Сравнительный подход. Все существующие общества объединяет наличие одинаковых наборов форм политической структуры и их функций, однако в то же время каждый социум обладает своей спецификой, обусловленной различиями в их балансе. Последнее, с одной стороны, превращает формирование провластных настроений в универсальную задачу любой политической системы, а с другой - обуславливает особенности ее решения в каждом конкретном случае (Г.Алмонд, С.Верба, И. Ким, Р. Меррит).
Политико-культурный подход. Ориентационный уровень политической системы включает в себя три компонента - когнитивный, аффективный и ценностный, каждый из которых (в особенности - последние два) задействуется в ходе формирования лояльного отношения к власти - за счет комбинаций эмпирических убеждений, экспрессивных символов и ценностей соответственно. За счет последнего данный процесс превращается в одну из важнейших составляющих процесса генерации политической культуры (Г. Алмонд, С. Верба, Д. Дивайн, М. Дюверже, Ф. Бурлацкий).
Социальная феноменология. Политическая власть может быть рассмотрена как феномен, детерминированный коллективным сознанием элит или широких масс населения, его содержанием и способами репрезентации в нем. Таким образом, существование политической системы напрямую обуславливается созданием и успешным функционированием комплекса провластных настроений, встроенных в «коллективные представления» и тем самым формирующих идентичности и ориентации большинства представителей общества (А. Щюц, П. Бергер, Т. Лукман).
Символический интеракционизм. Возможность формирования провластных настроений основывается на существовании феноменов органической солидарности (Э. Дюркгейм), «основополагающих верований» (г. Лебон), стереотипности сознания (У. Липпман), «самости» и «зеркального Я» (Ч. Кули), конвергенции «Я-концепции» и фактора «они» (Дж. Мид), обуславливающих возможность форматирования и программирования сознания личности (индивидуальной идентичности) посредством трансляции коллективных представлений.
В исследовании также применяются разновидности типологического и киберметрического (с использованием программного обеспечения) анализа, биографический метод.
Модель эмпирического исследования включает в себя фокус-группы, экспертное интервью, мониторинг социальных сетей и новостных сайтов.
В роли эмпирических объектов выступают:
1) Фокус-группы - 48 респондентов в возрасте от 18 до 60 лет;
2) Экспертное интервью - 20 респондентов;
3) Мониторинг социальных сетей и новостных сайтов - аккаунты в социальных сетях Vk (Вконтакте), Facebook, Twitter (сплошная выборка), страницы на сайтах ukr.net, i.ua, korrespondent.net, segodnya.ua, liga.net, 24tv.ua.
Модель эмпирического исследования основывается на триангуляции методов, достигаемой посредством комбинирования количественных (мониторинг социальных сетей) и качественных (фокус-группа и экспертное интервью) методов. Подобный подход предоставляет исследователю возможность сочетать сведения относительно измеряемых показателей провластных настроений граждан Украины с описанием тенденций, политтехнологических факторов и перспектив динамики восприятия украинцами существующей в республике системы правления.
Мониторинг социальных сетей и новостных ресурсов, сопровождаемый применением киберметрического (автоматизированного) анализа дает возможность разрешить проблему малых выборок и предоставляет исследователю шанс выявить характер взаимосвязи между репрезентаций институтов власти и конкретны с одной стороны и ее восприятием рядовыми гражданами - с другой.
Метод фокус-групп является ключом к определению того, насколько провластные настроения свойственны для конкретных групп и украинского общества, каким образом представители последних воспринимают попытки правящего истеблишмента по продвижению своего позитивного имиджа в сознание широких масс населения.
Включение в структуру методической базы исследования экспертного интервью позволяет опереться на практический опыт специалистов- политологов в ходе интерпретации выявленных первичных данных и проверке гипотез.
В рамках обоснования выборочной совокупности необходимо отметить, что мониторинг социальных сетей и новостных сайтов реализован с помощью киберметрических инструментов социальной сети Vk и Интернет -СМИ, а также программы IQBuzz (для Facebook и Twitter), что позволяет использовать тип сплошной выборочной совокупности.
В случае фокус-групп и экспертного интервью за основу формирования выборки принимается принцип гетерогенности. Последнее же предполагает использование неслучайной (невероятностной) выборки посредством метода типичных представителей. Как результат, выбор единиц исследования осуществляется по заранее определенному принципу: выделению индивидуальных характеристик, включающих в себя социально- демографические и коммуникативные факторы. Объем выборочной совокупности в рамках глубинного интервью и фокус-групп составил по 48 респондентов соответственно, в случае экспертного интервью - 20 респондентов.
В исследовании применяются сравнительный, типологический, киберметрический анализ.
Основные параметры сравнения массивов данных, полученных в ходе реализации фокус-групп, глубинного и экспертного интервью, а также мониторинга социальных сетей и новостных ресурсов, отражены в приведенной выше матрице взаимосвязи переменных.
Посредством реализации кластерного анализа и выявления семантических оснований наименования кластеров будут выделены типы восприятия репрезентации имиджа властей населением Украины. При этом совокупность типообразующих признаков должна иметь трехкомпонентную структуру. Первая компонента - характеристики самого явления, которое подвергается типологизации, вторая - характеристики социального фона, в котором протекает это явление, третья - факторы, объясняющие существование типов проявления изучаемого явления20.
Таким образом, можно констатировать, что теоретическая и методологическая
база для проведения представленного исследования обладает высокой степенью
валидности. Последнее же обуславливает наличие необходимого уровня
репрезентативности результатов проведенных изысканий.
. Стратегия и тактика работы с населением
Обращаясь к вопросу о практике формирования и поддержания провластных настроений в рассматриваемый период, принципиально важно обратить внимание на то, что администрация В.Ф. Януковича изначально допустила крупный просчет. Команда Виктора Федоровича добивалась роста лояльности граждан к действующей власти не столько путем прямой работы с населением, сколько посредством переформатирования поля украинской политики. На «большой шахматной доске» Украины при помощи преимущественно кулуарных договоренностей элит и использования административного ресурса был сформирован определенный расклад сил, при котором правящая «Партия регионов» в краткосрочной перспективе могла воспроизводить собственную власть, не проводя каких-либо структурных реформ и в целом игнорируя недовольство населения курсом правительства.
Первым шагом к достижению данной ситуации еще в период, предшествовавший приходу В.Ф. Януковича к власти, стала «зачистка» Донбасса от всех пророссийских организаций. Вопреки существующим стереотипам, «Партия регионов» никогда не являлась лояльным к официальной Москве актором и не выступала в роли проводника влияния РФ внутри Украины. Партия В.Ф. Януковича всегда выражала в первую очередь интересы «донецкой» группы украинского истеблишмента, влияние которой во многом основывалось на аккумулировании голосов русскоязычного электората. Достичь же положения выразителя интересов данной категории населения «Партия регионов» смогла, уничтожив путем административного и экономического давления все прочие общественно-политические структуры, претендовавшие на роль центров консолидации этнических русских и русскоговорящих украинцев. Некоторую конкуренцию для «регионалов» на этом поле составили лишь коммунисты, однако удельный вес их влияния был слишком невелик, чтобы оспаривать доминирование партии В.Ф. Януковича.
Позиция лидера «русскоговорящего Юго-Востока» при этом активно использовалась регионалами: с одной стороны, для выстраивания диалога с официальной Москвой, перед которой глава «Партии регионов» позиционировал себя как единственного договороспособного представителя украинского истеблишмента, а с другой - для укрепления собственного авторитета в глазах левого и умеренного электората, позитивно оценивавшего налаживание отношений с Кремлем. В данном случае необходимо подчеркнуть, что, хотя «Партия регионов» и получали соответствующие политические дивиденды в виде роста рейтингов доверия и избираемости, руководство РФ относилось к выстраиванию отношений с В.Ф. Януковичем весьма прагматично. Никто не рассматривал Виктора Федоровича как единственно возможного партнера по диалогу: не случайно в экспертном сообществе России почти сразу же после победы Евромайдана о том, что для Москвы было бы весьма выгодно возвращение на политический Олимп Украины Ю.В. Тимошенко.
После утверждения В.Ф. Януковича на позиции общенационального лидера, «регионалы» начали переформатировать политическое поле уже всей Украины. В частности, администрация президента начала способствовать развитию в западных областях страны общественно-политических организаций националистического толка. Подразумевалось, что это поставит избирателя в ситуацию выбора «меньшего из двух зол»: между придерживающейся неонацистской риторики партией «Свобода» и обладающей имиджем «клуба коррупционеров» «Партией регионов» умеренный, левый и русскоговорящий электорат неизбежно выберет второй вариант. Таким образом, закрывая глаза на распространение политического экстремизма крайне правового толка, Банковая создавала удобных «спарринг-партнеров» для правящей партии. В отношении данной тактики необходимо отметить, что ее разработчики не учли одного важного обстоятельства: под воздействием пропаганды крайне правых партий и движений умеренный электорат западных и центральных областей Украины значительно сократился в численности, в то время как число националистически настроенных граждан значительно выросло.
Помимо того, действующая власть вытеснила с политического поля страны почти всех лидеров-харизматиков, способных выступить в качестве организаторов реальной альтернативы правящей партии (наиболее ярким эпизодом в данном отношении стало тюремное заключение Ю.В. Тимошенко.). Последовательное воплощение в жизнь завета Фрасибула, впрочем, не принесло «регионалам» желаемого результата. Причина последнего заключалась в том, что администрация В.Ф. Януковича не ограничилась вытеснением прочих элитных групп с политической арены: параллельно был запущен процесс передела собственности между олигархическими группами, в ходе которого «донецкая» часть истеблишмента завладела значительными активами своих оппонентов. В результате даже не имевшие выраженных политических амбиций предприниматели были вынуждены консолидироваться для оказания политического противодействия «Партии регионов».
Прямое воздействие действующей власти на население ограничивалось преимущественно эксплуатацией трех повесток: интеграции с Евросоюзом (далее - ЕС), налаживанию отношений с Россией и темы общего экономического роста. При этом акцент был сделан именно на первой составляющей. Стремясь расширить границы своего электората, политическое руководство Украины педалировало тему ассоциации с ЕС, презентую последнее в качестве цивилизационного выбора и в то же время - как средство преодоления большинства актуальных социально-экономических проблем. В результате у значительной части граждан, в том числе - представителей крайне правых и ультралиберальных движений, образованной молодежи, существенной части интеллигенции сложились устойчивые ожидания в отношении подписания договора об ассоциации с ЕС. Это подпитывало провластные установки соответствующих групп населения, однако одновременно означало, что в случае отказа от углубления евроинтеграции данные настроения будут конвертированы в рост протестного потенциала.
В то же время развитие отношений с Россией выделялось преимущественно в плане того, что политическому руководству Украины удалось на максимально выгодных условиях договориться с Кремлем о поставках углеводородов, порядке пребывания и работы в РФ трудовых мигрантов и т.д. в то же время «регионалы» из тактических соображений отказались от реализации целого ряда программных задач, декларированных ими ранее и в значительной мере обеспечивавших правящей партии поддержку русскоязычного населения: придания русскому языку статуса второго государственного, децентрализации власти и т.д. Как результат, уровень поддержки действующей власти со стороны ее «ядерного электората» значительно снизился.
Эксплуатация темы экономического роста также не приносила действующей власти существенных политических дивидендов. Материалы, полученные по результатам работы онлайн-фокус групп, позволяют утверждать, что сама по себе положительная динамика макроэкономических показателей слабо коррелируется с уровнем поддержки населением действующей власти. Ключевое значение в данном случае имеет такой показатель, как рост уровня реальных доходов населения. При этом респонденты из всех фокус-групп неоднократно подчеркивали, что попытки представителей власти отобразить рост благосостояния граждан через такие показатели, как «средняя зарплата по стране / по региону / по отрасли», вызывают, как правило, резкое раздражение у граждан. Последнее касается не только выходцев из бедных слоев населения, но также представители «потенциального» и «реального» среднего класса. Как было отмечено респондентами, «средние зарплаты» всегда выше реальных доходов большинства работников, в результате чего заявления представителей власти о достигнутых показателях благосостояния населения расцениваются либо как откровенная ложь, либо как свидетельство оторванности чиновников от реальной жизни.
Также необходимо обратить внимание на то, что власти де факто игнорировали наличие у граждан неэкономических потребностей. Последнее проявилось, в частности, в отсутствии со стороны правящей части политической элиты каких-либо вариантов ответа на растущий запрос со стороны населения в целом на обеспечение безопасности и социальной справедливости, а представителей «потенциального» и «реального» среднего класса - на получение возможности самореализации. Как было отмечено в ходе работы фокус-групп, даже люди, обладающие определенным достатком, не ощущали себе защищенными перед произволом со стороны представителей власти или угрозой со стороны криминала. Равным образом было зафиксировано общее недовольство сокращением доступности социальных лифтов (в особенности ярко это проявилось среди молодежи), коррумпированностью судебной системы и следственных органов, наличием неофициальной системы льгот и преференций у представителей истеблишмента. С высокой периодичностью также встречались проявления недовольства отсутствием возможности заниматься тем видом деятельности, которая действительно интересует конкретного респондента: подчеркивалось, что «работа по призванию» в большинстве случаев связана либо с необходимостью пойти на смену места жительства и/или понести значительные материальные затраты в период обучения, либо с недопустимо низким уровнем оплаты труда. Большое внимание в связи с темой трудоустройства было уделено и таким темам, как кумовство и специфика внутриведомственной культуры. В частности, ряд молодых мужчин, принявших участие в работе фокус-групп, выразили желание служить в Вооруженных Силах или органах правопорядка. Однако в то же время теми же респондентами было отмечено, что они хотели бы «служить честно», и опасаются, что в случае отказа принять негласные правила жизни внутри силовых ведомств (дедовщина, круговая порука и пр.) их могут специально подставить сослуживцы, нежелающие видеть в своих рядах «слишком правильных» коллег.