В правовой культуре лицо не приобретает права на самостоятельные действия, не являющиеся агрессивным насилием. Так, например, принадлежащий себе индивид не должен приобретать право на захват бесхозяйной вещи (res nullius). Occupatio представляет собой не более чем выражение самопринадлежности.
Здесь можно было бы сослаться на уже имеющую место теорию безусловных и относительных прав Четвернин В.А. Институциональная теория права: основные положения // Научные исследования НУЛ теории права НИУ ВШЭ. Вып. 13. 2013, № 1. С. 2-35 (URL: http://teoria-prava.hse.ru/files/Sc13-13-1ChetvInst1.pdf). (или первичных и вторичных прав Четвернин В.А. Введение в курс общей теории права и государства. Учебное пособие. М.: Институт государства и права РАН, 2003. C. 149.). Так, например, относительное право на захват бесхозяйной вещи вытекает из смысла безусловного права - права собственности. Однако использование данной теории в рамках настоящего исследования сталкивается с двумя препятствиями.
Кажется, безусловные права на собственность представлены как данность. С одной стороны, деление на безусловные и относительные права может быть причиной допущения наличия альтернативного человеку источника прав. В свою очередь, субъективные права в смысле настоящего исследования не могут быть даны человеку не человеком.
С другой стороны, выделение безусловных прав можно рассматривать как технический ход: логическая гипотеза - своего рода юридическая аксиома, - без которой система не будет работоспособной. Однако подобная гипотеза требует употребления слова «право» (в субъективном смысле) относительно собственности на себя и на свое, что приводит к смешению несовместимых понятий и тем самым недопустимо с точки зрения автора настоящей работы. Между тем дискурс о безусловных правах представляется родственным дискурсу о естественных правах, что создает проблему в силу не столько конвенционального характера содержания обоих терминов, сколько их природы.
В теории международного права прав человека принято выделять три поколения прав. Первое поколение составляют гражданские и политические права, отражающие идеи мыслителей XVII-XVIII веков и выраженные в таких актах, как французская Декларации прав человека и гражданина 1789 года, американский Билль о правах 1791 года, Всеобщая декларации прав человека 1948 года и другие.
Второе поколение прав включает экономические, социальные и культурные права, идейно вдохновленные социалистическими течениями XIX-XX веков. Сформулированы такие права, например, в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах 1966 года.
Третье поколение прав охватывает так называемые «коллективные» права. Также вдохновленные социалистическими идеями, они примерно сформулированы в Декларации ООН о праве на развитие 1986 года, Рио-де-Жанейрская декларации по окружающей среде и развитию 1992 года, Венской декларации и Программе действий 1993 года и Декларации ООН о правах коренных народов 2007 года Vasak K. Human Rights: A Thirty-Year Struggle: the Sustained Efforts to Give Force of the Universal Declaration of Human Rights // UNESCO Courier. - 1977. - №1. - P. 5..
Первоначально идея естественных прав развивалась в русле предположений о том, что такими правами человек наделяется не человеком, а, например, природой Мюллер Д. Разум, религия, демократия. Москва : Мысль, 2015. С. 372.. Ранний юридический позитивизм решительно отвергал концепцию: например, И. Бентам прямо отзывался о естественных правах как о фикции Bentham J. Theory of Legislation. L., 1882. P. 82.. Однако более поздние мыслители скорее определяют естественные права не как трансцендентный дар человечеству, а как некий базовый принцип или точка отсчета тех систем координат, в которых ученые мыслили и развивали свои собственные концепции.
Так, Г. Харт в статье «Существуют ли естественные права?» готов был предположить, что таковым могло являться право на свободу Hart H. A. L. Are there any natural rights? // Robert E. Goodin, Philipp Pettit. Contemporary political philosophy. An anthology. Canberra: Australian National University, 2005. P. 462.. Р. Дворкин писал о естественных правах на равную заботу и уважение (equality of concern and respect) Dworkin R. Taking rights seriously. Massachusetts: Harvard University Press, 1977. P. 182.. Имеют место рассуждения о естественном праве на оправдание (right to justification) Forst R. The basic right to justification: toward a constructivist conception of human rights. Blackwell publishers Ltd., 1999. P. 55. или о праве «устанавливать, поддерживать и охранять целостность каналов коммуникации, посредством которых люди передают друг другу то, что они воспринимают, ощущают и желают» Фуллер Л. Мораль Права / Лон Л. Фуллер; пер. с англ. Т. Даниловой под ред. А Куряева. М : ИРИСЭН, 2007. С. 222., а также многие другие.
На данном этапе необходимо обратить внимание на следующий любопытный момент (помимо аргумента об отсутствии обязанности), который, кажется, может быть использован в качестве указания на уязвимость теории естественных права. Так, Дж. Локк, один из основоположников идеи естественных прав, в своем «Эссе о понимании человека» пишет: «Природа вселила в человека желание счастья и отвращение к страданию; это, действительно, врожденные практические принципы». Далее, он добавляет: «[людям] должно быть позволено преследовать свое счастье и, более того, беспрепятственно» Locke J., An Essay Concerning Human Understanding Oxford, Clarendon, 1975. P. 48..
В «Трактате о человеческой природе» 1739 года Д. Юм писал: «Я заметил, что в каждой этической теории, с которой мне до сих пор приходилось встречаться, автор в течение некоторого времени рассуждает обычным способом, устанавливает существование бога или излагает свои наблюдения относительно дел человеческих; и вдруг я, к своему удивлению, нахожу, что вместо обычной связки, употребляемой в предложениях, а именно есть или не есть, не встречаю ни одного предложения, в котором не было бы в качестве связки должно или не должно. Подмена эта происходит незаметно, но тем не менее она в высшей степени важна. Раз это должно или не должно выражает некоторое новое отношение или утверждение, последнее необходимо следует принять во внимание и объяснить, и в то же время должно быть указано основание того, что кажется совсем непонятным, а именно того, каким образом это новое отношение может быть дедукцией из других, совершенно отличных от него. Но так как авторы обычно не прибегают к такой предосторожности, то я позволяю себе рекомендовать ее читателям и уверен, что этот незначительный акт внимания опроверг бы все обычные этические системы…» Юм Д. Трактат о человеческой природе. Т. 2. М., 1995. С. 229-230..
Данный принцип, констатирующий логическую несовместимость суждений факта и суждений долга и, соответственно, невозможность выведения прескриптивных суждений из дескриптивных, называется «Гильотиной Юма» Максимов Л.В. «Гильотина Юма»: pro et contra // Этическая мысль. - 2012. - №12. - С. 124.. Высказывание Дж. Локка «Природа вселила в человека желание счастья и отвращение к страданию» формально является описанием фактов и, таким образом, имеет описательный характер. Высказывание «[людям] должно быть позволено преследовать свое счастье и, более того, беспрепятственно» представляет собой нормативное высказывание.
Следовательно, рассуждения Дж. Локка в данной части подпадают под критику Д. Юма и должны быть признаны логически несовместимыми. Теория естественных прав, как и многие этические по своему содержанию доктрины, зачастую основываются на подобном переходе от суждений о сущем к суждениям о должном.
На данном этапе представляется важным рассмотреть возможность существования в рамках положений, предлагаемых автором настоящей работы, конституционных и иных прав, которые в научной литературе иногда именуют «публичными». Для начала следует обозначить, о каких правах пойдет речь далее, в связи с чем необходимо обратиться к доктрине субъективных публичных прав немецкого юриста Г. Еллинека.
Далеко не все немецкие исследователи разделяли соответствующие идеи Г. Еллинека. Так, по его же словам, значение субъективного публичного права было сильно преуменьшено П. Лабандом; под влиянием К. Гербера и французской доктрины О. Майер ограничил данную юридическую конструкцию до минимума; К. Борнгак отрицал субъективные публичные права вообще Еллинек Г. Система субъективных публичных прав. М. : Освобождение, 1913. C. 5..
Г. Еллинек в своих работах, в частности, таких как «Право современного государства», «Общее учение о государстве», «Система субъективных публичных прав», обосновывал существование субъективных публичных прав следующим образом. Он указывал на то, что право возможно только между субъектами права - теми, кто может в своем интересе «привести в движение правопорядок» Еллинек Г. Право современного государства / Т. 1. Санкт-Петербург : т-во «Общественная польза», 1903. 532 с. 304.. Личность как субъект права - понятие публично-правовое, причем личность же является и условием частного права.
Немецкий юрист обращает внимание на отличие публичных субъективных прав от частных: публичные права непосредственно связаны с личностью и не имеют независимого от личности объекта. Любое публично-правовое притязание вытекает из определенного положения лица по отношению к государству, которое Г. Еллинек называет «статусом».
Среди статусов обнаруживаются «отрицательный», выражаемый в притязаниях на свободу от государства; «позитивный», отражающий притязания на положительные услугу со стороны государства; «активный» определяющий притязания на услуги для государства.
Центральное место среди публично-правовых притязаний ученый отводит притязаниям «на положительные действия государства в интересах индивида» (status positivus). Речь идет, в первую очередь, о возможности обратиться в государственный суд. К этим же притязаниям относятся и притязания на административную деятельность государства в интересах лица.
Status activus очерчивает притязания, направленные ни на положительные, ни на отрицательные действия государства, но на признание возможности лица проявлять публичную активность в качестве гражданина государства Там же. - С. 308.. Сегодня к таким публичным правам можно отнести права на объединение, проведение публичных мероприятий, избирательные права Четвернин В.А. Институциональная теория права: основные положения // Научные исследования НУЛ теории права НИУ ВШЭ. - 2013. - № 1. - С. 29. [Электронный ресурс] // URL:: http://teoria-prava.hse.ru/files/Sc13-13-1ChetvInst1.pdf..
Status negativus представляет собой те притязания, что направлены на отмену «всех нарушающих свободу распоряжений государства» Еллинек Г. Право современного государства / Т. 1. Санкт-Петербург : т-во «Общественная польза», 1903. С. 305.. К ним Г. Еллинек относит требования о неприкосновенности жилища, соблюдения тайны переписки, права собраний, свободу совести и печати и другие. В современной литературе к негативному статусу приписывают право на уважение достоинства личности, право на личную свободу, право собственности, право наследования и другие Четвернин В.А. Институциональная теория права: основные положения // Научные исследования НУЛ теории права НИУ ВШЭ. - 2013. - № 1. - С. 29. [Электронный ресурс] // URL:: http://teoria-prava.hse.ru/files/Sc13-13-1ChetvInst1.pdf..
Так или иначе, права, следующие из указанных статусов, сегодня, как правило, приравнивают к правам, вытекающим из конституционного и административного права. Для целей дальнейшего исследования предлагается отождествлять понятия субъективных публичных прав и конституционных прав.
В настоящий момент предлагается предпринять попытку применить теорию субъективных прав автора настоящей работы к примерам прав из каждого статуса и сделать соответствующие выводы. Прежде всего, рассмотрим конституционное право на неприкосновенность жилища.
Согласно ст. 25 Конституции РФ неприкосновенность жилища предполагает, что никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц. Исторически нормы о неприкосновенности жилища формировались как адресованные, в первую очередь, государственным органам: конституционное закрепление подобной нормы гарантировало защиту от нежелаемых интервенций в жилище со стороны публичных акторов. Именно в таком смысле право на неприкосновенность жилища следует из негативного статуса. Право на обеспечение государством защиты от интервенции в жилище третьими лицами включается в позитивный статус.
Представляется очевидным, что проникновение в чужое жилище против воли его собственника является агрессивным насилием. С точки зрения автора настоящей работы право на неприкосновенность жилища и подобные ему права, проистекающие из status negativus, являются юридическими нонсенсами по следующим основаниям.
В правовой культуре все агенты добровольно подчиняются запрету агрессивного насилия. Данный запрет в равной степени распространяется и на публично-правовых акторов. Более того, последние ex officio обязаны его обеспечивать.
Если есть управомоченное лицо, то должно быть и обязанное лицо. Если неприкосновенность жилища является конституционным правом, то, видимо, обязанность по обеспечению права должна возлагаться на публично-правовых акторов.