По итогам анкетирования установлено, что у респондентов с высокой выраженностью выгорания спустя три месяца после тренинга произошло достоверное повышение субъектной активности по ряду показателей. В частности, после тренинга «анти-выгорание» в посттренинговых сессиях спустя 1-3 месяца наблюдалось более уверенное демонстрируемое поведение. Достоверно увеличились показатели «знаю» (что хочу в себе изменить), показатель «буду делать» (желание прилагать максимум усилий для изменения - ответственность и активность), показатель локусконтроля «я управляю собой» (всё зависит от меня). Наиболее существенные изменения наблюдались по показателю возможности самоизменения («верю, что смогу»). Это говорит об усилении позитивного образа «Я в будущем» и его регулирующей функции. В итоге обнаружено, что интегральный показатель субъектности достоверно повысился (при р<0,05) в посттренинговый период относительно его значений до тренинга. Очевидно, тренинг послужил «толчком» для изменения психической регуляции респондентов в сторону большей произвольности и автономности (индивидуализации, осознания Я-концепции).
Спустя три месяца после тренинга произошло достоверное снижение выраженности профессионального выгорания по всем показателям. Наиболее сильные изменения наблюдались по показателю редукция личностных достижений. Реципиенты стали более высоко оценивать профессиональную эффективность. Очевидно, это связано с усилением «Я- концепции», приобретением уверенности и позитивного самоотношения под влиянием тренинговых воздействий. Выявлено достоверное уменьшение показателей отчуждения - отчуждение от себя, отчуждение от работы, бессилие, вегетативность в сферах работы и семьи.
Выявленные психологические эффекты после тренинга в виде повышения субъектности, снижения профессионального выгорания и психологического отчуждения говорят о том, что модель субъектноориентированного тренинга «Антивыгорание» может быть использована для психологической помощи специалистам социономических профессий в целях совершенствования психической регуляции и укрепления их профессионального здоровья.
Позитивный взгляд на синдром выгорания
Метафоры «горит на работе», «сгорел на работе» представляются понятными и широко используемыми характеристиками состояний активно работающего человека. Понятие «горение» относится к позитивному полюсу, а «выгорание» - к негативному - отрицательным последствиям взаимодействия человека и его трудовой деятельности. Несмотря на множество научных исследований синдрома выгорания, многие аспекты данного феномена являются нераскрытыми и дискуссионными. В частности не определены первопричины «затухающего горения» и возможности восстановления «вовлеченности и горения» человека на работе. Является ли выгорание неизбежным процессом или его можно предотвратить? Негативный взгляд на синдром выгорания рассматривает его с позиций необратимости и неизбежности для тех, кто чрезмерно много работает, вкладывает большие душевные и физические усилия. Данный взгляд представляется неконструктивным в плане поиска человеческих ресурсов преодоления жизненных и профессиональных стрессов, а также оказания психологической помощи «выгорающим» специалистам. Другая точка зрения носит более оптимистичный взгляд на возможность профилактики и коррекции психического выгорания. Позитивный подход опирается, во-первых, на имеющиеся в литературе эмпирические доказательства снижения выраженности синдрома выгорания после серии психологических тренингов [Водопьянова 2010б; Dierendonck, Garssen, Visser 2005]. Во-вторых, позитивный взгляд на синдром выгорания определяется тем, что острое переживание психологического дискомфорта и пресыщения от профессиональной деятельности может стать толчком (стимулом) для мотивации самоизменения или смены профиля/стиля деятельности, для изменения ценностных ориентаций, системы отношений и коррекции совладающего поведения. Учитывая, что синдром выгорания - это не просто результат профессиональных и экзистенциальных стрессов, а следствие их непродуктивного или неконструктивного преодоления, оптимистический взгляд на проблему коррекции синдрома выгорания опирается на теорию и практику развивающего обучения, в частности формирование и закрепление компетенций совладающего поведения.
Совладающее поведение как атрибут субъектных характеристик человека мы рассматриваем в качестве ключевого ресурса противодействия синдрому выгорания. В серии наших исследований доказано, что лица, использующие продуктивные - здоровьесберегающие, гибкие и адекватные ситуациям способы совладания, отличаются относительно высокой устойчивостью к синдрому выгорания по субфакторам эмоционального истощения и деперсонализации. Установлено, что коррекция данного синдрома возможна через обучение конструктивным копинг-стратегиям, которые повышают ресурсообеспечение человека в трудных ситуациях и способствуют смягчению симптоматики выгорания [Водопьянова 2009].
Взаимодействие человека и профессиональной деятельности может осуществляться в форме преемственности прогрессивной и регрессивной фаз его профессионального становления как субъекта труда. В позитивной фазе происходит прогрессивное развитие и становление профессионала. Регрессивная фаза характеризуется личностными дисфункциями, стагнацией профессионального и личностного развития, способствует нарушениям профессионального здоровья, переживаниям психологического отчуждения от профессии или переходу в фазу псевдопрофессионализма как следствия психологической защиты [Водопьянова 2010б; Зеер 2003; Орел 2003; Поваренков 2008]. Преодоление данной регрессивной фазы может дать новое «дыхание для горения» и вовлеченности в профессиональную деятельность.
С позиций субъектно-деятельностного подхода к развитию личности признаки выгорания говорят о потере или дефиците субъектности как способности быть стратегом своей деятельности, ставить и корректировать цели, осознавать мотивы, выстраивать действия и оценивать их соответствие задуманному, выстраивать планы жизни [Осницкий 1996]. Утрата субъектной активности и метамотивации к самореализации в профессиональной деятельности представляется ключевым признаком синдрома выгорания. Стагнация или деструкция субъектности относительно профессиональной деятельности - следствие регрессивной фазы профессионального становления.
В связи с этим психологическая помощь «выгорающим» специалистам должна быть ориентирована на развитие субъектности, преодоление профессиональных и личностных кризисов, на помощь перейти в прогрессивную фазу профессионального становления.
Снижение выраженности симптомов выгорания после серии психологических тренингов говорит в пользу перспективности субъектноориентированного направления помощи «выгорающим» специалистам и подтверждают позитивный взгляд на возможности профилактики и коррекции синдрома выгорания.
Библиографический список
1. Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. СПб., 2005.
2. Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Глава 13. Стресс-менеджмент: настоящее и будущее // Психологическое обеспечение профессиональной деятельности: теория и практика / под ред. Г.С. Никифорова. «Речь». 2010. С. 554-591.
3. Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Субъективные репрезентации организационной культуры и динамика развития психологического стресса // Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2008. Вып. 3. С. 356-363.
4. Водопьянова Н.Е. Противодействие профессиональному выгоранию через преодоление смыслового отчуждения / Материалы международной научно-практической конференции «Развитие профессиональной субъект- ности представителей социономических и социотехнических профессий в современных условиях».. Курск: КГУ, 2010. С. 41-44.
5. Водопьянова Н.Е.Противодействие синдрому выгорания в контексте ресурсной концепции человека // Вестник СПбГУ. Серия 12. 2009. Вып. 2. С.75-86.
6. Водопьянова Н.Е. Профилактика и коррекция синдрома выгорания: методология, теория, практика. СПб: Изд-во СПбГУ, 2010. 230 с.
7. Ермолаева Е.П. Психологические уровни субъектности как параметры профессиональной идентичности // Профессиональная пригодность: субъектно-деятельностный подход. М.: ИП РАН, 2004.
8. Зеер Э.Ф. Психология профессий: учебное пособие. М.: Академический Проект, 2003. 336 с.
9. Коржова Е.Ю. Человек как субъект жизнедеятельности и его профессиональное здоровье // Психология профессионального здоровья / под ред. Г.С. Никифорова. СПб., 2006.
10. Макаров В.В., Макарова Г.А. Транзактный анализ - восточная версия. М., 2002.
11. Орёл В.Е. Особенности проявления психического выгорания в когнитивной сфере // Социальный психолог. 2003. Вып. 2(6). С.61-68.
12. Орел В.Е. Развитие личности профессионала // Психология труда: учебник для студ. высш. учеб. заведений / под ред. А.В. Карпова. М., 2003. С. 249-269.
13. Осин Е.Н., Леонтьев Д.А. Смыслоутрата и отчуждение // Культурноисторическая психология. 2007. №4. С. 68-77.
14. Осницкий А.К. Проблемы исследования субъектной активности // Вопросы психологии. 1996. № 1. С. 5-19.
15. Осницкий А.К. Регуляторный опыт, субъектная активность и самостоятельность человека. Часть 2 // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2009. № 6(8). URL: http://psystudy.ru
16. Поваренков Ю.П. Проблемы профессионального становления личности. Ярославль: Канцлер, 2008. 402 с.
17. Робертс Г.А. Профилактика выгорания // Обзор современной психиатрии. 1998. № 1. С. 39-46.
18. Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник. Пер. с англ. и нем. М.: Прогресс, 1990. С. 24
19. Dierendonck D.V., Garssen B., Visser A. Burnout prevention through personal growth // International Journal of Stress Management. V. 12. 2005. P. 62-77.
20. Thaomina L.T. Approaches to preventing burnout effects of personal stress management and organizational socialization // Journal of Nursing management. 2000. V. 8. № 2.
21. Maslach C., Schaufeli W.B., Leiter M.P. Job burnout / Annual review of psychology. 2001. V. 52. P. 397-422.
22. Leiter M.L., Maslach C. Banishing Burnout: six strategies for improving your relationship with work. JOSSEY-BASS, 2005.
23. Pines A.M., Aronson E. Career Burnout: Causes and Cures. N.Y., 1988.
24. Dierendonck D.V., Schaufeli W.B., Buunk B.P. Towards a process model of burnout: results from the secondary analysis // European journal of work and organizational psychology. 2001. V. 19. P. 41-52.