Также применялись методы политической философии: редукция и централизм; методы политической психологии: конкретно-ситуационного анализа, психологического моделирования, сценарного поведенческого прогнозирования.
Практическое использование методов политической психологии связано, в первую очередь, с возможностями учета политико-психологического знания при краткосрочном и, в большей степени, долгосрочном прогнозировании политических процессов, а также при выработке политической стратегии и тактики, при принятии и осуществлении политических решений на различных уровнях, а также при политологическом анализе в исторической ретроспективе.
При раскрытии темы впервые применяется политическое моделирование и оценивается состоятельность идеи глобализации политического развития с консолидацией различных европейских государственных систем в одну.
Работа построена по принципу: от простого к сложному - от наивных пространных утверждений из выводов по биографии Макиавелли, критики его трудов и философско-историческом анализе макиавеллистической теории политического развития до научного исследования проблематики понимания общей теории макиавеллизма и применение теории на практике, как способной к прогнозированию политического развития государств с учетом уникальности каждого, как позитивной органичной современной теории, что случайно «запылилась» в изобилии ее использования лишь для констатации фактов в исторической ретроспективе.
Выбор конкретных европейских государств для исследования и достижения поставленных целей и задач данной работы не случаен. Из четырех исследуемых государств, два принадлежат одному типу государственной системы (Италия и Германия – открытые системы), два другому (Польша, Швейцария – закрытые системы), что позволяет раскрыть суть каждого типа, их общую характеристику, а также отобразить разнообразие в каждом отдельном типе при выявлении общего схожего относящего их к одному типу, и частного различного, что представляет собой уникальность всякой государственности. Выбор двух схожих систем одного типа против двух схожих систем другого типа, позволяет при систематическом сопоставлении и сравнении выявить основные закономерности политического развития государственности, а значит и позволит доказать состоятельность общей теории макиавеллизма взятой за основу.
Практическая значимость данной работы состоит в том, что по доказыванию возможности практического применения политической теории Никколо Макиавелли и общей теории макиавеллизма, впервые, среди всех исторических, политологических и философских работ можно увидеть логическое и фактическое обоснование заданного вывода, а значит и разрешить поставленные противоречия понимания макиавеллистической теории и макиавеллизма на основании свершившихся исторических фактов в пользу возможности вероятностного прогнозирования дальнейшего политического развития европейской государственности, при выявлении идеального макиавеллизма государственности. Также, в данной работе впервые будет предъявлена общая теория макиавеллизма, как полезная, продуктивная, состоятельная для современных политических и исторических исследований при выявлении из нее определенного научного алгоритма, составных элементов и типологизации, что позволяет возродить бывший старый практический макиавеллизм, поставить его на смену затертого констатирующего дискуссионного макиавеллизма в отреставрированном виде, как современное политическое учение.
ГЛАВА 1. НИККОЛО МАКИАВЕЛЛИ, МАКИАВЕЛЛИСТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ, ОБЩАЯ ТЕОРИЯ МАКИАВЕЛЛИЗМА
1.1. Республиканизм и монархизм Никколо Макиавелли
1.1.1. Критика макиавеллистической теории и личности Никколо Макиавелли
Tanto nomini nullum par elogium (пер. с лат. «Имя его выше всяких похвал» - надпись на гробнице Макиавелли в Санта-Кроче, Флоренция.)
«Что
касается моей верности, в ней не следует сомневаться,
потому что ранее всегда соблюдая верность, я не могу теперь
вдруг научиться ее нарушать; и кто был верным и честным, как я,
сорок три года, не изменит свою природу за один миг;
свидетельство моей верности и честности является моя бедность.»
Н.
М. из письма к Франческо Веттори от 10 декабря 1513 года [35]
В 1539 году, через 7 лет после того как впервые был напечатан «Государь» и через 12 лет после смерти самого Макиавелли, его труды оказались отмечены особым вниманием церкви как «источающие яд», а сам Никколо был назван «пальцем Сатаны». В 1559 году его «Государь» попадает в индекс книг запрещенных церковью.
Английский кардинал Реджинальд Поул - потомок династии Плантагенетов, сам претендовавший на английский трон, в условиях отделения английской церкви от папской католической, отправился искать себе сторонников в Европе и нашел такового в лице Карла V Габсбурга. В послании которому и написал об авторе модного трактата, ходившего среди правителей того времени и дразнившего их умы: «Этот человек – враг рода человеческого и палец Сатаны. Яд, им изливаемый, распространяется повсеместно, даже и при дворах государей». [36]
Поул считал Макиавелли вдохновителем революционеров, реформаторов отрицательно относившихся к иерархам церкви.
Реформаторы же, напротив, по своей логике считали, что вдохновителем деятельности контрреформации является Макиавелли и его учение о власти. Что именно вторая сторона пользуется всеми теми наставлениями и советами, изложенными флорентийским секретарем.
Вот так, даже после своей смерти, и по сей день Никколо Макиавелли, как и при жизни, находится меж двух огней. Если при жизни он оказался не у дел, так как старая республика, которой он служил пала, а новая власть в лице Медичи относится к нему с подозрением из-за подложного обвинения его в заговоре против них, то потом, когда Медичи вновь были изгнаны, новая республика относилась к нему с подозрением из-за его попыток быть рядом с Медичи. Вот так еще при жизни для новых республиканцев он был сторонником узурпаторского режима Медичи, а для Медичи все тем же республиканцем. Но корнем всех этих противоречий является только одно – любовь к своей Родине и верное служение ей.
В 1512 году республика пала и к власти вернулись Медичи, он был обвинен в заговоре против них и брошен в тюрьму. Испытал на себе жесточайшую пытку – страппадо 6 раз, но признаваться было не в чем. Один за другим участники заговора были казнены, Макиавелли ожидал решения своей участи, но благодаря амнистии в честь вступления на папский престол Медичи под именем Льва X, он избежал смерти, но был изгнан из Флоренции. Жил в своем деревенском доме в Сант Андрея доведенный до нищеты, которую описывает в письмах своему другу: « Я сижу в своей деревне и со времени последних происшествий не провел во Флоренции полным счетом и двадцати дней. До сих пор занимался собственноручной ловлей дроздов. Поднявшись до света, я намазывал ловушки клеем, затем обходил их, нагруженный связкой клеток (…), и собирал от двух до шести дроздов. Так я провел весь сентябрь, а затем к своему неудовольствию, лишился этого развлечения, хотя оно чересчур ничтожно и непривычно» - Н. М. к Франческо Веттори 10.12.1513. [37] В этом же письме он говорит о том, что начал писать одну книжецу «О государствах», которую хочет поднести Джулиано Медичи и говорит об этом так: «К подношению же меня побуждает жестокая необходимость, ибо я разоряюсь и пройдет совсем немного времени, как я погрязну в жалкой нищете…» Но не только лишь нищета побудила Никколо прибегнуть к обращению к новым властям и налаживанием с ними хороших отношений. Это был человек с юности растворившийся в служении Флоренции, начиная с донесений о проповедях и делах «брата» Саваноролы ( письмо к Риччардо Бекки от 9 марта 1498 года) и заканчивая руководством 1-го народного ополчения республики Флоренция. Потому он пишет в том же письме следующее: «…чтобы эти синьоры Медичи вспомнили о моем существовании и поручили мне хоть камень в гору катить (…) А по прочтении этой вещи (трактата «О государствах», позже «Государь») будет видно, что я не проиграл в бирульки те 15 лет, которые были посвящены изучению государственного искусства, и всякий захочет использовать богатый опыт человека, готового им поделиться.»[38]
И действительно, трактат Никколо Макиавелли «Государь» ушел в вечность, на сегодняшний день он переиздается с самыми различными историческими преамбулами, его используют в качестве пособия и изучения политологи и великие политики современности, что демонстрирует его реальную пригодность для практики.
Сколько бы критики прошлого и современности не копались в «белье» Макиавелли и не пытались интерпретировать его в качестве «последней инстанции», никому еще не удалось поставить окончательной точки в разрешении того, что же своими трудами великий философ Ренессанса хотел донести до просвещенных умов.
Начнем с того, что одним лишь «Государем» макиавеллистическая теория не ограничивается. Сам Макиавелли и есть вся его теория, она произрастает из его политических трудов, (где «Государь» это лишь ярко выраженное, но далеко не главное звено для выведения политической теории, «Рассуждения» в таком случае играют более значительную роль), донесений в Синьорию, «Положений дел» по дипломатическим миссиям, личной переписке. Отсюда следует, что критика макиавеллистической теории, чаще происходит либо из критики «Государя», (что слишком узко и относительно, нельзя критиковать «машину» по одному из ее «колес»), либо из критики самого Макиавелли, его биографии, (что более всего пахнет предвзятостью относительно самого критика) – в подобных условиях ни один из выведенных исследователями, историками и философами «окончательных» выводов по Макиавелли нельзя считать тотальным вердиктом. Вопрос по «Загадке Макиавелли» остается в подвешенном состоянии, так как исследования эти не охватывают всю «природу» ни самого Секретаря Флорентийской Республики, ни его теории. Они не достаточны. К каждому из таких критиков появляется много вопросов по их недочетам и недостаточной логичности. Но каждому из них в отдельности следует сказать спасибо, так как они внесли свой последовательный вклад для обдумывания и развертывания осознания макиавеллистической теории с разных, противоположных позиций. А из противоречий, как известно, рождается истина.
Стоит охарактеризовать эти противоречащие группы критиков и исследователей. Следующая характеристика не является полным типизованным перечнем исследователей работавших с биографией и теорией Макиавелли, рассмотрим тех, что были охвачены для достаточной базы дальнейшего исследования в данной работе.
Самое большое деление – деление большинства в своей позиции на тех, кто является приверженцем республиканизма в теории Макиавелли и тех, кто является сторонником тирании. То есть одна часть историков и философов утверждает, что Макиавелли хотел донести до нас высшие смыслы и цели политики устремленной на построение Республики, а Тиранию демонстрировал саркастически, но сарказм его был столь тонок, что вторая группа критиков яростно отстаивает то, что не следует искать глубинного смысла и брать то, что с поверхности, а с поверхности Макиавелли является имморалистом, закоренелым лицемером, сторонником Тиранического уклада личности и государства находящегося под властью оной. К последним можно отнести Наполеона, который любил перечитывать «Государя» и Фридриха Великого с его «Антимакиавелли», в котором он сравнивал Макиавелли с художником на одном полотне изображающим всех чудовищ разом и называющим это реальностью жизни. [39]
При этом, если адекватно сравнивать «Государя» и «Рассуждения», то невооруженным глазом можно увидеть последовательность в его суждениях, даже, невзирая, на сарказм первого упомянутого трактата 1513-го года. Последовательность выведенная нами такова: Н. М. хотелось бы представить Республику как идеальную форму правления («Рассуждения»), но в сложившихся исторически обстоятельствах на момент его жизни и прогнозах на будущее, орудием спасения государства выступает Тирания («Государь»). Но далее цепочка не прослеживается, четкой установкой Макиавелли, мы имеем лишь его яростное желание, зафиксированное в конце трактата «Государь» об объединении Италии с помощью Государя (подразумеваем тирана), которому и были даны правильные рекомендации к действию, которые приведут к заданной желанной цели исходя из данного произведения. Можно предположить и логически вывести из анализа «Рассуждений», что в итоге, по свершению выраженного желания Тирания как форма правления перестанет обслуживать насущные потребности народа и отпадет за ненадобностью, отпадет ли сама (по смешиванию с органами власти) или будет ликвидирована республиканской формой вопрос следующий.
Подобной же точки зрения, выходящей из рационализма Макиавелли придерживается большинство отечественных исследователей. Следовательно, следующие две подгруппы характеризующие деление критиков макиавеллистической теории можно выделить по принципу «надлежащего исхода». То есть те, кто делает вывод о приверженности Макиавелли республиканизму исходя из сравнения двух трактатов (отечественные исследователи, обращавшиеся к идеалу Макиавелли – Римской республике[40]) и те, кто делает вывод о его приверженности республиканизму исходя из анализа эпохи, в которую жил Никколо и самой его личности (философы эпохи Просвещения; Руссо, Дидро[41]). Последние делали упор на то, что Макиавелли прославляет Республику и стремится провозгласить ее как то, на что следует равняться и что следует народу беречь, если он ее имеет, или же, что следует народу приобрести, но также Макиавелли рационально указывает на то, что несмотря на нужность и правильность республиканской формы правления, неизбежно народ будет подпадать под тиранической власть вследствие своей не сплоченности, вследствие своей лености и невнимательности. В таком случае «Государь» не только саркастический трактат, но и назидательный, скорее для народа, чем вреден тому же самому тирану, чьи секреты правления он раскрывает. Это позитивистская точка зрения.
Последней же подгруппой деления нами выделены критики на основании «изначального прогноза», сюда входят с одной стороны те, кто называют Макиавелли предтечей будущего: такие как современные нам дипломаты и политики, (например, Джонатан Пауэлл, подтверждающий прогнозирование Макиавелли в историческом объединении его страны[42]) и те, кто видят в нем не просто философа и политика свершившего своей теорией неосознанное прогнозирование, но и того, кто является предтечей современным политическим утопиям и веяниям, (например, Антонио Грамши считал его прокоммунистом[43]).
Вне выделенных категорий критиков Макиавелли следует выделить теоретиков обосновывающих научный рационализм и математическую прагматику его теории. К таковым можно отнести Фрэнсиса Бэкона[44], который выражал признательность Никколо за его реалистический взгляд на то, что люди делают, а не на то, что должны делать в идеале (отказ от утопии); и Гегеля[45], что модифицировал переменную «государь» = «государство», благодаря которому и можно работать с теорией Макиавелли преобразованной в политическую формулу.
1.1.2. Республиканизм как цель, монархизм как средство
В подарок Лоренцо Медичи родилось творение «Государь», где Н. Макиавелли описывает, опираясь на исторические примеры пользу тиранической власти и то, как верно нужно вести себя, если хочешь обладать властью. Он описывает жесткие методы борьбы и удержание власти - вероломные и лицемерные, отчего ему часто и приписывают иезуитский девиз: «Цель оправдывает средства». Труд был написан в короткие сроки, он больше похож на тезисную работу, хотя дает четкие представления и четкие рекомендации к действию, советы государю. Широкий размах «Государь» приобрел позже, когда был напечатан и дошел даже до Карла V Габсбурга, но было это уже после смерти Макиавелли и тем более, распространение этого труда связано с вниманием Церкви и отрицательным отношением к нему, вскоре «Государь» был занесен в Индекс запрещенных книг отнесенных к еретическим трудам.
Негативность понимания текста «Государя» связана с прямолинейной трактовкой и акцентированием внимания на отрицательных рекомендациях, при таком понимании Макиавелли предстает перед нами «адвокатом дьявола», который выступает за тиранию, за насильственное присоединение территорий и объединение страны под мощным жестоким правителем.
Если следовать заданной логике можно придти к предвзятому мнению о его приверженности тиранического правления как верного и лучшего – это путь по которому пошли многие из его критиков, видя лишь один поверхностный уровень его теории.
Но проанализировав весь ореол мнений вертящихся вокруг личности Макиавелли и явления макиавеллизма, становится понятно как на самом деле не много полноценных исследований по его теории, так как каждый из критиков опирался на что-то одно – личность Макиавелли; время его жизни; на «Государя», на «Рассуждения»; на «Государя» и «Рассуждения»; на «скелет» теории (рационализм Макиавелли), но мало исследовать и делать вывод лишь по одному составляющему, как написано ранее – Макиавелли сам и есть его теория. То есть выводы следует делать о его теории исходя из всех составляющих его личности, из всех его трудов, из всех обстоятельств окружающих его и строящих его мышление. Наконец главное: «Политика – не грязное и не чистое дело – это политика, - писал Макиавелли, - она вне нравственных категорий, она родом из самой жизни, из самого человека. Со всей его грязью и святостью, светом и мраком, навозностью и цветами, произрастающими из неё» – вот и ответ на то, что есть политика по Макиавелли и что есть сам макиавеллизм в своем противоречии, о котором будет сказано далее.