Денотат, как правило, рассматриваются в двух смыслах. Во-первых, под денотатом может пониматься «предметная отнесенность лексического значения слова в системе языка»: другими словами, класс предметов, отражаемых словом Матвеева Т.В. Полный словарь лингвистических терминов. Ростов н/Д: Феникс, 2010. С. 85.. Так, слово «планета» денотирует Землю, Марс, Венеру и прочие планеты.
Во-вторых, по мнению иных исследователей, денотат есть «предмет или явление окружающей нас действительности, с которыми соотносится данная языковая единица Розенталь Д.Э., Теленкова М.А. Словарь-справочник лингвистических терминов. М.: Просвещение, 1985. С. 61.»; «лексическое значение языкового знака Коровина И.В. Соотношение понятий «знак», «референт», «денотат» и «концепт» как основных элементов референции // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. - 2010. - №4. - С. 335.». Иначе говоря, денотат - само содержание слова. Денотация при таком подходе подразумевает «выражение содержания, основного значения языковой единицы Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М.: Советская энциклопедия, 1966. С. 124.».
Денотацию следует отличать от коннотации - части лексического значения слова, дополняющей его предметно-понятийную часть компонентами, связанными с отношением субъекта к отражаемому в слове явлению Матвеева Т.В. Полный словарь лингвистических терминов. Ростов н/Д: Феникс, 2010. С. 155..
Динамика денотатов (особенно, в первом смысле) проявляется при референции - механизме, означающем соотнесение слова с внешним миром Там же. С. 204. .
В высказывании «Петр вышел из комнаты», при условии, что «Петр» означает известного конкретного человека, отсылка слова к реальному объекту во внешнем мире происходит достаточно быстро. Некоторые трудности могут возникнуть с высказыванием «университет несет ответственность за своих студентов». Представляется, что в данном случае существительное «университет» не мыслится таким же образом, как и «Петр» в предыдущем высказывании.
Грамматическая форма обоих высказываний кажется одинаковой: можно выделить подлежащее, сказуемое, дополнение. Однако, полагая, что значение всегда отсылает к существующим в действительности объектам, можно столкнуться с определенными логическими проблемами. Трудно представить, что, например, государство существует таким же образом, как и Петр: «государство» лишь отсылает нас к другим сложным объектам.
В лингвистике можно обнаружить термин, позволяющий работать с подобными высказываниями - «референт». Референт - тот предмет мысли, с которым соотнесено данное языковое выражение; отраженный в сознании элемент объективной реальности как «внутренняя сторона» слова, то есть как то понятийное содержание, с которым, по законам семантического строения данного языка, устойчиво соотносится данная единица выражения Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. М.: Советская энциклопедия, 1966. С. 514.. Референт отличается от денотата конкретностью и может быть вымышленным Матвеева Т.В. Полный словарь лингвистических терминов. Ростов н/Д: Феникс, 2010. С. 307..
Так, «кентавр» отсутствует в природе, в связи с чем у него нет денотата. Однако у «кентавра» есть референт, который можно представить.
Тем не менее, некоторые ученые указывают на необходимость признать наличие высказываний, не имеющих референтов, но отсылающих лишь к другим высказываниям. Такие «нереференциальные» ситуации представляют особую ценность для юристов, поскольку право изобилует подобными высказываниями. Например, в высказывании «собственник может передать свое имущество в доверительное управление другому лицу» (п. 4 ст. 209 ГК РФ) слово «собственник» не отсылает ни к чему, кроме как к другим высказываниям.
Подобным образом рассуждает норвежский теоретик права А. Росс в своей работе 1951 года «Tы-Tы». Он предлагает читателю вообразить некие острова «Noоsulli», будто бы существующие в Тихом океане, населенные племенем «Noоt-cif».
В языке указанного племени наличествует понятие «tы-tы». Каждый, кто натолкнется на свою тещу, либо убьет тотемное животное, либо съест еду, приготовленную для вождя племени, становится tы-tы. Тот, кто является tы-tы, подлежит церемонии очищения Ross A. Tы-tы // Harvard law review. - 1957. - №1. - P. 2..
В своей работе скандинавский правовой реалист пытается доказать, что tы-tы - слово, лишенное какого-либо значения Idem. P. 3. - семантически не отсылает ни к чему, в отличие от таких слов, как, например, «вождь», «еда», «церемония очищения».
По мнению А. Росса, такие юридические термины как «собственность», «обязательство» и многие другие, как и «tы-tы», семантически пусты. Так, «собственность» лишь опосредует высказывания о способах приобретения собственности, последствиях пребывания в статусе собственника, позволяя более эффективно формулировать существующие правовые нормы.
Стоит отметить, что данная статья была принята не всеми и подверглась критическому анализу. Так, Б. Брожек полагает, что вывод об отсутствии референции слов «tы-tы», «собственность», «обязательство» может быть применен к любому термину в зависимости от выбранной системы отсчета, где ситуация требует применения правовой нормы Broїek B. On tы-tы // Journal for constitutional theory and philosophy of law. - 2015. - №27. - P. 20..
Помимо данного замечания, Б. Брожек развивает рассуждения А. Росса относительно пользы подобных «посреднических» терминов. По мнению первого, норвежский теоретик недооценивает значение нереференциальных слов и для подтверждения своих слов Б. Брожек приводит пример их практического применения. Так, при введении правил, регулирующих интеллектуальную собственность, вместо разработки новой концепции законодатель может использовать имеющуюся модель собственности, адаптируя под нее особенности новых правоотношений Idem. - P. 21..
Продвигаясь ближе к предмету настоящего исследования, стоит отметить, что высказывание «субъективные права» также не имеет референций. Оно отсылает лишь к другим высказываниям.
Таким образом, поиск общего, «истинного» определения понятия субъективного права заранее обречен на неудачу. В отношении субъективных прав могут существовать совместимые, частично совместимые или вовсе не совместимые доктрины. Наличие противоречий в связи с вышеизложенным, не представляется чем-то неочевидным.
Вместе с тем несмотря на тот факт, что сфера объективного права онтологически субъективна, она, говоря словами Дж. Серла, «не исключает познавательной объективности результатов исследования» (в противном случае не существовало бы общественных наук) Searle J. R. What is an Institution? // Journal of Institutional Economics. - 2005. - №1. - P. 3.. Следовательно, при выбранной внутренне не противоречивой системе координат, представляется возможным сформулировать логичное для данной системы координат понятие о субъективных правах.
Институциональная теория права не предполагает формулирования универсалий и исходит из той предпосылки, что в разных социокультурах могут возникать различные представления о тех или иных явлениях. В свою очередь, ее инструментарий позволяет предпринять попытку типологизировать существующие представления о субъективных правах.
1.2 Инфляция прав
В силу нереференциальности слова «субъективное право» возникает неопределенность и нестабильность словоупотребления, что приводит к «безответственному» использованию термина и его крайне широкому распространению. Такое явление в научных кругах иногда называют «инфляцией прав». К. Мюллер дает следующее определение «инфляции прав»: инфляция прав есть расширение диапазона защищаемых правом интересов Huscroft G., Miller B., Webber G. Proportionality and the Rule of Law: Rights, Justification, Reasoning Introduction. Cambridge University Press, 2014. P. 20.. Наиболее ярко инфляция прав проявляет себя на трех уровнях: обыденном, легальном и доктринальном.
В русском языке устойчиво закрепились выражения «быть вправе», «иметь право», «не иметь права», которые зачастую не имеют никаких «юридических» коннотаций. Так, онлайн-словарь Ожегова в качестве двух из значений слова «право» (помимо, собственно, юридических) предлагает следующие: «Возможность действовать, поступать каким-нибудь образом», «основание, причина». Там же приводятся примеры употребления: для первого случая - «Право контроля», «Иметь право на что-нибудь», «Право требовать что-нибудь»; для второго - «Он не имеет права говорить со мной таким тоном», «С полным правом могу так сказать», «По какому праву?» Словарь Ожегова [Электронный ресурс] URL // http://ozhegov.textologia.ru/definit/pravo-znach-1/?q...
Впрочем, такая черта обнаруживается и в других европейских языках. Так, например, в названии одной из книг французской школьной учительницы и писательницы Б. Лефебр «Gйnйration «J'ai le droit»: La faillite de notre йducation» («Поколение «Я имею право»: Падение нашей образовательной системы») фигурирует выражение «я имею право», которое, однако, не имеет отношения к юридической риторике. Словарь английского языка Макмиллана прямо определяет слово право (right) как «нечто, что морально или по закону разрешено делать» MacMillan Dictionary [Электронный ресурс] URL // https://www.macmillandictionary.com/dictionary/britis...
Так или иначе, русский язык (впрочем, как и иные европейские языки) позволяет его носителям формулировать такие конструкции (с юридической коннотацией или без таковой), которые становятся причиной расширения диапазона возможных видов субъективных прав и засорения ими восприятия юридической реальности, формирующего не только неоправданные ожидания от прав как институционального факта, но и приводящего к большей запутанности и неопределенности в доктрине.
Индивиды могут заявлять о своих правах на жизнь или на уважительное отношение; о правах дышать чистым воздухом; покупать и продавать; носить одежду, не покрывающую ноги ниже колена; поднимать руку; не видеть страдания животных; и о многих других, за исключением, пожалуй, тех, что могут оказаться в известном субъекту противоречии с законодательными нормами.
На доктринальном уровне исследователи также предпринимают попытки обосновать самые различные виды прав.
Так, некоторые авторы говорят о так называемых правах поступать неправильно (rights to do wrong). По их мнению, должно признаваться субъективное право, направленное против третьих лиц, на невмешательство в правонарушение управомоченного лица Herstein O. A Legal Right to Do Legal Wrong // Oxford Journal of Legal Studies. - 2013. - №34. - P. 7..
В. Кимлика, рассуждая о «третьем поколении прав», заявляет о необходимости в выделении в качестве самостоятельных следующих прав этнических меньшинств: права на собственное правительство, включающее требование об определенной степени политической автономии, осуществляющейся посредством собственных органов власти; «полиэтнические» права, включающие особые требования представителей этнических меньшинств на помощь в интеграции в имеющуюся политическую институциональную среду»; представительные права, включающее право этнических меньшинств на службу в органах власти государства в целом Kymlicka W. Multicultural Citizenship, Oxford: Clarendon Press, 1995. P. 111..
К более «экзотическим» видам субъективных прав можно отнести права верить, чувствовать и желать. Так, Л. Венар рассуждает о праве лица испытывать гордость за свои поступки и предпринимает попытку вписать эти права в хофельдианскую четырехчастную систему прав Wenar L. Legal Rights and Epistemic Rights. Analysis, 2003. P. 142..
Законодательные акты не в меньшей степени изобилуют упоминаниями о самых различных правах. Имеют место право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества; право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой; право на свободное использование своих способностей; право на индивидуальные и коллективные трудовые споры; право заключать трудовые договоры; право на определение своих представителей для защиты своих персональных данных; право отказаться от работы в ночное время; право на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации; право принимать постановления, содержащие нормы гражданского права; право требовать внесения в государственный реестр отметки о наличии судебного спора в отношении зарегистрированного права; право удостовериться в личности представляемого; право обратить брошенные собственником вещи в свою собственность и многие другие.
1.3 Попытки систематизации прав
Очевидно, подобная неупорядоченность и фактическое отсутствие самодостаточной теории субъективных прав не могли быть проигнорированы теоретиками права. Интерес к данной проблеме и первые попытки разработать стройную теорию прав обнаруживаются уже с конца XVIII века.
В общем и целом, можно обозначить два пути разрешения проблемы инфляции субъективных прав. Первый путь представляет собой попытку отграничить, обособить понятие субъективного права от других, близких по смыслу понятий - своего рода «огранка» субъективного права. Второй путь подразумевает не внешнюю обработку, а некий взгляд изнутри на субъективное право, поиск в нем функционально различных составных частей.
Внешняя систематизация. Одним из первых попытку классифицировать или, по крайней мере, типологизировать субъективные права предпринял знаменитый философ-утилитарист И. Бентам. Следуя по первому пути, он попытался выделить разные формы субъективных прав.
Так, liberties - свободы - представляют собой то, что остается индивиду в отсутствие законодательного запрета или обязанности индивида. Rights to service - права на получение услуги - обращены к государственным органам. Третья форма - power - требует более детального рассмотрения Bentham J. Theory of Legislation. L., 1882. P. 41..