохраняется возможность назначения даже продленных сроков тюремного заключения). На первый план также все большее выдвигаются наказания, не связанные с лишением свободы, в связи с чем были значительно расширены полномочия уголовных судов по их назначению.
Что же касается назначения наказания, то здесь судьи всегда были наделены правом самого широкого усмотрения. Исключение составляют лишь те преступления, санкции за которые строго определены в законе, в том числе караемые смертной казнью, и убийство, за которое полагается пожизненное лишение свободы. Определяя наказание за конкретные составы преступлений, законодатель в статутах, как правило, устанавливает верхний предел наказания для наиболее серьезных случаев - нижняя же граница в законах дается значительно реже. Современное английское законодательство предусматривает пять категорий наказания, в том числе:
) смертную казнь;
) наказания, связанные с лишением свободы (custodial sentence), включая тюремное заключение, продленное тюремное заключение, пожизненное тюремное заключение, условную отсрочку наказания в виде лишения свободы с назначением надзора или без такового;
) наказания, не связанные с лишением свободы, но ограничивающие ее определенным образом (community sentence), в том числе про-бацию, предоставление бесплатных услуг обществу, запрет покидать в определенные часы установленное место жительства и др.;
) наказания финансового характера (штраф, компенсацию и конфискацию) и
) наказания для несовершеннолетних.
2. Особенности Уголовного права ФРГ
2.1 Общая характеристика источников уголовного права ФРГ
К источникам уголовного права ФРГ относятся Основной закон (Конституция) ФРГ 1949 г., Уголовный кодекс ФРГ 1871 г., федеральные уголовные законы, уголовное законодательство земель, иностранное уголовное законодательство. Особенностью уголовного права ФРГ является то, что оно кодифицировано не полностью. Наряду с Уголовным кодексом существуют иные многочисленные некодифицированные уголовно-правовые нормы, содержащиеся в различных законах. Поэтому следует различать собственно Уголовный кодекс (кодифицированный акт) и более широкое понятие - уголовное право, в которое входят как УК ФРГ, так и иные многочисленные уголовно-правовые предписания, содержащиеся в различных законах, составляющих так называемое дополнительное уголовное право.