Владелец крепостного крестьянина мог распоряжаться им как вещью: продавать, менять, дарить. Следовательно, крестьянин был фактически вещью своего владельца, поэтому мог выступать предметом различных гражданско-правовых сделок, что не было запрещено законом, то есть торговля данной категорией граждан была разрешена и уголовно не наказывалась. Однако государственные крестьяне находились в особом положении, поскольку торговля ими была запрещена, что вытекало непосредственно из их статуса, но император мог их подарить («пожаловать» за те или иные заслуги перед государством). Таким образом, запрет на торговлю государственными крестьянами имел исключения и не носил универсальный характер.
В 60-е годы 17 века торговля крепостными крестьянами приняла огромные размеры. Поэтому, во избежание негативных последствий, законодатель был вынужден установить ряд ограничений в данной области.
В 1766 году был введен запрет на продажу крепостных крестьян менее чем за три месяца до так называемого «рекрутского набора», в 1771 году был введен запрет при конфискации помещичьего имущества продавать крестьян без земли.13
Данные запреты носили не столько уголовно-правовой, сколько гражданско-правовой характер, что объясняется причинами, побудившими властей ввести данные ограничения, то есть фактически введенные запреты касались организации сделок по купле-продаже крепостными.
В последующем крепостное право было отменено, что повлекло сведение уголовно наказуемой продажи человека в рабство к деяниям, которые влекли за собой состояние несвободы лица.
Господствующее мнение по поводу торговли людьми начало меняться в 19 веке с развитием мануфактур и переходом к рыночным отношениям. Так, в разделе «О преступлениях и проступках против законов о состояниях» Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года14 впервые в истории российского государства была криминализирована торговля людьми с выделением двух составов преступлений: «продажа в рабство» (наказывалась каторгой на срок от 8 до 10 лет) и «участие в торговле неграми». Несмотря на локальность второго из составов, фактически они охватывали достаточно широкий круг деяний, включающий не только организацию торговли, но и иные виды участия в ней, к которым вполне можно было отнести и пособничество. Таким образом, объективная сторона преступления расширилась, а также очевиден отход законодателя от составной конструкции данного преступления. Теперь объективную сторону формирует непосредственно продажа, которая представлена не только
договором купли-продажи, но и иным видами сделок. Кроме того, уголовно наказуемыми стали и посреднические действия, то есть можно утверждать, что впервые уголовной ответственности подлежал и пособник торговли людьми.
Таким образом, в данный период времени впервые в уголовном законодательстве предусматривается ответственность за рабовладение и торговлю людьми. Артикул Воинский Петра Великого устанавливал ответственность в виде смертной казни за продажу человека, что показывает высокую общественную опасность данного преступления. Кроме того, важной новеллой российского уголовного законодательства 19 века о противодействии торговле людьми стало то, что о торговле людьми впервые стали говорить именно в юридическом смысле.
В Уголовном уложении 1903 года, действовавшем на территории Российской Империи до революции 1917 года, виновный в продаже или передаче в рабство, в неволю, наказывался каторгой на срок не свыше восьми лет: статья 501 Уложения 1903 года, в которой была установлена ответственность за продажу или передачу человека в рабство или неволю, а также за торговлю неграми.15 Уголовное Уложение 1909 г. впервые ввело в качестве наказуемого деяния продажу лица женского пола для занятия проституцией (глава «О непотребстве»). 25 декабря 1909 г. был утвержден закон «О мерах к пресечению торга женщинами в целях разврата». Из этого следует, что в начале 20 века качественно изменился подход законодателя к торговле людьми. Теперь объективную сторону преступления уже составляет большее количество разнообразных деяний: различные сделки в отношении человека (конечно, превалировало количество сделок по купле-продаже, но предусматривались и иные виды сделок), при этом наказуема была не только сама продажа, но и простая передача человека, которая, однако, должна быть совершена с определенной целью - передача в рабство либо для занятия
проституцией (что касается лиц женского пола), что в настоящее время входит в понимании эксплуатации человека, закрепленном в примечании к ст.127.1 УК РФ. Если проанализировать субъективную сторону, то она в большей степени приближена к действующему законодательству, так как вышеперечисленные действия должны были быть совершены с прямым умыслом, а для отдельных действий предусматривалась специальная цель (передача в рабство, для занятия проституцией), то есть обязательной частью субъективной стороны для этих преступлений являлась, помимо вины в форме прямого умысла, еще и цель.
Третьим рассматриваемым мной периодом является Советская эпоха. Данный период характеризуется отсутствием самостоятельных норм за торговлю людьми, хотя некоторые аспекты незаконных сделок в отношении человека в той или иной мере находили своё отражение в уголовном законодательстве 1922, 1926 и 1960 годов.
В первом советском Уголовном кодексе РСФСР 1922 года эти общественно опасные деяния (продажа или передача человека в рабство) были декриминализированы. Предполагалось, что создание социалистического государства на основе уничтожения эксплуатации человека человеком исключили такие негативные явления, как рабство и работорговлю. Торговля людьми не была выделена в самостоятельный состав, однако уголовную ответственность влекли деяния, способствовавшие распространению торговли женщинами: предусматривалась ответственность за принуждение к занятию проституцией, совершенное посредством физического или психического воздействия; уголовный закон устанавливал наказание за вербовку женщин для занятий проституцией.16
В Уголовном кодексе РСФСР 1926 года, как и в Уголовном кодексе РСФСР 1922 года, торговля людьми не предусматривалась самостоятельным составом, однако уголовный закон сохранил запреты на деяния, ранее связанные с торговлей людьми (принуждение к занятию проституцией,
вовлечение в занятие проституцией), которые в этот период были выделены в самостоятельные составы преступления. Хотя в международном масштабе активизировалась деятельность по противодействию этому явлению.
Указанный пробел в законодательстве можно объяснить тем, что в советский период проституция и неразрывно связанная с ней торговля женщинами, в целях их сексуальной эксплуатации, существовали, скорее, как исключительное явление, не получая широкого распространения. Иные виды торговли людьми фактически отсутствовали, а, следовательно, не было общественной необходимости в регламентации торговли людьми и ее уголовной наказуемости. Предупредительную роль в аспекте противодействия проституции обеспечивали на то время нормы УК 1960 г., предусматривающие ответственность за содержание притонов и сводничество (ст. 221) и за вовлечение несовершеннолетних в занятие проституцией (ст. 205).
Таким образом, на протяжении длительного времени торговля людьми не признавалась законодательством в качестве самостоятельного преступления и не регламентировалась, хотя свобода человека охранялась на разных этапах нормами, предусматривающими иные составы преступлений (сутенерство, вербовку женщин для занятия проституцией и т.д.).
И, наконец, 4 период - Современная Россия - связан с изменениями в социально-экономической системе РФ, принятием Конституции РФ 1993 г. и введением в действие Уголовного кодекса РФ 1996 г., в котором была лишь специальная статья, направленная на пресечение торговли несовершеннолетними (ст. 152 УК РФ). Нормы, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с торговлей людьми (ст. 127.1 УК РФ), были введены в уголовное законодательство в 2003 г., с одновременным исключением ст. 152 УК РФ, а торговля несовершеннолетними была признана квалифицированным составом. В статье 152 УК РФ 1996 года была установлена лишь уголовная ответственность за торговлю детьми, состав которой, с точки зрения как
объективной, так и субъективной стороны, наиболее приближен к действующей статье 127.1 УК РФ. Так, объективную сторону преступления - торговля детьми (по ст.152 УК РФ 1996 г.) составляли следующие деяния: купля-продажа несовершеннолетнего, иные сделки в отношении него (в форме передачи и завладения), которые с точки зрения субъективной стороны совершались с прямым умыслом. Однако, в отличие от действующего законодательства, данное преступление не было универсальным, так как ответственности подлежали только лица, совершающие торговлю в отношении несовершеннолетнего, то есть всеобщего запрета на торговлю любым гражданином УК РФ 1996 г. не предусматривал. В квалифицированных составах рассматривалось совершение этих же действий в определенных целях: вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления или иных антиобщественных действий, для совершения действий сексуального характера, в целях изъятия у несовершеннолетнего органов или тканей для трансплантации. Таким образом, субъективная сторона была расширена, включая не только прямой умысел, но и специальную цель, при этом, по сравнению с действующим законодательством, перечень целей был шире, чем те, которые в настоящее время входят в понятие эксплуатации человека.
Например, цель вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления в данное время является самостоятельным составом - статья 150 действующего УК РФ - вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления. Аналогична и статья 151 УК РФ - вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий, что связано с выделением в действующем УК РФ отдельной главы в отношении преступлений против семьи и несовершеннолетних.
Исторический анализ приводит к выводу, что криминализация торговли людьми обусловлена особенностями социально- политического и экономического устройства России, и это нашло свое отражение в уголовно- правовых нормах соответствующих исторических периодов, начиная с 11
века и по настоящее время. В законодательстве России подход к пониманию торговли людьми изменился, перешел от чисто гражданско- правового к уголовно-правовому. Первоначальная регламентация порядка совершения сделок с человеком в связи с введением гражданской ответственности за нарушение порядка торговли, переросла в уголовно -правовой запрет на торговлю людьми в целом . Этот переход сопровождался изменением определения круга потерпевших, в отношении которых совершалось уголовно наказуемое преступление (рабы, холопы , крепостные крестьяне, простые граждане, женщины, дети и т.д.), изменением в составе объективной и субъективной сторон преступления. Так, если на протяжении длительного времени фактически единственным уголовно наказуемым деянием, образующим объективную сторону торговли людьми, было совершение сделки купли- продажи человека, в дальнейшем было дополнено иными видами сделок, а также простой передачей человека в определенных целях.
законодательства она была выражена прямым умыслом, однако дополнительно к нему, в зависимости от изменения объективной стороны, шла определенная цель. При этом список целей, входящих в субъективную времени, то расширяясь, то сужаясь от передачи в рабство и для занятия сторону торговли людьми, был неоднозначным и менялся на протяжении проституцией к огромному перечню целей в отношении несовершеннолетних, и в дальнейшем - к эксплуатации человека , которая по своей сути объединила практически все регламентированные до этого цели передачи человека.
1.2 Ответственность за торговлю людьми в зарубежном уголовном праве
В сфере современной торговли людьми сексуальная эксплуатация потерпевших является одним из наиболее распространенных проявлений криминального бизнеса. Формами коммерческой сексуальной эксплуатации, сопровождающими преступные сделки против свободы человека, являются вовлечение в занятие проституцией (ст. 240 УК РФ), получение сексуальных услуг несовершеннолетнего и организация занятия проституцией (ст. 241 УК РФ)17.
Масштабы глобализации торговли людьми вынуждают законодателей мировых держав принимать меры по противодействию этому явлению и требуют решения проблем гармонизации российского и зарубежного законодательства.
Компаративистский анализ служит прогностическим целям: критическое осмысление особенностей установления уголовно -правовых запретов в зарубежных законодательных актах определяет перспективные пути национального нормотворчества. В этом смысле сравнительное право представляет собой важнейший инструмент такого изучения и является, по справедливому замечанию французского правоведа Марка Анселя,
«одновременно местом исследования, опытным полем и неисчерпаемым источником, из которого можно извлечь материалы, могущие послужить основой для создания права завтрашнего дня»18.
Изучение стратегии противодействия негативным последствиям торговли людьми в целях эксплуатации проституции, позитивного зарубежного опыта построения норм об ответственности за преступления, связанные с ней , может быть полезным для определения направлений совершенствования их российских аналогов и повышения эффективности уголовно-правового воздействия. В рамках настоящей статьи не ставилась цель оценки уголовного законодательства всех стран бывшего Союза ССР в части регламентации исследуемого деяния , а предпринималась попыткавыявить различные подходы к ее решению.