Современная криминальная литература обращается к криминалу и идеологии за ним, рассматривая преступление в глобальном контексте мирового сообщества, но при этом учитывая особенности конкретного государства, на территории и в пределах которого данное преступление было совершено. Здесь же находят широкое отражение культурные и традиционные особенности, нравственные черты, как общечеловеческие, так и общекультурные. Все это позволяет читателю взглянуть на события до, во время и после преступления с точки зрения самого преступника, лучше понять его мотивацию и мировоззренческую точку зрения, которая в традиционных детективных романах остается за кадром происходящего и не разбирается, так как априори поведение преступника считается аморальным, а значит - не может быть оправдано и понятно читателям.
Явление криминала в современном мире несколько отличается от криминала в период зарождения классической детективной литературы. С этим связаны и трансформации традиций в репрезентации криминальных событий и преступников в литературе. Рассмотрим роман Дж. Уолтера «The Zero», удостоенный Национальной Книжной премии в 2006 году, и разберем его идеологическую, нравственную и криминальную основу.
Роман «The Zero» можно рассматривать в контексте литературы 11 сентября - все события, описанные в нем, разворачиваются после трагедии 11 сентября, что уже характеризует атмосферу романа и провоцирует читателя на определенные эмоции и отклик. В 1.2 мы уже упоминали сильное культурно-психологическое влияние трагедии на сознание американцев и говорили о том, что подобные общественные травмы находят отражение в литературе, переосмысляя и трансформируя многие жанровые традиции.
Главный герой Брайан Реми страдает от фрагментарной потери памяти - он не помнит последние несколько дней, которые являются ключевыми для событий романа. Именно потеря памяти главного героя держит читателя в напряжении, так как большую часть романа читателю - вместе с Реми - остается лишь догадываться о том, что же это за трагические события, о которых все говорят, какое отношение к ним имеет главные герой и почему вдруг он работает на тайную правительственную организацию, чья задача установить преступника:
«Хорошо. В этом и проблема. Эти пробелы в памяти, а может и вся его жизнь - серия скачков, - разорванные клочки и пустота там, где раньше было объяснение для самых примитивных вещей.» Прим. Здесь и далее перевод наш.
( «Okay. This was the problem. These gaps in his memory, or perhaps his life, a series of skips - long shredded tears, empty spaces where the explanation for the most basic things used to be.» Walter, J. (2006). The zero. New York, NY: HarperCollins Publishers Inc. - p. 5)
Потеря памяти главного героя осложняет разгадку преступления и раскрытие тайны. В этом плане структура романа вполне укладывается в контекст постмодернистской прозы, где персонаж может существовать в двух мирах, действительно существующих или являющихся плодом его в буквальном смысле больного воображения, как например в романе Брета Истона Элиса «Американский психопат» (American Psycho, 1991) или Чака Паланика «Бойцовский клуб» (Fight Club, 1996), в котором главный герой ищет того, кем на самом деле является он сам.
Трансформации традиции детективного романа заключается в совмещении роли героя-сыщика и преступника в одном лице. Однако двойственной натурой главного героя - и героя, и преступника - Уолтер описывает явную сатиру над миром пост 11 сентября, который фокусировался исключительно на героизме и положительных характеристиках героя, так как его персонаж таковым не являет. Уолтер демонстрирует читателю через своего героя Реми, что героизм может уживаться с агрессией. В процессе романа Реми приходит к осознанию того, что он должен найти и поймать самого себя, в связи с этим он сталкивается с рядом нравственных и идеологических вопросов. Жизнь и поступки Реми нельзя разделить на четко черное и белое, что является характерной трансформацией детективного романа в современной криминальной литературе, где главный герой морально «серый» и не представляет собой чисто зло или добро:
«На его ботинке был след, какое-то пятно. <…> Пятно было красно-коричневое и немного блестело. Он дотронулся до него, и оно отпечаталось на руке. <…> … но мгновение и мысли ускользнули раньше, чем он успел вытереть кровь с ботинок.»
(«There was a mark, a stain of some kind, on one of his shoes. <…> The stain was reddish brown, kind of glossy. He touched it and it flacked off in his hand. <…> … but the moment and the thought slipped before he had a chance to wipe the blood off his shoes» Walter, J. (2006). The zero. New York, NY: HarperCollins Publishers Inc. - p. 190.)
На фоне всеобщей скорби, травмы, меланхолии и массовой политической пропаганды Реми резко выделяется: сначала своим странным, близким к шизофреническому, поведением, а затем и своим мировоззрением. Ярким примером окружающего его мира может послужить его сын-подросток, который рассказывает всем в школе, что его отец погиб и крайне своеобразно переживает общую скорбь:
«- Тогда почему так трудно поверить, что я скорблю так же, как те дети? Думаю, вам бы больше понравилось, если бы я вел себя как остальные, скорбел как все. <…> Я не могу… оправиться. И не хочу. Принять что-то можно лишь пройдя через это. В противном случае, это просто число. <…> Как можно оплакивать число?»
« “Then why is it so hard to believe that I could be grieving the same thing as those other children? I suppose you'd rather I behave like everyone else and grieve generally. <…> I can't… get over it. And I don't want to. The only way to comprehend something like this is to go through it. Otherwise, it's just a number. <…> How do you grieve a number?” » Walter, J. (2006). The zero. New York, NY: HarperCollins Publishers Inc. - p. 34
Реми не покидает ощущение, что он попал в сумасшедший мир, что уже само по себе иронично, учитывая то, что повествование романа начинается с его попытки покончить с собой выстрелом в голову, о которой он моментально забывает:
«Какое-то время он пытался разобраться в произошедшем, подобно тому, как он разбирался в ситуациях на работе. Масло для чистки еще могло говорить о случайности, но записка. Ни один лунатик не пишет записок.
Чистил пистолет?
Он взял записку: «И так далее…».».
(«For a moment he tried to puzzle over it all, the way he might have considered a problem on the job. Cleaning oil might indicate an accident, but the note? What lunatic has ever written a note before…
Cleaning a gun?
He picked up the note: “Etc…”» Там же - p. 5.)
Представления о нормальности безумца среди нормального мира, которому значительно промыла мозги политическая пропаганда, сделав его «нормальным» так, как выгодно именно правительству, кажутся абсурдными и значительно откланяются от традиционного детективного романа, где границы белого и черного не размывались, а идеологические и нравственные вопросы вообще не стояли, так как ответ на них был однозначный и без того понятный.
Другой трансформацией традиций детективной прозы является чрезмерно детальное описание оторванных конечностей, скальпов и прочих улик-последствий произошедшей катастрофы. Все это одновременно и нагнетает атмосферу, свойственную романам 11 сентября, и при этом автор будто бы насмехается над происходящим, меняя полярности местами и демонстрируя читателю неоднозначность происходящего. Политическая пропаганда и массовая скорбь представлены таким образом, что вызывают отторжение и множественные вопросы о здравости массового сознания:
« - Видишь ли, - продолжал Пол, - раньше никто ничерта нам не говорил, кроме жалоб на повестки или тявканья из-за того, что мы не поймали придурка, вскрывшего их чертову машину, понимаешь? А теперь… бесплатный кофе? Похлопывания по спине? »
(« “See,” Paul pressed on, “before no one said shit to us, except to gripe about a summons they just got or bark about why we didn't catch the mutt who broke into their fuggin' car, you know? Now…free coffee? Pats on the back?”» Walter, J. (2006). The zero. New York, NY: HarperCollins Publishers Inc. - p. 11)
Роман отличается фрагментарным и неподробным описанием поступков Реми в тех случаях, когда он выступает преступником, агентом под прикрытием. Подобная ограниченная точка зрения по-разному трактуется литературоведами. Гиббс, например, считает, что подобный нарратив отражает «the invisibility of American `counter-terrorism' operations post-9/11, and the way in which the American mainstream failed to discuss the ethics of such measures» (Gibbs, 2014, p. 97). Однако для нас подобное построение нарратива интересно еще и с точки зрения нарратива традиционного детективного романа, где действия преступника описываются менее детально, чем деятельность сыщика, в данной ситуации деятельность Реми-детектива, и частично остаются за кадром повествования.
Многие черты в главном герое могут трактоваться, как отображение сознания Америки. Так, например, потеря памяти может быть воспринята, как стремление американского социума к забытью и желание изолироваться, защититься от травматичных событий 11 сентября. Нарушение зрения Реми является то ли реальным, то ли выдуманным, то ли метаморфическим, так как хирург заявляет, что он «никогда не видел такую тонкую разорванную ткань на живом человеке» («never seen such thin, tattered tissue on a human being that wasn't a cadaver») Walter, J. (2006). The zero. New York, NY: HarperCollins Publishers Inc. - p. 266. Если же мы трактуем слепоту главного героя, как метафору и аллюзию на американское общественное сознание, то эта слепота - неспособность Америки увидеть и предотвратить агрессию, жестокость и насилие.
Проанализировав данный роман, мы установили особенности его криминальной, идеологической и нравственной основы, и выделили отличительные черты современной криминальной прозы. Таковыми являются: сращивание нескольких героев в одного (герой-сыщик и герой-преступник становятся одним персонажем), «серая» мораль, аллюзии на реальные политические и социальные события и их критическая оценка.
В третьей главе мы рассмотрели проблематику, синтез документального и вымышленного, синтез жанров), криминальную, нравственную и идеологическую основу современного криминального романа на материале романов Джесса Уолтера «Гражданин Винс» (Citizen Vince) и «The Zero».
В 3.1 мы проанализировали проблематику и синтез романа «Гражданин Винс». Мы отметили в нем традиционные черты детективного романа: выдающийся ум героя-сыщика, заурядные способности отстающей от него на шаг полиции и героя-полицейского, классический детективный нарратив, состоящий из преступления, тайны, расследования и наказания, который, однако, выходит на второстепенный план. Помимо традиций детективного романа мы также отметили трансформации: «серая» мораль главного героя, экзистенциальные вопросы, анализ и рефлексия, выведенные на первый план романа, гармоничный синтез традиций нескольких детективных жанров, использование документальных событий и наслаивание на них выдуманных событий.
Кроме того, мы изучили особенности интеллектуальной литературы от массовой и выделили ее характерные черты: определенная подготовленность читателя, соответствующий читательский опыт, экзистенциальные проблемы, вопросы моральности и аморальности совершенного преступления, проблема искупления и жизни после преступления, фокус на внутренний мир главного героя произведения.
В 3.2 мы рассмотрели криминальную, идеологическую и нравственную основы романа «The Zero» и выделили их отличительные черты. Мы определили наличие традиций детективного романа, которые проявляются в классическом детективном нарративе, наличии криминальной составляющей и героя-сыщика и героя-преступника. Однако в данном романе мы выявили намного больше трансформаций традиций, чем самих традиций. Среди таких трансформаций сращивание героя-сыщика и героя-преступника в одного персонажа, «серая» мораль, детальные описания расчлененных трупов, критика и сатира политической пропаганды и общественного сознания, метаморфическое отображение достоверно произошедших событий и их критическое восприятие.
Затем мы отметили смену полярностей нормального и ненормального в произведении и описали возможные аллюзивных причины на американское общество.
В результате проделанной работы мы пронаблюдали традиции и трансформации традиций детективной прозы в современной интеллектуальной криминальной прозе США.
Заключение
В ходе проведения настоящей работы перед нами стояла следующая цель - проследить развитие детективных жанров и выявить основные черты криминальной прозы в рамках трансформированных традиций детектива, романа-триллера, криминального романа в современной литературе США.
Для реализации данной цели нами были выполнены следующие поставленные задачи:
1. Установить литературный контекст традиции детектива.
2. Выявить основные детективные жанры в современной литературе США.
3. Проследить особенности современного романа-триллера.
4. Изучить реализации эффекта «suspense» как одной из главных составляющих романа-триллера.
5. Провести анализ синтеза жанров в одном из криминальных романов о поиске идентичности.
6. Изучить особенности проблематики одного из криминальных романов.
В Главе 1 настоящей работы мы установили достаточную теоретическую базу для нашего исследования, рассмотрев работы ученых-литературоведов и ярких представителей классического детектива, постмодернистского детектива и современной криминальной прозы. Мы разделили понятия детективной литературы и криминальной литературы, обозначив понятие криминальной литературы как более широкое и сочетающее в себе несколько жанров, в основе произведений которых стоит криминальная составляющая. Мы установили традиции детективного романа и определили направления для дальнейшего исследования.
В Главе 2 и Главе 3 мы проанализировали два романа-представителя современной массовой литературы США - Гиллиан Флинн «Исчезнувшая» (Gone Girl, 2012) и «Острые предметы» (Sharp Objects, 2006), а также два романа-представителя современной интеллектуальной литературы США - Джесс Уолтер «Гражданин Винс» (Citizen Vince, 2005) и The Zero (2006).