Диссертация: Прецедентные феномены со сферой-источником Кино в политической коммуникации Германии и США

"Я шокирован, шокирован узнать, что здесь имеют место азартные игры", - восклицает капитан, сразу после чего крупье вручает ему пачку денег со словами: "Ваш выигрыш, сэр".

Эта сцена приходит на ум, когда послушаешь недавно звучавшие гневные крики в Конгрессе, шокированном открытием, что Китай, возможно, ворует у США ядерные секреты (Штат Колорадо: Передовица: Тревога США по поводу китайских шпионов просто шутка. U-Wire, 26.04.1999)

Обращением к прецедентной ситуации в примере (131) автор характеризует поведение конгрессменов по затрагиваемому вопросу. Основной характеристикой рассматриваемой прецедентной ситуации является лицемерие и цинизм героя, которые в ней наиболее убедительно демонстрируются. Прецедентное высказывание, являющееся символом данной ситуации, уже рассматривалось нами выше. В данном случае высказывание употребляется во взаимосвязи с прецедентной ситуацией и без изменений в структуре.

Обращений к прецедентным ситуациям, принадлежащим полю "приключенческое кино", нами не зафиксировано.

Обобщённые данные об использовании различных видов прецедентных феноменов в немецких и американских СМИ представлены в таблице 2:

Таблица 2

Данные таблицы 2 представлены в диаграмме:

Полный список ситуаций, рассматриваемых нами как прецедентные, приводится в приложении 4 к настоящей диссертации.

В таблице 3 представлены данные, отражающие основные количественные показатели, характеризующие зависимость употребления прецедентных феноменов со сферой-источником "кино" от их видовой принадлежности и жанровой принадлежности фильмов, послуживших их источниками:

Таблица 3

Выводы по третьей главе

Рассмотренный в настоящей главе материал позволяет сделать следующие выводы об использовании различных видов прецедентных феноменов в немецкой и американской прессе.

1. С точки зрения видовой принадлежности прецедентных феноменов наиболее распространённым и в немецкой, и в американской политической коммуникации является прецедентное имя, что подтверждает тезис Д.Б. Гудкова об особом положении прецедентного имени среди других видов прецедентных феноменов. Наиболее известными и немецкому, и американскому читателю являются имена "Рэмбо", "Джеймс Бонд", "Терминатор", которые в сумме составляют 39,6 % от общего числа прецедентов, зафиксированных в немецкой прессе, и 29,2 % - в американской.

2. Прецедентные высказывания более распространены в немецкой, нежели в американской политической публицистике. При этом среди прецедентных высказываний особое место, по нашему мнению, занимают высказывания-штампы, то есть киноцитаты, утратившие либо утрачивающие связь с породившим их кинотекстом. Особенность данных единиц состоит в том, что в силу своей слабой связи с кинотекстом они воспринимаются читателем как "ни к чему не обязывающие".

3. Прецедентный текст является феноменом, третьим по значимости в немецкой и вторым по значимости в американской политической коммуникации. Чаще других встречаются обращения к прецедентным кинотекстам "Звёздные войны", "Место преступления", "В самый полдень", "Доктор Стрейнджлав или как я перестал бояться и полюбил бомбу".

4. Прецедентные ситуации являются феноменом, наименее употребимым и немецкими и американскими политическими обозревателями. Большинство ситуаций отмечены в СМИ ФРГ и США единичными обращениями, что говорит о сравнительно низкой степени их рефлексивности. Самыми известными авторам являются ситуации, связанные с фильмами "Касабланка", "Гражданин Кейн", "Апокалипсис сегодня", "Доктор Стрейнджлав или как я перестал бояться и полюбил бомбу", "Кинг Конг", "Клан Сопрано", "Грязный Гарри" и киноэпопеей "Звёздные войны". Среди прецедентных ситуаций можно выделить собственно прецедентные ситуации (характеристикой которых является наличие динамического компонента и представление о которых достаточно чётко описывает определение, данное Д.Б. Гудковым прецедентной ситуации) и "стоп-кадры", характеризующиеся отсутствием динамического компонента.

5. В связи с тем, что прецедентный текст и прецедентная ситуация являются не вербальными, но вербализуемыми феноменами, обращение к ним в ряде случаев сложно разграничить, при том, что инвариант восприятия прецедентной ситуации входит в инвариант восприятия прецедентного текста. Прецедентная ситуация в нашем понимании по сравнению с прецедентным текстом, с одной стороны, может рассматриваться как более конкретный феномен, с другой - как более широкий (если речь идёт о кинотексте, состоящем из нескольких частей, связанных единым сюжетом).

Заключение

В настоящей диссертации предпринята попытка осмысления системы прецедентных феноменов в национальном сознании в её взаимосвязи с системой мифов современного общества. Мифологизация сознания, связанная с развитием некритического представления о реальности, и мифотворчество являются важнейшими характеристиками политической коммуникации. В свою очередь, мифологизация политической коммуникации с помощью прецедентных феноменов обеспечивает ей суггестивные свойства.

Погружённость языка СМИ в театральный контекст имеет следствием то, что используемые в политической коммуникации прецедентные феномены со сферой-источником "кино" также, как и метафора театра, являются одним из наиболее распространённых фреймов интерпретации политики и содержат импликацию "ненастоящести" происходящего. Преимуществом же сферы кино как источника прецедентных феноменов является то, что кино обладает повышенным суггестивным потенциалом в силу использования и зрительного и слухового каналов воздействия на психику зрителя.

Сфера кино, как и большинство других сфер популярной, массовой культуры, не может избежать существенного влияния культуры США. Более того, часто между понятиями "американская культура" и "массовая культура" нет существенных различий, поскольку массовые культуры стран всего мира испытывают сильнейшее влияние современной американской популярной культуры благодаря развитию высоких технологий, которые позволяют транслировать её продукцию по всему миру. Культура таких европейских держав, как Германия, Франция, Великобритания, в определенной степени является производной от американской массовой культуры. Американский кинематограф создал чрезвычайно распространённый сегодня миф "американской мечты", стал его наглядным воплощением. Отсюда он является доминирующим источником кинопрецедентов, зафиксированных в немецкой и американской политической коммуникации.

По нашему убеждению, для массовой культуры в целом и для кино в частности важна дифференциация жанров, их лёгкое опознавание. Массовая культура обращена к огромной читательской, зрительской и слушательской аудитории, и эффект обманутого ожидания привёл бы к коммерческому неуспеху. Анализ особенностей использования прецедентных феноменов в фильмах различных жанров позволяет сделать вывод о наибольшей распространённости в политической публицистике ФРГ и США прецедентов с субсферой-источником "экшен". Популярность экшен-фильмов обусловлена тем, что данный жанр иллюстрирует достаточно популярный тезис "добро должно быть с кулаками" и подтверждает идею о превосходстве добра над злом. Кроме того, одной из определяющих характеристик кинофильмов "экшен" является их зрелищность: они обладают высоким бюджетом, изобилуют каскадёрскими трюками и спецэффектами. Экшен-прецеденты конструируют особую (мифическую) реальность в политической коммуникации. В центре данной реальности находится политический лидер (обычно представляемый положительным героем фильма) и его борьба с оппонентом (который изображается антигероем).

В связи с универсальной привлекательностью голливудского кино для большинства потребителей продукции массовой кинокультуры в рамках тематики исследования можно говорить в известной степени об общих особенностях употребления прецедентных феноменов со сферой-источником "кино" в политической коммуникации ФРГ и США, нежели о различиях в их использовании, которые весьма немногочисленны и носят скорее случайный характер. Структура жанровых прецедентных полей в немецкой и американской политической коммуникации по количественным показателям практически совпадает, различия же связаны с характеристиками полей, относящихся к жанру "кинофантастика", жанру "комедия", а также жанру "драма".

В немецкой политической коммуникации прецедентные феномены с субсферой-источником "фэнтези", содержащие сказочный компонент, более распространены, нежели научно-фантастические, в отличие от американской политической публицистики.

Прецедентные феномены с субсферой-источником "драма" в четыре раза более распространены в американской политической коммуникации, нежели в немецкой, что объясняется в первую очередь известностью конкретного фильма ("Khut Rockne. All American") в США, поскольку одну из наиболее ярких своих ролей в нём сыграл будущий президент. Похожая картина наблюдается при анализе прецедентного поля "комедия" в американской политической коммуникации: большинство обнаруженных нами комедийных прецедентов имеют источником фильм "Доктор Стрейнджлав или как я перестал бояться и полюбил бомбу", тематически напрямую связанный с политической сферой.

Прецедентные феномены способны конструировать мифологическую картину мира, и, будучи рассматриваемыми как интертекст, привносят в сферу-мишень характеристики сферы-источника. Данная особенность наиболее ярко проявляется у прецедентов, находящихся в зоне тематического пересечения "киножанр - политический дискурс". Наше исследование показало, что можно говорить о наличии явной тематической взаимосвязи с политикой на системном уровне жанров "вестерн", "криминальное кино", "экшен" и субжанра "научно-фантастическое кино" и случайной взаимосвязи с политикой жанров "триллер", "комедия", "драма", "приключенческое кино" и субжанра "фэнтези". В первом случае тематическое пересечение затрагивает практически все фильмы - источники прецедентов, отнесённые нами к данному жанру, во втором случае взаимосвязь проявляется на уровне отдельного фильма.

С точки зрения видовой принадлежности прецедентных феноменов наиболее распространённым и в немецкой, и в американской политической коммуникации является прецедентное имя, что подтверждает тезис о его особом положении среди других видов прецедентных феноменов.

Прецедентные высказывания более распространены в немецкой, нежели в американской политической публицистике. При этом среди прецедентных высказываний особое место, по нашему мнению, занимают высказывания-штампы, то есть киноцитаты, утратившие либо утрачивающие связь с породившим их кинотекстом. Особенность данных единиц состоит в том, что из-за своей слабой связи с кинотекстом они воспринимаются читателем как "ни к чему не обязывающие", могут использоваться вне зависимости от тематической связи того или иного жанра с политикой и будут восприниматься не как "чужеродный элемент", но совершенно адекватно.

Феноменом, наименее употребляемым и немецкими, и американскими политическими обозревателями, являются прецедентные ситуации. Большинство ситуаций репрезентируются в СМИ ФРГ и США единичными обращениями, что говорит о сравнительно низкой степени их рефлексивности. Среди прецедентных ситуаций можно выделить собственно прецедентные ситуации и "стоп-кадры", характеризующиеся отсутствием в них динамического компонента.

С точки зрения мифологической функции прецедентных феноменов прецедентное имя используется для апелляции к образу героя, являющемуся центральным и в политической мифологии, и в мифологии кино. Прочие виды прецедентных феноменов не так распространены и употребляются для апелляции к мифическому миру или его элементам. Однако, в ряде случаев для этого может использоваться и прецедентное имя.

Перспективу настоящей работы мы видим в дальнейшем изучении мифологической функции прецедентных феноменов с точки зрения системно-структурного описания создаваемых ими мифологических моделей. Основные положения исследований современной мифологии, которые закрепляют центральное место в мифе за его положительным героем, позволяют дифференцировать обращения к мифическому образу героя / антигероя и апелляции к мифическому миру, который конструируется прецедентными феноменами. Наиболее перспективным, на наш взгляд, является исследование мифологии жанров, имеющих системную тематическую связь с политикой. Подобная связь достаточно чётко указывает на характер актуализируемого мифа. В структуре мифообраза героя могут быть рассмотрены такие составляющие, как денотат, оценка, дифференциальные признаки, образ действий, заданный позицией героя, атрибуты и другие компоненты. В структуре мифического мира представляется возможным разграничить указания на второстепенного героя, на артефакты, на типичный сюжетный сценарий и сюжетные элементы, визуальные составляющие мира и т. д.