В тот же вечер, в 20 часов 45 минут, в составе банды Матвеев Т., Матвеев Г. и Трушин в соответствии с распределенными ролями напали на водителя частного такси Г., подвозившего их. На перекрестке автодороги г. Ставрополь - с. Сенгилеевское потерпевший почувствовал опасность и остановился, отказался везти осужденных на хутор Грушевый. Матвеев Т. выстрелил из обреза одновременно из двух стволов в Г., но промахнулся, так как тот в момент выстрела нагнулся. После этого Г. попытался выскочить из машины, однако Матвеев Г. и Трушин удерживали его, Матвеев Т. дважды ударил потерпевшего прикладом обреза по голове, чем причинил легкий вред здоровью. В это время все были задержаны работниками ГИБДД, проезжавшими мимо, в связи с чем не смогли убить потерпевшего и завладеть его автомобилем ВАЗ-21099 стоимостью 60 000 рублей.
В надзорной жалобе осужденный Трушин заявляет, что суд кассационной инстанции, отменив приговор в части его осуждения по ч. 2 ст. 167 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, наказание, назначенное по совокупности преступлений, оставил без изменения.
По приговору суда ему было назначено наказание по ч. 2 ст. 209 УК РФ в виде лишения свободы на срок "16/5" лет, несмотря на то, что максимальный размер наказания по ч. 2 ст. 209 УК РФ составляет 15 лет лишения свободы.
Оспаривает правильность квалификации его действий по ч. 2 ст. 209 УК РФ, заявляет, что в деле отсутствуют доказательства создания организованной группы, он не знал о наличии у Матвеева Т. огнестрельного оружия, преступления в отношении потерпевших Р. и Г. совершал один Матвеев Т., по эпизоду убийства М. суд неправильно установил мотивы, оставил без внимания, что данное преступление совершено им одним в ходе ссоры с потерпевшим, при этом суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства его активную роль в раскрытии преступления.
Просит приговор и все последующие судебные решения изменить, исключить его осуждение по ст. 209 УК РФ, по эпизоду в отношении М. переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 105 УК РФ, признав наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, по эпизоду в отношении "Р." ( < ... > ) прекратить производство по делу в связи с добровольным отказом от преступления, по эпизоду в отношении Г. исключить его осуждение по ч. 3 ст. 30, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорной жалобе осужденного, находит судебные решения подлежащими изменению на основании п. 7 ч. 1 ст. 412.11 УПК РФ, поскольку допущенные судом нарушения в соответствии с ч. 1 ст. 412.9 УПК РФ являются существенными, повлиявшими на исход дела.
Доводы жалобы осужденного об отсутствии доказательств создания банды и участия в ней, о непричастности к совершению преступлений в отношении потерпевших Р. и Г., неправильном установлении мотива убийства М. являются необоснованными и опровергаются материалами уголовного дела.
Виновность Трушина в совершенных преступлениях, в том числе в участии в банде и совершенных ею нападениях, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе его показаниями на предварительном следствии, в которых тот подтвердил, что организатором всех преступлений, в которых он принимал участие, был Матвеев Т., в состав группы также входил Матвеев Г.
В своих показаниях на предварительном следствии Трушин и другие осужденные подтвердили факт приобретения Матвеевым Т. осенью 1998 года охотничьего ружья, изготовления из него обреза и его использования в ходе нападений на водителей, в которых принимал участие Трушин.
По эпизоду в отношении М. суд при установлении мотива преступления принял во внимание, что указанное преступление было совершено в составе организованной группы, созданной для нападений на водителей и завладения их имуществом.
Данные обстоятельства подтверждаются показаниями Трушина о том, что в совершении данного преступления, помимо него, участвовал Матвеев Т., который, набросив на шею потерпевшего удавку, душил его, а также показаниями Матвеева Т., подтвердившего факт хищения Трушиным принадлежавшего водителю имущества и завладения его автомобилем.
Из показаний осужденного Трушина, потерпевших Г. и Р., протоколов опознания судом установлено, что в нападениях на Р. и Г. принимал участие Трушин, который совместно с Матвеевым Г. накидывал Р. на шею удавку и душил его, однако потерпевшему удалось вырваться от нападавших, в связи с чем их умысел на убийство доведен до конца не был.
Также из приведенных выше доказательств судом установлено, что в ходе нападения на Г. Трушин, действуя в составе банды, имея умысел на убийство потерпевшего и завладение его имуществом, после произведенных Матвеевым Т. выстрелов из обреза, которые не достигли цели, удерживал Г., препятствуя ему покинуть салон автомобиля, а Матвеев Т. дважды ударил потерпевшего прикладом обреза по голове, однако преступный умысел на убийство не был доведен осужденными до конца по причине, не зависящей от их воли и желания, так как в этот момент они были задержаны сотрудниками ГИБДД.
При таких обстоятельствах доводы Трушина о незаконности его осуждения по эпизодам покушения на убийство Р. и Г. по ч. 3 ст. 30, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ следует признать необоснованными.
Не являются основанием для внесения изменений в приговор доводы жалобы Трушина о том, что суд при назначении наказания не учел в качестве смягчающего обстоятельства его активную роль в раскрытии преступлений, поскольку таких обстоятельств судом установлено не было.
Вместе с тем судебные решения подлежат изменению по следующим основаниям.
Согласно ч. 1 ст. 60 УК РФ, лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса, и с учетом положений Общей части Уголовного кодекса.
Как следует из приговора, суд первой инстанции, определяя Трушину наказание за каждое преступление в отдельности, назначил ему по ч. 2 ст. 209 УК РФ наказание в виде лишения свободы на срок "16/5" лет лишения свободы, то есть превышающее верхний предел санкции за данное преступление, который равен 15 годам лишения свободы.
Не была исправлена допущенная ошибка судом кассационной инстанции, который в вводной части определения от 2 августа 2000 года указал, что Трушин Г.В. осужден по ч. 2 ст. 209 УК РФ к 16 годам 6 месяцам лишения свободы, оставив назначенное наказание без изменения.
Постановлением Георгиевского городского суда Ставропольского края от 21 марта 2018 года в порядке приведения приговора от 16 февраля 2000 года в соответствие с изменениями, внесенными Федеральным законом от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ, Трушину Г.В. по ч. 2 ст. 209 УК РФ назначено наказание в виде лишения свободы на срок 16 лет 5 месяцев, что также превысило верхний предел санкции.
Допущенное нарушение уголовного закона при назначении наказания по ч. 2 ст. 209 УК РФ является существенным, повлиявшим на исход дела и в соответствии с положениями ст. 412.9 УПК РФ служит основанием для внесения изменений в судебные решения с назначением наказания за данное преступление в пределах санкции, с учетом требований ст. 60 УК РФ.
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 412.12 УПК РФ Президиум, проверив производство по уголовному делу в отношении Трушина в полном объеме, считает необходимым внести в приговор изменения в связи с неправильным применением уголовного закона.
Согласно приговору, Трушин признан виновным в похищениях:
- 7 августа 1998 года водительского удостоверения М. и свидетельства о регистрации транспортного средства;
- 5 ноября 1998 года свидетельства о регистрации транспортного средства, паспорта, пенсионного удостоверения, водительского удостоверения, удостоверения личности, страхового медицинского полиса < ... > Щ.;
- 27 декабря 1998 года свидетельства о регистрации транспортного средства и водительского удостоверения С.;
- 28 января 1999 года свидетельства о регистрации транспортного средства и водительского удостоверения Г.
Указанные действия судом квалифицированы по ч. ч. 1, 2 ст. 325 УК РФ как похищение у потерпевших официальных документов - свидетельств о регистрации транспортного средства, водительских удостоверений, паспорта, удостоверения личности, пенсионного удостоверения, страхового медицинского полиса.
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 2 августа 2000 года приговор в данной части оставлен без изменения.
Между тем паспорт, свидетельство о регистрации на автомашину, водительское удостоверение, пенсионное удостоверение, удостоверение личности, страховой медицинский полис не относятся к числу официальных документов, ответственность за похищение которых наступает по ч. 1 ст. 325 УК РФ, а являются важными личными документами, которые выдаются для реализации гражданами их личных прав, ответственность за похищение которых предусмотрена ч. 2 ст. 325 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 мая 2010 года N 81-ФЗ).
При таких обстоятельствах осуждение Трушина по ч. 1 ст. 325 УК РФ является излишней и подлежит исключению.
При назначении наказания по совокупности преступлений Президиум руководствуется положениями ст. 60УК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 412.10, п. 7 ч. 1 ст. 412.11 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации
приговор Ставропольского краевого суда от 16 февраля 2000 года, определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 2 августа 2000 года, постановление Георгиевского городского суда Ставропольского края от 21 марта 2018 года, постановление президиума Ставропольского краевого суда от 26 сентября 2018 года в отношении Трушина Геннадия Викторовича изменить:
- исключить его осуждение по ч. 1 ст. 325 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 мая 2010 года N 81-ФЗ);
- смягчить наказание, назначенное по ч. 2 ст. 209 УК РФ, до 13 лет 6 месяцев лишения свободы.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ), п. п. "а", "в" ч. 3 ст. 162, ч. 2 ст. 209 УК РФ, ч. 2 ст. 325 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 мая 2010 года N 81-ФЗ) назначить Трушину Г.В. 23 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
В остальном судебные решения в отношении Трушина Г.В. оставить без изменения.
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 27 сентября 2018 г. N 2171-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ДИМИТРИЕВА ЮРИЯ ВАСИЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЯМИ 389.28 И 401.10 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, СТАТЬЕЙ 40 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, СТАТЬЯМИ 151 И 1070 ГРАЖДАНСКОГО
КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Ю.В. Димитриева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Ю.В. Димитриев, осужденный приговором суда, оспаривает конституционность статей 389.28 "Апелляционные приговор, определение и постановление" и 401.10 "Постановление судьи об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции" УПК Российской Федерации, статьи 40 "Физическое или психическое принуждение" УК Российской Федерации, статей 151 "Компенсация морального вреда" и 1070 "Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" ГК Российской Федерации.
Заявитель утверждает, что реализация оспариваемых им законоположений в неправильном, по его мнению, ограничительном толковании, которое придают им правоприменители, нарушила его права, предусмотренные статьями 2, 4, 6, 17 - 19, 21, 24, 29, 45, 46, 48 - 50, 52, 53, 55, 120, 123 и 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Как следует из жалобы, свою позицию о неконституционности оспариваемых положений закона Ю.В. Димитриев аргументирует, излагая фактические обстоятельства своего дела и ссылаясь на принятые по делу решения, с которыми он выражает несогласие. Тем самым заявитель, по сути, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку не правовым нормам, а правильности их применения в его деле, а также предлагает внести изменения в законодательство. Однако проверка правильности решений и действий правоприменительных органов с точки зрения соответствия их отраслевому законодательству и с учетом фактических обстоятельств дела, а равно разрешение вопроса о внесении целесообразных, с точки зрения заявителя, изменений в действующее законодательство не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации